ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА КОАПП
Сборники Художественной, Технической, Справочной, Английской, Нормативной, Исторической, и др. литературы.



   Бушков А. А.
   Россия, которой не было: загадки, версии, гипотезы

   OCR Палек, 1998 г.

   СОДЕРЖАНИЕ

   ИСПОВЕДЬ ХУЛИГАНА
   Частный сыщики прошлое.
   Среди мифов, как среди рифов.
   Курьезы и анекдоты.
   Случай и случайности.
   Незадачливый король Ежи.
   Корабли-призраки 1492 года?.
   КРЕЩЕНИЕ РУСИ: СПЛЕТЕНИЕ ЗАГАДОК
   Змея и летопись.
   Как была крещена Русь?
   О Константине и Мефодии.
   Смерть на Днепре.
   И пришли миссионеры.
   О бедных хазарах замолвите слово.
   Виртуальность-1: тиара над Россией.
   Виртуальность-2: полумесяц над Россией.
   СЛАВЯНСКАЯ КНИГА ПРОКЛЯТИЙ
   Проклятие епископа.
   Проклятие княгини Раины.
   ПРИЗРАК "ЗОЛОТОЙ ОРДЫ"
   О том, что известно всем.
   Версия.
   Об истории, историках и фактах.
   Где монголы?
   Сколько было "монголо-татар"?
   Куда пришли "монголы", придя на Русь?
   Калка - клубок загадок.
   Супермены из монгольских степей.
   Свидетель без маски.
   Хаос и порядок.
   Александр Батыевич и другие.
   И бысть умучен от злых татаровей.
   Загадки "Батыева похода".
   Меч над Европой.
   Мираж великой империи".
   1. "Хождение встречь солнцу" и фронтир
   2. Где Каракорум?.
   3. "Врет, как очевидец"
   Правда ли, что монголы завоевали Китай?
   "Давай дэнги! Дэнги давай!"
   Сказка сказывается.
   О бунчуках, ямщиках и монетах.
   Про Упыря и Черта.
   Последний русский король.
   О косвенных уликах.
   Север и Юг.
   Север против Юга: старая династия?
   Вместо эпилога.
   ТАЙНЫ СМУТНОГО ВРЕМЕНИ
   Предуведомление.
   "И бысть град велик"
   Первые шаги и первая кровь.
   Триумф.
   Триста тридцать один день.
   17 мая - смерть в Кремле.
   Царь Васька.
   Гори, огонь, гори.
   "Жен и детей заложим"
   Герой, которого не было.
   "Таков печальный итог"
   "Названный Димитрий".
   Эпилог и виртуальность.
   ДРАКОН МОСКОВСКИЙ
   Распалась связь времен.
   Предшественники.
   Софья.
   История болезни.
   Экономика.
   Внешняя политика.
   Военное дело.
   Закон, юстиция, престолонаследие.
   Образование, культура.
   Религия.
   Итог.
   Потомки.
   Виртуальность.
   СМЕРТЬ ИДЕАЛИСТА
   Слишком все очевидно?
   186 дней.
   Янычары.
   Виртуальность.
   Последний рыцарь.
   Некто Емельян.
   ГЕСТАПО ПАВЛА ПЕСТЕЛЯ.
   И ДРЯХЛЫЙ ОКТЯБРЬ ПОЗАДИ
   Введение, оно же предупреждение.
   Мани, мани, мани.
   "Имена агентов не доверены бумаге".
   Октябрь до Октября?
   Если в кране нет воды.
   Ники, Аликси остальные.
   После Февраля.
   Виртуальность.
   Господа Обмановы.
   ЗАБЫТЫЕ СТРАНИЦЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ
   Необъятное.
   Охотники за "Фау".
   ИМПЕРАТОР И ЕГО ТЕНЬ
   Император.
   Тень императора.
   Жуков.
   Микита.
   СЕКРЕТЫ СОВЕТСКОГО КОСМОСА
   "Малыш" и "Великан".
   Тайна или розыгрыш?
   БЕСЫ В ОПТИЧЕСКОМ ПРИЦЕЛЕ.
   РОССИЯ, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО. - ВЗГЛЯД ГЕНИЯ
   СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ.

   Не быть тебе творцом, когда тебя ведет
   к прошедшему одно лишь гордое презренье.
   Дух - создал старое: лишь в новом он найдет
   основу твердую для нового творенья.

   К.П. ПОБЕДОНОСЦЕВ

   ИСПОВЕДЬ ХУЛИГАНА ЧАСТНЫЙ СЫЩИК И ПРОШЛОЕ

   В свое время, классе в шестом, когда писали сочинение на избитую тему
вроде "Кто-ты-будешь-такой?", я несколько опрометчиво  заверил  милейших
педагогов, что собираюсь стать историком и непременно  раскрыть  парочку
исторических загадок (уж и не помню, каких именно).
   Первую часть обещания, грешен, так и не выполнил. Зато теперь, спустя
тридцать лет, настало время выполнить вторую - я имею в  виду  раскрытие
исторических загадок. Путь к этой цели был сложен, прихотлив и,  пожалуй
что, зигзагообразен (я имею в виду не траекторию  физического  тела  под
наименованием хомо сапиенс, а прихотливые зигзаги писательского  вдохно-
вения). Хотя, если подвергнуть все тщательному анализу, возможно, и  вы-
яснится, что случайностей здесь гораздо меньше, чем может показаться мне
самому.
   Своим рождением эта книга обязана трем немаловажным факторам: любви к
истории, любви к логике и любви к детективам.  Три  этих  привязанности,
как пресловутые три кита, во многом и определили саму жизнь автора  этих
строк.
   В школе он был жутким двоечником (особенно преуспев на сем поприще  в
том, что казенно именуется "изучение литературы"), за одним немаловажным
исключением: школьный учебник истории я  обычно  еще  до  начала  нового
учебного года прочитывал за день - а потом весь год, ничуть не  напряга-
ясь, получал пятерки.
   Развитием логического мышления  обязан  Станиславу  Лему,  чьи  книги
впервые открыл тридцать с лишним лет назад и по сей день с ними не расс-
таюсь, перечитывая и в переводах, и в оригинале. Лучшего учебника логики
найти невозможно.
   Вообще Лем - наверное, единственный автор, которого я не только  без-
заветно люблю, но и временами побаиваюсь.  Его  холодная,  убийственная,
безукоризненная логика настолько совершенна, что временами кажется  пря-
мо-таки нечеловеческой. Под "нечеловеческим" я имею в виду  не  "стоящее
вне человеческого опыта", а скорее "находящееся над неким пределом чело-
веческих возможностей". И если уж пытаться в самопознании  достичь  пре-
дельно возможных глубин - пожалуй, могу сказать  о  себе,  что  вся  моя
творческая биография есть бесконечная попытка хотя бы приблизиться к Ле-
му во владении логикой. Именно так - не подражать стилю,  не  разрабаты-
вать схожие темы, а стараться овладеть логикой елико возможно мастерски.
   Занятие в наш век, конечно, неблагодарное - если вспомнить, что отшу-
мевшая "перестройка" была, собственно, жутчайшей  вакханалией  абсолютно
нелогичного мышления. Впрочем, ситуация меняется, так что не все еще по-
теряно...
   Наконец, любовь к детективам.  Что  до  этого  пункта,  питаю  наглую
мысль: связь между мною и детективом вряд ли стоит сопровождать  долгими
комментариями, поскольку тот, кто читает эти строки, наверняка читал мои
детективы, а кое-кто, хочется верить, даже дочитал до конца...
   Словом, однажды все сплелось воедино - любовь  к  истории,  кое-какие
навыки логического мышления  и  страсть  к  детективным  расследованиям.
Именно эти три компонента и породили данную книгу. Рожденную, особо под-
черкну, не из желания в очередной раз шокировать нашего утомленного сен-
сациями читателя, а вполне серьезно разобрать некоторые исторические за-
гадки, исследовать события, которые (теперь я в этом свято убежден) про-
исходили немного не так, точнее говоря, совсем не так, как нам  об  этом
рассказывает официальная историография.
   Как справедливо заметил сэр Исаак Ньютон, мы все стоим на плечах  ги-
гантов. В моем случае предшественниками, укрепившими в убеждении не схо-
дить с избранного пути, послужили, пожалуй, два человека: блестящий  ис-
торик Натан Эйдельман, не пугавшийся исследовать альтернативные варианты
истории ("Не было. Могло быть".), и  английская  писательница  Джозефина
Тей, в романе "Дочь времени"  продемонстрировавшая  великолепный  пример
логичного и вдумчивого расследования исторической загадки -  и  вдобавок
показавшая, как рожденный сотни лет назад миф может  заслонить  реальные
события, как переживает своих создателей клевета, как недостаток  логики
прочно укореняет чьи-то корыстные выдумки в качестве официально признан-
ной, канонизированной версии истории.
   Появившиеся в последнее время работы академика  Фоменко,  посвященные
"Новой хронологии", лишь подхлестнули давнее  желание  испробовать  свои
силы на поприще частного сыщика, разгадывающего исторические загадки.  В
этой книге, то и дело переплетаясь, будут присутствовать обе линии: раз-
венчание некоторых, крайне устойчивых мифов и попытка  дать  собственное
истолкование давным-давно отгремевшим событиям. Ну, а попутно в меру сил
и возможностей я попытаюсь справиться с иными загадками прошедших столе-
тий.
   Те, кто привык механически принимать на веру все, о чем гласят  толс-
тые, умные, написанные ученым языком книги, могут сразу же выбросить сей
труд в мусорное ведро. "Россия, которой не было"  рассчитана  на  другую
породу людей - тех, кто не чурается дерзкого полета фантазии,  тех,  кто
старается доискаться до всего своим умом и рабскому следованию  "автори-
тетам" предпочтет здравый смысл и логику. История не есть нечто  застыв-
шее, окостеневшее. Совсем недавно, на нашей памяти, с грохотом  рушились
авторитеты, не столь уж давние события получали совершенно иное толкова-
ние, а штампы и ярлыки опадали, как осенние листья в грозу. Процесс  да-
леко не закончен - и потом, не стоит забывать: если событие или документ
допускают двойное (а то и тройное) толкование, право на жизнь имеют  все
версии. По крайней мере, именно такова практика: хороший сыщик и в рома-
не, и в жизни обязан отработать все версии, а не следовать  политической
конъюнктуре или каким-то своим шкурным соображениям.
   Увы, в последние годы этот принцип нарушался самым  вульгарным  обра-
зом. Достаточно вспомнить сонм перестроечных  публицистов,  вбивавших  в
сознание читателя, как гвоздь, одну-единственную версию: виновник  зага-
дочной смерти М.В. Фрунзе на операционном столе - злодей Сталин.  Потому
что больше некому. Потому что Сталин, просыпаясь утром, чувствовал  жгу-
чее желание сотворить до заката уйму злодейств и, не успев натянуть шта-
ны, начинал прикидывать: "А кого же мне сегодня зарезать?"
   Между тем такой ход рассуждений противоречит самой природе  детектив-
ного расследования. Обнаружив в гостиной труп миллионера Джона  Смита  и
узнав, что наследниками скончавшегося от пули в затылок богача были гос-
пода Икс, Игрек и Зет, самый тупой полицейский не  успокоится,  пока  не
проверит алиби всей троицы. Применительно к нашему случаю это  означает,
что кроме Сталина под подозрением с равным успехом  могут  находиться  и
Троцкий, и Тухачевский. Именно Троцкого Фрунзе сменил на высших  армейс-
ких постах (вспомните железный принцип римской юриспруденции  "Кому  вы-
годно?"), а склонность Тухачевского в самом прямом смысле убирать тех, в
ком он видел соперников и конкурентов, давно уже не является секретом...
Взять хотя бы недоброй памяти операцию " Весна", когда в конце двадцатых
- начале тридцатых годов (Сталин был еще не  всевластен)  по  инициативе
Тухачевского было физически уничтожено около трех тысяч командиров армии
и флота (в основном бывших царских офицеров, имевших несчастье превосхо-
дить в чем-то бывшего поручика, преуспевшего главным образом в уничтоже-
нии бунтующих крестьян).
   Этот пример я привожу, чтобы проиллюстрировать свой главный  принцип:
подвергая сомнению, следуй строгой логике и незыблемым законам детектив-
ного расследования. Именно поэтому лично я уверен,  что  Виктор  Суворов
[188, 189]*, ругаемый и оплевываемый иными ревнителями идеи  коммунизма,
был всецело прав: Сталин и в самом деле готовил операцию "Гроза"  -  си-
речь неожиданный удар по Германии с выходом в Европу.  Убеждает  меня  в
этом не "любовь к Сталину" (к ушедшим в небытие до нашего рождения исто-
рическим деятелям, строго говоря, нельзя испытывать ни любви, ни  непри-
язни), а холодная логика. Совершенно нелепая череда странностей, привед-
шая к форменному краху 22 июня 1941-го  года,  может  иметь  только  это
единственное объяснение. В противном случае придется признать, что  Ста-
лин, гений упорства и недоверия, на несколько предвоенных месяцев словно
бы сошел с ума - а потом, после удара немцев, столь же стремительно выз-
доровел, обретя прежнюю железную волю и недоверие  решительно  ко  всем.
Истории медицины подобные примеры неизвестны. Следовательно, Гитлер и  в
самом деле сорвал своим ударом операцию "Гроза" - мне, кстати, без  осо-
бого труда удалось отыскать в открытых источниках немало примеров, рабо-
тающих на версию Суворова, это не так уж трудно, если искать усидчиво...
   * Здесь и далее в скобках приводится номер источника в списке литера-
туры. - Прим. авт.
   Допускаю, кого-то эта книга форменным образом разозлит -  особенно  в
той ее части, где  отрицается  само  существование  "татаро-монгольского
ига" или делается попытка доказать, что первоначальное крещение Русь по-
лучила вовсе не от Византии. В свое оправдание могу сказать одно: изучая
то, что именуется "достоверными свидетельствами", я не делал никаких на-
тяжек. Ничего не притягивал за уши, не выдергивал фразы из  контекста  и
не перевирал смысла. Просто-напросто пытался в меру сил  и  умения  дать
другое толкование кое-каким " общеизвестным истинам". Не моя  вина,  что
эти истины допускают двойное толкование. Отнюдь не моя.
   Что очень важно, я не хотел никого обидеть, прошу иметь это в виду. И
очень надеюсь, что в некоторых главах никто не  усмотрит  глумления  над
православием, равно как не заподозрит автора в русофобии и тому подобных
грехах. Мною двигали не "фобии" и не "филии", а скорее уж слова  Сенеки:
"Да, я преклоняюсь перед всем, что создала мудрость, и перед самими соз-
дателями; мне отрадно видеть в ней наследие многих, накопленное и  добы-
тое их трудами для меня. Но будем и мы поступать, как честные  отцы  се-
мейства: умножим полученное, чтобы это наследие обогащенным  перешло  от
нас к потомкам... Но пусть даже все открыто древними - всегда будет ново
и применение открытого другими, и его познание и упорядоченье".
   Одним словом, я не могу знать заранее, какие чувства будет испытывать
читатель этой книги, но могу, думается, гарантировать одно: скучать  ему
не придется...

   СРЕДИ МИФОВ, КАК СРЕДИ РИФОВ

   Примечательно, что к мифам чаще всего прилагают эпитет "устоявшиеся".
Здесь-то и таится корень зла: мифы укореняются в сознании  в  результате
нехитрого процесса - механического повторения. Никто не дает себе  труда
вернуться к первоисточнику, и ошибочное утверждение кочует  из  книги  в
книгу, из статьи в статью. А потом к нему привыкают настолько, что  иная
точка зрения представляется вовсе уж злодейским покушением на устои...
   Рассмотрим несколько примеров.
   Вы и в самом деле полагаете, что институт комиссаров в армии -  изоб-
ретение большевиков? Зря. Комиссары впервые появились... в армии  Соеди-
ненных Штатов Америки. В первой половине XIX века. "Комиссар - назначен-
ный правительством в воинскую часть чиновник, в чьи  обязанности  входит
следить за моральным и политическим духом военных". Знакомая  формулиро-
вочка, не правда ли? Главное отличие в том, что  американские  комиссары
не имели такой власти, как большевистские, но крови из военных, пусть  и
в переносном смысле, попили изрядно, можете не сомневаться...  Нужно  же
было отрабатывать жалованье и доказывать свою полезность. При случае пе-
речитайте роман Майн Рида "Оцеола, вождь семинолов" и  уделите  внимание
изображенному там "господину правительственному агенту Уайли  Томпсону".
Сию фигуру Майн Рид, бывший офицер, списал с натуры. Без  всякой  симпа-
тии, понятно...
   Вы и в самом деле полагаете, что уничтожение памятников архитектуры -
злодейская выдумка большевиков? Зря...
   Давайте посмотрим хотя бы, как обстояли дела в святая святых  России,
московском Кремле при правлении отнюдь не проникнутых идеями Маркса  са-
модержцев всероссийских.
   "Век золотой Екатерины". Екатерина Великая, в начале своего  царство-
вания отдавшая приказ "охранять и содержать  в  исправности  кремлевские
покои", со временем увлеклась мыслью создать  новый,  грандиозный  крем-
левский дворец. Архитектор Баженов  подготовил  соответствующий  проект,
однако его воплощению в жизнь помешала русско-турецкая война с ее огром-
ными расходами. От всей затеи осталась лишь деревянная модель -  но  при
очистке площади под будущий дворец успели-таки снести  многие  старинные
постройки, в том числе каменные здания приказов эпохи Федора  Алексееви-
ча...
   Первые годы XIX столетия. А.П. Валуев, тогдашний начальник дворцового
управления, поставил себе задачей "очистить Кремль". Был  уничтожен  ряд
зданий, в том числе знаменитые Колымажные ворота, по определению  издан-
ной до революции книги о Кремле - "прелестный  образец  каменной  кладки
эпохи расцвета национального искусства XVII века" [157].
   На Ивановской площади Кремля стояло когда-то  несколько  церквей,  из
которых особенно достопримечателен был по древности, по судьбе  своей  и
по значению в истории русского  просвещения  собор  Николы  Гостунского.
Именно в этом соборе был дьяконом первопечатник Иван  Федоров.  Построен
собор в 1506 г. на месте старой деревянной церкви, именно в нем приноси-
ли присягу при восшествии на престол Петр III и Екатерина II. Почитаемый
москвичами наряду с другими кремлевскими соборами, храм Николы  Гостунс-
кого уцелел при нашествии французов... но был  уничтожен  в  1817  г.  В
Москву должен был приехать император Александр, сопровождая прибывшего с
визитом прусского короля. Чья-то чиновная голова рассудила, что  следует
снести старинный храм, как "делающий безобразие Кремлю", - и собор, что-
бы не возбудить народного ропота, снесли за одну ночь, а  на  его  месте
устроили плац-парад...
   Царствование Николая I. При постройке  Большого  Кремлевского  дворца
снесены старинная церковь Николая Предтечи, царские  хоромы  XVII  века,
сооруженный Растрелли дворец Елизаветы. Этот печальный список, не  имею-
щий никакого отношения к большевикам, можно продолжать и продолжать...
   Пример из другой оперы. Мы привыкли считать,  что  теория  "белокурой
бестии" и "превосходства арийской расы над всеми прочими недочеловеками"
создана некими безымянными "нацистскими идеологами". Вновь ошибка, кочу-
ющая из книги в книгу. Все это придумал чистокровный британец X.С.  Чем-
берлен (1855-1927), социолог и культуролог. Сей субъект в конце прошлого
века переселился в Германию, принял германское подданство, возлюбил  дух
Нибелунгов настолько, что все  свои  труды  отныне  писал  исключительно
по-немецки. Именно из-под его блудливого  пера  и  появились  "белокурые
бестии", "примат арийской расы" и  "высшая  германская  нация".  Нацисты
лишь творчески развили поганое наследство Чемберлена...
   Еще о блудливых перьях. В последние годы отчего-то вдруг объявил себя
матерущим антикоммунистом писатель Виктор Астафьев. Да-да, тот  самый  -
Герой Социалистического Труда, кавалер ордена Ленина, лауреат совдеповс-
ких премий и собутыльник парочки генсеков. Что  поделать  -  года  после
1991-го многие разуверились в коммунистической идее, в том  числе  члены
Политбюро ЦК КПСС и генералы КГБ... Но суть не в  том.  Последнее  время
Астафьев (прозванный красноярскими ветеранами войны  "злобственным  ста-
ричком") усиленно внедряет в сознание  читателя  простую,  как  мычание,
идею: во время Великой Отечественной комиссары отсиживались в  землянках
на безопасном удалении от передовой, а солдаты войск НКВД только  тем  и
занимались, что палили из пулеметов в спину простой пехоте.
   Я не питаю любви ни к комиссарам, ни к войскам НКВД. Однако  вспомнил
поговорку о истине и Платоне - благо Астафьев мне и не друг. И  вспомнил
еще о муже сестры моей бабушки, офицере КБВ (Корпус Беспеченьства  Войс-
кового - аналог СМЕРШа в Войске Польском). Насколько я знал,  эти  парни
стреляли не в спины собственным солдатам, а в лоб всякой  нечисти  вроде
"лесных братьев", бандеровцев и власовцев. Задумался. Полез  в  первоис-
точники.
   Были, конечно, и заградительные отряды (к слову,  впервые  в  русской
истории изобретенные Петром I для  Полтавской  битвы).  Однако  основная
масса дивизии НКВД не охраняла концлагеря, а шла на немецкие танки бок о
бок с армейской пехотой. В сорок первом под Москвой немцев останавливали
и войска НКВД - однако впоследствии они как-то выпали из  военной  исто-
рии, их подвиг забылся, а ветераны стыдились даже упоминать, где  служи-
ли. Виной всему, конечно, порнографическое шоу под названием  "XX  съезд
КПСС" (к подробному рассмотрению коего я обращусь в одной из последующих
глав).
   Вернемся к комиссарам. Свидетельствует писатель Иван Стаднюк,  повое-
вавший даже малость поболее Астафьева - с первого дня войны. "Из училища
нас выпустили в конце мая 1941 года  полторы  тысячи  человек  (три  ба-
тальона политработников). А после войны по картотеке партучета  Политуп-
равления сухопутных войск я выяснил, что из них уцелело всего лишь около
двух десятков..." [183).
   А ведь училище, которое закончил Стаднюк, было отнюдь  не  единствен-
ным... Двадцать уцелевших из полутора тысяч - как вам процент потерь? Не
похоже на "блиндажи в глубоком тылу"...
   Можно быть антикоммунистом, коли это модно  и  безопасно.  Когда  это
модно и безопасно. Вот только не надо гадить на солдатские  могилы.  Это
святое. Даже душегуб Малюта Скуратов, заклейменный всеми мыслимыми  эпи-
тетами еще при жизни, заслуживает свечки, поставленной в церкви  за  его
душу, потому что погиб честной  солдатской  смертью,  командуя  русскими
войсками при осаде литовской крепости Пайда в Ливонской войне.
   Солдатские могилы... С чьей-то легкой руки внедрился и не  собирается
умирать один из самых живучих мифов, сопровождающих вторую мировую  вой-
ну, - миф о том, что в сентябре 1939 года Польша под натиском  гитлеров-
цев хрупнула, как гнилой орех. Что никакой войны, там, собственно, и  не
было - если не считать дурацких атак на немецкие танки в конном строю.
   Однако факты - вещь упрямая. Не было никаких "конных атак на  танки".
Давным-давно доказано, что это геббельсовская кинофальшивка, исполненная
к тому же крайне примитивно, - на мнимых уланах собранные с бору по  со-
сенке мундиры, вовсе не имевшие отношения к кавалерии...
   1 сентября 1939 г. возле деревни Кроянты 18-й уланский полк  польской
кавалерии под командованием полковника Машгелажа пошел  в  атаку  не  на
танки, а на 20-ю дивизию немецкой мотопехоты, чье продвижение  остановил
и какое-то время успешно сдерживал. Другие кавалерийские атаки проходили
опять-таки не против танков, вдобавок по всем правилам войны - при  под-
держке бронетехники и артиллерии. Кроме  того,  следует  помнить:  слова
"атака польской кавалерии" еще не обязательно означают несущуюся в  чис-
том поле кавалерийскую лаву. В составе знаменитой Десятой  кавалерийской
бригады кроме 10-го конно-стрелкового и 24-го уланского полков были  еще
подразделения танков, бронеавтомобилей, противотанковая и  зенитная  ар-
тиллерия, саперные батальоны и даже эскадрилья штурмовиков огневой  под-
держки, однако при описании боевых действий сплошь и  рядом  упоминалась
просто "десятая кавалерийская бригада", что само по себе могло порождать
недоразумения...
   Вернемся к определению польских конных атак как "дурацких". Точнее, к
описанию другой кавалерийской атаки на пушки и пулеметы.  Речь  идет  об
одной из операций Кубанской казачьей дивизии.
   "Лето 1916 года. Бои на Стоходе. От командира пехотной бригады  теле-
фонный звонок к начальнику казачьей дивизии: "Не поможете ли своими  ка-
заками поднять наши цепи? Наша атака захлебнулась".
   Кубанцы - две сотни, и с ними пулеметы на вьюках. Серые черкески,  за
спинами алые башлыки, черные бараньи шапки  с  красными  тумаками,  алые
бешметы и погоны - ничего "защитного". Развернулись широкою лавою, целый
полк прикрыли. Впереди на нарядном сером коне командир сотни, еще дальше
впереди на гнедом коне командир дивизиона. Как на смотру - чисто  равне-
ние. Легко по луговой мокрой траве спорою рысью идут  горские  кони,  не
колышутся в седлах казаки. Им навстречу немецкие батареи открыли ураган-
ный огонь, застрочили кровавую строчку пулеметы, котлом кипит огонь вин-
товок - чистый ад с Любашевского берега. По брюхо в воде бредут кони че-
рез главное русло, стих огонь немцев, в их рядах замешательство, слишком
непонятно-дерзновенна казачья атака.
   Наша пехота встала и с громовым "ура" бросилась за казаками  в  воду.
Стоходненский плацдарм был занят" [2].
   Любопытно, отчего же конная атака на пушки и пулеметы в 1916 году  по
праву именуется отважной, а подобная ей (вполне возможно, и в самом деле
имевшая где-то место в сентябре 1939-го) объявляется смешной, нелепой  и
дурацкой? С этакой точки зрения глупцом предстает и солдат,  бросающийся
с гранатой на танк, - поскольку силы представляются  очень  уж  неравны-
ми...
   Солдат, защищающий свою землю, не может быть ни смешным, ни нелепым.
   Еще о "гнилом орехе". У нас как-то не принято было  прежде  упоминать
маршала Юзефа Пилсудского без приставки "фашистский диктатор".  Меж  тем
этот яркий и неординарный политик если и был  диктатором,  то  в  первую
очередь - национальным. После переворота 1926-го года (к тому времени  в
парламенте и вокруг увлеченно баловались политикой аж двести  партий,  а
президент страны был убит правым экстремистом) Пилсудский среди  прочего
наладил и производство современного вооружения. Польские танки 7-ТР  как
минимум не уступали немецким, а военная авиация была представлена  само-
летами всех видов, собственной разработки и постройки: двухмоторные бом-
бардировщики ЛВС-6 "Зубр" и ПЗЛ-37Б "Лось", штурмовики ПЗЛ-23А  "Карась"
и ПЗЛ-46 "Сом", истребитель ПЗЛ-Р-50 "Ястреб". Другое дело, что  техники
порой катастрофически не хватало...
   И все же... Достаточно полистать любую популярную книжку о второй ми-
ровой войне, сверить даты и сроки, чтобы убедиться: Польша  продержалась
дольше любой европейской страны, подвергшейся гитлеровскому вторжению, -
и это при том, что на некоторых участках немцы  имели  пятнадцатикратное
превосходство в бронетехнике. К Варшаве немцы вышли 15-го сентября,  че-
рез две недели боев. Иными словами, чтобы  преодолеть  двести  пятьдесят
километров, отделявших польскую столицу от германской границы,  вермахту
потребовалось две недели (и еще примерно столько  же  длились  последние
бои). Вы, случайно, не помните, на каких рубежах  находились  германские
войска числа восьмого июля 1941-го? При том,  что  Красная  Армия  была,
скажем так, немножко побольше польской?
   Между прочим, сражение на реке Бзуре, где поляки нанесли мощный конт-
рудар, было во всех деталях описано  немецкой  "Фелькишер  беобахтер"  -
причем геббельсовские журналисты, отнюдь не склонные  расточать  похвалы
славянским недочеловекам, все же сквозь зубы признали за поляками и  во-
инское мастерство, и героизм.
   Можно еще упомянуть и о  героической  обороне  Вестерплятте  -  когда
горсточка солдат и курсантов неделю держалась против немецких  десантни-
ков, поддержанных с моря орудиями главного  калибра  крейсера  "Шлезвиг-
Гольштейн". О героическом рейде подводной лодки "Орел", прорвавшейся  из
Балтики в Великобританию. О дивизионе майора Генрика Добжаньского, кото-
рый до весны 1940 года партизанил в лесах в качестве кавалерийской части
- и лишь впоследствии расстался с лошадьми, уходя из облавы.  Рассказать
можно о многом, но это потребовало бы отдельной книги...
   Чтобы понять, откуда взялась сказочка о "гнилом орехе" и дебилах-кон-
никах, несущихся с шашками наголо на танки, следует вспомнить  об  одном
немаловажном факторе: 17-го сентября 1939-го на территорию Польши вторг-
лась и Красная Армия - по подсчетам историков, 30 пехотных,  20  кавале-
рийских дивизий и 12 моторизованных бригад. Против этой армады  на  вос-
точных границах стояли лишь пограничные части и несколько маршевых бата-
льонов с легким стрелковым вооружением. Через пару недель состоялся  со-
ветско-германский военный парад, а весной 1940-го гестапо и НКВД  начали
совместные операции против польского подполья в Кракове...
   Сказка о "гнилом орехе" была выгодна всем. Немцам - как лишнее  дока-
зательство неполноценности славян. Советские военные наконец-то  рассчи-
тались за позорно битого в двадцатом "великого полководца" Тухачевского.
(Кстати, я не могу отделаться от впечатления,  что  разбитый  Пилсудским
Тухачевский тихонько повредился в уме на почве Польши. Сохранилась  под-
робная стенограмма совещания высшего командования РККА 1935-го года, где
Тухачевский, словно шаманское заклинание, повторяет с пеной у рта:  "Все
зло от Польши, если кто-то на нас и нападет, то это,  несомненно,  будет
Польша..."*)
   * Эти материалы вполне доступны. Рекомендуется для  чтения  тем,  кто
продолжает считать Тухачевского великим стратегом... вполне ясно, но НИ-
ЧЕГО ИЗ ТОГО, ЧТО ПРОИЗОШЛО, не может повлиять на отношение Великобрита-
нии к России и войне"
   И, наконец, каким бы диким это ни показалось  иным  нашим  либералам,
легенда о "гнилом орехе" оказалась полезна той самой "западной  демокра-
тии", в которой деятели разлива Новодворской все еще видят некий рай...
   Увы, все так и обстояло. Проинформировав  своих  союзников  Англию  и
Францию о вооруженном вторжении Советов,  польский  министр  иностранных
дел Бек заявил, что ожидает от них "занятия решительной позиции в  отно-
шении советского правительства" [226]. Вам интересно знать, как отреаги-
ровали страны, имевшие с Польшей договор о совместной обороне?
   Франция промолчала вообще. Британское правительство в сообщении от 18
сентября заявило, что, вообщето, нападение на Польшу "не может быть  оп-
равдано выдвигаемыми Москвой аргументами", однако поторопилось уточнить:
"...полное значение этих событий нам еще не известно.
   Ларчик открывался просто. Черчилль, в то время первый  лорд  Адмирал-
тейства  (военно-морской  министр)  и  Галифакс*   были   одержимы   од-
ной-единственной конкретной задачей: направить советские  войска  против
Германии, дабы агонизирующая Британия выстояла. В свете такой задачи все
призывы польского руководства и напоминания о гарантиях  были  для  бри-
танских джентльменов чемто сродни зудению назойливого комара...
   * Эдвард Галифакс (1881-1959) - министр иностранных дел.
   Закончить рассказ о сентябре 1939-го года хочется  одной  тайной,  до
сих пор остающейся неразгаданной. Согласно воспоминаниям польских  стар-
ших офицеров, во время боев с советскими  войсками  захваченные  в  плен
красноармейцы (командир и несколько десятков солдат) выразили желание...
совместно с поляками воевать против немцев. На счету был каждый штык,  и
поляки решили рискнуть. Пленные получили свободу  и  оружие,  влились  в
состав одной из частей, пытавшихся прорваться из окружения, и,  согласно
тем же воспоминаниям, "показали себя храбрыми солдатами и хорошими това-
рищами".
   Дальнейшая судьба наших земляков, вступивших в войну  с  Гитлером  за
два года до его нападения на СССР, покрыта мраком неизвестности. Соглас-
но тому же польскому источнику, в конце сентября красноармейцы вместе  с
поляками оказались в немецком плену. После чего их следы теряются.  Быть
может, имело бы смысл покопаться в архивах НКВД - но  кто  же  нас  туда
пустит...
   Еще о "демократическом Западе, рае земном". В сочетании с  "еврейским
вопросом". Особо нервных просят не беспокоиться - речь идет не о России.
По моему глубочайшему убеждению, так называемый "еврейский вопрос в Рос-
сии" прекратил свое существование одновременно с уходом в небытие  неве-
жественного и горластого племени, именовавшегося "советской  интеллиген-
цией". Равно как и с  возникновением  нормальных  (ну,  почти  что  нор-
мальных) рыночных отношений.
   История вопроса проста, как мычание. Все баталии и сшибки, вся  вяло-
текущая борьба "патриотов" с "сионистами"  были  вызваны  примитивнейшим
фактором: теснотой жизненного пространства (поскольку "борцы" из обоих в
то время британский лагерей практически все наперечет принадлежали к ин-
теллигенции, жизненное пространство сужалось еще более). Лучший язык для
общения - говяжий...
   А его-то как раз и не было. Вернее, имелся, но в  мизерных  количест-
вах. Меж тем любой, кто хоть однажды давился  в  очереди  за  дефицитом,
знает: пробиваться к прилавку тесной сплоченной группой не в пример лег-
че. Вот и формировались ударные отряды "борцов с жидомасонством" и "бор-
цов с черносотенством". Слишком многих записных борцов с той и с  другой
стороны я знал лично, чтобы ошибаться в суждениях...
   Потом объявили капитализм. Капитализм был хиленький,  сюрреалистичес-
кий и нелепый, но кое-какие возможности появились, они есть до сих  пор.
Те, кто мог заработать, ушли на заработки (я имею в виду активистов обо-
их, конечно же, лагерей). Те, кто заработать не мог ни при каких властях
и укладах, либо эмигрировали (и на американском вэлфере, и в израильском
кибуце прожить, в принципе, можно, даже  не  особенно  напрягаясь)  либо
стали политиками. Окопы заросли бурьяном и  осыпались.  Правда,  до  сих
пор, ходят слухи, по обветшавшим ходам сообщения и полузатопленным блин-
дажам шатаются печальными призраками особо стойкие мушкетеры и гвардейцы
кардинала... Болтают, что редакция журнала "Наш  современник"  отправила
поисковую группу в Курск для  отыскания  жидомасонских  корней  Руцкого.
Болтают, будто детский писатель Кир Булычев отправил послание в  Кремль,
где требовал, чтобы в целях борьбы с антисемитизмом французский  беллет-
рист Андре Жид отныне писался повсюду "Андре Еврей". Но, как  выражались
братья Стругацкие, мало ли что болтают про страну варваров...
   Речь пойдет не о нашем многострадальном отечестве, а об Америке -  по
мнению убогоньких, светоче демократии. О ее позиции во времена Холокоста
- массового уничтожения нацистами евреев. К превеликому  нашему  удивле-
нию, можно обнаружить нечто, категорически опровергающее детски  наивные
суждения наших либералов...
   Слово израильскому журналисту Авигдору Эскину: "... в годы Катастрофы
великая Америка отказывалась принять еврейских беженцев. Государственный
департамент США оказался глух к просьбам принять в разгар  войны  восемь
тысяч еврейских сирот из Европы. Помнится и решение американского прави-
тельства в 1939 году отправить обратно в Германию корабль  с  еврейскими
беженцами на борту. Президент Рузвельт сказал тогда, что квота на иммиг-
рацию уже исчерпана".*
   * Здесь и далее цитируется по: Авигдор Эскин.  "Гуд  бай,  Америка!",
журнал "Возвращение", NN 6-7, 1992, Иерусалим, Израиль..
   Речь идет о корабле "Сент-Луис", на борту которого было девятьсот ев-
рейских беженцев. После того как их отказались принять и  США,  и  Куба,
двести человек удалось пристроить в  Англии,  а  остальных  высадили  во
Франции, Бельгии и Голландии. С приходом немцев большинство из  них  по-
гибло в газовых камерах.
   К вопросу о "безоговорочной поддержке Соединенными Штатами  Израиля".
Продолжаю цитировать Эскина:
   "Когда арабы грозили в 1948 году повторить эксперимент Гитлера,  аме-
риканцы наложили эмбарго на поставку оружия в  тогдашнюю  Палестину.  Не
стоит забывать и открыто враждебную позицию США по отношению  к  нам  во
время Синайской кампании 1956 года".
   Добавлю от себя: оружие в 1948 году в Палестину поставила  Чехослова-
кия (разумеется, после разрешения из Москвы), а позиция США в  отношении
Израиля в 1956 г. была настолько жесткой, что в Средиземном море крейси-
ровали американские военные корабли с атомным оружием на борту...
   "...с конца шестидесятых годов в Вашингтоне поняли, что Израиль может
служить незаменимым препятствием советской экспансии на Ближнем Востоке.
Именно тогда началась массированная помощь  США.  Только  тогда  подняла
Америка свой голос за право советских евреев на репатриацию.  Это  прои-
зошло не благодаря моральным принципам власть имущих в Вашингтоне.  Наше
сближение с Америкой нельзя также приписать доказавшему недавно свою не-
мощь еврейскому лобби. Политические интересы склонили Никсона,  Форда  и
их преемников протянуть Израилю руку помощи.  А  поскольку  политическая
фортуна изменчива, то настало время отторжения и расставания".
   К вопросу об американской помощи Израилю:
   "...утрата американской помощи ошибочно кажется катастрофической  для
Израиля. Не стоит только забывать, что она, эта помощь, никогда не  пре-
вышала десяти процентов нашего государственного бюджета, и что  уже  се-
годня американцы оказывают арабскому миру  большую  помощь,  чем  нам...
Вместе с ежегодными тремя миллиардами долларов американцы  принесли  нам
свою массовую культуру с ее безвкусием и развратом.  Американский  образ
жизни, проникший в дома многих израильтян, был проводником  материализма
и бездуховности. Экономическая помощь была всегда  сладкой  пилюлей,  но
только помогала  правительству  Израиля  откладывать  подлинное  решение
проблем, началом которого должно стать расформирование  социалистических
государственных и профсоюзных структур".
   Не правда ли, все вышеприведенное полностью противоречит иным устояв-
шимся штампам? Причем мне почему-то  кажется,  что  материалы,  подобные
статье Эскина, будут вызывать обиженный визг как раз  тех,  кто  именует
себя "демократами". Бывали, знаете ли, прецеденты...
   Уверен, многие и представления не имеют, что в  годы  второй  мировой
войны, вплоть до изгнания вермахта из  Франции,  в  Пиренеях  действовал
устроенный по личному указанию Франке так называемый "красный коридор" -
переход, по которому в Испанию уходили из оккупированной нацистами Евро-
пы евреи.
   Мелькнувшее выше слово "социализм" позволяет  ненавязчиво  перекинуть
мостик к очередному историческому примеру, связанному с Лениным. Многие,
наверное, еще помнят, сколько шума в свое время было поднято вокруг "за-
вещания Ленина", скрытого злодеем Сталиным от партии и народа. Был  даже
толстеный роман (забыл название, что-то  насчет  Арбата),  где  на  этом
построена вся нехитрая интрига.
   Недавно мне удалось откопать любопытнейший материал, по моему  глубо-
кому убеждению, способный раз и навсегда покончить с возней вокруг  "за-
вещания". Прошу прощения за обильное цитирование, но  я  обязан  придать
своей книге наукообразность. Да и читателю, смею думать, будет  интерес-
но. Итак...
   "В нескольких местах книжки Истмен говорит о том, что ЦК  "скрыл"  от
партии ряд исключительно важных документов, написанных Лениным в послед-
ний период его жизни (дело касается писем по национальному вопросу,  так
называемого "завещания" и т.д.), это нельзя назвать иначе, как  клеветой
на ЦК нашей партии. Из слов Истмена можно сделать тот вывод, будто  Вла-
димир Ильич предназначал эти письма, имевшие характер  внутриорганизаци-
онных советов, для печати. На самом деле это совершенно неверно.  Влади-
мир Ильич со времени своей болезни не раз обращался к руководящим учреж-
дениям партии и ее съезду с предложениями, письмами и пр. Все эти письма
и предложения, само собою разумеется, всегда доставлялись по назначению,
доводились до сведения делегатов XII и XIII съездов партии и всегда, ра-
зумеется, оказывали надлежащее влияние на решения партии, и если не  все
эти письма напечатаны, то потому, что они не предназначались их  автором
для печати. Никакого "завещания" Владимир Ильич не оставлял, и самый ха-
рактер его отношения к партии, как и характер  самой  партии,  исключали
возможность такого "завещания". Под видом "завещания" в иностранной бур-
жуазной и меньшевистской печати упоминается обычно (в искаженном до  не-
узнаваемости виде) одно из писем Владимира Ильича,  заключавшее  в  себе
советы организационного порядка. XIII съезд партии внимательнейшим обра-
зом отнесся и к этому письму, как ко всем другим, и сделал из него выво-
ды применительно к условиям и обстоятельствам момента. Всякие  разговоры
о скрытом и нарушенном "завещании" представляют собою злостный вымысел и
целиком направлены против фактической волн Владимира Ильича и  интересов
созданной им партии".
   Нет, дорогой читатель, это не Сталин. Цитировался отрывок  из  статьи
Л.Д. Троцкого "По поводу книги Истмена "После смерти  Ленина"",  напеча-
танной в N 16 журнала "Большевик" от 1 сентября 1925 года. Правда, через
несколько лет, оказавшись в принудительной турпоездке за границей, Троц-
кий начал писать нечто совершенно противоположное, но это уже другая ис-
тория...

   КУРЬЕЗЫ И АНЕКДОТЫ

   Опасаясь, что читатель может немного заскучать после столь длинных  и
сухих цитат, спешу его немножечко развеселить.
   Известно ли вам, как было раскрыто имя первого польского  книгопечат-
ника? В начале нашего века польские историки потратили массу  времени  и
сил, копаясь в сохранившихся архивах и летописях XV столетия. Было  дос-
товерно известно, что польский первопечатник - не поляк, а немец,  прие-
хавший из какого-то германского государства  (которых  тогда  насчитыва-
лось, крохотулек, несметное количество). Было известно, что работал он в
Кракове, тогдашней польской столице. Были известны годы, когда это  про-
исходило. Не хватало одного - имени. Сохранившиеся книги не были снабже-
ны, как сказали бы мы теперь, "выходными данными".
   Нашли неожиданно. И оказалось, что просто-напросто искали не там... В
покрытых вековой пылью бумагах Краковского суда обнаружилось относящееся
к 1476 году дело, довольно обычное как для того времени, так и для наше-
го века. Некая Марта из Черной Веси слезно била челом господам королевс-
ким судьям, жалуясь на некоего ветреного молодца, каковой ее  обольстил,
но после рождения дитяти категорически отказался не то что жениться,  но
дать хотя бы грошик на содержание крошки. И звался этот повеса - "печат-
ник книг Каспар из Баварии"!
   Все совпадало. Правда, дальнейшие изыскания так и не определили фами-
лию означенного Каспара - более-менее точно удалось установить: либо Го-
федер, либо Штраубе. Но главное, имя удалось извлечь из небытия...
   Мне до сих пор любопытно: как выпутался повеса Каспар из  этой  исто-
рии? Увы, подробностей отыскать пока не удалось...
   О политике. Недавно российский журнал "Махаон" привел любопытные фак-
ты некоего полумистического совпадения фамилий нынешних  "демократов"  с
фамилиями из списка лиц, "кои с 1910  года  разыскивались  Департаментом
полиции как проводившие подрывную  работу  против  Российской  империи":
несколько Заславских, Иосиф Собчак, Лихачев, К.Ф. Старовойтов, несколько
Станкевичей, Д.Р. Басилашвили, два Лаврова, А.Б. Гамсахурдия, А.Н. Калу-
гин, И.Г. Ландсберг. А также - матрос с "Авроры" Курков...
   Самостоятельно дополняя этот список  однофамильцев,  я  наткнулся  на
Александра Политковского, крупного сановника, во времена Николая  I  ве-
давшего инвалидными капиталами. (В те времена инвалидами  именовались  в
первую очередь не увечные, а отставные военнослужащие). Капиталы,  кото-
рые должны были идти на пенсионы и иные  выплаты  инвалидам,  означенный
Политковский разворовывал годами, в поразительных масштабах. А казначеем
в этом же богоугодном заведении состоял... И.Ф. Рыбкин!
   В конце концов хищения вскрылись, император  разгневался  и  назначил
строжайшее следствие. Политковский как нельзя более кстати принял  яд  и
преставился (а может, помогли, в точности как в анекдоте про безвременно
усопшую тещу и мухоморы). Зато на Рыбкине власть предержащие  отыгрались
сполна - его погнали на каторгу, в Сибирь, после чего из российской  пи-
саной истории он исчез навсегда.
   Погрузившись в "век золотой Екатерины", нежданнонегаданно удалось об-
наружить еще одного Гавриила Попова, одержимого столь  же  непреодолимой
тягой к изящной словесности...
   В 1792 году Тайная экспедиция (думаю, нет нужды  подробно  объяснять,
что это было за жутковатое учреждение) сграбастала под арест купца  Гав-
риила Попова за его сочинение, в котором он  под  псевдонимом  "Ливитов"
писал о равенстве всех людей независимо от сословия, осуждал порабощение
человека человеком, то есть крепостное право, выступал  против  торговли
людьми, предупреждал "вельмож" о возможности  восстания  "ожесточившихся
земледельцев". Купца, чтобы впредь не умничал и не писал лишнего, сосла-
ли в Спасо-Евфимьевский монастырь. Что по меркам того жестокого  времени
было форменным актом гуманности.
   Зато со студентом Невзоровым, примерно в то же самое время оказавшим-
ся в лапах той же милой конторы, церемонились меньше:  когда  гонористый
студент заявил было, что на вопросы отвечать не будет,  ему  пригрозили,
что начнут охаживать поленом по хребту...
   О "гнилой интеллигенции". Отчего-то этот термин принято  считать  вы-
думкой то ли Ленина, то ли Сталина, в  общем,  большевистским  хамством.
Однако все обстояло несколько иначе. В 1881 году, после убийства народо-
вольцами Александра II, изрядное количество прекраснодушных русских  ли-
бералов (издавна страдавших вывихами интеллекта) начало шумную кампанию,
призывая нового императора простить и помиловать убийц его отца.  Логика
была проста, как мычание: узнав, что  государь  их  помиловал,  кровавые
террористы умилятся, раскаются и во мгновение ока станут мирными ягнята-
ми, занявшись каким-нибудь полезным делом. Свою лепту в  эту  шизофрению
внес и Лев Толстой, всю жизнь критиковавший  российских  императоров  из
своего комфортного поместья.
   Сегодня, обогащенные историческим опытом, мы  с  полной  уверенностью
можем сказать, что рассчитывать на превращение террористов вроде Степня-
ка-Кравчинского или Веры Засулич в  полезных  членов  общества  было  по
меньшей мере наивно. Впрочем, Александр III уже тогда понимал, что  луч-
ший метод убеждения народовольческой сволочи* - петля или в крайнем слу-
чае солидный тюремный срок (что блестяще подтвердилось на  примере  Н.А.
Морозова, после двадцатипятилетней отсидки и в самом деле  ставшего  по-
лезным членом общества, крупным ученым). Именно он,  однажды  в  сердцах
отшвырнув стопу либеральных газет, воскликнул:  "Гнилая  интеллигенция!"
Источник надежный - одна из фрейлин императорского двора, дочь поэта Фе-
дора Тютчева.
   * Интересно, что к движению народовольцев был причастен один из пред-
ков В. Новодворской. Отсюда, надо полагать, и берет начало лютый больше-
визм Московской Девственницы - гены, увы...
   О гримасах юстиции. Бессилие юстиции с ее "сто сорок  четвертым  пос-
ледним предупреждением" - изобретение не нашего  времени.  В  Польше,  в
буйном XVII веке, суд двадцать восемь раз приговаривал к  "баниции",  то
есть изгнанию за пределы королевства, легендарного пана  Ляша,  ставшего
чуть ли не синонимом шляхетского буйства. Хотите знать,  как  реагировал
этот обормот? Подшил означенными двадцатью восемью приговорами свою  бе-
кешу и нагло разгуливал по столице, вслух сетуя, что на  подкладке  есть
еще свободное место, да вот беда, приговоров не хватает... Полиции тогда
в стране практически не существовало, и заставить  шляхтича  подчиниться
приговору суда было делом безнадежным.  Это  и  называлось  "вольностями
дворянскими". Справедливости ради следует отметить, что Ляш выглядел ан-
гелом кротости по сравнению с паном Потоцким, жившим столетие спустя,  -
сей магнат, когда суд вынес ему приговор  "за  бесчинства",  ворвался  в
зал, где творилось правосудие, во главе своей вольницы,  велел  гайдукам
положить судей на пергамент с только что записанным приговором, спустить
штаны и высечь. И положили. И высекли. Прямо на приговоре.
   Тот же пан Потоцкий обожал игру в "ку-ку", заключавшуюся в  том,  что
деревенских баб загоняли на деревья и велели со всем прилежанием кричать
"ку-ку!", а Потоцкий и его гости палили по бедолажным "кукушкам"  мелкой
дробью, норовя попасть пониже спины.
   Впрочем, как выражались те же Стругацкие, -  не  воротите  нос,  ваши
собственные предки были не лучше... по крайней мере, у Потоцкого стреля-
ли мелкой дробью. Зато в домашнем тире российского  помещика  Струйского
господа развлекались тем, что заставляли крепостных  мужиков  бегать  на
ограниченном пространстве и стреляли по ним из ружей и пистолетов  пуля-
ми. Убивая насмерть.
   Струйский считается яркой достопримечательностью екатерининского вре-
мени. У себя в имении он оборудовал типографию, где издавал в роскошней-
шем оформлении собственные  бездарные  стихи,  -  Екатерина  любила  де-
монстрировать эти книги европейским гостям, словно бы  мимоходом  упоми-
ная, что эти роскошные фолианты изданы в глухой  провинции,  что,  легко
догадаться, символизирует просвещенность ее царствования.
   О домашнем тире Струйского, понятно, в обществе вслух не  говорилось.
Как и о его жуткой коллекции орудий пыток, старательно скопированных  со
средневековых образцов. Была у поэта-типографщика еще одна страстишка...
Иногда он устраивал над кем-нибудь из своих крестьян суд по всей  форме,
а приговор был всегда одинаков: "запытать до смерти". За беднягу тут  же
принимались палачи, обученные обращению с "коллекцией",  и  останавлива-
лись, лишь когда жертва испускала дух.
   Доклад  императору  Александру  I  о  положении  дел  с   крепостными
крестьянами, откуда взяты вышеприведенные факты, до  сих  пор  не  издан
полностью - даже в наши беспредельные времена следует беречь нервы чита-
теля...
   Насколько же невинно по сравнению с этим выглядит одна из статей  до-
говора меж Русью и Византией, заключенного в Х веке после очередной вой-
ны! Византийцы, с одной стороны, соглашались беспрепятственно  допускать
в Константинополь русских, с другой же потребовали занести на  пергамент
торжественное обещание русских "впредь не разбойничать на  улицах  Конс-
тантинополя и в его окрестностях". Для такого уточнения должны были быть
веские причины, основанные, надо полагать, на  многочисленных  печальных
прецедентах...
   Кстати, о грабежах...
   Сейчас, когда вновь поднялся страшный шум вокруг "проблемы реституции
перемещенных культурных ценностей" (означающей, что Россия должна  пере-
дать Германии свои законные трофеи в обмен на ядреный шиш  с  германской
стороны), поневоле вспоминается анекдотическая, но  невымышленная  исто-
рия, связанная с "церковными вратами": В Новгороде, в соборе святой  Со-
фии, до сих пор радуют глаз старинные литые двери, изготовленные  в  За-
падной Европе, в веке, кажется, десятом. История их весьма примечательна
- на фоне воплей о реституции...
   Однажды древние новгородцы собрались в Швецию по совершенно житейским
делам - нужно было немного пограбить шведскую столицу Сигтуну. Такие  уж
тогда были обычаи: когда обитатели  какой-нибудь  страны  замечали,  что
немного поиздержались, они со спокойной  совестью  отправлялись  грабить
ближних или дальних соседей. Сами ограбленные, подсчитав синяки и  убыт-
ки, долго не горевали, в свою очередь начиная поглядывать по сторонам  в
поисках слабого соседа, к которому стоило бы наведаться в гости. Словом,
такое поведение считалось вполне светским, я  бы  сказал,  комильфотным.
Стало уже хрестоматийным упоминание о некоем французском бароне, который
построил замок близ Парижа и нахально грабил королевские  обозы.  Бывали
случаи и похлеще: скажем, в августе 1248 г. два немецких рыцаря, Пильге-
рин и Вейнольт, заявились в гости к своему  знакомому,  рыцарю  и  поэту
Ульриху фон Лихтенштейну, однако вместо дружеского  застолья  разграбили
драгоценности хозяйки дома, а самого Ульриха уволокли с собой  и  больше
года держали в подвале, пока не получили выкуп...
   Вернемся к новгородцам. Итак, они прихватили побольше пустых  мешков,
сели на крутобокие ладьи и поплыли в Швецию. Но где-то на полпути встре-
тились с ладьями эстов (предков древних эстонцев), каковые не без  само-
довольства сообщили, что новгородцы старались зря и  могут  поворачивать
оглобли - ибо они, эсты, как раз и плывут из Сигтуны,  где  грабить  уже
совершенно нечего, и вообще Сигтуна, откровенно говоря, давно уже  дого-
рает...
   Новгородцы, как любой на их месте, прежестоко оскорбились  -  готови-
лись, предвкушали, ладьи конопатили, топоры точили, мешки запасали! - и,
недолго думая, предложили эстам поделиться награбленным.
   Теперь уже оскорбились эсты, усмотрев в столь наглом  требовании  из-
вечную тягу русских к халяве. И заявили нечто вроде: в конце-то  концов,
все добро они честно награбили, трудясь в поте лица. Разграбить и  сжечь
шведскую столицу - это вам не на гуслях тренькать у  себя  в  Новгороде,
былины про Садко распевая! Если хотите разбогатеть -  плывите  дальше  и
сами кого-нибудь ограбьте, как приличным людям и  полагается!  Мигранты,
мать вашу... "Ах так, чудь белоглазая?! - взревели новгородцы  некормле-
ными ведмедями. - Ну, тогда все отымем!"
   Неизвестно, насколько этот диалог соответствовал истине, зато  досто-
верно известно другое: последовало морское сражение, в результате  кото-
рого эстов чувствительно потрепали и отобрали у них кучу  добра,  в  том
числе и вышеупомянутые врата, которые торжественно установили в Новгоро-
де (в конце-то концов, утешали свою совесть,  должно  быть,  новгородцы,
эсты все равно язычники, и церковные двери им ни к чему).
   По логике отечественных либералов данные двери, надо полагать, следу-
ет вернуть Швеции. Реституировать, извините за  выражение.  Однако  есть
небольшая загвоздка. Врата эти шведы самым беззастенчивым образом сперли
в германских землях, когда подожгли и ограбили то ли Аахен, то  ли  Бре-
мен. Так кому же прикажете возвращать произведение искусства - Германии,
Швеции или Эстонии? Пожалуй, гораздо проще будет оставить все как  есть.
Занеся "реституцию" в разряд неприличных слов. А нынешние немцы, требую-
щие вернуть им "награбленное", право же, чрезвычайно напоминают итальян-
цев, которые в свое время зело сокрушались и ругали наполеоновских  гра-
бителей, безжалостно уволокших во Францию четверку бронзовых коней, сто-
летиями украшавших венецианскую площадь святого Марка. При этом итальян-
цы как-то упускали немаловажную деталь: кони эти некогда украшали  Конс-
тантинополь, откуда их и сперли итальянские рыцари, принимавшие  участие
в разграблении города в 1206 г...
   Нечто подобное произошло четыре столетия спустя опять-таки на  Балти-
ке, когда шла затяжная морская война меж Ганзейским союзом и его против-
никами. Известный капер Пауль Бенеке, перехватывавший все корабли,  иду-
щие в стороны Англии, захватил два парусника нейтральной  Бургундии,  не
принимавшей участия в сваре. На борту одного из них обнаружился  распис-
ной алтарь работы известнейшего мастера того времени Ханса Мемлинга.
   Городской совет Гданьска, принадлежавшего  тогда  ганзейским  немцам,
принял решение установить алтарь в одной из церквей. Протестовал  герцог
Бургундский, протестовали флорентийцы, которым и предназначался  алтарь.
Римский папа Сикст XVI отправил в Гданьск личного посланца - нойон ниче-
го не добился.
   Давно исчезла Ганза, Гданьск перешел к полякам. Алтарь  работы  Ханса
Мемлинга до сих пор находится в Мариацком костеле,  никто  за  давностью
лет и не думает его возвращать.
   Так что скользкая это тема - реституция...

   СЛУЧАЙ И СЛУЧАЙНОСТИ

   В некоторых последующих главах этой книги будет уделено немало внима-
ния роли случая в истории. Случая, способного направить историю по  ино-
му, новому пути, ничуть непохожему на тот, что мы привыкли считать един-
ственно возможным.
   С одной стороны, занятие это сугубо неблагодарное - поскольку  ничего
нельзя проверить точно, любые  умозаключения  останутся  красивой  игрой
ума. С другой же - стоит попытаться создать конструкцию, которая все  же
окажется близка к правде. Тем более, что роль случая в  истории  -  тема
крайне увлекательная.
   А потому, как водится, умы привлекает давно. Еще и оттого, что  наст-
радались вдоволь под гнетом дубоватой "марксистско-ленинской"  историог-
рафии, сводящей все, когдалибо на этом  свете  происходившее,  к  борьбе
"классов и производительных сил". Хватит, накушались досыта...
   Правда, не стоит выплескивать с водой и ребенка. Классы и  производи-
тельные силы, их борьба и  столкновение  интересов  выдуманы  отнюдь  не
большевиками. Крайности тут возможны с любой стороны: скажем,  Станислав
Лем с присущей ему гениальностью довел отрицание  марксистских  догм  до
абсурда - в своем двухтомном труде "Философия случая"  он  провозгласил,
что Его Величество Случай лежит в основе всего и вся.  По  Лему,  и  ис-
кусства, и человеческое общество, и сама эволюция - продукт слепого слу-
чая. "Случай - поворотный фактор всякого эволюционного процесса,  уклад,
возникший в результате данного процесса, создает  собственные  системные
законы, не имеющие ничего общего с первоначальным поворотным фактором".*
   * S. Lеm. Filozofia przypadku. W.L. Krakow, 1988.
   Правда, спустя несколько лет Лем самокритично  признал,  что  был  не
вполне прав. Что ж, истина, как ей и полагается, лежит всегда  посереди-
не. Есть у нее этакая милая привычка - всегда лежать посередине...
   Скажем,  распространение  протестантского  учения  в  Германии   было
следствием не "чаяний народных масс", а вполне меркантильных желаний та-
мошних баронов и герцогов, сделавших из проповедей Лютера простой и нед-
вусмысленный вывод: появилась теоретическая база, которая позволяет  как
бы и на законном основании отобрать у католической церкви все движимое и
недвижимое имущество. И отбирать бросились со всем усердием.
   Правда, тут же обозначает свое присутствие насмешник-случай. Во  мно-
гих странах господа дворяне облизывались на церковное имущество.  Но  не
во всех хватило духу претворить мечты в жизнь. И остается открытым  воп-
рос: случайностью или закономерностью было поражение католицизма в  Анг-
лии? Будь король английский Генрих VIII не столь любвеобилен,  не  разо-
бидься он на папу  римского  за  отказ  освятить  очередной  королевский
брак... Простор для версий открывается необозримый.
   И поневоле заставляющий вернуться к старому спору о роли  личности  в
истории. Александр Дюма трактовал этот вопрос с исконно  галльской  лег-
костью: Европа едва не погрузилась в огонь и кровь  оттого,  что  герцог
Икс принял маршала Игрека, сидя на сломанном стуле..."
   Насчет стула - явный перебор. Стул здесь выполняет роль той самой ко-
робки из романа Азимова "Конец вечности". Помните? Достаточно  путешест-
веннику во времени переставить коробку не на ту полку, чтобы никогда  не
появились в данной реальности сверхбыстрые космические корабли...
   И, конечно, классическая бабочка Рэя Брэдбери, о которой помнит  вся-
кий любитель фантастики...
   Пожалуй, это тоже - доведение до абсурда. Можно было  убить  Гитлера,
можно было убить десяток Гитлеров, но вряд ли это остановило  бы  грохот
подкованных сапог по германской брусчатке. Чересчур сильно была  унижена
Германия после первой мировой войны, чересчур ограблена,  слишком  много
горючего материала накопилось, чтобы надеяться  на  мирный  исход.  Хаос
рождает чудовищ - и чудовище пришло...
   И наоборот. Порой одна-единственная сильная личность  способна  спра-
виться с хаосом (конечно, если дело не зашло слишком далеко). Классичес-
ким экспериментом на тему "роли личности в истории" можно считать шведс-
кие события второй половины XVIII века, точнее - переворот,  совершенный
молодым королем Густавом III Адольфом.
   Сейчас об этом помнят плохо, но в те времена Швеция представляла  со-
бой практически полный аналог Польши. Точно так, как  в  Польше,  разгул
"вольностей дворянских" достиг немыслимых пределов. Страна стояла на по-
роге беззастенчивого раздела - в риксдаге, шведском  парламенте,  совер-
шенно открыто действовали "прусская", "датская" и "русская"  партии,  за
солидное денежное вознаграждение от соответствующих держав интриговавшие
в их пользу. У короля была одна-единственная привилегия: второй,  допол-
нительный голос в парламенте. И только. И все. Крах стоял на пороге.
   В это время вспыхнули крестьянские восстания,  и  риксдаг  (полностью
выражавший интересы дворянства, и только дворянства) перед лицом  несом-
ненной угрозы сделал опрометчивый шаг: доверил молодому королю  командо-
вание армией (каковой привилегии после смерти Карла XII* шведские монар-
хи были лишены)...
   * Есть интересная, довольно доказательная версия о том, что Карл  XII
не погиб от шальной пули при осаде неприятельской крепости, а  был  убит
выстрелом из своего же окопа в результате заговора тех, кто хотел покон-
чить с его военными авантюрами, губительно действовавшими на Швецию.
   Господа дворяне и подозревать не могли, что данные крестьянские восс-
тания подготовлены агентами короля на его же деньги.  Ради  незатейливой
цели: получить в свое распоряжение вооруженную силу. Когда спохватились,
было уже поздно: молодой Густав сумел завоевать расположение армии, и  в
одно прекрасное утро здание парламента окружила гвардия с пушками, нехо-
рошо посверкивали граненые багинеты, дымились фитили, а третье сословие,
моментально смекнувшее, что к чему, шумно выражало одобрение столь ради-
кальным реформам.
   Реформы, в самом деле, последовали  радикальные.  Дворянству  основа-
тельно прищемили хвост и навели в стране порядок. Планы по разделу  Шве-
ции так и остались нереализованными и потраченные на это денежки -  руб-
ли, кроны и талеры - пропали зря. Королю Густаву так и не простили столь
крутых реформ - в 1792 г. граф Анкерстром выстрелил в него на  дворцовом
балу, нанеся смертельную рану, но возврата к прежним вольностям шведское
дворянство так и не дождалось, процесс оказался необратимым. Ну, а  ока-
жись на месте Густава более вялая и нерешительная личность? Швеция могла
исчезнуть с географической карты, как в том же XVIII в. исчезла  Польша,
где сильного человека не нашлось...
   Разумеется, в умозрительных гипотезах на тему "параллельной  истории"
следует придерживаться строгой логики, а не произвольных фантазий. Люби-
тели творчества английского юмориста Джером Джерома  должны  помнить  те
строчки из "Троих в одной лодке", где Джером (гораздо раньше многих фан-
тастов) пытается создать "альтернативную историю".
   Герои попадают в городок, где некогда под нажимом баронов король  Ио-
анн (тот самый незадачливый "принц Джон" из романа  "Айвенго")  подписал
Великую хартию вольностей. И один из них, фантазер и мечтатель, невольно
начинает размышлять: а возможен ли был другой исход?
   "...он бросает быстрый взгляд на своих французских наемников, выстро-
енных сзади, и на угрюмое войско баронов, окружившее его.
   Может быть, еще не поздно? Один сильный, неожиданный  удар  по  рядом
стоящему всаднику, один призыв к его французским войскам, отчаянный  на-
тиск на готовые к отпору ряды впереди - и эти мятежные бароны еще  пожа-
леют о том дне, когда они посмели расстроить его планы! Более смелая ру-
ка могла бы изменить ход игры даже в таком положении. Будь на его  месте
Ричард, чаша свободы, чего доброго, была бы выбита из рук Англии, и  она
еще сотню лет не узнала бы, какова эта свобода на вкус!"
   Ситуация смоделирована великолепно - и наверняка  послужила  образцом
доя многих писателей, интересовавшихся  альтернативной  историей.  Здесь
допущен, увы, один-единственный логический изъян...
   Король Ричард Львиное Сердце просто-напросто и не смог  бы  оказаться
на месте жалкого и ничтожного Иоанна, навсегда припечатанного в английс-
кой истории кличкой Безземельный. Слабый, нерешительный, чуть ли не  са-
мый ничтожный среди британских королей, Иоанн как раз и позволил загнать
себя в столь унизительную ловушку.
   Но не Ричард. Человек, который однажды после взятия  одной  из  сара-
цинских крепостей приказал распороть животы  нескольким  сотням  пленни-
ков*, чтобы проверить, не проглотили ли они драгоценности,  развесил  бы
баронов по деревьям и воротам при первом же  намеке  на  непокорность...
Какие, к черту, вольности?!
   * Некоторые историки оценивают число жертв этой резни в три тысячи.
   Иногда случайности проявляют себя в истории столь замысловато и  нео-
жиданно, что требуют какого-то иного имени - быть может, следует  допол-
нить Историю неким подразделом, которому лично я не  в  силах  подобрать
названия...
   Открытие Америки и завоевание Америки - разные вещи. Вполне возможно,
завоевание и не последовало бы столь быстро вслед за открытием, не  будь
в Испании столь многочисленных деклассированных элементов, оставшихся не
у дел после окончания многовековой войны с маврами. Вся эта разномастная
орда умела лишь воевать, ничего другого не знала и не хотела - а  потому
как нельзя более кстати оказалась под рукой. Вместо того  чтобы  тратить
массу денег и времени, ликвидируя и рассаживая  по  королевским  тюрьмам
буйную вольницу, ее отправили за океан, где она вдребезги  разнесла  ин-
дейские государства и обеспечила поток золота в метрополию. Увязни  Кас-
тилия и Леон в Реконкисте еще лет на полсотни  -  история  обеих  Америк
могла бы стать совершенно другой. Примером тому - Франция, у которой так
и не нашлось избыточных людских ресурсов, которые можно было бы перебро-
сить в Америку. А потому своих заокеанских владений  французская  корона
лишилась так жалко и бездарно, как пьяница теряет на улице кошелек...
   Наверное, навсегда останется нерешенным вопрос: какую  роль  в  крахе
Бориса Годунова, далеко не самого худшего русского царя,  сыграли  обру-
шившиеся на Россию природные катаклизмы 1601-1602 года? Вполне возможно,
не случись этих стихийных бедствий (к которым мы  вернемся  в  одной  из
последующих глав), династия Годуновых могла и не прерваться - а  это,  в
свою очередь, влекло несомненное изменение истории...
   Кстати, о климате и природе. Много язвительных слов было  написано  о
"нечистоплотности" западных европейцев, отроду не ведавших  такого  удо-
вольствия, как русская банька, вообще мывшихся едва ли не раз в жизни. В
общем, насмешки эти вполне справедливы - Западная Европа и в самом  деле
не грешила регулярным мытьем лица и тела. Однако причины тому лежат не в
области морали и нравов, а связаны со вполне конкретными природными  ус-
ловиями...
   Своим многовековым банным традициям Русь  обязана,  как  легко  дога-
даться, превеликому обилию лесов, сиречь - неограниченному потоку  дров.
Самое естественное дело на Руси - пойти в  лес  и  невозбранно  нарубить
дровишек, сколько сможешь унести (были, правда, ограничения на  порубку,
но уж на баньку-то дрова всегда находились).
   В Западной Европе обстояло иначе. Письменные источники  средневековья
свидетельствуют, что мылись там столь же часто и охотно, как на  Руси  -
до определенного времени. Примерно к концу XV века, однако,  густые  не-
когда европейские леса были чуть ли не сведены под корень,  и  наступила
первая, пожалуй, в писаной европейской истории экологическая катастрофа.
Уже тогда пришлось поневоле понять: если уничтожение лесов будет продол-
жаться теми же темпами, Европа будет напоминать сарацинские пустыни.
   Тут-то и берет начало драконовское законодательство, направленное  на
охрану лесов, - вплоть до того, что у виновного  в  самовольной  порубке
вытягивали кишки и прибивали их гвоздем к дереву... Дрова стали нешуточ-
ной роскошью. Простой дворянин (не говоря уж о третьем сословии) уже  не
мог позволить себе такой роскоши, как теплая ванна, ставшей  привилегией
особо зажиточных аристократов. Угля тогда еще не добывали в значительных
количествах.
   С тех времен и начинается "грязный" период истории Западной Европы. О
регулярном мытье приходится забыть, дрова для кухонь стоят приличных де-
нег, кропотливо подбирается каждая щепочка, как раз  в  те  годы  низшие
классы вынуждены перейти на еду, не требующую приготовления на огне: со-
лонина, хлеб с луком, всевозможные похлебки"затирухи". Жареное,  вареное
и печеное превращается в деликатес для благородных. Будь  тамошние  зимы
похолоднее, Западная Европа, без преувеличений, могла вымерзнуть. Конеч-
но, это не "случай", это должно называться как-то иначе, но ситуация  не
связана ни с политикой, ни с религией, ни с классовой борьбой...
   К слову, эта "классовая борьба" иногда претерпевала под пером  право-
верных советских историков удивительные метаморфозы. Еще с двадцатых го-
дов нашего грешного века было принято, описывая восстание  Уота  Тайлера
1380 г., отмечать "участие в крестьянском восстании пролетариата  Лондо-
на". К сожалению, в действительности мифический "лондонский пролетариат"
(проще говоря, городские ремесленники) был  движим  не  в  пример  более
шкурными интересами. Дело в том, что в Лондоне тогда осело изрядное  ко-
личество фламандских ремесленников, составивших  нешуточную  конкуренцию
коренным мастерам. И  вот,  едва  только  в  Лондон  заявилась  мужицкая
вольница, городские ремесленники использовали  короткий  период  полного
безвластия для решения сугубо внутренних проблем - они быстренько, в хо-
рошем темпе, перебили и перетопили в Темзе ненавистных фламандских  кон-
курентов, после чего весь их бунтарский дух волшебным образом испарился,
и они вновь стали лояльнейшими подданными британской короны,  в  доказа-
тельство чего стали отлавливать на улицах  отставших  от  своих  отрядов
тайлеровских крестьян и с той же сноровкой бить по голове...
   Еще о случайностях. Некоторые  английские  историки  вполне  серьезно
считают, что в занятии английского престола династией Йорков в 1485 году
огромную роль сыграла примитивнейшая случайность, связанная с  незнанием
геральдики...
   Как многие, возможно, помнят хотя бы из  приключенческих  романов,  в
конце XV столетия в Англии боролись за престол Йорки и Ланкастеры,  име-
нуемые еще Алой и Белой розами. И у тех, и у других имелись определенные
права на королевскую  корону,  а  потому  решить  дело  можно  было  од-
ним-единственным способом - войной, поскольку уступить никто  не  хотел.
Сорок лет две ветви королевского дома  Плантагенетов  заядло  истребляли
друг друга, а заодно и тех, кто подворачивался под горячую руку...
   В пасхальное воскресенье 14 апреля 1471 года войска йоркского  короля
Эдварда IV неподалеку от Лондона, под Барнетом, стали сближаться с арми-
ей графа Варвика, одного из наиболее  ярких  и  талантливых  полководцев
ланкастерцев. На равнине стоял туман, осторожный Варвик выслал  разведку
- последующие события недвусмысленно доказывают,  что  разведчики  графа
разбирались в геральдике примерно так, как нынешний интеллигент  советс-
кого розлива - в логике и иностранных языках.
   Дело в том, что среди множества геральдических  эмблем  того  времени
имелось две, во многом схожих. Так называемое "Солнце величия" (солнце с
изогнутыми лучиками, чье количество колебалось от двенадцати до шестнад-
цати) и "эстуаль" (звезда с шестью лучами). Человек темный мог и перепу-
тать...
   Они и перепутали. Под знаменем с "солнцем  величия"  наступал  король
Эдвард. Под знаменем с "эстуалью" приближался верный союзник Варвика, Де
Вер, граф Оксфордский. Именно знамя последнего и  приняли  за  вражеский
стяг незадачливые разведчики графа Варвика. И доложили соответственно.
   Раздумывать было некогда, Варвик скомандовал атаку - и его солдаты со
всем усердием врубились в ряды своих же союзников.  Какой-то  однотипной
военной формы тогда не существовало, а в лицо знали  друг  друга  только
высшие командиры. Граф Оксфордский, в свою очередь, решил, что подвергся
нападению йоркистов, и велел стоять насмерть. Пока  союзники  истребляли
друг друга, их настоящий противник, король Эдвард, быстро  разобрался  в
ситуации и, справедливо сочтя ее подарком судьбы, ударил на обоих.  Лан-
кастерцы понесли страшное поражение, сам Варвик был убит.  С  той  битвы
фортуна бесповоротно склонилась на сторону  Йорков,  противники  которых
после этого удара оправиться уже не смогли... История не сохранила  имен
болванов, несведущих в геральдике.
   И напоследок стоит рассказать  об  одной  интереснейшей  случайности,
связанной на сей раз с техникой. В одной из советских лабораторий тщетно
пытались получить новую разновидность  электролита  для  гальванического
покрытия корпусов наручных часов. Было известно, что для успеха  необхо-
димо добавить в исходную массу небольшое количество  органической  субс-
танции. Одна беда: к тому времени насчитывалось около миллиона  подобных
субстанций, и, чтобы испробовать их все, не хватило бы жизни человека.
   Случай не замедлил о себе напомнить. Придя утром на работу,  лаборант
вынул из электролитической ванны сверкающую, как зеркало,  металлическую
пластинку - это было именно то, чего и добивались!
   Срочно повторили эксперимент в той же ванне.  Вторая  плитка  так  же
сверкала. Тогда в другой, гораздо большей ванне решили нанести  покрытие
на большую партию плиток, налив туда электролит того же состава...
   Полный провал. Плитки оставались неприглядно матовыми. Один и тот  же
электролит в небольшой лабораторной ванне и в огромной заводской вел се-
бя по-разному. Объяснение подворачивалось одно: в малой ванне, и  только
в ней, вдруг появился какой-то непонятный компонент...
   Вскоре выяснилось, что компонентом этим была... слюна. Один  из  сот-
рудников, разозленный провалом очередного эксперимента, смачно плюнул  в
ту самую лабораторную ванну, уходя домой. В его  слюне  оказались  некие
микроскопические добавки, сработавшие на успех. "Виновника" заставили от
души поплевать в заводскую ванну - и погруженные туда плитки вскоре пок-
рылись столь же идеальной сверкающей полировкой.
   Увы, продолжения эта история не получила, и состав слюны остался  за-
гадкой. Началась Великая Отечественная, лаборант ушел в ополчение и  по-
гиб под Москвой...

   НЕЗАДАЧЛИВЫЙ КОРОЛЬ ЕЖИ

   В этой книге читатель не раз встретится со случаями, когда  чистейшей
воды сказки попадали в историю и оставались в ней на правах реальных со-
бытий, а происшедшее на самом деле впоследствии бывало объявлено даже не
сказкой - гнусным вымыслом. Чтобы лучше понять, отчего  так  происходит,
рассмотрим два случая: правду, объявленную вымыслом, и вымысел,  неумыш-
ленно объявленный правдой...
   В двадцатых годах прошлого столетия во Франции вышла весьма  любопыт-
ная книжечка. Ее автор пытался доказать, что Наполеона Бонапарта...  ни-
когда не существовало! Что "так называемый Бонапарт"  -  на  самом  деле
нечто вроде массовой галлюцинации, отражение старинных народных поверий.
Двенадцать маршалов Наполеона (которых на самом деле было вовсе не  две-
надцать - А.Б.) объявлялись "преломлением в народном сознании двенадцати
знаков зодиака". И так далее, и тому подобное. Читатель,  решивший,  что
речь идет о шутке, о розыгрыше, ошибется. Розыгрышем здесь и  не  пахло.
Книга была написана по заказу восстановленных  на  французском  престоле
Бурбонов и издана на их денежки из секретных полицейских фондов. Бурбоны
абсолютно серьезно пытались вычеркнуть из истории корсиканского  узурпа-
тора, вбить в умы версию о "массовой галлюцинации" - при  том,  что  еще
были живы тысячи людей, видевших Наполеона, говоривших с ним, от простых
солдат до коронованных особ. Заодно Бурбоны приказали датировать их ука-
зы годами, приходившимися на правление Наполеона, - опять-таки  со  всей
серьезностью.
   Все-таки на дворе стоял девятнадцатый век - и потому столь лихо выма-
рать из истории Наполеона не удалось. Однако в более ранние времена  та-
кие штучки, бывало, и удавались - с таким успехом, что мы  лишь  сегодня
начинаем продираться к истине...
   Рассмотрим второй случай - превращение мифа в "реальную историю", да-
же не по злому умыслу, а по недоразумению.
   Дело происходит в Польше (заранее предупреждаю, что история  эта  вы-
мышлена мною от начала и до конца). Год на дворе... Ну, пусть будет 1889
- время относительно спокойное, восстания уже отшумели, террористы пост-
реливают, но еще не набрали размаха, в общем, жизнь не так уж  плоха,  в
особенности если один из наших героев, блестящий шляхтич Пшекшицюльский,
политикой не интересуется совершенно - вертопрах, светский фат,  завсег-
датай салонов, раутов и гостиных, излишней образованностью, как и  подо-
бает ясновельможному пану, "шляхтичу с кости и крови", не обременен. За-
то богат и гостеприимен - опять-таки в полном  соответствии  с  исконной
великопольской традицией.
   Именно в имение пана Пшекшицюльского  попадает  его  новый  знакомый,
встреченный у графини Н, - серьезный молодой человек в очках,  гость  из
далекого экзотического Сиама, еще не переименованного в  Таиланд.  Гость
завершает в Европе свое образование, а заодно и пишет книгу - в его род-
ном Сиаме очень мало знают о столь экзотическом  континенте,  как  Евро-
па... А поскольку молодой ученый (пусть будет Чандранипат, что  ли,  имя
не вполне таиландское, но сойдет...) честолюбив и прилежен, он предпочи-
тает балам и попойкам многочасовые бдения над старыми бумагами. Он  чес-
толюбив, он хочет войти в историю как автор первого труда  о  загадочной
Польше, написанного рукой сиамца...
   - Все это к вашим услугам, пане Чандранипат! - широким жестом  указы-
вает пан Пшекшицюльский на покрытые паутиной и пылью шкафы с  книгами  и
бумагами, которые не открывал отроду. - Батюшка мой, знаете ли,  интере-
совался изящной словесностью, а мне все как-то недосуг... Копайтесь, ко-
ли охота, пока не надоест!
   И, повязав модный галстук, со  спокойной  совестью  бросает  скучного
гостя - у  соседа  званый  вечер,  у  второго  очаровательная  дочка,  у
третьего великолепные наливки...
   Гость, о котором, признаться, наш шляхтич скоро и забыл, дни напролет
просиживает в библиотеке, с трепетом разворачивая  пыльные  свитки.  Как
истый ученый, он упрям в хорошем смысле слова - а  потому  польским  уже
более-менее овладел.
   И вскоре натыкается на сущее сокровище. Из старой папки с  потускнев-
шим ярлыком "Бумаги пятнадцатого века" наш сиамец  вытаскивает  прелюбо-
пытнейшее письмо. Начертано оно не на пергаменте, а на бумаге -  что  ж,
это, надо полагать, копия, которую посчитали нужным сделать ввиду несом-
ненной важности документа.
   И вот наш усидчивый ученый, старательно шевеля губами, вчитывается...
   "Приветствую, дружище Збышек, желаю всех благ!
   Письмо твое получил. Сообщаю последние новости, тебе наверняка  будет
интересно.
   Король Ежи Третий, и без того слабый умишком, растерял последние моз-
ги, когда до него дошли вести об успехах мятежников.  Королева  Катажина
помогать ему отказалась напрочь, бедняга просто извертелся, пытаясь хоть
чтото придумать. Только в его дурную башку ничего умного и не приходит -
а мятеж тем временем разрастается, и наш Тадеуш,  будь  уверен,  показал
себя с самой лучшей стороны, рад за него.
   Встретил здесь князя Михала - он без особой охоты едет в Колонию  на-
нимать солдат. Даже если у него что-то и получится, королю это  поможет,
как мертвому припарки... Я ему на это намекнул, после чего мы  с  князем
поссорились напрочь.
   Вот и все, пожалуй, устал я что-то скрести перышком. До встречи!"
   Наш прилежный сиамец Чандранипат возвращается в Варшаву с копией сего
интереснейшего документа. И, засев за книгу о  Польше,  старательно  по-
вествует о том, как в пятнадцатом столетни от рождества  Христова  здесь
вспыхнул мятеж, и недалекий умом король Ежи, которому отчего-то  отказа-
лась помогать даже королева, попал в жуткое положение, явно не  в  силах
справиться с восставшими.
   Немного смущает неувязка: в списках правивших в пятнадцатом  столетии
королей никакого Ежи Третьего нет. Должно же быть этому какое-то  объяс-
нение? Ага, кажется, дело и прояснилось...
   Ежи Третьего нет, зато имеется Владислав Третий.  Правивший  подозри-
тельно короткий срок - 1434-1444. Всего десять лет. Меж  тем  его  пред-
шественник Владислав Ягелло и правивший после Владислава Третьего  Кази-
мир просидели на престоле больше сорока лет каждый. К  тому  же  имеется
какой-то странный разрыв: правление Владислава окончилось  в  1444-м,  а
Казимир вступил на трон лишь три года спустя, в 1447-м...
   Сиамец явственно ощущает холодок какой-то мрачной загадки. Правил ко-
роче всех в этом веке... И этот странный трехлетний перерыв... Подлинно-
го ученого такие странности должны насторожить...
   Вскоре готова парочка великолепных гипотез. Либо Ежи  Третий  и  есть
Владислав Третий, либо правление Ежи приходится на эти три "выпавших" из
истории года, и потомки предпочитают умалчивать о безумном  короле,  по-
терпевшем поражение в борьбе с мятежниками, преданном собственной супру-
гой Катажиной...
   Впоследствии, уже в родном Сиаме, Чандранипат изложит в  своем  труде
обе эти версии, с добросовестностью истинного ученого отметив, что дока-
зать правдивость какой-либо из них пока не в состоянии. Однако его книга
и без того производит впечатление на  сиамский  ученый  мир:  признание,
лавры, перстень от короля...
   Все. Легенда зажила самостоятельной жизнью, утвердившись на страницах
писаной истории в качестве реальности. Впоследствии, конечно, докопаются
до истины, но с тех пор много воды утечет, наш Чандранипат так и умрет в
преклонных годах, в блаженном неведении, и на  его  книгах  долго  будут
учиться сиамские студенты...
   А все оттого, что заезжий сиамец поверхностно выучил  польский  язык.
Достаточно, чтобы читать и понимать написанное,  но  кое-какие  тонкости
так и не успел узнать...
   Письмо написано не в пятнадцатом веке, а в  конце  восемнадцатого,  и
представляет собой не копию, а оригинал. В польском языке, как и в неко-
торых других славянских, иные иностранные имена пишутся так,  как  и  на
родине носителей этих имен, а иные, наоборот, переводятся согласно  пра-
вилам польской грамматики...*
   * Когда-то мне доставляло  несказанное  удовольствие  чтение  чешских
журналов, где в международных новостях частенько фигурировала  Малгожата
Тэтчерова. Таковы уж правила чешского - "Маргарет" переводится как "Мал-
гожата", а поскольку "Тэтчер" - не девичья фамилия, а фамилия  по  мужу,
она соответствующим образом и склоняется...
   "Ежи Третий" - это Георг Третий, английский король, и  в  самом  деле
слабый на голову. "Мятежники", соответственно, - американские повстанцы.
"Королева Катажина" - не супруга бедняги "Ежи",  а  русская  императрица
Екатерина Вторая, и в самом деле отказавшаяся помогать  Англии  в  войне
против восставших колонистов. "Князь Михал" -  это  какой-то  английский
герцог по имени Майкл - в польском языке слово "ксенже" с равным успехом
может обозначать и "князя", и "герцога", что до сих пор  создает  помехи
даже опытным переводчикам. Загадочная Колония, где набирает солдат  гер-
цог Майкл, - на самом деле немецкий город Кельн,  по-польски  "Kolonia".
"Тадеуш" - это, конечно же, польский генерал Тадеуш  Косцюшко,  участво-
вавший в войне американцев за независимость.
   Как же письмо попало в папку, помеченную пятнадцатым веком? Аллах его
ведает, это уже дело десятое. Ктонибудь перепутал - не  шибко  прилежный
слуга или папаша пана Пшекшицюльского. Такие мелочи нас  уже  не  должны
интересовать. Важнее другое: стало понятнее, как рождаются  исторические
ошибки, продиктованные не сознательным стремлением к обману, а  добросо-
вестным заблуждением, недостатком знаний. А ведь  к  этому  может  доба-
виться и вполне осознанная фальсификация, и заказное стремление  перепи-
сать историю, густо разбавив ее мифами, а  реальных  людей  превратив  в
сказочных персонажей...
   В этой книге мы столкнемся и с первым, и со вторым...

   КОРАБЛИ-ПРИЗРАКИ 1492 ГОДА?

   На примере с "невезучим королем Ежи" я  добросовестно  пытался  пока-
зать, как могут рождаться увлекательные, но совершенно ложные  гипотезы.
Имеет смысл коснуться и другой проблемы -  рассмотреть,  как  недостаток
информации о прошлых временах и явственные противоречия  в  сочетании  с
нелогичностями позволяют выдвигать гораздо более убедительные версии. Не
обязательно соответствующие истине, стоит сразу оговориться  -  но,  как
знать, быть может, и имеющие нечто общее с истиной...
   Речь пойдет о Христофоре Колумбе и каноническом открытии им Америки в
1492 г. - быть может, представлявшем  собой  не  более  чем  умышленную,
грандиозную дезинформацию мирового "общественного мнения"...
   Начнем с того; что к Колумбу всецело можно  отнести  слова,  которыми
Стругацкие характеризуют одного из своих героев. "Он никто.  Он  ниотку-
да".
   В самом деле, Колумб окутан полнейшим мраком неизвестности. Неизвест-
но его подлинное имя (испанизированный вариант  его  фамилии  "Колон"  =
"Голубь" может оказаться либо прозвищем, либо, как считают некоторые ис-
торики, сокращением от слова "полковник", "колонель". По  иным  версиям,
именно так уважительно обращались моряки к  командирам  кораблей,  нечто
вроде "шеф" или "босс". А "Колумб" - не особенно-то и итальянская  фами-
лия*...).
   * Интересно, что прозвище  "Колон"  носил  и  современник  Колумба  -
итальянский капер на французской службе Гийом Казанова. По стечению обс-
тоятельств оба "Колона" встретились на море - в 1476 г.  Казанова  напал
на фламандскую эскадру, где матросом на одном из кораблей плыл Колумб, и
потопил как раз тот корабль, где находился Колумб... Колумб едва  спасся
вплавь, благо до берега было недалекою
   Неизвестны его родители. Хоть и считается, что Колумб "был сыном  ге-
нуэзского ткача Доминико Коломбо", но в сохранившихся  списках  мастеров
цеха ткачей человека с таким именем нет, а дом в Генуе на площади Данте,
где Колумб якобы родился, - не более чем бутафория для туристов,  подоб-
ная "квартире Шерлока Холмса на Бейкер-стрит".
   Неизвестно, в каком городе он все-таки родился. Только в  итальянской
провинции Лигурия за честь считаться родиной Колумба до сих  пор  спорят
четыре прибрежных города - Генуя, Савона, Коголетто и Нерви. Плюс -  еще
десяток итальянских городов в других провинциях. Да что там города...
   Поскольку точно так же неизвестна национальность Колумба, на роль его
отчизны претендуют  восемь  (!)  стран,  включая,  естественно,  Италию.
Польский исследователь в свое время выдвинул версию, что  Колумб  -  это
гданьский мореплаватель Ян из Кольно (по-польски - Jan z Kolno). Соглас-
но этой версии, Кольно - то ли забытая ныне и переименованная деревушка,
то ли немецкий Кельн (который, как мы помним, на польском языке  до  сих
пор пишется Kolonia, а потому, по мысли пытливого исследователя, в  ста-
рые времена вполне мог город Кельн писаться Kolno. Польское слово голубь
- "голомб"  как-то  очень  уж  подозрительно  созвучно  "Колумбу",  а  в
Гданьске очень любили называть корабли именами  птиц:  "Голомб",  "Ожел"
("Орел"), "Ясколка" ("Ласточка"). (О Яне из Кольно,  реальной  личности,
подробнее поговорим чуть погодя.)
   Восемь стран и полтора десятка городов... Само по себе  такое  обилие
кандидатов заставляет думать, что истина так навсегда и останется  неиз-
вестной. Есть даже версия, что Колумб - еврей. Увы, аргументов маловато.
А посему просто удивительно, что отечественные любители сенсации еще  не
записали Колумба в русичи - скажем, умного и  любознательного  паренька,
Христина Голубка, сцапали татары и продали венецианцам, а потом он  сбе-
жал с галеры и выбился в люди...
   А если серьезно, первые более-менее достоверные следы Колумба появля-
ются лишь в 1473 г., когда ему было двадцать два года. Примерно к  этому
времени относится обнаруженный в прошлом веке документ, где "морской суд
Венеции предостерегает относительно пирата Коломбо", состоящего на служ-
бе у анжуйского герцога Рене.
   Речь, без сомнения, идет о "нашем" Колумбе - сам он в зрелые годы  не
раз вспоминал о службе у герцога Рене, к которому относился с симпатией.
Правда, "пират" - понятие относительное и растяжимое.  Во-первых,  в  те
времена, как и много еще  лет  спустя,  пиратство  считалось  "достойным
джентльмена занятием". Во-вторых, речь тут идет скорее о капере -  част-
ном лице, с патентом того или иного властелина топящим  суда  страны,  с
которой этот властелин ведет войну или просто находится в скверных отно-
шениях. Вообще, судьба Колумба  богата  перипетиями  -  после  каперской
службы у Рене вдруг отчего-то оказался простым матросом  на  фламандском
"купце", торговал морскими картами, даже на короткое время уходил в  мо-
настырь (в те бурные времена так порой поступали многие,  кому  требова-
лось отсидеться в тиши и глуши, пока в большом мире позабудут об иных их
художествах...).
   История о том, как Колумб долгие годы обивал пороги королевских  дво-
ров Португалии и Испании, известна хорошо, и пересказывать ее нет  смыс-
ла, поэтому перейду сразу к странностям, сопровождавшим эту одиссею.  Не
вполне понятно поначалу, почему португальский король отнесся  к  Колумбу
столь равнодушно. И уж вовсе странными выглядят условия договора,  кото-
рый подписала с Колумбом испанская королевская чета, прежде чем он  отп-
лыл на поиски Америки.
   Щедрость в Испании прежде неслыханная.  Сказочная.  Невероятная.  Ис-
панские короли всегда щедро рассчитывались с моряками, открывавшими  для
державы новые земли, - но такого прежде не бывало... Дворянство  и  нас-
ледственное звание адмирала моря-океана и всех островов и материков, ко-
торые он откроет, титул вице-короля и главного правителя этих  земель  с
правом самому назначать губернаторов, десятая часть со всей добычи, взя-
той в новооткрытых колониях, причем сам Колумб  оплачивает  только  одну
восьмую расходов на снаряжение кораблей, а все  остальное  вносит  коро-
левская чета...
   Достаточно известно также, что большая часть этих  обещаний  осталась
невыполненной. Поневоле обе странности следует рассматривать  в  связке:
Колумб оказался ЕДИНСТВЕННЫМ, кому посулили столь щедрое  вознаграждение
- и ЕДИНСТВЕННЫМ из всех капитанов на испанской службе, в расчетах с ко-
торым не выполнили условий. У испанских монархов была масса недостатков,
но вот в подобных случаях расплачивались они всегда честно... Почему  же
они так поступили с Колумбом?
   Быть может, оттого, что "свершения Колумба" вовсе не были столь  впе-
чатляющими, какими мы их сегодня считаем? А то и оттого, что Америка бы-
ла открыта несколько позже официальной даты (хотя все-таки  при  участии
Колумба)?
   Перейдем к вопросу о предшественниках. Стало общим местом  повторять,
что Колумб "был не первым". Но нас сейчас должны интересовать не викинги
Лейва Счастливого, а более близкие по времени к Колумбу путешественники,
о которых он мог знать, и немало...
   Есть сведения, что в 1390 г.  в  Америку  по  поручению  шотландского
принца Синклера плавал венецианец Никколо Дзено - в сопровождении своего
брата Антонио и самого принца. Некоторые исследователи горячо отстаивают
подлинность так называемой "Книги Дзено" - путевых дневников, карт,  пи-
сем. Эти материалы хранились в венецианских архивах, а Венеция и Генуя -
близкие соседи...
   Совершенно не подвергается сомнению подлинность письма флорентийского
медика и космографа-любителя Паоло Тосканелли королю Португалии  Аффонсу
V Африканскому от 15 июня 1474 г. Король (племянник  знаменитого  Энрике
Мореплавателя, получившего это прозвище не за собственные плавания, а за
огромную работу по организации плаваний португальских  капитанов)  через
своих придворных попросил у Тосканелли консультацию:  можно  ли  достичь
Индии, если плыть на запад? Тосканелли  ответил:  "существование  такого
пути может быть доказано на основании  шарообразности  формы  Земли".  И
приложил собственноручно вычерченную карту.
   Примерно в это же время (совпадение  примечательное)  король  Аффонсу
посылает экспедицию на поиски "северного морского пути" в Азию и  Индию.
Сначала берегов Северной Америки достигли два норвежских капитана,  Дид-
рик Пайнинг и Ганс Пофорст, к которым в качестве наблюдателя  был  прик-
реплен португалец Жуан Ваш Кортириал. Есть письма и сообщения,  не  под-
вергающиеся сомнению, - экспедиция побывала у Ньюфаундленда и Лабрадора.
   Чуть позже, в 1476 г., по тому же маршруту уходит вторая  экспедиция,
опять-таки скандинавско-португальская. Командует ею то ли Йене  Скульно,
то ли Йене Скольно, а на одном из кораблей плывет...  Христофор  Колумб!
Историки давно отметили, что идеи "западного пути в Индию" стали  волно-
вать Колумба около 1479 г. - после окончания экспедиции.  Разве  что  он
решил плыть несколько южнее. Кстати, из  скудных  свидетельств  об  этих
двух плаваниях вовсе не следует со всей неопровержимостью,  что  Иенс-Ян
СкульноСкольно и Христофор Колумб - два разных человека...
   Быть может, и один, и вышеупоминавшийся поляк не был таким уж сказоч-
ником... Становится понятно, почему в Португалии так прохладно отнеслись
к планам Колумба, - были свои планы, не хуже, и свои капитаны...
   Англия. Около двадцати лет назад профессор Фобс Тейлор  проанализиро-
вал отчеты и списки грузов, которые корабли ввозили и вывозили  в  Брис-
толь. И заметил любопытные несуразности. Согласно заявленным  деклараци-
ям, большинство капитанов вели торговлю с Ирландией - но этому не  соот-
ветствовало проведенное в пути время. Некий капитан Морис Таргат сплавал
в Ирландию и обратно за 115 дней. Этого хватило бы, чтобы совершить рейс
туда и назад... трижды! Профессор сделал вывод, что на самом деле бравые
морячки плавали вовсе не в Ирландию... Куда? Не исключено, что и в  Аме-
рику. Именно из Бристоля весной 1498 г. отплыл в Америку Джон Кабот  (он
же - генуэзец Джованни Габото, обосновавшийся в Англии за восемь лет  до
того). А профессор географии Эксетерского  университета  Дэвис  считает,
что еще в 1477 г. в Гренландию регулярно наведывался известный  валлийс-
кий контрабандист Джон Ллойд (то есть в те годы, когда  в  Англии  бывал
Колумб).
   Сообщения о том, что Колумб довольно хорошо знал, куда плыть,  много-
численны.
   Марокканский профессор Мохаммед эль-Фаси утверждает, что Колумб побы-
вал в Марокко, где и узнал о древнейшей трансатлантической трассе бербе-
ров, плававших некогда в Америку. Так это или нет, в точности  неизвест-
но, но в соседствующей с Марокко Гвинее Колумб в 1419 г. бывал,  возмож-
но, даже дважды...
   Известный моряк и географ, автор знаменитых  карт,  турецкий  адмирал
Пири Рейс прямо писал, что распространилась весть,  будто  "неверный  по
имени Колон-бо" узнал из каких-то старых книг о существовании  за  морем
обширной земли. Мало того, из тех же книг "Колон-бо" узнал, что обитате-
ли этих земель обожают стеклянные украшения и готовы менять их на  золо-
то, - потому и прихватил означенных украшений побольше...
   С этим свидетельством перекликается книга Гарсиласо де ла Беги "О го-
сударстве инков", вышедшая в 1609 г. в Лиссабоне. Гарсиласо  утверждает,
что примерно в 1484 г. лоцман из Уэльвы Алонсо Санчес по пути на Мадейру
угодил в жесточайший шторм, около месяца буря носила его суденышко, пока
не прибила к неизвестному острову, предположительно Гаити. Санчес  ухит-
рился вернуться в Европу, потеряв из семнадцати человек экипажа  двенад-
цать.
   А далее...
   "Они остановились в доме знаменитого  Христофора  Колумба,  генуэзца,
потому что знали его как великого лоцмана и картографа, который  состав-
лял карты для мореплавания... И так как прибыли они измученными  перене-
сенным в прошлом трудом, сколько ни одаривал их Христофор Колумб, они не
пришли в себя и умерли все у него дома, оставив ему в наследство  труды,
которые принесли им смерть и которые взялся завершить великий  Колумб  с
таким энтузиазмом и силой, что, если бы ему пришлось перенести такие  же
страдания или даже большие, он все равно предпринял бы это  дело,  чтобы
передать Испании Новый Свет и его богатства..."
   Проще всего сослаться на извечную нелюбовь португальцев к давним  во-
енным противникам и конкурентам в захвате дальних земель - испанцам. Но,
во-первых, Гарсиласо явно настроен к Колумбу доброжелательно (что плохо-
го в том,  что  Колумб  воспользовался  картами  и  записями  умерших?),
во-вторых, это сообщение очень уж перекликается с теми, о которых я  уже
рассказал...
   Можно упомянуть и о гораздо менее значительных, но все же  интересных
фактах. Кормчий Мартин Висенте и губернатор Порту-Санту Корреа  находили
в море и на берегу обработанные  рукой  человека  непонятные  деревянные
предметы, странные деревья, растения и плоды,  есть  даже  упоминания  о
двух необычного, не европейского вида утопленниках, выловленных у остро-
ва Флориш в Азорском архипелаге. Висенте был другом  Колумба,  Корреа  -
тестем Колумба...
   Многие исследователи давно уже обращают внимание на странности  путе-
шествия Колумба - он и туда, и обратно плыл  так,  словно  заранее  знал
приблизительное расстояние до "Индии",  знал  о  существовании  сильного
океанского течения, помогавшего плывшим в западном направлении,  о  вет-
рах. Его маршрут, на соблюдении которого Колумб яростно настаивал,  сов-
падает с этим течением и направлением постоянных ветров  настолько,  что
об "удаче" говорить даже и стыдно...
   Кстати, не осталось достоверных свидетельств о том, что кто-то вообще
видел привезенные Колумбом из первого своего путешествия диковины.  Под-
линность значительной части его писем, отчетов к дневников  оспаривается
давно, не без оснований. Почему-то могила  Колумба  оказалась  в  полной
безвестности, и очень быстро забыли, где она находится,  так  что  место
погребения Колумба навсегда останется тайной.
   И наконец...
   В конце семидесятых годов нашего столетия итальянский  историк  Мари-
нелла Бонвина-Мадзанти обнаружила в архивах города Модены письмо  неапо-
литанского посланника в Барселоне Аннибале ди Дженнаро,  отправленное  9
марта 1493 г. брату, занимавшему такой же пост в  Милане.  Среди  других
испанских новостей Дженнаро сообщает (именно среди): "Несколько дней на-
зад возвратился Колумб, который отправился в августе прошлого года с че-
тырьмя кораблями в плавание по великому океану".
   Начинаются странности! Во-первых, четыре корабля -  в  то  время  как
традиция упорно приписывает Колумбу три. К тому же  флагманский  корабль
Колумба "СантаМария" погиб у  американских  берегов,  так  что  осталось
только два...
   Во-вторых, официальнейшей, утвержденной, канонической датой возвраще-
ния Колумба из трансатлантического рейса  всегда  считалось  пятнадцатое
марта 1493 г.! Мало того, 9 марта - это день,  когда  Аннибале  узнал  о
прибытии кораблей Колумба в Палое. А от Палоса до Барселоны - целых  де-
вятьсот километров (если считать по прямой). Реки,  горы,  разбойники  в
лесах, ужасные тогдашние дороги...  Один  итальянский  путешественник  в
1419 году хвастался, что проехал семьсот  миль  "всего"  за  шестнадцать
дней. Хотя ехал по гораздо более удобным дорогам  равнинной  Германии  и
Италии, а не горной Испании.
   Вывод? Если учитывать письмо Дженнаро, выходит, что Колумб возвратил-
ся в Палое гораздо раньше официальной даты, где-то  в  двадцатых  числах
февраля. Недели через две весть об этом и достигла Барселоны...
   Отчего же возникла такая путаница с датами? Умышленно  или  случайно?
Обратите внимание: Дженнаро отчего-то вовсе не упоминает о  грандиозней-
шем событии, открытии новых земель за океаном. Можно представить,  чтобы
информация об этом до него не дошла? Маловероятно. Неужели те, кто  при-
нес известия о возвращении Колумба, не уточнили, что же именно он  свер-
шил?
   А может, все известия как раз в том только и заключались, что  Колумб
вернуло я? А об "открытии. Америки" заговорили через пару недель? И  Ко-
лумб попросту плавал в океане, но из-за бунта экипажа или нехватки  воды
вынужден был вернуться, не достигнувши "Индии"?
   Мотивы испанской короны, решившейся на фальсификацию,  лежат  на  по-
верхности. Меж Испанией и Португалией шло  прямо-таки  бешеное  соперни-
чество за новые земли - при том, что на запад, как мы видим,  плавали  и
англичане, и скандинавы...
   Формируем версию. Хотя плавание Колумба окончилось неудачей, в чью-то
умную голову при испанском дворе пришло гениальное решение: считать  по-
беду поражением, а открытие - состоявшимся. О существовании  за  океаном
новых земель знают слишком многие, известие о том,  что  Колумбу,  нако-
нец-то, удалось их достичь, особенного удивления не вызовет, зато прове-
рить это утверждение крайне трудно. Испания получает возможность кричать
на весь тогдашний "цивилизованный мир": земли открыл наш капитан, отныне
они - наши, наши, наши! Всякий, кто покусится, вызовет  войну!  За  свои
новые территории мы будем стоять до последнего, они  наши,  они  открыты
нами, руки прочь!
   Примерно так и действовало испанское правительство после пятнадцатого
марта 1493 г. В следующем году оно добивается от римского папы подтверж-
дения исключительных прав испанской короны на все, что испанские капита-
ны уже открыли и еще откроют в западном полушарии, другими словами,  ис-
панцы берут "эксклюзив" на Америку. Папа проводит по  глобусу  (уже  су-
ществовавшему в то время) разграничительную линию. Недобрые соседипорту-
гальцы вынуждены довольствоваться Индией. (Кстати, тем, кто любит упоми-
нать об "отсталости" и "невежестве" церковников, следует напомнить,  что
Тордесильясский договор 1494 г. фактически узаконивает  представления  о
шарообразности Земли).
   И только год-другой спустя начинаются настоящие  плавания  в  Америку
Колумба и молодого идальго Алонсо де Охеды -  прекрасно  документирован-
ные, закончившиеся доставкой в Испанию вполне реального золота и  вполне
реальных индейцев, о чем остались "акты приемки"... Никто так и не запо-
дозрил, что первое путешествие Колумба было фикцией. В самом деле,  про-
верить в сжатые сроки было попросту невозможно. Тогда же как-то очень уж
кстати пропадает без вести португальский  капитан  Гашпар  Кортириал  со
своим кораблем, столь же загадочно исчезает его брат - реальные соперни-
ки испанцев...
   Быть может, этим и объясняется столь странная,  не  имеющая  аналогий
"неблагодарность" испанской королевской четы - Колумбу, собственно гово-
ря, платить было не за что. А впоследствии, когда он, вульгарно  выража-
ясь, пытается что-то "поиметь", его сажают в тюрьму - и выпускают, когда
убеждаются, что урок пошел впрок и капитан не будет ни болтать, ни  тре-
бовать незаработанного...
   Я вовсе не утверждаю, что именно так было. Но так могло быть. Слишком
много загадок, противоречий и прямых странностей.
   Кстати, об Америке. Точнее, о ее названии, якобы данном в честь  Аме-
риго Веспуччи. Веспуччи, конечно, был выдающимся ученым своего  времени.
В честь иных капитанов, конечно, и называли  иногда  часть  новооткрытых
земель - существовала одно время на картах Земля Жуана  Ваша  (Кортириа-
ла), а некий залив до сих пор именуется Гудзоновым. Но - целый необозри-
мый континент? В честь человека, который совершил только  одно  плавание
(в составе экспедиции Охеды 1499 г.) в уже открытые земли?
   Существует более изящная гипотеза. Вторую экспедицию Джона  Кабота  к
заокеанским землям финансировали бристольские негоцианты, и самый  круп-
ный вклад внес купец и таможенный старшина по имени Ричард  и  по  фами-
лии... Америк! Мог Каоот назвать открытые им земли  в  честь  спонсора)?
Почему бы и нет? Тем более, что автор "Хроники всего света",  краковский
историк Мартин Бельский, в 1554 г. писал: "Амъерикус (Веспуччи)  прозван
именем от великого острова Америка". Не континент назвали в  честь  Вес-
пуччи, а Веспуччи в честь описанных им земель.
   Неизвестно, как все происходило в те далекие столетия. Но фактом  ос-
тается одно: Христофор Колумб - одна из загадочнейших фигур мировой  ис-
тории...

   КРЕЩЕНИЕ РУСИ: СПЛЕТЕНИЕ ЗАГАДОК

   ЗМЕЯ И ЛЕТОПИСЬ

   В детстве, с почтением раскрывая исторические книги, я искренне пола-
гал, что работа ученого-историка выглядит примерно следующим образом.  В
тихом архиве, где говорят шепотом из уважения к следам минувших веков  и
ходят в мягких тапочках, стоят полки, помеченные  ярлычками:  "XI  век",
"XII"... и так далее. На каждой полке лежат документы, написанные именно
в том самом времени, которым датированы. Задача же ученого - трудолюбиво
овладев древнеславянским, прочитать сии раритеты, переложить их на  сов-
ременное наречие и явить миру.
   Впрочем, кое-кто, пребывая в зрелых годах, и сейчас именно так  пола-
гает. Проверено на опыте. Люди склонны полагать, не вдаваясь в тонкости,
что основой для крайне безапелляционных суждений историков, для указания
точных дат и навешивания тех или иных эпитетов послужило нечто достовер-
нейшее.
   Меж тем в жизни - и в науке истории - обстоит как раз наоборот. Лето-
писи, привычно относимые, скажем, к XII веку, на самом деле  оказываются
либо позднейшими копиями, либо, что еще печальнее, плодами компиляции, а
то и самостоятельного творчества  какого-нибудь  книжника,  полагающего,
что ему, высокомудрому, известно о тех или иных событиях прошлого гораз-
до больше, чем непосредственным участникам этих событий, оставившим вос-
поминания. И не подумайте, что я преувеличиваю. В  следующих  главах  мы
еще столкнемся с многочисленными случаями, когда историк двадцатого сто-
летия не допускающим возражений тоном заявляет: "Летописец ошибается..."
Вот так - ни больше, ни меньше. Из двадцатого века виднее.
   Летописцы, конечно, были живыми людьми, а потому могли ошибаться, что
частенько и делали. Однако это еще не дает ни малейшего повода современ-
ным историкам впадать в другую крайность - объявлять святой истиной лишь
одну версию из множества, лишь  одну  старинную  хронику,  отвергая  ос-
тальные, которые иногда крайне многочисленны, но, вот незадача,  напрочь
опровергают чью-нибудь концепцию. С  концепцией,  конечно,  расставаться
трудно - ее пестуешь, холишь и лелеешь, к ней привыкаешь. И все же...
   Простой пример. Князь Олег, тот самый, которому  посвящена  "Песнь  о
Вещем Олеге", умер, как принято считать, при весьма  загадочных  обстоя-
тельствах: "...гробовая змея, шипя, между тем, выползала..."
   Упоминания о том, что князь умер от укуса змеи, в летописях  имеются.
Однако мне, как детективу-любителю (сталкивавшемуся к тому же со  змеями
при работе в тайге), представляется крайне сомнительным,  что  вышеозна-
ченная змея смогла прокусить сапог из грубой кожи.  Не  по  плечу  такой
подвиг стандартной русской гадюке, в буквальном смысле -  не  по  зубам.
Быть может, наиболее близка к истине, как ни  возмутит  это  эстетов  от
академической истории, версия, выдвинутая авторами журнала  "Сатирикон",
написавшими до революции пародийную "Русскую историю": когда князь  Олег
потребовал у волхвов финансового отчета о суммах, выделенных им  на  со-
держание любимого коня, волхвы вместе с князем отправились  на  холм,  а
оттуда возвратились уже без него, туманно поясняя что-то насчет  "гробо-
вой змеи"...
   Это, конечно, шутка. Вернемся к вещам серьезным - русским  летописям,
повествующим о дате смерти князя Олега и месте его последнего упокоения.
Так вот, Лаврентьевская летопись сообщает, что произошло это в 912 г., а
похоронен князь во граде Киеве на горе Щековице. Чему противоречит  Нов-
городская летопись, уверяющая, что преставился князь Олег... в 922 г.  в
городе Ладоге, где и похоронен.
   Вот так. Обе летописи, несомненно, подлинные, что окончательно  запу-
тывает дело: практически невозможно установить, какой из документов  от-
ражает реальную дату и место княжеского погребения. Отсюда следует  мно-
гозначительный вывод: нет никаких оснований в подобной ситуации  безого-
ворочно отвергать один документ и столь же безоговорочно верить второму.
Очень прошу читателя хорошенько запомнить этот тезис: в дальнейшем им не
раз придется руководствоваться...

   КАК БЫЛА КРЕЩЕНА РУСЬ?

   Вопросительный знак здесь появился отнюдь не  случайно.  Классическая
версия этого эпохальнейшего события известна давно: княгиня Ольга приня-
ла крещение по обряду византийской церкви в Константинополе, где  визан-
тийский император, плененный ее красою, поначалу предложил киевской кня-
гине стать его супругой, но хитрая Ольга заявила: поскольку-де император
стал ее крестным отцом, жениться на крестной дочери ему, императору, не-
вместно. Император устыдился и отступился. Ольга вернулась в  Киев.  Сын
ее Святослав не проявил никакого желания последовать  примеру  матери  и
остался язычником, как  и  его  сын,  знаменитый  Владимир.  Лишь  впос-
ледствии, когда уже не было в живых ни Ольги, ни Святослава, ни Владими-
рова брата христианина Ярополка (которого убили как раз люди Владимира),
Владимир вызвал в Киев мусульман, иудеев, римских христиан, византийских
христиан и, выслушав аргументы каждого в защиту своей веры,  остановился
на византийском православии...
   Эта каноническая версия основывается на одном-единственном источнике:
так называемой "Повести временных лет", и самой жуткой ересью  в  ученых
кругах считается, ежели кто дерзнет в подлинности данной "Повести" усом-
ниться - либо усомниться в ее датировке (принято считать, что  "Повесть"
закончена мудрым летописцем Нестором в 1106 г.).
   Лепо же нам будет, братие, начать подробный разбор сего...
   Начнем с Нестерова труда. Первым в России изучением "Повести  времен-
ных лет" занялся ученый немец Август Людвиг Шлецер, (1735-1800), историк
и филолог, пребывавший на русской службе в 1761-1767 гг. и выбранный по-
четным иностранным членом Петербургской Академии наук.  Но  интерес  для
нас должны представлять не собственно Шлецеровы изыскания, а то, что  он
пишет о деятельности русского историка и государственного  деятеля  В.Н.
Татищева (1686-1750):
   "В 1720 г. Татищев был командирован в Сибирь... Тут он нашел у одного
раскольника очень древний список Нестора. Как же он удивился, когда уви-
дел, что он совершенно, отличен от прежнего! Он думал, как и я  сначала,
что существует только один Нестор и одна летопись.  Татищев  мало-помалу
собрал десяток списков, по ним и сообщенным ему другим вариантам  соста-
вил одиннадцатый..."
   Любопытно, не правда ли? Оказывается, двести лет назад еще  существо-
вал десяток разнившихся меж собой "летописей Нестора" - да вдобавок  не-
кие "другие варианты"... Сегодня от  всего  этого  многообразия  остался
один-единственный канонический текст - тот самый, о котором  нам  ведено
думать, что он написан в 1106 г. и является единственно правильным...
   Что еще любопытнее, Татищеву так и не удалось опубликовать результаты
своих трудов. В Петербурге по поводу напечатания возникли "странные воз-
ражения" (определение Шлецера). Татищеву прямо заявили,  что  его  могут
заподозрить в политическом вольнодумстве и ереси.  Он  попытался  издать
свой труд в Англии, но и эта попытка успехом не увенчалась. Более того -
рукописи Татищева впоследствии исчезли. А приписываемая Татищеву  "Исто-
рия", как указывалось еще в начале XIX века академиком Бутковым,  предс-
тавляла собой не татищевский подлинник, а  весьма  вольное  переложение,
практически переписанное небезызвестным  Герардом  Миллером,  немцем  на
русской службе: "История" Татищева издана не с подлинника, который поте-
рян, а с весьма неисправного, худого списка... При печатании сего списка
исключены в нем суждения автора, признанные вольными, и  сделаны  многие
выпуски".
   Можно еще добавить, что сам Татищев совершенно  не  доверял  "Повести
временных лет", о чем написал прямо: "О князях русских старобытных  Нес-
тор монах не добре сводом бе".
   Что позволило Татищеву сделать столь  безапелляционное  заявление?  В
точности неизвестно. "Другие варианты" Нестора исчезли, как  бумаги  Ка-
занского и Астраханского архивов, в которых работал Татищев...
   Однако не стоит опускать рук - не все, но многое удастся восстановить
косвенным образом.
   Поездка Ольги в Константинополь  действительно  имела  место.  Сомне-
ваться в этом не приходится по однойединственной, но чрезвычайно  веской
причине: существует официальное описание приема  Ольги  при  дворе,  "De
Ceremoniis Aulae Bizantinae", - и труд этот принадлежит авторитетнейшему
свидетелю, самому византийскому императору Константину VII Багрянородно-
му. В самом деле, в 957 г. император со всем почетом  принимал  киевскую
княгиню. Вот только стать ее крестным отцом никак не мог - поскольку пи-
шет черным по белому, что Ольга уже была христианкой! И в свите  княгини
находился ее духовник!
   Кстати, была весьма прозаичная причина, по которой  Константин  никак
не мог предлагать Ольге руку и сердце - к ее приезду он уже  пребывал  в
законном браке...
   Поистине, начинаешь верить Татищеву, что старец Нестор был "не  добре
сведем"!
   Не верить императору Константину нет никаких оснований. В те  времена
языческая Русь доставляла Византии немало хлопот и  беспокойства  своими
частыми набегами, после которых гордые ромеи выплачивали славянам  нема-
лую дань. Можно не сомневаться: принятие Ольгой крещения в  Константино-
поле, от византийцев, было бы по любым  критериям  столь  ошеломительным
дипломатическополитическим успехом Византии,  что  о  нем  следовало  не
просто упоминать - громогласно сообщить всему остальному миру.
   Однакож не сообщили. Честно написали, что Ольга приехала  уже  креще-
ной...
   Кто же ее крестил? И когда? Наконец, почему мы решили, что Ольга была
крещена по византийскому обряду? Быть может, наоборот, по  "латинскому",
то есть римскому?
   Я уже вижу, как сжимаются кулаки и слышу, как скрежещут зубы ревните-
лей православного варианта.  Однако,  вопреки  устоявшемуся  мнению,  не
склонен полагаться на него только потому, что оно устоявшееся.  В  конце
концов, столетиями верили устоявшемуся мнению, что Земля вращается  вок-
руг Солнца...
   Оказывается, давно уже существует предположение, что Ольга и в  самом
деле приняла крещение в Киеве, в 955 г. Оказывается, в Киеве к тому вре-
мени уже стояла церковь святого Ильи  (чья  принадлежность  константино-
польской патриархии до сих пор не доказана). Оказывается,  согласно  за-
падноевропейским хроникам, в 959 г. послы Ольги  прибыли  к  германскому
императору Оттону, ПРОСЯ О НАПРАВЛЕНИИ НА РУСЬ ЕПИСКОПА  И  СВЯЩЕННИКОВ!
Просьбу приняли, и в следующем, 960 г. некий монах Сент-Альбанского  мо-
настыря был рукоположен в епископы Руси, но в Киев не смог прибыть, пос-
кольку заболел и умер.
   В том же году в епископы Руси был  рукоположен  монах  монастыря  Св.
Максимина в Трире Адальберт - и добрался до Киева. Правда, уже через год
ему пришлось покинуть русские пределы.
   Почему? Сторонники "несторовщины" не в силах опровергнуть сам  приход
Адальберта на Русь (ибо об этом пишут не только западноевропейские, но и
русские хроники), однако объявили его отъезд "неприятием русскими папеж-
ского гостя". То есть - еще одним  аргументом  в  пользу  "византийской"
версии Ольгиного крещения.
   Меж тем отъезд Адальберта из Киева можно  истолковать  и  по-другому.
Возможно, дело было не в том, что Адальберт пришел от папы, совсем не  в
том... В конце концов, в те времена единая христианская церковь  еще  не
раскололась на православную и католическую, а потому мы с полным  правом
можем заключить, что яростные выпады несторовской "Повести" в адрес  па-
пистов как раз и объясняются тем, что "Повесть временных  лет"  написана
веке в шестнадцатом, когда противостояние и впрямь стало непримиримым. А
в храме святой Софии, построенном в Киеве в XII в., мозаичное  изображе-
ние римского папы Климента преспокойно соседствовало с образами Григория
Богослова и Иоанна Златоуста...
   Адальберт мог покинуть Киев по причинам, как выразились бы мы сейчас,
организационного  характера.  Историк  М.Д.   Приселков   полагал,   что
Адальберт был направлен в Киев с ограниченными  полномочиями  -  русская
церковь должна была быть организована как простая епархия, то есть  под-
чинявшаяся непосредственно германскому духовенству. Ольга же вполне мог-
ла потребовать, чтобы киевская церковь стала автономной единицей под ру-
ководством автономного епископа или митрополита. Во всяком случае, имен-
но эти требования в свое время выдвигали принявшие христианство от  Рима
владетели Польши и Чехии - и после долгой, сложной борьбы добились свое-
го. Ольга просто-напросто могла последовать их примеру. Но - не  догово-
рились. Адальберту пришлось уехать в спешке. Впоследствии его отъезд ис-
толковали как "неприятие" Киевом "римского варианта".
   А было ли таковое неприятие? Позвольте усомниться...

   О КОНСТАНТИНЕ И МЕФОДИИ

   Распространение христианства на Руси  неразрывно  связано  с  именами
двух братьев-просветителей - Кирилла и Мефодия. Именно они составили ки-
риллицу - новую азбуку, пришедшую на смену старым славянским  письменам,
и эта азбука из Моравии и Чехии попала на Русь. Разумеется, давно приня-
то именовать братьев "православными византийского обряда"...
   Однако все было несколько иначе. Во-первых, по логике азбуку следова-
ло бы именовать не кириллицей, а константиницей - потому что брат  Мефо-
дия именовался как раз Константином, а имя Кирилл  принял  незадолго  до
смерти, уйдя в монастырь. К тому времени новая славянская  азбука  давно
была им совокупно с братом составлена...
   Во-вторых, вся жизнь и деятельность братьев  свидетельствуют  о  том,
что они в первую очередь были посланцами Рима. Судите сами.
   Сначала Константин и Мефодий и в самом деле жили в Константинополе  -
и были пока что не священниками, а учеными книжниками-мирянами. В 862 г.
князь Ростислав, правивший Великой Моравией, прибыл к византийскому  им-
ператору Михаилу и поведал ему, что Моравия отреклась от язычества, ста-
ла соблюдать христианский закон, но не имеет учителей, которые  пропове-
довали бы христианскую веру на славянском языке.
   Тогда-то император и поручил  ученым  братьям  ответственную  миссию.
Составив новую азбуку, Константин с Мефодием прибыли в Моравию  и  более
трех с половиной лет проповедовали там христианство, распространяя  Свя-
щенное Писание, начертанное той самой кириллицей (константиницей).
   После чего намеревались вернуться в Константинополь... но, встретив в
Венеции папского гонца, приглашавшего их  в  Рим,  последовали  за  ним.
Именно в Риме папа Адриан II рукоположил братьев в сан священников! Сох-
ранилось письмо папы моравским князьям Ростиславу, Святополку и  Коцелу,
где, в частности, говорится: "Мы же, втройне испытав  радость,  положили
послать сына нашего Мефодия, рукоположив его и с учениками, в Ваши  зем-
ли, дабы учили они Вас, как Вы просили, переложив Писание на Ваш язык, и
совершали бы полные обряды церковные, и святую литургию,  сиречь  службу
Божью, и крещение, начатое Божьей милостью философом Константином".
   О вражде меж западной и восточной церковью пока что нет и  речи  -  в
том же послании Адриан именует византийского императора "благочестивым".
Есть еще одно многозначительное упоминание: Константин и  Мефодий,  отп-
равляясь в Моравию, заранее знали, что  эти  земли  относятся  к  "апос-
тольскому", то есть римскому канону. А потому ни в малейшей  степени  не
отклонялись от римских канонов. И найденные ими  мощи  святого  Климента
отвезли не в Константинополь, а в Рим.
   Остается лишь добавить,  что  впоследствии  папа  сделал  Константина
епископом, а также специально восстановил для Мефодия Сремскую  митропо-
лию.
   Итак, в конце IX века в славянских землях  с  благословения  римского
папы трудами Константина и Мефодия распространялось  христианство  апос-
тольского, т.е. римского канона. Распространялось среди ближайших  сосе-
дей Руси, родственных ей славян. Может быть, именно отсюда и берет нача-
ло и появление в Киеве христианских церквей, и крещение Ольги?  А  Конс-
тантинополь здесь и вовсе ни при чем? Лишь впоследствии, когда между Ри-
мом и Константинополем отношения испортились напрочь  и  дело  дошло  до
взаимного анафемствования, летописцы вроде Нестора (жившего, скорее все-
го, в XV или XVI веках) постарались на совесть, чтобы вымарать все "кра-
мольные" упоминания о крещении, первоначально  принятом  от  посланников
Рима...
   Есть еще одно косвенное доказательство. Наличие в нашем Священном Пи-
сании Третьей Книги Ездры, которая присутствует лишь в Вульгате  (Библии
на латыни) - но не в греческом и еврейском вариантах Писания. Это  дока-
зывает: первые переводы Библии  на  старославянский  язык  были  сделаны
именно с Вульгаты, то есть с Библии римского канона. Да  и  календарь  -
основа богослужения - на Руси был принят не византийский, а как раз  ла-
тинский. Названия месяцев латинские, а не ромейские, и началом года счи-
тался не сентябрь, как у греков, а март - как на Западе...
   Интересно, есть ли западноевропейские источники,  подтверждающие  сию
еретическую гипотезу?
   Представьте себе, есть. Вот что сообщает хроника францисканского  мо-
наха Адемара (XII век):
   "У императора Оттона III были два достопочтеннейших епископа:  святой
Адальберт и святой Брун. Брун смиренно отходит в провинцию  Венгрию.  Он
обратил к вере провинцию Венгрию и другую,  которая  называется  Russia.
Когда он простерся до печенегов и  начал  проповедовать  им  Христа,  то
пострадал от них, как пострадал и святой Адальберт. Тело его русский на-
род выкупил за дорогую цену. И построили в Руссии монастырь  его  имени.
Спустя же немного времени пришел в Руссию какойто  епископ  греческий  и
заставил их принять обычай греческий".
   Поездку Бруна к печенегам российская  историография,  скрепя  сердце,
признает. Однако все остальное, написанное Адемаром, современные  ученые
мужи опровергают по избитой методике: "летописец заблуждался". Из  двад-
цатого века виднее. Нестора положено считать правдивейшей личностью  под
солнцем. Адемара положено считать невеждой, переложившим на  бумагу  не-
достоверные сплетни и непроверенные слухи. Нестор ложится  в  концепцию,
Адемар же категорически неудобен...
   Так и живут. Присочинив попутно, что княгиня Ольга сожгла град Корос-
тень...  реактивными  снарядами,  полученными  от  византийцев.  Доказа-
тельством служит как раз то, что ни единого упоминания об этом в  визан-
тийских документах нет - значит, конспирация была строго соблюдена...

   СМЕРТЬ НА ДНЕПРЕ

   Многие историки давно уже соглашаются, что убийство князя  Святослава
печенегами у днепровских порогов - история гораздо более сложная и зага-
дочная, чем официальная версия, согласно которой Святослав,  возвращаясь
после войны с ромеями, чисто случайно напоролся  на  превосходящие  силы
степняков. Так что здесь я не открываю никаких Америк. Пока...
   История, в самом деле, загадочная и грязненькая. Судите  сами.  После
продолжавшихся два месяца схваток у болгарской крепости Доростол Святос-
лав заключил с византийским императором Иоанном Цимисхием, в общем,  до-
вольно почетный мир. И поплыл с дружиной в Киев, поздней осенью. Соглас-
но летописям, русским стало известно, что у  порогов  печенеги  устроили
засаду...
   И вот здесь что-то происходит! Что-то, навсегда оставшееся  загадкой.
Большая часть дружины с воеводой Свенельдом во главе уходит  в  Киев  по
суше, степью - и благополучно добирается до города!
   Что касается князя Святослава, он вдруг начинает вести себя более чем
странно. С меньшей частью дружины остается... зимовать то ли на  берегу,
то ли на одном из днепровских островов. Зима выдалась лютая,  еды  почти
нет, летописцы подчеркивают, что русские бедствовали несказанно:  "...по
полгривны платили за конскую голову, врагом были болезни".  Весной  Свя-
тослав, даже не пытаясь пройти степью, по которой благополучно ушел Све-
нельд, вновь плывет по Днепру. Печенеги, что странно, отчего-то зимовали
здесь же - они по-прежнему подстерегают князя. И убивают...
   Странностей выше допустимого. Почему Святослав не ушел в Киев степью?
Означает ли уход Свенельда, что в русском стане произошел раскол? Почему
печенеги столь упорно ждали несколько месяцев? В истории вроде бы не от-
мечены какие-то действия Святослава, внушившие  печенегам  непреодолимое
желание за что-то отомстить князю...
   Темная история. И потому ее не единожды назвали "заказным убийством".
Полное впечатление, что Святослав прекрасно понимал:  в  Киев  ему  идти
нельзя. Почему? Что там могло случиться?
   Поначалу во всем винили византийцев, якобы  подкупивших  печенежского
кагана Курю. Однако впоследствии было блестяще доказано:  ромеям  просто
не хватило бы времени организовать довольно сложную операцию. Не  успели
бы они снестись с печенегами...
   Тогда? Покойный Л.Н. Гумилев предложил  довольно  изящно  построенную
версию. Согласно ей, заговор против Святослава был затеян старшим  сыном
Святослава Ярополком, стоявшим во главе киевских христиан. Другими  сло-
вами, набиравшая силу христианская партия таким  образом  отделалась  от
одного из самых влиятельных своих противников. Благо  под  рукой  имелся
киевский воевода Претич, несколькими годами ранее ставший побратимом пе-
ченежского кагана Кури - он, скорее всего, и стал "связником" [48].
   Косвенным подтверждением этой версии  служит  Иоакимовская  летопись,
где смерть Святослава объявлена божьей карой за то, что князь в  971  г.
расправился с киевскими христианами и велел разрушить некую церковь.
   Вообще-то, Иоакимовская летопись давно признана компилятивным  источ-
ником, составленным в XVII веке, которому (доверять без проверки нельзя"
(академик Б. Рыбаков). Сам академик считал, что доказательством является
постамент языческого бога в центре Киева, который "был вымощен плинфой и
фресками христианского храма, разрушенного до 980 г." [168].
   Правда,  приведенное  академиком  Рыбаковым  "доказательство"  свиде-
тельствует лишь о том, что христианский храм был некогда разрушен, -  но
никак не о том, что в разрушении повинен князь Святослав...
   Читатель вправе недоуменно воскликнуть: "Позвольте!  Ведь  достоверно
известно, что Святослав, не в пример матери Ольге и старшему  сыну  Яро-
полку, был приверженцем язычества!"
   Верно, известно. Из рукописи Нестора. Но в последние  годы  появились
свидетельства, заставляющие снова вспоминать  о  характеристике,  данной
Нестору Татищевым...
   В вышедшей недавно книге "Империя" московские математики Носовский  и
Фоменко, известные интереснейшими работами на тему  "новой  хронологии",
привели большие отрывки из книги Мауро  Орбини,  посвященной  славянской
истории. Книга эта впервые издана в 1601, и ее автор,  "архимандрит  Ра-
гужский", основывался на огромном количестве  средневековых  источников,
просто-напросто не дошедших до нашего времени [139].
   Кстати, лично я не согласен с Носовским и Фоменко в том, что  опреде-
ление "архимандрит Рагужский" связывает личность Орбини с балканским ли-
бо итальянским городом Рагуза. Право на  существование  имеет  и  другая
версия: Орбинн был австрийцем. Слово "рагужский" вполне  могло  означать
искаженное "ракусский" - то есть "австрийский". В старых русских  книгах
титулом "арцыкнязь ракусский" именуется германский император  Максимили-
ан, и в самом деле имевший среди подвластных ему  земель  и  Австрийское
герцогство. А в современном чешском и словацком Австрия так и называется
- "RAKOUSKO"...
   Но вернемся к Святославу. В книге Орбини мне попалась  прелюбопытней-
шая строка: После смерти Ольги правил ее сын Святослав, ШЕДШИЙ ПО СТОПАМ
МАТЕРИ В БЛАГОЧЕСТИИ И ХРИСТИАНСКОЙ ВЕРЕ".
   Каково? Это означает, что в прошлом, кроме навязшего в зубах  "Несто-
ра" существовали и другие источники,  рассматривавшие  князя  Святослава
несколько иначе, нежели "несторовцы". Какой еще вывод можно  сделать  из
выше приведенной цитаты?
   В самом деле, получалось несколько странно: мать  Святослава  -  рев-
ностная христианка, старший сын - ревностный христианин, зато сам  он  -
язычник... Режьте мне голову, но здесь присутствовала  некая  психологи-
ческая нестыковочка.
   Если сообщение Орбини правдиво (а какие у нас основания априорно счи-
тать его ложным, отдавая предпочтение Нестору?) и  князь  Святослав  был
христианином, события на Днепре можно истолковать несколько иначе...
   Святослав остается зимовать на Днепре, потому что  прекрасно  сознает
грозящую ему из Киева угрозу - но исходит эта угроза не от  христианской
партии Ярополка, а от языческой Владимира. К каковой принадлежит и  бро-
сивший Святослава Свенельд, и, возможно, Претич. В Киеве  готовится  ан-
тихристианский переворот, а потому Святослава, как ревностного  и  влия-
тельного сторонника христиан, необходимо убрать...
   И убирают - руками печенегов. Имя их  кагана  присутствует  в  разных
толкованиях - Куря, Курей, Кур... Интересно  заметить,  что  в  тюркском
языке есть слово "Кур", которым принято называть одноглазого -  потеряв-
шего один глаз в результате травмы либо бельмастого. Быть  может,  "люди
кагана Кури" - на самом деле - "банда Кривого"?
   Кстати, некоторые источники уверяют, что Святослав был убит йена  бе-
регу Днепра, а на острове Хортица.
   Согласно свидетельству уже упоминавшегося Константина Багрянородного,
на этом острове, у огромного дуба, русы-язычники совершали свои жертвоп-
риношения, убивая живых петухов. Работы современных археологов это сооб-
щение вполне подтверждают.
   Интересно, есть какая-то связь между насильственной смертью  христиа-
нина Святослава и языческим святилищем, расположенным поблизости от мес-
та убийства князя? Быть может, не случайно его кровь пролилась именно на
Хортице? Жертвоприношение?
   И, наконец, есть летопись, где прямо сказано, что Святослав не запре-
щал своим людям креститься - "не бороняше"...
   Все последующие события без малейшей натяжки укладываются в  гипотезу
о христианине Святославе.
   Владимир убивает брата, христианина Ярополка. И  устраивает  в  Киеве
знаменитое языческое святилище, о котором написано слишком много (а  по-
сему не стоит цитировать здесь бесспорные источники).  Возможно,  именно
по приказу Владимира (даже наверняка - в рамках нашей версии) была  раз-
рушена та христианская церковь, чьи камни и  фрески  легли  в  постамент
грандиозного языческого капища.
   Кому понадобилось превращать Святослава в закоренелого язычника,  до-
гадаться легко. Впоследствии, когда во множестве стали сочиняться аполо-
гетические описания "жития святого Владимира" христианин Святослав  стал
словно бы и неудобен. Главная заслуга в крещении Руси должна  была  дос-
таться именно Владимиру. Тогда-то, надо полагать, цензорские  ножницы  и
прошлись по летописям, не укладывавшимся  в  официальный  канон.  Всякие
упоминания о первоначальном принятии Русью крещения  от  посланцев  Рима
были изничтожены (правда, руки коротки оказались,  чтобы  дотянуться  до
западноевропейских документов вроде хроники Адемара). Фигура  упорствую-
щего в своих языческих заблуждениях Святослава как нельзя лучше оттеняла
светлый образ Владимира Крестителя. Подозреваю, правщики истории с вели-
чайшей охотой проделали бы ту же метаморфозу с княгиней  Ольгой.  Однако
тут уж приходилось соблюдать минимум приличий - слишком много было  сви-
детельств о ее принадлежности к христианству, а прах княгини покоился  в
Десятинной церкви, откуда удалить его было бы трудновато.  Зато  Святос-
лав, погибший где-то далеко, как нельзя лучше подходил на роль "защитни-
ка язычества", благо протестовать было  некому.  А  вероломное  убийство
Ярополка... Некий историк объявил князя "злопамятным и завистливым".  Не
объясняя, понятно, на основании чего пришел к  такому  выводу.  Главное,
злопамятного и завистливого словно бы и не жалко.
   Интересно, настанет когда-нибудь момент, когда не келейно, а с  широ-
ким оглашением воздадут должное памяти христианского мученика  Святосла-
ва, павшего от руки язычников за веру? Или по-прежнему будет  торжество-
вать "несторовщина"?

   И ПРИШЛИ МИССИОНЕРЫ...

   Чтобы должным образом оценить "правдивость" летописи Нестора, "Повес-
ти временных лет", а также доказать, что она  никоим  образом  не  могла
быть составлена в 1106 г. (году в 1606, а то и позже - так будет гораздо
вернее), подробно рассмотрим один из ключевых  эпизодов  сего  творения:
рассказ о событиях, якобы происшедших перед принятием Владимиром христи-
анства.
   По Нестору, сначала к Владимиру один за  другим,  словно  по  некоему
предварительному сговору (совершенно невозможная вещь!), являются  некие
посланцы, исповедующие ту или иную веру: мусульмане,  "немцы  из  Рима",
еврей и греки. Начинает мусульманин:
   "И спросил Владимир: "Какова же вера ваша?" Они же ответили:  "Веруем
богу, и учит нас Магомет так: совершать обрезание, не есть  свинины,  не
пить вина, зато по смерти, говорит, можно творить блуд с женами". И  да-
лее сообщают князю: оказывается, и в этой, земной жизни, можно  "невозб-
ранно предаваться всякому блуду" [173].
   Каково? Вы можете себе представить ревностного миссионера, который  в
проповеди перед язычниками упирает главным образом на то, что  его  вера
позволяет "невозбранно предаваться всякому блуду"? Лично я как-то  не  в
состоянии. Либо миссионер этот - законченный дурак и развратник (а  отп-
равят ли такого в столь ответственную миссию?), либо вся эта история вы-
думана от начала и до конца гораздо  позже  описываемых  событий,  когда
неприязнь меж православием и  мусульманством  достигла  высокого  накала
(чего просто не могло быть в Х веке нашей эры).
   С "немцами из Рима" дело обстоит еще анекдотичнее. В защиту своей ве-
ры они, согласно Нестору, оказались способны промямлить  одну-единствен-
ную косноязычную фразу: "Пост по силе; если кто пьет или ест, то все это
во славу божию, как сказал учитель наш Павел".
   Брешет, конечно, наш "очевидец" - как сивый Нестор... Но интерес  для
нас должны представлять не те глупости, что Нестор вложил в  уста  "нем-
цам", а само употребление этого слова - "немцы", неопровержимо доказыва-
ющего, что "Повесть" сочинена не ранее шестнадцатого столетия. Именно  в
то время вошло в употребление в  России  слово  "немец",  служившее  для
обозначения любого западноевропейца. В средневековье на Руси  западноев-
ропейцев называли совершенно иначе: "фрязы" либо "латины". Для  примера:
в 1206 году, узнав о взятии крестоносцами Константинополя, русский лето-
писец заносит эту новость на скрижали в следующем виде: "...Царьград за-
воеван и частию сожжен Фрягам и, или Латинами". И  подобных  примеров  -
множество...
   Вслед за магометанами и "немцами" испытать на себе убийственное  ост-
роумие князя Владимира настал черед иудеев. "Владимир спросил их: "А где
земля ваша?" Они же сказали: "В Иерусалиме". Снова спросил он: "Точно ли
она там?" И ответили: "Разгневался бог на отцов наших и рассеял  нас  по
различным странам, А ЗЕМЛЮ НАШУ ОТДАЛ ХРИСТИАНАМ"".
   Я не зря выделил последние слова. Именно в них и  кроется  ахиллесова
пята "Повести". Согласно датировке, которая, в общем, сомнению  не  под-
вергается, этот интересный разговор происходил в 986 году  от  рождества
Христова.
   То есть в те времена, когда в Иерусалиме, на землях бывшего еврейско-
го государства, не было никаких христиан! Первые крестоносцы появились в
Палестине лишь сто с лишним лет спустя после  описываемых  событий  -  в
1096! Вывод: "Повесть" написана не ранее конца  одиннадцатого  -  начала
двенадцатого столетия (а согласно тому,  что  выше  говорилось  о  слове
"немцы", - и того позже).
   Потом, разумеется, приходят греки и закатывают речь на  дюжину  стра-
ниц, после которой Владимир, естественно, именно им и отдает  предпочте-
ние. Но приключения на этом не  кончаются:  Владимир  отправляет  "мужей
славных и умных, числом десять" - чтобы побывали в мусульманских землях,
у "немцев" (!), а также посмотрели, как молятся богу греки в  Царьграде.
Славные и умные мужи добросовестно съездили к  болгарам-мусульманам  (не
понравилось, понятно), потом побывали "у немцев" (с тем же результатом),
и, наконец, оказались в "Греческой земле". Откуда вернулись  очарованны-
ми, о чем и доложили князю в крайней степени восхищения:  "И  ввели  нас
туда, где служат они богу своему, и не знали - на небе или на земле  мы,
ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой, и не знаем, как расска-
зать об этом".
   Делайте со мной что хотите, но я твердо уверен, что Нестор -  поганый
русофоб. Иного определения для него и не подберешь. Надо очень не любить
своих земляков, чтобы представить их полными  и  законченными  дикарями,
только вчера слезшими с деревьев и не без труда оторвавшими у себя хвос-
ты... По Нестору, киевляне в 986 году от Рождества Христова были  некими
тупыми существами с девственно чистыми мозгами. Они впервые  услышали  о
существовании мусульманства, иудаизма, "немецкой веры", они  понятия  не
имели о церковных службах по православному канону - и, угодив  в  совер-
шенно незнакомую им "землю Греческую", предстали папуасами,  разинувшими
рты перед сверкающими бусами...
   К счастью, реальная история выглядела совершенно иначе. К концу Х ве-
ка русские уже достаточно долго общались с волжскими мусульманами-болга-
рами, а следовательно, должны были составить некоторое представление  об
исламе. А христианство, как мы помним, давно пустило  в  Киеве  глубокие
корни, и церкви там существовали еще до Владимира, так что для  ознаком-
ления с "греческой верой" не было нужды отправлять "славных мужей" в да-
лекий Царьград, расходуя казенные денежки...
   Один мой знакомый, ознакомившись с этой историей,  высказал  циничное
предположение: по его мнению, "девятеро славных мужей" преспокойно  про-
мотали командировочные денежки, отсиживаясь где-то  в  Киеве,  а  нужные
сведения почерпнули, вовсе не выезжая из стольного града. Как же  иначе,
если церковь византийского обряда в те времена преспокойно  существовала
в Киеве?
   Это, конечно, шутка - наши представления о десятом веке. Вряд ли в те
времена удалось бы отколоть такой номер. Вся история с прибытием миссио-
неров разных религий и "путешествии девяти славных мужей" вымышлена Нес-
тором от начала до конца. Плохо только, что на творение сего  блудливого
пера до сих пор принято ссылаться, как на  бесспорную  истину.  Вот  вам
мнение академика Б.А. Рыбакова: "Историко-географическое введение Несто-
ра в историю Киевской Руси, написанное с небывалой широтой  и  достовер-
ностью, заслуживает полного доверия с нашей стороны".
   Насчет широты,  мне  представляется,  почтенный  академик  совершенно
прав. Но вот каким волшебным образом он проверил  "небывалуй)  достовер-
ность" Нестеровых творений, остается тайной за семью печатями. Лично для
меня, по крайней мере. Как ни ломал голову, не смог определить: на осно-
вании каких источников Нестор утверждает, что "от Адама до потопа прошло
2242 года"...
   Гораздо больше мне нравится высказывание нашего знаменитого  историка
Д. Иловайского, написавшего однажды по поводу одного  особо  выдающегося
Несторовского пассажа: "Тут видим совершеннейшую бессмыслицу". В  яблоч-
ко...

   О БЕДНЫХ ХАЗАРАХ ЗАМОЛВИТЕ СЛОВО...

   Пожалуй, больше всего оскорблений российская историография  высказала
в адрес хазар. Остальных южных соседей древних славян тоже  не  особенно
жаловали летописцы и позднейшие историки - но половцев и печенегов поли-
вали грязью все же не в пример меньше. Традиция оказалась  устойчивой  -
великий поэт А.С. Пушкин припечатал хазар несмываемым эпитетом "неразум-
ные", а крупный (но порой чрезмерно  увлекавшийся  собственными  идеями)
историк Л.  Гумилев  нарисовал  предельно  отталкивающую  картину  госу-
дарства-паразита - Хазарского каганата, обложившего тяжелой  данью  всех
ближних и дальних соседей. Мало того, по  Гумилеву,  власть  в  Хазарии,
оказывается, захватили злокозненные пришельцы иудейской  национальности,
усиленно обращавшие в свою веру простодушных сынов  степей.  Разумеется,
последняя версия была с радостным визгом подхвачена  нацистами  отечест-
венного разлива, поднявшими шум вселенский об извечных кознях  жидомасо-
нов, еще тысячу лет назад обкатывавших на русских землях свой  сатанинс-
кий план порабощения народа-богоносца...
   Откровенной клиники мы постараемся избегать - всего  лишь  попытаемся
разобраться в "хазарской загадке". Загадка эта существует до сих пор,  и
интерес к ней, судя по последним работам историков самых разных  направ-
лений, не падает.
   Действительно, какое-то время иные славянские племена - поляне, севе-
ряне, вятичи и радимичи - платили дань Хазарскому каганату.  Вот  только
понятие "дань" в те далекие времена было крайне растяжимым. Одним и  тем
же словом могли называть и постоянные выплаты, и деньги, полученные пря-
мо-таки рэкетирскими методами...
   Вот именно. Рэкет был прекрасно известен уже в ту эпоху. Скажем,  ки-
евское войско подступало к стенам Константинополя и объявляло, что уйдет
не раньше, чем ему заплатят определенную сумму. Подобную "дань" Византия
(самое мощное государство региона!) платила и русским князьям, и дунайс-
ким болгарам, да едва ли не всем своим соседям. Кроме того, у всех наро-
дов было в большой моде останавливать идущие из дальних мест  купеческие
обозы и даже воинские дружины, требуя с них опять же "дань"  (шутки-шут-
ками, но, похоже, именно отсюда пошел русский деревенский обычай,  когда
парень, "ходивший" с девкой с чужой улицы,  вынужден  был  ублаготворить
парой бутылок своих ровесников с означенной улицы - иначе "амор"  ослож-
нялся до предела). Проезжающие, скрепя сердце, платили - куда денешься?
   Словом, точных деталей нет. Доктор исторических наук А. Кузьмин  сде-
лал любопытный обобщающий вывод: "Летопись дает глухие и  противоречивые
сведения о дани, взимавшейся хазарами, но из этих преданий и  воспомина-
ний никак не следует, чтобы эта дань была тяжелой".
   Есть еще одна интереснейшая версия "хазарской дани", но об этом  чуть
позже. Поговорим об иудаизме хазар и некоторых загадках, отсюда происте-
кающих.
   То, что часть хазар иудаизм все же исповедовала, наука  подтверждает.
Известный историк-эмигрант, профессор Йельского университета  Г.В.  Вер-
надский был крайне категоричен в суждениях: "В восьмом и  девятом  веках
еврейские миссионеры были активны в Хазарии, и около  865  г.  хазарский
каган и многие из его знати были обращены в иудаизм...  главным  центром
иудаизма древней Руси был Киев. Еврейская колония существовала там с ха-
зарского периода. В двенадцатом веке одни из городских ворот Киева  были
известны как Еврейские ворота, что является свидетельством принадлежнос-
ти евреям этой части города и значительного их количества в Киеве. Евреи
играли значительную роль как в коммерческой, так  и  в  интеллектуальной
жизни Киевской Руси. По крайней мере, один из  русских  епископов  этого
периода Лука Жидята из Новгорода был, как мы можем полагать,  еврейского
происхождения. Иудаизм имел сильное влияние на русских в этот период,  в
результате чего русские епископы, подобно Илариону Киевскому  и  Кириллу
Туровскому, в своих проповедях уделяли значительное внимание взаимосвязи
иудаизма с христианством" [35].
   Вряд ли стоит подвергать сомнению вышесказанное (поскольку оно  подт-
верждается многими источниками) - за одним-единственным  исключением.  В
той части, где речь идет о еврейских захожих миссионерах.
   Потому что здесь - нестыковочка. Дело в том, что классический,  орто-
доксальный иудаизм (а иного в Х веке просто не существовало) как раз ка-
тегорически  запрещает  своим  приверженцам  вести  миссионерскую   дея-
тельность среди иноверцев. Это, понятно, не значит, что того, кто  решил
обратиться к иудаизму, отвергают автоматически - но миссионерство  прямо
и недвусмысленно запрещено. (Кстати, в обряд принятия иудаизма и сегодня
входит ритуал, когда неофита трижды уговаривают отказаться от своего ре-
шения.)
   Кроме того, версия, согласно которой "захожие иудеи" захватили власть
в Хазарии и стали правящей кастой, опровергается самой историей: за пос-
ледние две тысячи лет иудеи нигде, ни в одной стране,  не  "захватывали"
власть и не становились "правящей  верхушкой".  Кроме  Хазарии,  как  ни
странно. Поневоле напрашивается вывод, что Л.Н. Гумилев по милому своему
обыкновению чересчур поэтически подошел к  трактовке  истории  средневе-
ковья, создав легенду о коварных захватчиках.
   Более правдоподобным (хотя, безусловно, способным многих  шокировать)
представляется другой вариант: никакого еврейского  нашествия  не  было.
Никакой власти в Хазарии коварные иудеи не захватывали. Хазарию населяли
родственные славянам народы, часть которых приняла иудаизм. Самое  обыч-
ное дело для тех времен, когда "ареалы" распространения тех или иных ре-
лигий еще не устоялись окончательно в том виде,  как  они  нам  знакомы.
Русь приняла христианство - но это вовсе не означало переселения  визан-
тийцев на ее земли. Западные славяне приняли христианство от Рима -  что
опять-таки не есть результат "переселения" римлян на польские или  чешс-
кие земли и захвата ими там власти. Ну, а часть славян-хазар приняла иу-
даизм, не будучи по крови евреями (в конце концов, даже сейчас в  России
есть несколько деревень, где жители, русские по крови, исповедуют  клас-
сический иудаизм).
   Сохранившиеся свидетельства тех времен как раз и работают на эту вер-
сию. Следов "пришлой еврейской верхушки", как ни старались, не обнаружи-
ли. Зато хватает иных многозначительных упоминаний. В  хазарском  городе
Саркеле (как и в других городах каганата) так и не обнаружены следы  ев-
рейской письменности. Зато тюркских надписей - сколько  угодно.*  Та  же
картина и в Шарукани. И в Саркеле, и в Шарукани жили, кроме хазар,  сла-
вяне, в том числе и христиане. Есть упоминание, что в I HI году, во вре-
мя похода русских князей на половцев, население Шарукани открыло  ворота
не перед угрозой применения военной силы, а перед попами, певшими молит-
вы...
   * В дальнейших главах будет рассмотрена убедительная версия,  доказы-
вающая, что тюркским языком часто пользовались и славяне.
   Вот что писал персидский историк XIII века Фахраддин  Мубаракшах:  "У
хазар есть такое письмо, которое происходит от русского; ветвь румийцев,
которая находится вблизи них, употребляет это письмо, и они называют ру-
мийцев русами. Хазары пишут слева направо, и буквы  не  соединяются  меж
собой... Та ветвь хазар, которая пользуется этим письмом, исповедует иу-
даизм".
   Вот так. Общеизвестно, что евреи пишут справа  налево...  Хазары  за-
имствовали вер у, но не письменность.
   Уже упоминавшийся Татищев на основании каких-то утраченных материалов
считал, что хазары - славяне. И оставил  крайне  примечательную  запись:
согласно его изысканиям, киевские иудеи говорили на... славянском языке.
   Следовательно, и "киевские евреи" - не более чем  славяне,  принявшие
иудейскую веру. Отсюда и Лука Жидята, обязанный своему прозвищу,  скорее
всего, происхождением из рода славян-иудеев. Кстати, в XII веке встреча-
ется отчество "Жидиславич", которое могло образоваться только  от  имени
Жидислав.
   Схожие аргументы можно подыскать и в русском эпосе - в древних  были-
нах. Там, оказывается, действует богатырь с определенно еврейским именем
Саул. Там Илья Муромец сражается с "богатырем Жидовином из  земли  Жидо-
винской"**. Там часто мелькают витязи, которых называют "жидове  козарс-
кие" - вроде богатыря Михаилы Козарина. Обратите внимание -  витязи.  Не
ростовщики с пачкой векселей в сумке, а настоящие богатыри,  восседающие
в доспехах на борзых конях.
   ** В средневековье в русском языке слово "жид" еще не носило оскорби-
тельного оттенка (имея тот смысл, что и в современном польском: "zyd"  -
это попросту "еврей").
   Итак, мнение о том, что хазары - это славяне,  родилось  не  сегодня.
После Татищева, в начале XIX века, о том же писал в своей "Истории русов
или Малой России" архиепископ Белорусский  Георгий  Кониский:  "Козарами
(именовали - А.Б.) всех таковых, которые  езживали  верхом  на  конях  и
верблюдах и чинили набеги, а сие же название получили наконец и все вои-
ны славянские, избранные из их же пород для войны и  обороны  отечества,
коему служили в собственном вооружении, комплектуясь и переменяясь также
своими семействами. Но когда во время военное выходили они  вовне  своих
пределов, то другие гражданского состояния жители делали им  подмогу,  и
для сего положена была у них складка общественная, или подать,  прозвав-
шаяся наконец с негодованием дань козарам. Воины  сии  переименованы  от
царя греческого Константина Mономаха из козар - казаками, и такое назва-
ние навсегда уже у них осталось".
   Хазары-козары - предки казаков? Что ж, эта гипотеза вовсе не выглядит
надуманной. Любопытно, что средневековые авторы, описывая внешность  ха-
зар, упоминают высокие шапки с матерчатым верхом, свешивающимся на  сто-
рону - шапки такие казаки носили еще в XIX столетии.
   Любопытно, что версия о "дани козарам" как налоге на содержание свое-
го же войска находит подтверждение и в русских  летописях:  незадачливый
князь Игорь, убитый древлянами, как раз и шел собирать "дань  козарску"!
Вассалом хазар он не был. Значит...
   Тот, кто посчитает вышеприведенные гипотезы творением  русских  шови-
нистов, просчитается. Почти то же самое писали  и  католические  авторы.
Есть два знаменитых польских историка - Мартин Бельский (1495-1575), ав-
тор "Хроники Польши" и 10-томной "Хроники всего света" и  Матвей  Стрый-
ковский (1547-1593), автор  "Хроники  польской,  литовской,  жмудской  и
русской". Оба в своей работе использовали огромное  количество  античных
сочинений, работ польских, литовских и белорусских хронистов, не  дошед-
ших до нашего времени. И оба отчего-то писали о родстве хазар,  половцев
и печенегов со славянскими племенами литовцев и ятвягов...
   Современные историки, хотя и не  располагали  теми  документами,  что
имелись в распоряжении польских хронистов, тем не менее старательно зак-
леймили обоих за "ошибки". Вновь с презрительной миной было произнесено:
"Летописец ошибается". Потому что в дошедших до нас  летописях  написано
нечто иное.
   Меж тем и Бельский, и Стрыйковский, хотя и были "латинянами", пользо-
вались огромным авторитетом у русских историков допетровской эпохи - на-
до полагать, оттого, что эти историки имели в своем распоряжении  схожие
древние документы. В главе "Призрак Золотой Орды" читатель столкнется  с
подлинными сенсациями, многое переворачивающими в нашем устоявшемся  ми-
ровоззрении...
   О печенегах и половцах. Нынешние ученые создали  крайне  своеобразную
теорию, согласно которой все три  народа  "сменяли"  друг  друга.  Хазар
"сменили" печенеги. Печенегов "сменили" половцы. Половцев "сменили"  та-
тары. Цепочка получается довольно стройная, но страдает  существеннейшим
недостатком: никто из историков так и не смог внятно объяснить: куда  же
девались те, кого "сменили" и "вытеснили"? Неужели печенеги, придя в юж-
норусские степи, вырезали хазар до последнего человека, впоследствии  их
самих под корень уничтожили половцы, а тех уж вырезали татары...
   Вздор, конечно. Никто никого не "сменял" и не "вытеснял". Просто наз-
вания народов подвержены таким же изменениям, как и имена  городов.  Те,
кого в разные времена называли то хазарами, то половцами, то печенегами,
продолжали мирно (или не вполне мирно) обитать на отчих землях. И  были,
судя по описаниям, людьми вполне славянского облика: само  слово  "поло-
вый" означает светло-соломенный цвет, так что половцы были  русыми...  А
еще они были не кочевниками, а вполне оседлым народом - у одного неспра-
ведливо забытого историка допетровской эпохи (с чьими трудами мы подроб-
нее познакомимся чуть погодя) написано четко и недвусмысленно:  "...были
разрушены ГОРОДА и КРЕПОСТИ и ДЕРЕВНИ половецкие..."
   Косвенным подтверждением родства славян и хазар служит титул, которым
величались предводители и тех, и других...
   Любой, безусловно, согласится, что строчка из хроники: "...и встрети-
лись для совета три короля, два герцога и три барона"  может  относиться
исключительно к Европе. А упоминание о встрече на высшем уровне меж нес-
колькими "султанами" касается только исламского мира. И общность  "коро-
ли", и общность "султаны" подразумевает для своих членов общую  религию,
схожие культуры, близость по уровню развития...
   Так вот, титул, который носил глава Хазарского каганата,  имел  расп-
ространение не в одной Хазарии. "Каганами" были правители авар,  болгар,
венгров... и славян! Академик Рыбаков пишет: "Византийский титул (царь -
А.Б.) пришел на смену восточному наименованию  великих  князей  киевских
"каганами". В том же Софийском соборе на одном из столбов северной гале-
реи была надпись: "Кагана нашего С..." Заглавная  буква  С,  стоявшая  в
конце сохранившейся части надписи, может указывать на Святослава!
   Ярославича или Святополка Изяславича".
   Митрополит Иларион (1051-1054), первый русский по происхождению,  за-
нявший этот высокий пост, написал сочинение "Учение о Ветхом и Новом за-
коне"*, куда вошла и "Похвала кагану нашему Владимиру". Так и в  тексте:
"...великие и дивные дела нашего учителя и наставника,  великого  кагана
нашей земли, Владимира..."
   * Именуется еще "Слово о законе и благодати".
   Сюда примыкает и западноевропейская Вертинская летопись, сообщающая о
приезде в 839 г. к императору Людовику Благочестивому послов от русского
каган а...
   Хазары, отчего-то считавшиеся исчезнувшими,  частенько  появлялись  в
летописях уже гораздо позже той даты, согласно которой  их  города  были
начисто уничтожены русскими князьями. В 1203 г. "Пошел Мстислав на Ярос-
лава с хазарами и касогами". Примерно к тому же времени относятся упоми-
нания о хазаро-черкесском князе Георгии Чуло, который,  судя  по  имени,
мог быть исключительно христианином. Кстати, "черкесы" эти, как и  хаза-
ры, были нетеми черкесами, которых мы знаем сегодня, а черкасами,  пред-
ками нынешних казаков. Об этом следует помнить и в дальнейшем -  "черке-
сы" в русских древних документах всегда означает  не  воинственный  кав-
казский народ, а предков нынешних казаков. Полезно помнить, что один  из
самых больших казачьих городов так и назывался: Новочеркасск.
   Одним словом, никогда не было противостояния славян и "неразумных ха-
зар". Вплоть до Кавказского хребта обитали родственные племена славян  -
древляне, поляне, киевляне, хазары. Иные из этих славян,  как  ни  прис-
корбно покажется это иному "патриоту", исповедовали иудаизм  -  а  иные,
как мы увидим впоследствии, мусульманство,  подобно  волжским  болгарам:
"... названные от реки Волги волгары или болгары, которые  имели  начало
свое от преславного и многонародного народа словенского".
   Кстати, версия о том, что в Хазарию якобы пришло  одно  из  еврейских
колен, была выдвинута итальянцем Джованни Ботеро в конце  XVI  века,  но
уже тогда к нему относились с нескрываемым скептицизмом, поскольку зага-
дочная "страна Арсатер", о которой писал итальянец,  никоим  образом  не
ассоциировалась в глазах наших земляков с Хазарией - скорее уж  с  Инди-
ей...

   ВИРТУАЛЬНОСТЬ-1: ТИАРА НАД РОССИЕЙ

   В этом разделе мы рассмотрим один из интереснейших вариантов  несбыв-
шейся, альтернативной истории: что произошло бы с Россией и с миром, ос-
танься наши предки в "зоне влияния" католической  церкви.  Конечно,  для
создания детальнейшего виртуального варианта потребовался бы долгий труд
многих специалистов, применение ЭВМ, а посему ограничимся  общими  зари-
совками, касающимися наиболее ключевых моментов.  Нет  смысла  очень  уж
виртуозно извращаться, выдумывая совершенно новых исторических лиц и ис-
торические коллизии. Проще считать, что основные "фигуранты" Большой Ис-
тории остались теми, кто нам известен сейчас. И  для  того  есть  веские
причины. Не все зависит от религии. Характер и поведение  многих  выдаю-
щихся персонажей европейской истории далеко не во  всем  обусловливались
верой, которую они исповедовали. Иван Грозный, окажись он не  православ-
ным, а католиком, с той же неутомимой яростью боролся бы с магнатами-бо-
ярами и отстаивающими свои старинные вольности городами, и голов слетело
бы ничуть не меньше. В чем убеждает опыт английского  Генриха  Восьмого,
чье правление ознаменовано более чем 72 000 казненных, равно как и  гер-
цога Ришелье, крушившего пушками замки дворянской вольницы и кроваво по-
давлявшего любые попытки сепаратизма. И так далее, примеры слишком  мно-
гочисленны...
   Меньше всего я хотел бы задевать чьи-то религиозные чувства, но никак
не в силах отделаться от убеждения, что в "византийском" каноне (который
вовсе не следует механически отождествлять с православным!) таится некая
полумистическая отрава, причинявшая массу бедствий и потрясений странам,
имевшим несчастье с ним соприкоснуться. Даже русские авторы, не  видящие
себя вне православия, не раз грустно отмечали,  что  "византийское  нас-
ледство", по сути, привело к тому, что  русское  православие  столетиями
оставалось пронизанным метастазами язычества, сплошь и рядом заводившего
в тупики, весьма далекие от христианских канонов.  Вопрос  этот  слишком
обширный и сложный, чтобы излагать его  хотя  бы  вкратце,  замечу  лишь
вскользь, что судьба стран, принявших византийский канон - Россия,  Бол-
гария, Греция, Сербия, - форменным образом выламывается  из  европейской
истории, отличаясь ненормально большим количеством невзгод. Здесь и  ро-
ковые смуты, ставившие порой под сомнение само  существование  нации,  и
многовековое прозябание под иноземным игом, и едва ли не  полная  потеря
духовнонациональных корней - не говоря уже о периодах глупейшей самоизо-
ляции.
   Для сравнения можно отметить, что грузинская и армянская православные
церкви (православные, но не "провизантийские"!),  несмотря  на  то,  что
долгими столетиями находились под страшным иноверческим  давлением,  все
же сумели сберечь те самые духовные, национальные и культурные корни на-
рода. Как ни больно и тяжко говорить, но в  сопоставлении,  например,  с
грузинским народом русские, увы, выглядят скорее населением.
   Конечно, в этом  чертовски  модно  упрекать  злодеев-большевиков,  но
большевики, будем честными перед самими собой, стали лишь логическим за-
вершением длившегося несколько сот лет гнилостного процесса...
   Все проклятия в адрес католической церкви (сплошь и  рядом  вызванные
откровенным незнанием предмета) не в силах заслонить  очевидного  факта:
ни одна католическая страна не лишилась своей национальной либо духовной
самобытности. Скорее уж наоборот. А пресловутая "тяга  католических  ие-
рархов к светской власти" несла полезнейшую функцию: сильная церковь бы-
ла независима от самодурских прихотей той или иной коронованной особы.
   Испокон веков повелось, что самодур на троне глух к  благостным  пас-
тырским увещеваниям, а вот перед лицом реальной  силы  вынужден  сбавить
обороты...
   Все вышесказанное, разумеется, не значит, что католическая церковь за
свою долгую историю была свободна от пороков и промахов. Люди - создания
несовершенные, а посему склонны к порокам и преступлениям независимо  от
сана. Пили, блудили, воровали. Доходило  до  полуанекдотических  случаев
вроде того, о каком рассказывает в своей хронике немецкий монах Ламберт.
На некоем празднестве аббат Фульдский вознамерился сесть рядом с  архие-
пископом, но епископ Гильдесгеймский стал доказывать, что  сие  почетное
место вправе занять только он.  Духовные  особы  расстались  врагами.  А
вскоре, в праздник Троицы, сторонники епископа и сторонники аббата схва-
тились меж собой прямо в церкви, в ход пошли не только кулаки, но и  ме-
чи...
   Можно вспомнить и о случаях, когда в католических святцах были  обна-
ружены не то что "недостойные" - личности, о которых  вообще  ничего  не
было известно, и расследовавшей это дело высокой духовной комиссии приш-
лось немало потрудиться, прежде чем удалось навести порядок и вычеркнуть
"мертвых душ"...
   Но все это - частности. Главное же в том, что католицизм, как уже го-
ворилось, лишь способствовал национально-духовному процветанию принявших
его народов, в том числе и славянских. И потому чуточку смешно  выглядят
"обличения" одного весьма крупного историка прошлого  столетия  в  адрес
злокозненных "езуитов". Судите сами. Историк негодует главным образом по
поводу того, что коварные иезуиты  "портили"  украинскую  молодежь  XVII
столетия - вместо того, чтобы и  далее  продолжать  свое  образование  в
культурных центрах вроде Яблонца (знает кто-нибудь, где это?!), по  нау-
щению иезуитов и за их счет юноши отправлялись учиться в Австрию,  Фран-
цию, Испанию и Италию. В самом деле, коварство иезуитов тут  превосходит
всякие границы - вместо загадочного Яблонца юные славяне  были  обречены
прозябать под небом Флоренции, Вены или Мадрида... [93]
   Интересно, многие ли знают, что само понятие "права человека"  оказы-
вается неразрывно связанным с деятельностью в Южной Америке  монахов-ие-
зуитов?
   Источник авторитетный: доктор философских наук, профессор  Мераб  Ма-
мардашвили. Вот что он говорил в одном из интервью, вспоминая о знамени-
том "государстве иезуитов" в Парагвае:
   "Есть одна интересная закавыка! Эта страна нам  представляется  одним
из образцов социальной несправедливости и тем самым революционности  си-
туации. Причем несправедливости исторической, заложенной  испанцами  как
завоевателями и закрепленной идеологически, духовно католической религи-
ей в лице прежде всего ордена иезуитов... Вы знаете источник, историчес-
кий источник самой концепции прав человека? Тех самых прав человека, ко-
торые являются достоянием европейской культуры и прежде всего,  конечно,
лицом, familier mot которых является Декларация прав человека и  гражда-
нина, провозглашенная  Французской  революцией?  Фактом  является...  то
странное обстоятельство, что концепция прав человека изобретена  испанс-
кими иезуитами. Это странно ведь. Было бы естественным, если бы  концеп-
цию и саму идею прав человека изобрел, скажем, кто-то из французских эн-
циклопедистов или сторонник и последователь английского Home book -  Ве-
ликой хартии. Но вот частью и итогом  довольно  интенсивной  интеллекту-
альной работы, которую иезуиты вели, и, как  предполагается,  в  своеко-
рыстных целях, явилась разработка самого понятия и концепции прав  чело-
века в современном значении этого термина - концепции, заложенной как  в
Декларации Французской революции, так и в Декларации ООН, и так далее  и
так далее... иезуиты ведь христиане, это христианский орден,  а  понятие
личности фундаментально для христианства. Почему вот эти страшные завое-
ватели, эксплуататоры и грабители вдруг  оказались  участниками  чего-то
совсем другого и прямо противоположного - участниками движения за  права
человека?" [194].
   От себя добавлю, что покойный философ никоим образом не был связан  с
католичеством - тем ценнее его свидетельство...
   Вернемся к нашей "виртуальной реальности".  Конечно,  Русь,  останься
она католической, ничуть не была бы избавлена  от  княжеских  распрей  и
междоусобных войн - этот печальный период пережила и католическая  Евро-
па. Однако при католическом пути у России был бы нешуточный шанс на соз-
дание огромной славянской сверхдержавы...
   Шанс этот касается Великого Княжества Литовского. Хочу сразу  предуп-
редить читателя: это могучее некогда государство не имело никакого отно-
шения к нынешней Литовской республике и нынешним литовцам, которых  пра-
вильнее именовать так, как они сами себя называют: "летувяй".
   Предками нынешних "летувяй" были языческие народы балтийской группы -
жемайты и аукштайты. Именно они населяли Жемайтию (Жемойтию, Жмудь, кня-
жество Самогитское), занимавшее небольшую часть нынешней Литвы. Свою не-
зависимость это княжество со столицей в г. Расейняй сохраняло лишь двад-
цать пять-тридцать лет, после чего вошло составной (и не  самой  важной)
частью в государство, именовавшееся полностью "Великое княжество Литовс-
кое, Русское и Жемойтское". Можно добавить еще, что балто-литовский язык
жемайтов не имел своей письменности до середины XVI века.
   А вот "литовцами" в те времена именовались предки нынешних белорусов,
звавшихся сначала гудами (гудзинами), потом - кривичами и  литвинами-ли-
товцами (того, кто интересуется более подробным изложением этих тезисов,
можно отослать к трудам лингвиста И. Ласкова, кандидата философских наук
Я. Тихоновича, филолога и историка, профессора М. Ермаловича). Племя под
названием "литва" обитало на юге нынешней Литвы, в верховьях  Немана,  в
окружении родственных славянских племен - ятвягов, кривичей и  лехетских
радимичей, переселившихся туда из Мазовии (некогда самостоятельного кня-
жества, населенного родственными полякам мазурами, потом - одной из  об-
ластей Польши). В первой половине XIV века, во  времена  великого  князя
Витовта, Великое Княжество занимало Литву, или Трокское и Виленское вое-
водства, а также Белоруссию примерно в нынешних границах,  Украину  (без
Галиции), часть Смоленщины, бывшие Калужскую, Орловскую и Курскую губер-
нии.
   В 1382 г. князь Ягайла (впоследствии  король  польский  Ягелло)  убил
Кейстута, отца Витовта. Чтобы отомстить, Витовт  и  его  брат  Скиргайла
призвали на помощь крестоносцев, а в качестве платы отдали им  Жемайтию.
Стоит упомянуть, что Витовт и до того, и после, в компании  крестоносцев
и один, в буквальном смысле слова заливал языческую Жемайтию кровью, да-
рил ее, уступал, переуступал, разве что не проигрывал  в  карты.  Отсюда
ясно, что соплеменниками ему жемайты не были - с отчей землей так не об-
ращаются. А потому по меньшей мере странны нововведения нынешних  литов-
цев: Витовта они отчего-то переименовали в "Витаутаса" и назвали  "отцом
жемайтской независимости"...
   Под властью крестоносцев Жемайтия пребывала вплоть до битвы под Грюн-
вальдом-Танненбергом в 1410 г., но и после включения в  состав  Великого
Княжества, как явствует из самого его названия, осталась третьестепенной
провинцией славянской державы, не игравшей мало-мальски  заметной  роли.
Слово "жмудный", кстати, в современном польском  языке  носит  явственно
пренебрежительный оттенок и означает нечто вроде "бесполезный" или  "об-
ременительный"...
   Государственным языком Великого Княжества  был  древнебелорусский,  и
делопроизводство велось исключительно на нем. Известно, что на Солинской
встрече князя Витовта с посольством  крестоносцев  Витовта  сопровождали
князья Юрий Пинский, Михаил  Заславский,  Александр  Стародубский,  Иван
Гальшанский, Иван Друцкий. По свидетельству посла крестоносцев  Кибурта,
Витовт и весь его двор говорили исключительно по-белорусски. Даже в  Же-
майтии правили белорусские бояре: княжеским посадником  в  Ковно  (новое
название - Каунас) сидел некий Иван Федорович, а жемайтским войском  ко-
мандовал уже упоминавшийся князь Юрий Пинский.
   Иными словами, Великое Княжество Литовское было славянской  державой,
где православие до определенного времени пользовалось равными правами  с
католичеством.
   Именно тем и объясняется легкость, с какой  подданные  московского  и
иных русских князей во множестве "уходили в Литву", а "литвины", тоже  в
немалом количестве, переходили "под руку Москвы". Именно так в свое вре-
мя "отъехал к Москве" князь Михаиле  Глинский,  один  из  предков  Ивана
Грозного. Рискуя утомить читателя, все же приведу  генеалогию  семейства
великого князя литовского Ольгерда (кстати,  наполовину  русского,  сына
князя Гедимина и княжны Марии Тверской):
   Дети от первого брака Ольгерда с княжной Марией Ярославной Витебской:
   1. Андрей, впоследствии князь полоцкий.
   2. Дмитрий, князь брянский, друцкий, стародубский и трубчевский (пре-
док князей Трубецких).
   3. Константин, князь черниговский, затем чарторыйский (предок  князей
Чарторыйских).
   4. Владимир, князь киевский, затем копыльский (предок князей Вольских
и Слуцких).
   5. Федор, князь ратненский (предок князей Сангушко).
   6. Федора - замужем за Святославом Титовичем, князем карачевским.
   7. Неизвестная по имени дочь - за Иваном, князем новосильским и  одо-
евским.
   8. Агриппина-Мария - за Борисом, князем городецким.
   Дети от второго брака  Ольгерда  с  княжной  Ульяной  Александровской
Тверской:
   1. Ягайло-Владислав, великий князь литовский, король польский,  родо-
начальник династии Ягеллонов (правившей с 1386 г. по 1572 г.).
   2. Скиргайло-Иван, князь трокский и полоцкий.
   3. Корибут-Дмитрий, князь новгород-северский,  збаражский,  брацлавс-
кий, винницкий (был женат на княжне Анастасии Рязанской).
   4. Лигвень-Семен, князь  новгородский,  Мстиславский  (был  женат  на
княжне Марии Московской).
   5. Коригайло-Казимир, наместник Мстиславский.
   6. Вигунт-Александр, князь керновский.
   7. Свидригайло-Болеслав, князь подольский, черниговский, новгород-се-
верский, брянский, великий князь литовский, затем князь волынский.
   8. Кенна-Иоанна - за князем Поморским, вассалом Польши.
   9. Елена - за князем Владимиром Боровским и Серпуховским.
   10. Мария - за литовским боярином Войдылой, потом за  князем  Давыдом
Городецким.
   11. Вильгейда-Екатерина - за герцогом Мекленбургским.
   12. Александра - за князем Мазовецким.
   13. Ядвига - за князем Освенцимским.
   (Здесь, как и на Руси в свое время, мы имеем дело с двойным  именова-
нием: "мирское", обиходное имя и данное при крещении.)
   Как видим, тогдашняя Литва -  сложное  переплетение  семейных  связей
польских, русских и белорусских князей. Славянское государство. И  когда
Ольгерд или его потомки "ходили на Москву", это, увы, вовсе не было  на-
шествием чужеземного супостата - это всего лишь жгли друг у друга города
славянские князья*.
   * Дмитрий Рогозин, лидер Конгресса. Русских Общин, как его  аттестуют
собратья по движению, "один из идеологов национально-государственной оп-
позиции, автор ряда философских и политологических трудов", в  одной  из
своих велеречивых книг, говоря о XVI веке, искренне полагает, что  Литва
и Белоруссия - два разных государства. О том, что это было одно и то же,
"идеолог" и не подозревает...
   Витовт, неофит-католик с 1382 г., вскоре перешел в православие (когда
получил от Ягайлы во владение православные уделы Берестьеи Городню),  но
уже в 1385-м  вернулся  в  католицизм.  После  избрания  Ягайлы  королем
польским, после Кревской (1385) и Городельской (1413) уний,  тесно  свя-
завших Литву и Польшу в некую федерацию, наступило размежевание. Пренеб-
режение Витовта к православным, прямое их  притеснение  Ягайлой  (только
феодалы-католики могли получать гербы, занимать  должности,  заседать  в
сейме, а впоследствии и выбирать короля) привело к тому, что часть  пра-
вославных князей и бояр Литвы отдалась со своими  уделами  в  подданство
Москвы. Другие приняли католичество, составив впоследствии  значительную
часть польской шляхты (Чарторыйские, Сапеги, Радзивиллы). После Люблинс-
кой унии 1569 г., объединившей Польшу и Литву в одно  государство,  Жечь
Посполиту (именно так согласно грамматике и  должно  звучать  правильное
название), "Литва" стала чисто географическим понятием. "Литвинами" себя
называли те, кто родился на сей земле - и  великий  польский  поэт  Адам
Мицкевич, и украинец Тарас Шевченко, и белорусы Янка Купала и  Якуб  Ко-
лас.
   Необходимо заметить, что впоследствии, когда короля стали выбирать  и
прав у него практически не  было  никаких,  а  развращенная  вольностями
польская шляхта превратилась в толпу ни на что не способных гуляк, имен-
но "литвины" несли на своих плечах главную тяжесть войн за  государство.
Во второй половине XVII столетия, в эпоху польско-казацких  войн,  армия
Жечи Посполитой упустила великолепный шанс полностью разгромить и  взять
в плен Хмельницкого  исключительно  из-за  дурости  собственно  польской
шляхты - после пары удачных сражений заскучавшей и отправившейся по  до-
мам прямо с поля боя. При польском короле осталось лишь одиннадцать  ты-
сяч литовцев - именно они лихим ударом взяли Киев, но Хмельницкого  дог-
нать не успели.
   Отголоски этой ситуации великолепно просматриваются в знаменитых кни-
гах Генрика Сенкевича. Нужно заметить, что его трилогия "Огнем и мечом",
"Потоп", "Пан Володыевский" до сих пор пользуется в  Польше  неимоверным
почитанием, именуясь в обиходе просто "Трилогия". Так вот, среди  героев
этих произведений, среди витязей, рубившихся во славу Польши, чьи  имена
заучивают дети еще в младших классах... почти  нет  собственно  поляков,
"великополяков". Все эти витязи - либо литвины,  либо  "русская  шляхта"
(как именовали себя украинские дворяне-католики)! Самое  пикантное,  что
это мало кто замечает даже теперь, и в свое время это мое литературовед-
ческое открытие вызвало сущий шок у моих знакомых поляков...
   Но вернемся к Жечи Посполитой. В 1572 г., когда умер последний король
из династии Ягеллонов Зыгмунт II Август и  впервые  прозвучала  идея  об
"элекции", т.е. выборах короля, одним из кандидатов  стал  русский  царь
Иван Грозный. Легко понять, почему - он был и  Рюриковичем,  и  потомком
князей Глинских, то есть близкий родственник Ягеллонов  (родоначальником
которых, как мы помним, был Рюрикович на три четверти Ягелло),  а  в  те
времена такие вещи имели огромное значение - настолько огромное, что по-
ляков и литвинов не остановило даже различие в вероисповеданиях.
   Увы, Иоанн Васильевич сам испортил все дело - по присущей ему несдер-
жанности и живости характера заявил прилюдно, что, став властелином Жечи
Посполитой, быстренько изведет под корень "латынские" храмы и заменит их
православными церквями. Шляхта ужаснулась - и, решив не рисковать,  про-
голосовала за французского принца Генриха Валуа...
   Впоследствии именно эта выборность королей, становившихся бесправными
марионетками, привела Жечь Посполитую к катастрофе - но разговор  не  об
этом...
   Будь к тому времени Русь католической,  избрание  Ивана  Грозного  на
краковский престол* можно с уверенностью назвать делом  практически  ре-
шенным. Что в итоге? Над Европой нависла бы огромная славянская держава,
включавшая Московию, Великое Княжество Литовское и Польшу,  объединенных
общей верой (тому, кто заинтересуется этой возможностью, не помешает са-
мому определить по карте пределы такого государства). Нет сомнений,  что
Иван Грозный сумел бы и на новом престоле бороться со своевольными  маг-
натами так, как привык это делать на Руси - а нужно отметить, что в Жечи
Посполитой была сила, способная стать ему в этом опорой: сильные и  мно-
гочисленные города, по так называемому "магдебургскому" праву обладавшие
определенной независимостью от феодалов.
   * Краков до 1569 г. был столицей Польши, в нашем варианте  мог  оста-
ваться ею и впредь.
   Честно говоря, при мысли об упущенных  возможностях  меня  охватывает
нешуточная грусть - чересчур заманчив этот вариант католической славянс-
кой сверхдержавы...
   Ничуть не притягивая за уши высосанные из пальца аргументы,  можно  с
большой уверенностью говорить: в случае создания нашей виртуальной "Мос-
ковии Посполитой" (надо же ее как-то называть?) Германия  надолго,  быть
может, навсегда осталась бы скопищем карликовых государств  -  поскольку
Пруссию (сыгравшую в 1871 г. ту же роль, что некогда для русских  земель
сыграла Москва) Краков несомненно подчинил бы своему влиянию...
   Рассмотрим историю Пруссии подробно.
   Мало кто помнит, к а к появились на славянских землях те, кого  потом
стали называть "псами-рыцарями". В начале XII  века  означенных  рыцарей
выгнали из Палестины - и германский император Фридрих I Барбаросса  поп-
росил, чтобы изгнанников приютили его старые добрые друзья: князь Конрад
Мазовецкий и Всеволод Большое Гнездо (дед Александра Невского).
   Оба князя, будучи в прекрасных отношениях с Фридрихом, выполнили  его
просьбу. Так и появился на балтийском побережье Тевтонский орден, выпус-
тивший затем метастазы в виде ордена Ливонского.
   Первое время немецкие рыцари  старательно  выполняли  однажды  взятые
обязательства, признавая себя вассалами мазовецкого и владимирского кня-
зей. Потом, набравшись сил, обнаглели - и события развивались  в  полном
соответствии с известной сказкой о лисе, зайце и лубяной избушке...
   Хребет Тевтонскому ордену долго ломала главным образом Польша.  После
Грюнвальда, где крестоносцев размолотили  совместными  усилиями  поляки,
литовцы, русские, татары и чехи, Орден еще  долго  сопротивлялся,  но  в
1457 г. был вынужден сдать полякам свою  столицу  Мариенбург,  в  1466-м
торжественно подтвердил, что остается вассалом Польши.
   Войны, впрочем, продолжались - в одной из них, несмотря  на  духовный
сан, принимал участие и Николай Коперник,  руководивший  обороной  замка
Фромборк. Однако в 1525 г. Орденское государство прекратило свое сущест-
вование, став светским владением - Прусским герцогством. До 1657 г.  (по
крайней мере, формально), Пруссия оставалась вассалом польской короны, и
освободилась от этой зависимости исключительно благодаря  слабости  Жечи
Посполитой.
   Ливонский орден был уничтожен Иваном Грозным в результате одноименной
войны 1553-1558 г. Магистр ордена Кетлер часть своих  земель  отдал  под
власть Великого Княжества Литовского, а Ревель с Эстляндией признали над
собой власть Швеции.
   Так обстояло дело в реальности. Ну, а как шли бы дела в  нашем  мире,
где возникла Московия Посполитая?
   Несомненно, более жестче по отношению к немцам. Вряд ли Грозный и его
потомки церемонились бы с Пруссией - а у последней недостало бы сил соп-
ротивляться славянскому соседу. Вероятнее всего, Пруссия стала  бы  оче-
редной провинцией нового государства - и, быть может, не она одна.
   Что автоматически влекло бы за собой долгую войну со Швецией.  В  ре-
альности Швеция долго воевала за балтийское побережье с Жечью Посполитой
- и последняя на протяжении XVII столетия (о чем у  нас  мало  известно)
сумела нанести шведам несколько крупных поражений на суше и на  море.  В
виртуальности против Швеции всей мощью выступала  бы  объединенная  сла-
вянская держава - и исход войны наверняка был бы  для  северного  соседа
еще более тяжелым. Балтийское побережье наверняка  было  бы  очищено  от
шведов еще в начале XVII в.
   Это столь автоматически влекло бы за собой господство военного  флота
Московии на Балтике (у поляков к тому времени были солидные военно-морс-
кие силы, перешедшие бы "по наследству" к новому  государству).  И,  как
следствие - упадок влияния немецких торговых союзов  вроде  Ганзы.  Сама
логика событий ведет к тому, что Московия стала бы потихоньку  прибирать
к рукам крохотные германские княжества.
   И, без сомнения, играла бы огромную роль в европейских делах - нарав-
не с Францией и Священной Римской империей. Не исключено,  что  в  нашей
виртуальности Англия вообще оказалась бы лишена того влияния на европей-
ские дела, какое имела в реальности.
   Я не берусь наспех спрогнозировать позицию католической Московии Пос-
политой в конфликте меж папством и  германскими  императорами  -  вопрос
слишком сложный, требует долгих расчетов и потому останется за пределами
нашей книги. Однако с  уверенностью  можно  сказать:  став  неотъемлемой
частью католической Европы, Русь очень рано оказалась бы активной участ-
ницей войн с мусульманским миром. Что не могло не повлиять на ситуацию в
Испании (где победа над маврами могла состояться  гораздо  раньше)  и  в
Восточном Средиземноморье - веке в XV турки-османы могли быть  отброшены
от Константинополя (который, вполне вероятно, оказался бы в сфере  влия-
ния Руси). Поражение Турции в войне с Европой почти автоматически приве-
ло бы к тому, что открытие Америки оказалось отложенным  лет  на  сто  -
полтораста. В нашей реальности европейцы отправили экспедицию к  берегам
Индии как раз оттого, что  турки  перерезали  торговые  пути  с  Индией,
Юго-Восточной Азией и Китаем. Но в варианте с оставшимся в руках христи-
ан Константинополем и не возникшей Османской империей просто не было ни-
какой нужды заниматься поисками "обходных" путей в Индию, и  Колумб  ос-
тался бы невостребованным историей.
   Необходимо подчеркнуть, что еще задолго до вступления Ивана  Грозного
на престол объединенной державы Русь несколько веков развивалась бы, как
неотъемлемая часть Европы. Русские молодые люди обучались бы  в  испанс-
ких, французских и итальянских университетах. Кроме того,  на  Руси  ис-
кусство могло бы развиваться столь же свободно и многогранно, как в  За-
падной Европе. Омертвевший византийский канон загнал русское искусство в
узкие, сугубо церковные рамки (факт, против которого просто нет аргумен-
тов), а потому отечественная светская живопись смогла достигнуть  первых
успехов лишь во второй половине XVIII столетия,  а  русская  скульптура,
несмотря на единичные достижения, начала нормально развиваться  лишь  во
второй половине прошлого века. В Западной Европе, где католицизм не пре-
пятствовал развитию скульптуры, живописи, светской поэзии, обстояло  как
раз наоборот - и потому начался Ренессанс. Вполне возможно, что и на Ру-
си в XVI-XVII веках жили  люди,  способные  стать  нашими  Микеланджело,
Рембрандтами, Боттичелли и Леонардо, но им просто-напросто не  предоста-
вилось случая проявить свои таланты, и они сошли  в  могилу,  всю  жизнь
прозанимавшись не своим делом... Сколько шедевров мы  потеряли,  устано-
вить не представляется возможным.
   Нет сомнений, что в "католическом варианте" Русь оказалась бы  силой,
способной помочь папскому престолу раз и навсегда разделаться в зародыше
со всевозможными ересями, теми, которые в  нашей  реальности  привели  к
рождению лютеранства.
   Радикализм - порождение ума не одной только убогонькой российской ин-
теллигенции, способной лишь разрушать  либо  рукоплескать  разрушителям.
Увы, и на Западе хватало недоумков, искренне восхищавшихся,  к  примеру,
гуситами - исключительно на том основании, что гуситы "выступали  против
существующего порядка вещей"...
   Да и мы учились по учебникам истории,  где  безоговорочно  клеймилось
"реакционное и кровожадное папство", выступавшее против  "прогрессивных"
гуситов. Меж тем гуситы, захватившие власть в Чехии, были компанией  до-
вольно жутковатой. Прежде всего оттого, что задолго  до  Ленина  приняли
один из основных принципов большевизма: истинный большевик может сам оп-
ределять, что хорошо, а что плохо, кто хорош, а кто плох. Это  вовсе  не
преувеличение - один из английских историков  в  сердцах  назвал  первых
протестантов как раз "тогдашними большевиками". Вот что написано в "Хро-
нике Лаврентия из Бржезовой" о некоторых идеях гуситов по переустройству
жизни:
   "...чтобы не допускалось под страхом установленных наказаний распитие
в корчмах каких бы то ни было напитков...
   ...чтобы не носили роскошных одежд и не допускали бы ношение  другими
слишком против Господа Бога драгоценных, как-то: серебряных поясов, зас-
тежек и всяких украшений и драгоценностей, располагающих к гордости...
   ...чтобы не терпеть и не оставлять без  наказания  ни  одного  явного
грешника...
   ...чтобы ни в ремеслах, ни на рынке не  было...  изготовления  всяких
бесполезных и суетных вещей..."
   Обратите особенное внимание на два последних пункта. Вы спросите, кто
должен был определять, какая вещь является "суетной  и  бесполезной",  а
кто считается "явным грешником"?
   Кто угодно - при условии, что он принадлежит  к  "истинным  праведни-
кам". Я нисколечко не преувеличиваю. Наиболее радикальное крыло  гуситов
- табориты и чашники - как раз и требовали установления  такого  порядка
вещей, при котором любой горожанин (если он, разумеется, числится  среди
праведных обывателей) был бы вправе без всяких  церемоний  убить  любого
своего соседа, по мнению "добропорядочного", не вписывавшегося  в  общую
гармонию. Нелишне упомянуть, что были еще и адамиты, жаждавшие  общности
женщин и права ходить голыми. Тот, кто решил, что я сгущаю краски, может
сам покопаться в серьезных исторических трудах. В конце концов  радикалы
зарапортовались настолько, что самим гуситам пришлось их немножко  пере-
резать...
   Правда, вслед за тем гуситы начали совершать вооруженные  вылазки  за
пределы Чехии - чтобы облагодетельствовать своим учением соседей. Но те,
вовсе не желавшие подобных нововведений, стали сопротивляться, - и отра-
жение гуситской агрессии как раз и стало именоваться впоследствии "кара-
тельными экспедициями католиков".
   Потом появился Лютер. Право же, совершенно неважно, что  он  искренне
желал бескровно усовершенствовать жизнь и сделать ее лучше и благостнее.
Важны не намерения, а результат. Увы, изыскания Лютера вызвали лишь  че-
реду гражданских войн, смут, междоусобиц, насилий и зверств.  Германские
рыцари увидели в новом учении великолепную возможность как бы на  закон-
ном основании ограбить церкви и монастыри - но добычу пустить не на  об-
легчение жизни ближнему, а исключительно на собственные выгоды.  Швейца-
рец Кальвин творчески усовершенствовал учение Лютера и довел реформы  до
логического конца - в кальвинистской Женеве людей бросали  в  тюрьмы  за
появление в яркой одежде, игру на музыкальных инструментах, чтение "неп-
равильных" книг... В Тридцатилетней войне меж католиками и протестантами
Германия потеряла треть населения. Франция стараниями протестантов более
чем на полсотни лет погрузилась в огонь и кровь гражданских войн.  Слово
свидетелю: "...гугеноты врывались в церкви. Они были многочисленны и во-
оружены ружьями и палками. Они срывали изображения святых, рушили распя-
тия, разбивали трибуны, органы, алтари, скамьи и перегородки..." Это - о
событиях 1566 г. в Валансьене. В 1531 г. в Ульме лошадей запрягли в  ор-
ган, выволокли его из церкви и разбили на куски. В Бале в 1559 г., когда
было установлено, что умерший три года назад житель по фамилии  де  Брюж
оставался втайне католиком, тело вырыли из могилы и вздернули на висели-
цу.
   Нам с детства вдалбливали, что Варфоломеевская  ночь,  случившаяся  в
Париже в 1572 г., была кровавейшим и злодейским преступлением католиков,
достойным самого сурового осуждения. Вот только при этом забывали  уточ-
нить: это был первый случай, когда католики стали инициаторами резни.  А
вот протестанты-гугеноты к тому времени множество раз устраивали католи-
ческие погромы, когда убивали всех подряд без различия пола и  возраста.
Последнее избиение католиков гугенотами случилось в городе Ниме  за  три
года до Варфоломеевской ночи. Более того, существовали донесения агентов
французских секретных служб, работавших среди  протестантов.  И  из  них
следует, что глава протестантской партии, тот самый облагороженный пером
Дюма адмирал Колиньи, как раз и планировал захват Парижа, взятие  Лувра,
арест короля. (Так называемый доклад сэра де Бушавана.)  Католики  прос-
то-напросто упредили удар, только и всего...
   Можно вспомнить и о массовой резне священников солдатами Кромвеля,  и
о многом другом...
   Короче говоря, вполне вероятно, что Россия,  будь  она  католической,
могла бы еще в середине XVI века склонить чашу весов в пользу  полной  и
безоговорочной победы над первыми глашатаями  лютеранской  ереси.  Пожар
был бы погашен в самом зародыше - следовательно, не было бы ни Тридцати-
летней войны, ни полувековой французской смуты, ни господства протестан-
тизма в Англии. (Я уже не говорю о  сатанистах-альбнгойцах,  с  которыми
покончили бы гораздо быстрее.) Не исключено, что Джордано Бруно  остался
бы жив и нашел своим талантам лучшее применение. Дело в том, что  его  в
свое время сожгли не за идеи о множественности обитаемых миров, идеи эти
тогда не были ни новыми, ни смелыми, ни даже еретическими. Бруно  угодил
на костер за то, что активно участвовал в деятельности чуть ли  не  всех
европейских сатанистских обществ, - а это, согласитесь, меняет многое...
   Можно уточнить, что известна так называемая  Наваррская  библия  XIII
века, где планеты изображены в виде шаров, - но никто и не  подумал  та-
щить на костер художника. А истово верующий христианин Николай  Коперник
затягивал печатание своего труда не из  "страха  перед  инквизицией",  а
исключительно потому, что, будучи священником, всерьез опасался  смутить
незрелые умы, считая, что к кардинально новым идеям людей следует  приу-
чать постепенно, а не обрушивать им на головы ошеломляющие сенсации.
   Безусловно, Коперник руководствовался точкой зрения, близкой  к  той,
которую впоследствии сформулировал известный английский философ - и  ве-
рующий человек, не чуждавшийся теологии  -  Фрэнсис  Бэкон  (1561-1626):
"Знание в руках невежественного и неумелого человека, без преувеличения,
становится чудовищем. Знание многогранно и может быть применено  по-раз-
ному. У него лицо и голос женщины - олицетворение его красоты. У  знания
есть крылья, потому что научные открытия распространяются очень  быстро,
невзирая на границы. Острые и цепкие когти нужны ему для того, чтобы ак-
сиомы и аргументы проникли в человеческое сознание и накрепко  удержива-
лись в нем, так, чтобы от них нельзя было избавиться. И если они  непра-
вильно поняты или использованы, они приносят беспокойство и мучения  тем
или иным путем и в конце концов просто разрывают сознание на куски".
   Нет сомнений: в случае единой католической Европы  с  самым  активным
участием в ее жизни католической России никогда не появилась бы на  свет
пресловутая "протестантская этика", в реальности как раз и  определившая
развитие западного мира.
   В спорах об этом понятии сломано много копий, но я не раз сталкивался
с казусами, когда спорившие имели самое общее представление  о  предмете
дискуссии. А потому постараюсь в меру способностей внести ясность.
   И католической, и православной церкви присуще понятие, именуемое "со-
борность" - уклад жизни, комплекс морально-этических норм, которые безо-
говорочно осуждают крайний индивидуализм, стремление отдельного человека
противопоставить себя окружающей общности  единоверцев.  Строго  говоря,
само слово "католический" произошло от древнегреческого "кафоликос"="со-
борный" (не случайно и сегодня главы православных армянской и грузинской
церквей так и именуются - католикос).
   Второй важный момент: и католицизм, и  православие  начисто  отрицают
железную предопределенность в судьбе христианина. Проще говоря, Бог дает
человеку свободу выбора, а остальное уже зависит от  самого  человека  -
погубить свою бессмертную душу греховными поступками или обрести  вечное
блаженство.
   "Протестантская этика", выработанная наследниками Лютера, Кальвина  и
подобных им фанатиков "реформ", провозглашает как раз обратное:  еще  до
рождения человека вся его жизнь, равно как и судьба, железно предопреде-
лены Творцом. Жизнь, по этой теории, видится не ежедневно  предоставляю-
щимся шансом выбора меж греховным и добродетельным,  а  некоей  узкой  и
глубокой траншеей, по которой человек обречен двигаться.
   Легко понять, какие выводы были сделаны  из  этого  для  повседневной
жизни: если человек богат, богатство само по себе, автоматически  делает
его праведником. Если человек беден, он не заслуживает ни капли жалости,
сочувствия, помощи - так ему "на роду написано". Более того: делая добро
такому, предстаешь нарушителем воли Божьей...
   Ну, а всевозможные "дикие туземцы" обречены на то, чтобы быть  покор-
ными слугами "белого праведника", одушевленными вещами -  в  силу  того,
что у белого есть божьей волею мушкет и кираса, а у голого негра  ничего
подобного нет...
   Именно протестантские Англия и Голландия начали то, что  в  учебниках
именуется "промышленной революцией". Заметим в  скобках,  что  революция
эта проводилась типично большевистскими методами.  Для  набирающих  силу
мануфактур был необходим не свободный человек  с  чувством  собственного
достоинства и некоторой материальной независимостью (этот  заломит  цену
за свою работу, и обходиться с ним придется  уважительно),  а  люмпен  в
лохмотьях, с которым можно не церемониться. А потому в  Англии  махровым
цветом расцвело так называемое "огораживание" - когда власти  (за  четы-
реста лет до русских большевиков!) разрушали крестьянскую общину,  отни-
мая у крестьян их собственность, т.е. землю. Хваленые "рыночные"  методы
здесь как раз не действовали - нужно было создать резерв голозадой  "ра-
бочей силы". Трудовые резервы, как это потом именовалось  в  СССР...  По
данным английских историков, около десяти процентов взрослого  трудоспо-
собного населения страны скиталось по дорогам, не в силах найти средства
к существованию. Им отрубали руки и уши по "закону против бродяг", клей-
мили, вешали. В стране вспыхивали восстания - и  вновь  горели  деревни,
возглавивших бунты монахов вешали на колокольнях, народу попроще отруба-
ли голову прямо на придорожном бревне.
   Впоследствии, когда протестанты отправились искать счастья  за  океа-
ном, именно их потребности в бесправной рабочей силе привели к  гнусноп-
рославленному расцвету африканской работорговли, когда на Черном  конти-
ненте погибла древняя самобытная культура тамошних государств и миллионы
людей превратились в рабочий скот. Протестанты захватили Индию, а  впос-
ледствии под дулами пушек заставили китайцев потреблять опиум...
   (Кстати, о колонизации Америки. Известный писатель Алекс  де  Токвиль
сто пятьдесят лет назад  написал  примечательные  строки:  "Несмотря  на
беспрецедентные злодеяния, испанцы, покрывшие себя несмываемым  позором,
не смогли не только истребить индейцев, но  даже  запретить  им  пользо-
ваться равными правами. Американцы в Соединенных Штатах с легкостью  до-
бились и того, и другого - спокойно, в  рамках  законности,  прикрываясь
филантропией, не проливая крови, не нарушая в глазах мировой  обществен-
ности ни одного из своих "высоких" принципов морали". Это - к вопросу  о
католиках и протестантах...)
   В нашей виртуальности ничего этого, можно предполагать с большой  до-
лей вероятности, не произошло бы. Конечно, были бы  свои  кровопролития,
войны и беды, но, подозреваю, не в пример менее несчастий обрушилось  бы
на Европу. Наверняка меньше сил и рвения уделялось  бы  так  называемому
"техническому прогрессу" - то есть бездумному нагромождению  технических
новинок, которые, по большому счету, уничтожают природные ресурсы и сре-
ду обитания, способствуют росту жертв войны, но никого  еще  не  сделали
счастливым. Равным образом, не исключено, удалось бы ввести  в  какие-то
разумные рамки "научную любознательность" - тупое удовлетворение  своего
любопытства за счет всех остальных членов общества,  которое  давно  уже
лежит вне морали и этики. Любая попытка робко спросить: "Зачем?" вызыва-
ет презрительные усмешки и попреки в "отсталости" - зато не подвергаются
осуждению высоколобые мыслители, у коих при виде атомного взрыва не  на-
ходится иных слов, кроме восхищенной реплики: "Какая великолепная  физи-
ка!"
   Конечно, бессмысленно было бы призывать жить при лучине и  бить  рыбу
костяной острогой. Однако и порожденные "протестантской этикой" крайнос-
ти - бездумный "технический прогресс", бесполезное в итоге "развитие на-
уки" восторга не вызывают.
   Каким был бы наш двадцатый век в результате развития Европы по  като-
лическим канонам? Гораздо менее техногенным, конечно. Возможно, мы  сей-
час с удивлением взирали бы на первые паровозы и изрыгающие  черный  дым
"пироскафы", а славу исследователей Америки и Африки несли бы не далекие
предки европейцев, а наши деды, в большинстве своем еще живые. Возможно,
самобытные культуры Америки, Африки, Индии,  Дальнего  Востока,  избежав
европейского завоевания, создали бы в сочетании с  католической  Европой
совершенно другую цивилизацию, не столь занятую гонкой за золотом и  ус-
пехом, не грозящую в кратчайшие сроки уничтожить все живое  на  планете.
Несомненно одно: духовности было бы не в пример больше, а  следовательно
- больше душевного спокойствия, доброты и любви.
   Увы, на пути к этому варианту зловещей  тенью  высится  фигура  князя
Владимира - тирана, развратника, братоубийцы (возможно,  и  отцеубийцы),
впрыснувшего в вены Руси отдающий тленом византийский яд,  чье  действие
сказывается даже сегодня, когда от  Византии  остались  одни  воспомина-
ния...

   ВИРТУАЛЬНОСТЬ-2: ПОЛУМЕСЯЦ НАД РОССИЕЙ

   Была ли вероятность для России IX  столетия  принять  вместо  христи-
анства ислам?
   Вполне, и не столь уж малая. Начнем с того, что ислам, в общем,  мен-
талитету русского человека нисколько не противоречит (что в разное время
доказали многочисленные беглецы  из  нашего  отечества  в  мусульманские
страны, принимавшие тамошнюю веру без особых треволнений - начиная с ка-
заков и кончая солдатами кавказских полков. Иные из этих беглецов дости-
гали крайне высокого положения). Разве что запрет на спиртное  несколько
удручает - но, откровенно говоря, его в мусульманском мире частенько на-
ходили способ обойти.
   Что гораздо более важно, ислам в своей фундаментальной  основе  вовсе
не несет какого-то отрицательного заряда. По сути, та  же  "соборность",
что и в христианской церкви, то же отсутствие разделения по национально-
му признаку, аналогичное словам Христа "под солнцем моим (т.е. в  церкви
моей - А.Б.) несть ни эллина, ни иудея". И,  наконец,  почитание  многих
святых и праведников, которых почитают и христиане. Не зря в Коране  на-
писано: "Ближе всех к нам христиане", точнее: "Самые близкие по любви  к
уверовавшим те, которые говорили: "Мы - христиане!" (Сура 5, "Трапеза").
И далее: "Прокляты те из сынов Исраила, которые не веровали языком Дауда
и Исы, сына Марйам!" Дауд - библейский царь Давид, Иса - Иисус, Марйам -
Дева Мария [92].
   К сожалению, в формировании некоего подсознательного страха перед му-
сульманством повинны европейские  пропагандисты,  по  сути,  поставившие
знак равенства меж исламом как учением и бородатым экстремистом с  авто-
матом наперевес. Как будто в иных  религиях  не  бывало  экстремистов...
Никто не станет называть террористов из  каких-нибудь  "красных  бригад"
"христианскими фанатиками" - однако боевик-мусульманин  сплошь  и  рядом
будет назван "исламским фанатиком", с упором, как правило,  даже  не  на
второе, а на первое слово".
   Дело в том, что ислам, по большому счету, откровенно злит самим своим
существованием кое-кого из тех самых сторонников "протестантской этики".
Тех, кто склонен именовать "свободой и демократией" механическое перене-
сение своих установлений и порядков на другие страны, без всякого  учета
их национальной самобытности. Меж тем нынешние исламские страны вовсе не
"отсталы" и не "фанатичны" - там просто-напросто отстаивают свое  закон-
ное право жить так, как жили их деды и прадеды, справедливо полагая, что
тринадцативековая история развития под знаменем ислама представляет  со-
бой слишком большую ценность, чтобы от нее можно было  легко  отказаться
ради сомнительного "прогресса".
   Самый яркий пример полнейшего непонимания "образованным  Западом"  (и
нашей образованщиной, уточню) особенностей и специфики исламского мира -
дело Салмана Рушди. Последнего нам усиленно навязывают в качестве "борца
за свободу творчества", которого узколобые фанатики отчего-то приговори-
ли к смерти.
   Отчего-то? Есть такие понятия "святотатство" и "богохульство". А так-
же знаменитое высказывание о том, что свобода есть осознанная  необходи-
мость. Проще говоря, есть святые вещи, которые должны быть избавлены  от
экспериментов под названием " свобода творчества". Меж тем Рушди в своих
"Сатанинских стихах" "изблевал", пользуясь  старым  русским  выражением,
"версию", которая стала оскорблением для любого верующего мусульманина -
версию о том, что якобы вдохновителем при написании части Корана для Му-
хаммеда послужил не Аллах, а Сатана...
   Нам просто-напросто трудно понять, какой гнусностью  это  выглядит  в
глазах ревностно верующего приверженца ислама. Мы сами, увы,  далеко  не
так ревностны в своей вере - а потому преспокойно сглотнули роман  Стру-
гацких "Отягощенные злом", где в грязно-пародийной манере журнала  "Без-
божник" излагается жизнеописание евангелистов. Но это так, к слову...
   Возвращаясь к исламу, стоит упомянуть, что в свое время он  распрост-
ранился по всей Северной Африке практически мирным  путем.  Города  сами
открывали ворота перед мусульманскими войсками - поскольку новая жизнь и
новое учение казались - и были -  не  в  пример  предпочтительнее.  Вот,
кстати, подлинный приказ калифа Омара, обращенный к его воинам:  "Вы  не
должны быть вероломными, нечестными или невоздержанными, не должны  уве-
чить пленных, убивать детей и стариков, рубить или  сжигать  пальмы  или
фруктовые деревья, убивать коров, овец или верблюдов. Не  трогайте  тех,
кто посвящает себя молитве в своей келье" (637 г. от Р.Х.).
   Обратите особенное внимание на последнюю строчку - речь  там  идет  о
прямом запрете причинять вред исповедующим иную веру. В самом деле,  ис-
лам всегда отличался веротерпимостью. К язычникам мусульмане  относились
враждебно - но не к христианам. Все вбитые в наше сознание стереотипы  о
"мусульманских зверствах" сплошь и рядом не соответствуют истине  -  или
относятся к позднейшему периоду (конец прошлого - начало нынешнего  сто-
летия), когда и в самом деле агонизирующая Османская империя мало  напо-
минала прежние времена широкой веротерпимости...
   При вдумчивом изучении истории убеждаешься, что, в общем, любые  "ту-
рецкие зверства" как минимум, не превосходят того, что творило в  разное
время христианское воинство. А то и уступают последним. Во  все  времена
люди были склонны преуменьшать зверства  своих  и  преувеличивать  чужие
зверства - а потому мы до сих пор проливаем слезу  над  участью  бедного
А.С. Грибоедова (кстати, по достоверным свидетельствам, своим  предельно
наглым поведением в Тегеране прямо-таки провоцировавшим конфликт), одна-
ко совершенно забываем о том, как Бонапарт в Египте своим честным словом
пообещал сохранить жизнь мусульманским защитникам  крепости  Яффа,  если
они сдадутся, но тут же расстрелял четыре тысячи человек, имевших  неос-
торожность ему поверить. (Отечественный  историк  А.  Манфред  уклончиво
описал эту историю одной фразой:  "При  взятии  Яффы  французы  проявили
крайнюю жестокость к побежденным" [116].  Поневоле  вспоминается  старая
русская поговорка: "Свое г... не пахнет"...)
   В современной исторической литературе принято описывать самыми черны-
ми красками взятие турками Константинополя в 1453 г. Однако более углуб-
ленное знакомство с первоисточниками, мягко говоря, заставляет на многое
смотреть по-иному.
   Конечно, после взятия города случилась резня - как бывало во все  ве-
ка, религиозная принадлежность победителей и побежденных тут ни при чем.
В конце концов, при взятии Варшавы войсками Суворова  в  1793  г.  каза-
ки-христиане насиловали, а затем убивали христианских монахинь, а  наде-
тых на пики детей таскали по улицам (о чем пишет известный русский исто-
рик Костомаров)... [96]
   Но вот дальше начинаются события, вовсе не укладывающиеся в  традици-
онную картину "басурманских зверств". Храм Святой Софии турки превращают
в мечеть - но множество других христианских церквей остается в неприкос-
новенности, и в них продолжаются службы. Греческие библиотеки  оставлены
в целости - еще столетие спустя Ожье Бусбек, посол короля  Фердинанда  в
Стамбуле, покупал древние греческие книги возами. Брат погибшего импера-
тора константинопольского Деметрий... возвращается в новую столицу Отто-
манской империи, ко двору султана! От которого  получает  пенсию,  слуг,
телохранителей - и умирает в довольстве глубоким стариком. Следом  возв-
ращается его племянник Мануэль - и тоже обретает всевозможные  блага,  а
его сын впоследствии дослужился до высоких постов при султане.
   Стоит ли теперь удивляться, что в XVI веке, когда турки вышли к  гра-
ницам Австрии, на занятую  ими  территорию  массами  бежали  немецкие  и
австрийские крестьяне? Причина проста: налоги на турецкой  стороне  были
не в пример меньше тех, что драли христианские феодалы...
   Можно еще добавить, что в реальности зачисление христианских детей  в
корпус янычар далеко не всегда вызывало потоки слез у их родителей. Яны-
чары в тогдашней Турции играли ту же роль, что впоследствии в петровской
России гвардейские полки - роль резерва кадров. Именно выходцы  из  яны-
чар, подобно  русским  гвардейским  сержантам,  делали  сплошь  и  рядом
карьеру на военной, "статской" и придворной службе - сохранились  свиде-
тельства о том, что явление это, будучи массовым,  вызывало  неприкрытую
зависть "чистокровных" турок. Особенно если учесть, что,  кроме  янычар,
существовали еще "цивильные" учебные заведения, где из христианских  де-
тей готовили гражданских администраторов для Оттоманской империи.
   Ах да, погромы... Действительно, в Стамбуле имели место так  называе-
мые "еврейские" и "христианские" погромы. Вот только  вызваны  они  были
отнюдь не религиозными распрями.
   Секрет в том, что ислам категорически запрещает давать деньги в  долг
под проценты, и ремесло ростовщика - одно из  самых  презираемых  в  му-
сульманском мире. Ростовщичеством в Стамбуле занимались главным  образом
евреи и православные греки. Отсюда и погромы - религиозной  подоплеки  в
них не больше, чем в европейских репрессиях против  фламандских  и  лом-
бардских банкиров-ростовщиков, таких же католиков, как и их гонители...
   Нелишним будет упомянуть, что многие из знаменитых турецких адмиралов
были христианами-отступниками.
   Другими словами, мусульманский Мир никогда не был отделен от  христи-
анского непроницаемой стеной и уж никак не являлся этакой "чужой  плане-
той". От взаимопроникновения и взаимного обогащения культур  до  мощного
притока христиан-ренегатов в Турцию  (при  полном  отсутствии  обратного
движения) - примерно таков диапазон. Вообще, что характерно, Русь до на-
чала XVI столетия практически не ощущала себя "противопоставленной"  ис-
ламскому миру - впрочем, последующие войны с  Турцией  были  вызваны  не
столько внутренними потребностями России,  сколько  нажимом  европейских
держав, по сути, втравивших наших предков в совершенно ненужную им  бой-
ню, как впоследствии втравили нас в Семилетнюю войну...
   Какие глобальные, стратегические последствия имело бы принятие  Русью
ислама?
   Прежде всего, возникает интереснейшая проблема: какую ветвь ислама из
двух предпочли бы наши предки, суннизм или шиизм?
   Излагая слегка облегченно, суть в следующем. Шииты (слово это возник-
ло от "шиат Али" - "партия Али") считают, что святыми "халифами"  ислама
являются только прямые, кровные потомки Али, зятя пророка Мухаммеда, му-
жа его дочери Фатимы. Только потомки Али, согласно шиизму, способны счи-
таться имамами, законными духовными руководителями мусульман. Кроме  то-
го, шииты признают в качестве обязательного источника веры только Коран.
   Сунниты, во-первых, священными книгами признают еще и "сунны" - сбор-
ники так называемых "хадисов", рассказывающих о жизни, суждениях и  поу-
чениях Мухаммеда. Во-вторых, сунниты считают, что святость человеку дает
не происхождение его от пророка, а добродетельная жизнь во славу ислама.
Часть почитаемых шиитами халифов признают и сунниты - но только часть, в
суннизме есть и другие халифы, именуемые "халифы праведной жизни".
   Лично я убежден, что к русскому менталитету гораздо ближе суннизм.  А
еще более русскому мировоззрению соответствует исламское понятие "калиф"
- так назывались правители, соединявшие обязанности и светского,  и  ду-
ховного владыки. Во всяком случае,  именно  к  этому  стремились  многие
русские великие князья, цари, а впоследствии и император Петр.
   И не одни православные... Неоднократно поминавшийся в этой книге Ген-
рих VIII, однажды без затей провозгласивший себя главой  новой,  "англи-
канской" церкви, вполне укладывается в понятие "христианского калифа"  -
хотя, наверное, удивился бы такому определению...
   Итак, на историческую арену вступила мусульманская (а  вдобавок  сун-
нитская) Русь. Попробуем просчитать последствия.
   Разумеется, те же междоусобные войны крупных феодалов - от них никог-
да не был избавлен и мусульманский мир.
   И - столь же глобальное изменение политической ситуации в Европе. Тот
самый вес, что в "Виртуальности-1" лег бы всей своей немалой тяжестью на
чашу Ватикана, теперь, наоборот, заставил бы последнюю  взлететь  вверх,
как воздушный шарик.
   Не исключено, что в "Виртуальности-2" Русь с самого начала повела  бы
целенаправленную экспансию в сторону Константинополя. И могла бы  захва-
тить его раньше, чем в Малой Азии появились турки-османы. На Босфоре и в
степях Средней Азии слились бы две исламских волны - с юга и севера.
   В реальности победа христианства над мусульманством вовсе не выглядит
чем-то непреложным. Еще в XVII веке мусульманские пираты  добирались  до
берегов Англии (а южную Италию  тревожили  и  во  второй  половине  века
XVIII), а Турция не прекращала попыток проникнуть в глубь Европы  вплоть
до 1683 г. Именно в этом году под Веной  состоялось  решающее  сражение,
после которого Османская империя навсегда отказалась от экспансии в  Ев-
ропу. Объединенное войско Священной Лиги под предводительством польского
короля Яна III Собесского (27 000 украинских казаков и польских  шляхти-
чей, около 43 000 немецких, саксонских и франконских солдат) встретилось
с 70 000 турок, которыми командовал великий визирь Кара-Мустафа. Двадца-
титысячный конный отряд под личным командованием  короля  Яна  опрокинул
правое крыло турок, а на левом фланге успех закрепила пехота герцога Ло-
тарингского. Турки потеряли пятнадцать тысяч человек, союзники -  три  с
половиной.
   В нашей виртуальности до этого могло и не дойти.  Совсем  наоборот  -
христианская Европа вполне могла потерпеть полное и окончательное  пора-
жение под совместным натиском испанских мавров, Турции и Московского ха-
лифата, поддержанных на море берберийскими корсарами (среди которых, как
мы помним, хватало христиан-отступников вроде  Хайр-эд-Дина  Рыжебородо-
го). Над Парижем, Римом, Веной и Краковом поднялись бы знамена с полуме-
сяцем, и лихая конница московского халифа Ибана Грозного поила бы  лоша-
дей в Дунае. Дольше всех на своем острове продержались бы, конечно, анг-
личане - но вряд ли намного.
   Сомнительно, чтобы завоевание мусульманской коалицией Европы  привело
бы к полному исчезновению христианства - но оно превратилось бы в  рели-
гию ничтожной части европейского населения.
   Я не берусь проследить конкретные судьбы  каждой  европейской  страны
при таком повороте событий, но коекакие общие тенденции развития  спрог-
нозировать можно.
   Во-первых, как и в "Виртуальности-1", открытие  Америки  отодвинулось
бы на гораздо более поздние времена - поскольку мусульманский мир,  рас-
полагавший налаженными торговыми связями с Индостанским полуостровом, не
нуждался бы в поисках "обходных" путей. Зато с уверенностью  можно  ска-
зать: попав в конце концов в Америку, завоеватели вели бы  себя  там  по
отношению к местным религиям ничуть не мягче,  чем  испанцы-католики  из
нашей реальности. Язычников, как упоминалось, ислам весьма недолюбливает
- а в глазах благочестивого мусульманина индейские жрецы с их человечес-
кими жертвоприношениями выглядели бы точно так, как в глазах  христианс-
ких священников...
   Во-вторых, как и в первом варианте виртуальности,  страны  и  племена
Черной Африки имели бы достаточно времени для самобытного развития - ис-
ламский мир не нуждался бы в потоках черных рабов (по  крайней  мере,  в
столь масштабных потоках, какие текли в США).
   В-третьих, что особенно важно, европейское общество точно так же  из-
бежало бы "прелестей" бездумного технического прогресса  и  промышленной
революции на пуританский манер. Исламский мир никогда не отвергал техни-
ческих новинок, но, по сути, руководствовался теми же принципами "собор-
ности", разве что именовались они иначе. Можно по-разному  относиться  к
эпитету "Большой сатана", которым аятолла Хомейни припечатал Соединенные
Штаты, - но есть все основания видеть родство этого выражения и высказы-
вания известного французского ученого Пуанкаре: "Америка пришла к  циви-
лизации, минуя культуру". Потому что оба, и мусульманин, и европеец име-
ли в виду нечто схожее - ярко выраженный дефицит духовности, подмененной
гонкой за "прогрессом". Между прочим, атомное  оружие,  концентрационные
лагеря и нацизм - по совести, порождение как раз протестантской  цивили-
зации.
   Словом, и в этом варианте будущего мы жили бы, возможно, не  в  столь
техницизированном мире - но жизнь наша, ручаться можно, была бы  гораздо
спокойнее, а прошлое нашей виртуальности не было  бы  омрачено  атомными
взрывами и уничтожением миллионов людей по национальному признаку...
   А без винца не остались бы, право, если кого-то беспокоит именно этот
аспект. Пошли бы к знакомому мулле, поговорили бы по  душам  и  получили
так называемую "фетву" - официальное разрешение от духовного лица  упот-
реблять спиртное в лечебных целях. Во всяком случае, уже сотни лет назад
иные хитрецы именно так и устраивались...
   Но если серьезно, лично для меня остаются привлекательными обе  расс-
мотренные выше виртуальности. Хотя бы потому, что жизнь с верховыми  ло-
шадьми и керосиновыми лампами при всем ее кажущемся неудобстве компенси-
руется тем, что сверху не падают кислотные дожди и  ниоткуда  не  хлыщет
невидимым, неощутимым потоком радиация...
   Внимательный и дотошный читатель (а я верю в то, что  добравшийся  до
этой страницы уже не намерен бросать книгу) наверняка может задать  воп-
рос: отчего автор в своих расчетах обеих  виртуальностей  совершенно  не
учитывал столь важный и весомый фактор, как  татаро-монгольское  нашест-
вие, сыгравшее огромную роль в жизни не только Азии, но и Европы?
   Вопрос, в общем, резонный.  Но  лично  я  намерен  ответить  на  него
встречным вопросом: а вы уверены,  что  существовало  татаро-монгольское
иго, Чингисхан и Батый?
   Сам я в существовании всего этого совершенно не уверен. О чем и пого-
ворим вдумчиво в следующей главе...

   СЛАВЯНСКАЯ КНИГА ПРОКЛЯТИЙ

   ПРОКЛЯТИЕ ЕПИСКОПА

   История конфликтов коронованных владык с владыками церкви  "велика  и
обширна есть", и даже в кратком изложении заняла бы немало  толстых  то-
мов. Темой нашего  очередного  исторического  расследования  будет  лишь
один-единственный, практически забытый,  но  крайне  загадочный  пример:
конфликт польского короля Болеслава Смелого и краковского епископа  Ста-
нислава в конце одиннадцатого века, завершившийся смертью обоих и  поло-
живший начало череде загадок, прямо-таки мистических  совпадений,  полу-
чивших название "проклятие епископа Станислава". О причинах и  глубинной
сути вражды меж двумя высокими особами известно крайне мало. По  сообще-
ниям иных историков XV-XVI веков, епископ Станислав неустанно критиковал
короля за его произвол и жестокость по отношению к подданным и,  убедив-
шись, что увещевания не  действуют,  пригрозил  наложить  на  венценосца
проклятье. Пожалуй, эта версия наиболее правдоподобна: есть летописи  XI
столетия, подробно рассказывающие о прямотаки необъяснимых с точки  зре-
ния нормального человека выходках короля Болеслава. По материнской линии
происходившего, как давно установлено, из  рода,  "славного"  откровенно
безумными субъектами. К примеру, один из них,  герцог  Генрих,  прилюдно
избил архиепископа, добровольно ушел в монастырь, откуда вскоре  сбежал,
а вернувшись домой к жене, отрубил ей голову и демонстрировал ее  прохо-
жим па улице. Уже в нашем веке исследовавшие  старые  летописи  судебные
медики и психиатры без колебаний пришли к выводу, что Болеслав был  ярко
выраженным психопатом с признаками шизоидного распада личности.
   Развязка долгого спора наступила в 1079 г., когда  епископ  Станислав
был убит прямо у алтаря в краковском соборе - по одним версиям,  прибли-
женными Болеслава, по другим - самим королем. Достоверно  известно  лишь
(после проведенной в XX веке экспертизы  черепа),  что  епископ  получил
смертельный удар мечом в затылок.
   После вспыхнувшего в стране всеобщего возмущения король Болеслав  вы-
нужден был бежать из Польши и закончил свои дни в  полной  безвестности.
Версий насчитывается три: убит венграми; в приступе окончательного безу-
мия покончил с собой; умер в отдаленном монастыре. Место его  погребения
неизвестно. Уже в 1839 г. было доказано, что так называемая "могила  ко-
роля Болеслава" в краковском замке Вавель содержит останки одной знатной
дамы XVI столетия, чью могилу неизвестно кто и неизвестно  когда  "укра-
сил" надгробной плитой с именем короля...
   Епископ Станислав, причисленный в 1254 г. к лику святых,  с  тех  пор
считается небесным покровителем Польши.
   Уже в раннем средневековье возникла традиция:  каждый  новый  король,
восходящий на престол, обязательно проходил пешком путь от замка  Вавель
к собору, где был убит Станислав, и там, преклонив колени у алтаря, про-
сил прощения за "грех предка своего Болеслава". Обычай этот свято соблю-
дался в Польше долгие  столетия,  все  время  существования  королевской
власти - в том числе и теми монархами, что уже не были даже  отдаленными
родственниками Болеслава. Прервалась династия Пястов, к которой  принад-
лежал Болеслав, на троне побывали и мазовецкие князья, и чешские короли,
оборвались роды Андегавенов, через двести  лет  -  Ягеллонов,  наступило
время выборных королей - но древний  обычай  неукоснительно  соблюдался.
Лишь два монарха его не исполнили, короновавшись не в Кракове, а в  Вар-
шаве, не попросив прощения. Но подробнее о них - чуть ниже...
   Почти сразу же возник еще один, неписаный, но тщательно соблюдавшийся
обычай: не назначать на краковское епископство священников по имени Ста-
нислав. Более того: в течение более чем шестисот лет после смерти  епис-
копа Станислава это имя избегали давать новорожденным мальчикам  в  сме-
нявших друг друга королевских династиях (при том, что до конца XIX  века
имя "Станислав" входило в тройку самых  распространенных  в  Польше),  а
когда наступила пора выборных королей, кандидаты с этим именем постоянно
отвергались.
   Традиция эта оказалась сломанной лишь с наступлением XVIII  столетия,
печально известного своими "свободомыслием" и  "просвещенностью",  равно
как и открытым пренебрежением к "старым суевериям".
   Так вот, как говорилось выше, лишь два короля не исполнили  старинный
обряд, отказавшись поклониться праху святого Станислава, короновались не
в Кракове, а в Варшаве. Лишь они двое в нарушение древней традиции носи-
ли имя "Станислав" - речь идет о Станиславе Лещинском (1677-1766) и Ста-
ниславе Понятовском (1732-1798). И лишь они двое после Болеслава Смелого
стали изгнанниками, свергнутыми с престола и  погребенными  на  чужбине!
Лещинский, проживший без малого девяносто лет, на  троне  просидел  лишь
пять, с 1704-го по 1709-й. Вторично став королем исключительно благодаря
поддержке французских штыков в 1735-м, не удержался на престоле и года и
скончался во Франции после  тридцатилетнего  прозябания  в  роли  прижи-
вальщика версальского двора. Понятовский остался в истории с клеймом еще
большего несчастливца: именно при нем Польша перестала существовать  как
самостоятельное государство.
   Те, кто материалистически твердит о совпадениях, продиктованных  тео-
рией вероятности, разумеется, имеют право считать именно так. Однако  ни
одна материалистическая версия не в силах объяснить, почему  все  проис-
шедшее с превеликой легкостью  вписалось  в  рамки  древнего  "проклятья
епископа Станислава"...

   ПРОКЛЯТИЕ КНЯГИНИ РАИНЫ

   Долгие и частые войны, бушевавшие во второй половине XVII века на Ук-
раине, втянувшие в свой кипящий водоворот поляков, татар, казаков, русс-
ких, турок и литвинов, выдвинули много ярких исторических  фигур  -  во,
всех противоборствующих лагерях. Речь пойдет лишь об одном  из  наиболее
заметных деятелей той эпохи: князе Иеремии (Яреме) Вишневецком. Происхо-
дивший из семьи богатейших православных магнатов "русской земли" (именно
так, как мы помним, звалась находившаяся в сфере влияния Польши террито-
рия нынешней Украины), князь в девятнадцать лет перешел из православия в
католичество и стал одним из виднейших деятелей Жечи Посполитой той эпо-
хи, окруженный прямо-таки мистическими любовью и поклонением (о чем сви-
детельствуют как польские летописцы, так и русские  историки).  Как  уже
вскользь упоминалось, в собственно польских  землях  шляхетство,  долгие
годы упиваясь своими вольностями и привилегиями, оказалось не в  состоя-
нии выполнять главную дворянскую обязанность: воевать за родину. Войны с
казаками, татарами и турками легли на плечи главным образом "новых"  ка-
толиков, потомков знатных православных родов Литвы и "русской земли".  В
один ряд с Радзивиллами, Потоцкими и Сангушко встал и "князь Ярема", по-
добно многим в ту бурную эпоху причудливо сочетавший талант полководца и
европейскую образованность с дикой жестокостью к противнику. Совсем  мо-
лодым он заслужил жутковатое прозвище "Ужас козачий", и рассказы о  том,
как при одном слухе "Ярема идет!" паника охватывала целые города, отнюдь
не беспочвенны. Богдан Хмельницкий, которого при всей  его  человеческой
подлости никак нельзя назвать  плохим  полководцем,  публично  признавал
Вишневецкого своим самым опасным  противником.  Популярность  Иеремии  в
Польше была столь велика, что его сына Михая  Корибута,  не  блиставшего
никакими талантами, избрали королем исключительно из  Преклонения  перед
памятью знаменитого отца.
   В июне 1651 г. у Берестечко сошлись польская армия и отряды Хмельниц-
кого, к которому прибыл на помощь крымский хан (дело в том, что  Богдан,
как не без смущения вынуждены признать даже симпатизирующие ему  истори-
ки, одерживал победы над поляками только в тех случаях, когда действовал
совместно с крымскими татарами. Выступив в поход один, он каждый раз бы-
вал бит...). Несмотря на присутствие в польском лагере короля Яна  Кази-
мира, войском фактически командовал Вишневецкий, по  своему  обыкновению
лично возглавивший конную атаку. Головорезы "князя Яремы" после  ожесто-
ченной рубки опрокинули казацко-татарскую конницу, открыв главным  силам
дорогу на Киев, который был вскоре взят (тем самым литовским войском,  о
котором уже упоминалось). Вишневецкий намеревался продолжать преследова-
ние противника, пока не захватит Хмельницкого живым -  вражда  меж  ними
давно стала личной.
   Мы не будем здесь обсуждать, как повернулась бы история, если  Вишне-
вецкому удалось бы захватить Хмельницкого, замечу лишь, что в этом  слу-
чае ни о какой Переяславской раде не было бы и речи.  Несколькими  днями
спустя тридцатидевятилетний "князь Ярема" неожиданно скончался  в  своем
лагере. Смерть молодого удачливого полководца выглядела столь  неожидан-
ной и неестественной, что, как частенько случалось  в  ту  эпоху,  пошли
толки об "измене и отраве". Полковые священники с великими трудами усми-
рили бунт в лагере - солдаты сгоряча рвались изрубить все ближайшее  ок-
ружение князя.  Чтобы  пресечь  толки,  было  проведено  скрупулезнейшее
вскрытие, отравления не подтвердившее. Уже в наши дни на основании  сох-
ранившихся подробных описаний был подтвержден первоначальный  диагноз  -
пищевое отравление, вызвавшее скоротечную дизентерию в тяжелой форме.
   Странности начались три столетия спустя, когда исследованию при помо-
щи современнейших методов судебномедицинской экспертизы  подверглись  не
документы, а сами останки Вишневецкого, хранившиеся в застекленном гробу
в соборе Святого Креста*.
   * Меня, признаться, удивляют те  сторонники  перезахоронения  Ленина,
что заявляют в  качестве  главного  аргумента,  будто  он  "погребен  не
по-христиански". Увы, истине сие не соответствует. И в православии, и  в
католичестве много случаев, когда покойных не зарывали, а оставляли  по-
коиться в каменных либо стеклянных саркофагах -  при  одном  непременном
условии: тело должно лежать ниже уровня земли.
   Прежде всего выяснилось, что это - не Вишневецкий. Покойнику из стек-
лянного гроба было не менее шестидесяти лет. Кто он такой, уже  вряд  ли
когда-нибудь удастся выяснить.
   Естественно, встал вопрос: где настоящие останки и  настоящая  могила
Вишневецкого? Оказалось, что "один из славнейших витязей  Жечи  Посполи-
той"... так никогда и не был похоронен по  христианскому  обряду!  После
долгих поисков остановились на  двух  наиболее  правдоподобных  версиях:
ждавший погребения гроб с набальзамированным телом князя либо был в 1655
г. уничтожен походя вторгшимися в Польшу шведами, разгромившими в  поис-
ках кладов Сокальский монастырь, либо оказался забыт в подвалах и  погиб
при пожаре 1777 года...
   Потом выяснилось, что не существует ни одного портрета  князя  Яремы,
написанного при его жизни, а те, что имелись и  считались  изображениями
Вишневецкого, запечатлели совсем других людей... От воевод  и  гетманов,
не обладавших и сотой долей популярности Вишневецкого, остались в музеях
сабли и булавы, золототканые кафтаны и  украшения,  табакерки  и  прочие
"памятки". Другое дело с Вишневецким: на сегодняшний день не осталось ни
одного материального следа, даже паршивенькой пуговицы.  Не  сохранилось
ни единого дома, где ступала нога князя. Словно некий невидимый,  неощу-
тимый вихрь пронесся над Польшей, уничтожив все связанное с памятью пол-
ководца. Все, к чему прикасались его руки, сгинуло  с  поверхности  зем-
ли...
   Наиболее смелые историки - конечно, конфузливо обставляя свои  выска-
зывания массой материалистических оговорок - стали упоминать о  "прокля-
тии Вишневецкого". Разумеется, употребляя робкие, уютные термины  вроде:
"Как бы...", "Такое впечатление..."
   Совсем недавно взорвалась бомба. В архивах  был  обнаружен  документ,
чья подлинность сомнений не вызывает: так  называемый  "акт  заложения",
продиктованный матерью Вишневецкого княгиней  Раиной  при  основании  ею
православного монастыря в Мхарске. В самом конце по приказу княгини впи-
саны грозные слова: "...если же кто в грядущем дерзнет посягнуть на  сию
обитель или отнимать дарованное нами, или найдется кто, посмевший  нашей
благочестивой и старозаветною верою православною пренебрегать  либо  от-
вергнуть таковую - быть тому прокляту, и да рассудит меня с ним правосу-
дие Господне".
   Вряд ли, диктуя эти строки, княгиня могла предугадать, что это  прок-
лятие в будущем настигнет ее собственного, единственного сына, в то вре-
мя еще не расставшегося с православием и постигавшего науки в Европе...

   ПРИЗРАК "ЗОЛОТОЙ ОРДЫ"

   Каждое настоящее располагает собственным прошлым.
   Р.ДЖ. КОЛЛИНГВУД. "ИДЕЯ ИСТОРИИ"

   О ТОМ, ЧТО ИЗВЕСТНО ВСЕМ

   Классическая, то есть признанная современной  наукой  версия  "монго-
ло-татарского нашествия на Русь", "монголо-татарского ига" и "освобожде-
ния от ордынской тирании" достаточно известна, однако нелишне будет  еще
раз освежить ее в памяти. Итак... В начале XIII столетия  в  монгольских
степях смелый и чертовски энергичный племенной вождь по имени  Чингисхан
сколотил из кочевников огромное войско, спаянное железной дисциплиной, и
вознамерился покорить весь мир, "до последнего моря". Завоевав ближайших
соседей, а потом захватив Китай, могучая татаро-монгольская орда покати-
лась на запад. Пройдя около пяти тысяч  километров,  монголы  разгромили
государство Хорезм, затем Грузию, в 1223 г. вышли к южным окраинам Руси,
где и разбили войско русских князей в сражении на реке Калке. Зимой 1237
г. монголо-татары вторглись на Русь уже со всем своим неисчислимым войс-
ком, сожгли и разорили множество русских городов, а в 1241 г. во  испол-
нение заветов Чингисхана попытались покорить Западную Европу - вторглись
в Польшу, в Чехию, на юго-западе достигли берегов  Адриатического  моря,
однако повернули назад, потому что боялись оставлять у себя в тылу разо-
ренную, но все еще опасную для них Русь. И  началось  татаро-монгольское
иго. Огромная монгольская империя, простиравшаяся от  Пекина  до  Волги,
зловещей тенью нависала над Русью.  Монгольские  ханы  выдавали  русским
князьям ярлыки на княжение, множество раз нападали на Русь,  чтобы  гра-
бить и разбойничать, неоднократно убивали у себя в Золотой Орде  русских
князей. Нужно уточнить, что среди монголов было много христиан, а потому
отдельные русские князья завязывали с ордынскими  властелинами  довольно
близкие, дружеские отношения, становясь даже их побратимами.  С  помощью
татаро-монгольских отрядов иные киязья удерживались на "столе" (т.е.  на
престоле), решали свои сугубо внутренние проблемы и даже дань для  Золо-
той Орды собирали своими силами.
   Окрепнув со временем, Русь стала показывать зубы. В 1380  г.  великий
князь московский Дмитрий Донской разбил ордынского хана Мамая с его  та-
тарами, а столетием спустя, в так называемом "стоянии на  Угре"  сошлись
войска великого князя Ивана III и  ордынского  хана  Ахмата.  Противники
долго стояли лагерем по разные стороны реки Угры, после чего хан  Ахмат,
поняв наконец, что русские стали сильны и у него есть все  шансы  проиг-
рать сражение, отдал приказ отступать и увел свою орду на Волгу. Эти со-
бытия и считаются "концом татаро-монгольского ига".

   ВЕРСИЯ

   Все вышеизложенное - краткая выжимка или, говоря на  иностранный  ма-
нер, дайджест. Минимум того, что должен знать "всякий интеллигентный че-
ловек".
   Честно говоря, автор этих строк никоим образом не считает себя интел-
лигентным человеком - вслед за А.П. Чеховым, К.П.  Победоносцевым,  Ф.М.
Достоевским, авторами известного сборника "Вехи", а также  Л.Н.  Гумиле-
вым, в ответ на вопрос, причисляет ли он себя к  интеллигентам,  воскли-
цавшего: "Да Боже упаси!" Вопрос о том, что представляет собой так назы-
ваемая "интеллигенция", чересчур обширен и не укладывается в данную кни-
гу. Это уточнение автор делает исключительно для  того,  чтобы  подчерк-
нуть: именно непричисление собственной персоны к интеллигенции ("образо-
ванщине", по Солженицыну) как  рази  выработало  привычку  не  следовать
рабски "общепринятым теориям", а искать свою собственную дорогу. Я,  по-
нятно, имею в виду не стремление "из чистого  принципа"  писать  поперек
линованной бумаги, а свое право высказывать сомнения в "общепринятых те-
ориях" - в тех случаях, когда эти теории, на мой взгляд,  страдают  пол-
нейшей нелогичностью, натяжками и закоснелостью.
   Можно было пойти по избитой дорожке авторов  иных  детективов:  долго
интриговать читателя, чтобы потом огорошить сенсацией. Лично мне гораздо
более близок метод, который Конан Доил отдал на вооружение  безупречному
логику Шерлоку Холмсу: сначала излагается подлинная версия случившегося,
а потом - цепочка рассуждений, которые и привели Холмса к открытию исти-
ны.
   Именно так я и намерен поступить. Сперва изложить собственную  версию
"ордынского" периода русской истории, а потом на протяжении  пары  сотен
страниц методично обосновывать свою гипотезу,  ссылаясь  не  столько  на
собственные ощущения и "озарения", сколько на летописи, работы историков
прошлого, оказавшиеся незаслуженно забытыми.
   Итак. Я намерен доказать читателю, что вкратце изложенная выше  клас-
сическая гипотеза напрочь неверна, что происходившее на самом деле укла-
дывается в следующие тезисы:
   1. Никакие "монголы" не приходили на Русь из своих степей.
   2. Татары представляют собой не пришельцев, а жителей Заволжья,  оби-
тавших по соседству с русскими задолго до пресловутого нашествия".
   3. То, что принято называть татаро-монгольским нашествием,  на  самом
деле было борьбой потомков князя Всеволода Большое Гнездо (сына Ярослава
и внука Александра) со своими соперниками-князьями за единоличную власть
над Русью. Соответственно, под именами Чингисхана и Батыя как раз и выс-
тупают Ярослав с Александром Невским.
   4. Мамай и Ахмат были не налетчиками-пришельцами, а знатными  вельмо-
жами, согласно династическим связям русско-татарских родов имевшими пра-
ва на великое княжение. Соответственно, "Мамаево побоище" и "стояние  на
Угре" - эпизоды не борьбы с иноземными агрессорами,  а  очередной  граж-
данской войны на Руси.
   5. Чтобы доказать истинность всего вышеперечисленного, нет нужды ста-
вить с ног на голову имеющиеся у нас на  сегодняшний  день  исторические
источники. Достаточно перечитать многие русские летописи и труды  ранних
историков вдумчиво. Отсеять откровенно сказочные моменты и сделать логи-
ческие выводы вместо того, чтобы бездумно принимать на веру  официальную
теорию, чья весомость заключается главным образом не в  доказательности,
а в том, что "классическая теория" просто-напросто устоялась  за  долгие
века. Достигнув стадии, на которой любые возражения перебиваются  желез-
ным вроде бы аргументом: " Помилуйте, но ведь это ВСЕМ ИЗВЕСТНО!"
   Увы, аргумент только выглядит железным...  Всего  пятьсот  лет  назад
"всем известно" было, что Солнце вертится вокруг Земли. Двести лет назад
Французская Академия наук в официальной бумаге высмеяла тех, кто верил в
падающие с неба камни. Академиков, в  общем,  не  стоит  судить  слишком
строго: и в самом деле "всем известно" было, что небо представляет собою
не твердь, а воздух, где  камням  неоткуда  взяться.  Одно  немаловажное
уточнение: никому не было известно, что за пределами атмосферы как раз и
летают камни, способные частенько падать на землю...

   ОБ ИСТОРИИ, ИСТОРИКАХ И ФАКТАХ

   Известный английский историк и философ Р.Дж. Коллингвуд,  строчка  из
книги которого справедливо взята эпиграфом к данной главе, оставил инте-
реснейшую работу как раз по интересующему нас вопросу: как оценить  сте-
пень достоверности тех или иных исторических фактов [89]?
   Коллингвуд писал: "Критерием истины, оправдывающим  его  (историка  -
А.Б.) утверждения, никогда не служит тот факт, что  их  содержание  было
дано ему источником". Считая, что, кроме механического восприятия  запе-
чатленных древним хронистом фактов, историк должен еще учитывать "досто-
верность" в качестве пробного камня, с помощью которого мы решаем, явля-
ются ли эти факты истинными, Коллингвуд приводит пример: "Светоний гово-
рит мне, что Нерон одно время намеревался убрать римские легионы из Бри-
тании. Я отвергаю это свидетельство Светония не потому, что какой-нибудь
более совершенный источник противоречит ему, ибо, конечно,  у  меня  нет
таких источников. Я отвергаю его, ибо, реконструируя политику Нерона  по
сочинениям Тацита, Я НЕ МОГУ СЧИТАТЬ, что Светоний прав... я могу  вклю-
чить то, о чем поведал Тацит, в собственную связную  и  цельную  картину
событий и не могу этого сделать с рассказами Светония".
   Проще говоря, любой вдумчивый исследователь имеет право на построение
собственной версии - при условии, что она не противоречит логике,  здра-
вому смыслу, тому, что нам в общих чертах известно о данной эпохе.  Ска-
жем, можно с большой степенью вероятности утверждать: человек, исповеду-
ющий христианство, никогда не прикажет казнить другого человека за отказ
поклониться языческим богам. Однако в повествованиях о "злых татарцвьях"
мы еще столкнемся с этим  парадоксом:  христианин-хан  из  Золотой  Орды
вдруг велит казнить русского князя-христианина за отказ поклониться язы-
ческому кумиру...
   Выводов здесь может быть только два: либо летописец напутал и  хан  -
вовсе не христианин, либо эта история - выдумка...
   Но не будем забегать вперед, вернемся к Коллингвуду.
   "...любой источник может быть испорчен: этот автор  предубежден,  тот
получил ложную информацию, эта надпись неверно прочтена  плохим  специа-
листом по эпиграфике, этот черепок смещен из своего временного слоя нео-
пытным археологом, а тот - невинным кроликом. Критически мыслящий  Исто-
рик должен выявить и исправить все подобные искажения. И делает он  это,
только решая для себя, является ли картина прошлого, создаваемая на  ос-
нове данного свидетельства, связной и непрерывной картиной, имеющей  ис-
торический смысл".
   В самом деле, мы порой с излишним почтением относимся к полуистлевшим
летописям, забывая, что писали их люди. Обуреваемые всеми  человеческими
страстями - от желания написать лишнюю, высосанную из пальца гадость про
нелюбимого боярина до умышленного искажения  истины  по  приказу  своего
князя, с которым не больно-то И поспоришь. Предубеждения и ложная инфор-
мация... Любопытно, что на родине Коллингвуда, в Англии, во время первой
мировой войны родился любопытный миф о полках регулярной русской  армии,
которые, высадившись где-то на севере Британии, походным маршем прошли к
Ла-Маншу, спеша помочь союзникам, после чего переправились во Францию  и
ринулись в бои с "проклятыми бошами".
   Никогда ничего подобного не было. Русские части попадали  во  Францию
морем, без захода в Англию. И тем не менее британские писатели и  журна-
листы не единожды сталкивались с "очевидцами", своими глазами  зрившими,
как шагали с бодрой незнакомой песней русские усачисоюзники...
   А погибни в каком-нибудь катаклизме правдивые документы? И попади за-
пись о "проследовавших через Англию русских" к историку следующей  циви-
лизации, веке в XXIII разбирающем жалкие остатки письмен  предшественни-
ков? Ведь внесет в свой ученый труд - и академика, глядишь, получит...
   И наоборот. В Ипатьевской летописи, которой историки склонны доверять
больше, чем некоторым другим, стоит краткая  запись:  "В  лето  6750  не
бысть ничтоже" - то есть, "не было ничего". Меж тем лето 6750 - это 1242
год! Тот самый год, когда Александр  Невский  разбил  на  Чудском  озере
псов-рыцарей! Представьте, что из всех русских хроник до  нас  дошла  бы
одна, Ипатьевская... То-то.
   Вновь слово Коллингвуду:  "Мы  уже  знаем,  чем  не  является  свиде-
тельство. Оно - не готовое историческое знание, которое должен поглотить
и низвергнуть обратно ум историка. Свидетельством является все, что  ис-
торик может использовать в качестве такового... Обогащение исторического
знания осуществляется главным образом путем отыскания способов того, как
использовать в качестве свидетельства для  исторического  доказательства
тот или иной воспринимаемый факт, который историки до сего времени  СЧИ-
ТАЛИ БЕСПОЛЕЗНЫМ... В истории, как и во всех серьезных предметах,  ника-
кой результат не является окончательным. Свидетельства прошлого, находя-
щиеся в нашем распоряжении при решении любой конкретной проблемы,  меня-
ются с изменением исторического метода и  при  изменении  компетентности
историков. ...Каждый новый историк не удовлетворяется тем, что дает  но-
вые ответы на старые вопросы: он должен пересматривать и самые вопросы".
   Справедливость последнего утверждения блестяще подтвердилась за  пос-
ледние десять лет нашей с вами истории. Сначала дошло до того, что моло-
дые люди году в 1986-м даже не знали, кто такие Бухарин и  Берия  (факт,
зафиксированный в печати). Потом, с возвращением многих  вычеркнутых  из
не такой уж давней истории имен какое-то время "диссиденты", "демократы"
и "либералы" внушали обществу, что все беды происходят от злодея  Стали-
на, исказившего благостные и гуманнейшие "ленинские заветы",  к  которым
следует непременно вернуться*. И лишь впоследствии, не так уж давно, от-
важились признать, что эти "ленинские принципы" на деле - свод  палачес-
ких установлений, и самый кровавый террор творился как раз при  "дедушке
Ильиче". Причины таких зигзагов лежат на поверхности: чересчур уж многие
"демократы" и "диссиденты" были детьми и внуками ленинских палачей, а на
Сталина злобились главным образом из-за того, что он, наводя  глянец  на
красную историю России, без малейшей жалости перестрелял  "комиссаров  в
пыльных шлемах", ибо их дальнейшее существование никак не  сочеталось  с
"приличным" вариантом советских мифов...
   * В "перестроенные" времена иные  витии  проливали  слезы  по  поводу
участи пресловутого генерала Григоренко, которого держали в психушке  за
то, что он в начале 70-х требовал "вернуться к ленинским нормам  жизни".
По моему личному убеждению - за такие желания надо не просто  держать  в
психушке, а держать безвылазно...
   Вернемся к летописям и хроникам. Как уже говорилось, их авторы  могли
о чем-то не знать, что-то пропускать умышленно, что-то исказить (не обя-
зательно умышленно). Далеко не все летописи и хроники  дошли  до  нашего
времени - вспомним Татищева и десяток разных вариантов одной  и  той  же
древней хроники. Мало того, мы подчас не можем быть уверены, что род те-
ми датами, что указаны в летописях, подразумеваются именно  те,  которые
приняты нами...
   Простой пример. Древнерусские летописи датируются нынешними историка-
ми исключительно на основании "византийского"  варианта  летоисчисления,
где дата сотворения мира - 5508 г. до нашей эры.
   Меж тем, кроме этой даты, именуемой либо "византийской", либо  "конс-
тантинопольской", имелись и другие. Приведем лишь некоторые:
   5969 ("антиохийская", или "дата сотворения мира по Феофилу")
   5493, 5472, 5624 (разные точки отсчета так называемой  "александрийс-
кой" датировки, или "эры Анниана")
   4004 (еврейская, Ашер)
   5872 (датировка "70 толковников")
   4700 (самарийская)
   3761 (иудейская)
   3941 (Иероним)
   5500 (Ипполит и Секст Юлий Африканский)
   5515 (Феофил)
   5507 (Феофил)
   5199 (Евсевий Кесарийский)
   5551 (Августин).
   Список далеко не полон - историкам известно около  двухсот  различных
версий "даты сотворения мира". Так что, вполне возможно, автор Ипатьевс-
кой летописи ничуть не ошибся. Просто-напросто его 6750 год от  сотворе-
ния мира - вовсе не наш 1242 год... Просто-напросто он отсчитывал не  от
той точки, что принята нами. И в том году (неизвестно теперь, в котором)
и впрямь не произошло ровным счетом ничего интересного, достойного  упо-
минания...
   И не стоит воображать, будто только  наша  история  требует  дополни-
тельных расследований. Один из самых ярких примеров -  нынешняя  Англия.
Вот уже триста лет меж историками, писателями и просто теми, кто знает и
любит свою историю, идет самый ожесточенный спор: кто виноват в убийстве
двух малолетних детей Эдуарда IV - Ричард III или победивший его в  меж-
доусобной войне Генрих VII?* И спор этот отнюдь не келейный - в 1980  г.
британский парламент был вынужден принять специальную поправку к так на-
зываемому "закону о защите доброго имени" исключительно потому, что сто-
ронники реабилитации Ричарда принялись таскать по судам  своих  оппонен-
тов...
   * Любителям детективного жанра эта история известна по  великолепному
роману Джозефины Тей "Дочь времени".
   Итак, до наших времен не дошли иные летописи, которые, вполне возмож-
но, выражали совершенно другую точку зрения  на  некоторые  исторические
события. Ни один ученый новейшего времени не держал в руках  (и  никогда
уже не сможет этого сделать) так называемый "Летописец Затопа Засекина).
Выше говорилось, что бесследно пропали летописи, послужившие основой для
трудов Мавро Орбини, Бельского и Стрыйковского - исчисляются они многими
десятками...
   Кроме того, при исторических расследованиях необходимо учесть и  дру-
гие немаловажные факторы.
   Во-первых, иные "знакомые" географические названия частенько носили в
средневековье совсем не те города и местности, которые мы знаем сегодня.
Какой маршрут возникнет у вас перед глазами, когда  вам  доведется  про-
честь строчку из летописи Х века: "Сим летом витязь Гремислав поехал  из
Москвы в Краков обвенчаться с невестою"?  Ручаться  можно,  решите,  что
Гремислав ехал из нынешней Москвы в нынешний Краков...
   И ошибетесь! Когда-то в Германии существовала вторая Москва  (сообще-
ние об этом было сделано еще в 1958 г. на международном  конгрессе  сла-
вистов). А кроме овеянного дыханием веков польского Кракова  существовал
еще один - замок в Чехии, именовавшийся до XII века, когда был разрушен,
то "Краковец", то "Краков". Вот и получается: без дополнительных  данных
ни за что не определить, из которой Москвы в который Краков  скакал  наш
витязь...
   Во-вторых, не следует забывать, что у многих наших предков (точнее, у
всех) было по нескольку имен. Даже простые крестьяне носили как  минимум
два имени: одно - мирское, под которым человека все и  знали,  второе  -
крестильное.
   Один из самых известных государственных деятелей Древней Руси, киевс-
кий князь Владимир Всеволодич Мономах, оказывается, знаком нам под мирс-
ким, языческим именам. В крещении он был Василием, а его отец - Андреем,
так что звался Василий Андреевич Мономах. А его внук Изяслав  Мстиславич
согласно своему и отца своего крестильным именам должен зваться - Панте-
леймон Федорович!) Крестильное имя  порой  оставалось  тайной  даже  для
близких - зафиксированы случаи, когда в первой половине XIX (!) столетия
безутешные родные и близкие лишь после смерти главы семьи узнавали,  что
на надгробном памятнике следует написать совсем другое имя, которым  по-
койный, оказывается, был крещен... В церковных книгах он,  скажем,  зна-
чился Ильей - меж тем всю жизнь его знали как Никиту...*
   * В одной из новгородских берестяных грамот упоминается житель города
по имени... Черт!
   То же касается и людей известных - князей, бояр, воевод. В  Разрядной
книге (официальном государственном документе Московского  царства,  куда
на протяжении полутора столетий вносились имена всех, командовавших пол-
ками), воевода И.М. Пронский значится еще и как "Турунтай". "Турунтай" -
его прозвище. Разрядную книгу вполне можно сравнить с сегодняшней карто-
текой Министерства обороны - а теперь представьте, что в картотеке  зна-
чится запись: "Грачев П.С. - генерал армии, он же Паша-Мерседес".
   Впрочем, мы уклонились от темы. Представим,  что  ни  один  экземпляр
Разрядной книги не дошел до наших дней. Зато есть два сообщения в хрони-
ках: "В лето сие Пронский со своим полком воевал с  крымцамн"  и  "Нынче
Турунтай зело добро бил свеев". Вполне может оказаться, что наш  воевода
попадет в учебники, как два разных человека...
   Еще пример. Перед нами несколько русских военачальников  допетровской
поры: И.В. Ногавица-Пестрый, Засекин-Сосун, Солнцев и Черный-Совка.  Как
по-вашему, что их объединяет?
   Да принадлежность к древнему княжескому роду. Фамилия у каждого  одна
и та же: Засекин. Но в документах своей эпохи они сплошь и рядом обозна-
чаются прозвищами.
   Князь и воевода, славный победой над ханом Сет-Гиреем на реке Проне в
1534 г., значится в одном русском историческом труде под именем... "Тать
Иван". Достаточно небольшого недоразумения, чтобы сей воевода  угодил  в
современную книгу по истории как предводитель разбойничьей шайки. Ну как
же - "тать Иван", общеизвестно, что "тать" означало разбойника...
   Тура, Темер, Туратемирь... Это - один и тот же человек, золотоордынс-
кий мурза Тукатемирь, известный тем, что был союзником городецкого князя
в войне против переяславского.
   Тамерлан, Тимурленг, Темир-Аксак - опять-таки один и тот же  человек.
Он же - Темир-Кутлу...
   Как видим, особенно полагаться на  географические  названия  и  имена
опасно. Первые сплошь и рядом "странствуют" по карте, а вторых  у  одно-
го-единственного человека порой оказывается так  много,  что  он  вполне
способен раздвоиться, а то и растроиться в последующих трудах  ученых...
Кстати, эта тенденция удерживалась и в последующие века: тот, кто не си-
лен в истории, вряд ли поймет, что за воителя описывают турки под именем
Топал-паши. Меж тем речь идет о фельдмаршале Суворове...
   Как мы увидим в дальнейшем, ничего невероятного нет в том,  что  один
из персонажей древнерусской истории мог быть известен современникам  как
"Александр Ярославич Невский по прозвищу Батый". Особенно  если  учесть,
что у половцев было когда-то распространено имя Бастый...
   Географические названия (не только городов, но и стран!) перемещаются
по карте, один и тот же человек может быть известен под несколькими раз-
ными именами (что иногда вносит путаницу), точные датировки тех или иных
событий нам сплошь и  рядом  неизвестны  (поскольку  наши  предки  и  мы
пользуемся разными системами отсчета исходных дат). Летописец был прист-
растен, а то и выполнял прямой заказ...
   Есть и оборотная сторона медали. Для тех случаев, когда летописец был
стопроцентно честен. У современных историков  порой  проявляется  крайне
непонятное стремление "поправить" очевидца  события,  которое  сами  они
наблюдать никак не могли. Однако отчего-то считают, будто знают лучше".
   Несколько простых примеров. Доктор исторических наук Ю.А. Мыцык  поп-
равляет историка XVII века: "Первый крупный поход  за  пределы  Монголии
был совершен Чингисханом не в 1209 г., а в 1162". Читатель  может  поду-
мать, будто за последние триста лет в руки ученых попали некие документы
с точными датами...
   Нет никаких документов. Просто-напросто в последнее время ученые  до-
говорились считать, будто дата "первого крупного похода Чингисхана" была
другой. Следовательно, историк, живший гораздо ближе ко времени описыва-
емых им событий... ошибается.
   "Автор ошибочно считает, будто не новгородский народ, а князья решили
истребить ордынских баскаков".
   Почему же ошибочно? Быть может, прав как раз "автор", у которого были
перед глазами кипы неизвестных нашим историкам рукописей? А не  историки
- это ведь они постановили считать, что против баскаков попер черный на-
род с выдернутыми из плетня кольями...
   Одним словом, сплошь и рядом с исторического  Олимпа  пудовым  камнем
падают презрительные приговоры: "Летописец ошибался", "автор хроники был
не прав". Очевидец события, изволите ли видеть, был не прав. Не понимал,
что он видел - пока в XX столетии не разъяснили...
   Я не преувеличиваю. До сих пор можно наткнуться на утверждение, будто
западноевропейские путешественники, своими глазами видевшие  татар-хрис-
тиан... ошибались. По невежеству своему. Видели какой-то шаманский обряд
- но из глупости, а может, спьяну описали его как христианское  богослу-
жение. Историки двадцатого века знают лучше, им с горы виднее... У них -
метод.
   Хотите ближе познакомиться с иными "методами"? Извольте.
   Перед вами - древние изображения лабиринтов. Несведущему глазу  ясно,
что фигуры (рис. 1.1 и 1.2) похожи как  близнецы-братья.  Однако  первый
лабиринт ученые почему-то относят к "этрусским изображениям VII века  до
н.э.", а второй - к "мегалитической плите  середины  VI  тысячелетия  до
н.э." Тоже - и со второй парой. Снова  сходство,  которое  никак  нельзя
объяснить случайностью (или все же признать, что  древние  мастера  пять
тысяч лет держали в памяти классические образцы?). Однако рис. 1.3 -  по
мнению ученых, вновь мегалитическое изображение VI тысячелетия до  н.э.,
а рис. 1.4 - аверс древнегреческой монеты 450 г. до н.э.
   Ученые историки откалывают номера и похлеще... Вот что  пишет  черным
по белому некий В. Янин:  "Если  в  слое,  обнаруженном  при  раскопках,
встречаются изделия из стекла и шифера, сердоликовые бусы, ювелирные ве-
щи, украшенные эмалью, сканью и зернью - значит, перед  археологами  ос-
татки домонгольского периода. Если всего этого нет - мы вошли в  следую-
щий исторический период".
   Каково? В переводе на нормальный человеческий язык сие означает  сле-
дующее: наш историк и подобные ему умники однажды договорились  считать,
что монголотатарское нашествие привело к полному истреблению всех  древ-
нерусских ювелиров и исчезновению изящных ремесел.  А  посему  никто  не
проводит экспертиз, радиоуглеродных анализов - возраст находок определя-
ется гораздо проще: есть ювелирные изделия - дело было до татар, нет  ни
единой сережки или браслетика - значит, раскопки вскрыли  слой  XIV  ве-
ка... Поразительная точность датировки!
   По-моему, это больше напоминает школьные ухищрения,  когда  нерадивый
Вовочка украдкой заглядывает в конец учебника, а потом подгоняет  задачу
под известный ему результат.
   В этом и состоит ахиллесова пята истории как науки  -  в  отличие  от
других дисциплин, здесь совершенная однажды  ошибка  может  продержаться
столетиями. Кто-то однажды сделал ошибочный вывод (а мешающие  его  кон-
цепции древние памятники попросту отбросил) - и ошибка  за  долгие  века
обрастает сотнями толстых томов, чьи авторы лишь добросовестно  ПЕРЕСКА-
ЗЫВАЮТ некогда изреченную "мудрость", не внося ничего своего. Потом под-
ключаются писатели, поэты, художники. Концепция обрастает сотнями  рома-
нов, картин, а в нашем веке - еще и фильмов... В результате  она  стано-
вится чем-то столь священным, что одна мысль  о  пересмотре  устоявшихся
канонов выглядит жутчайшей ересью.
   Между прочим, автор выше процитированных строк о "бусах  и  ювелирных
вещах" тут же попала собственную ловушку - обычно так оно и случается...
Я прошу читателя набраться терпения и  внимательно  прочитать  следующий
текст, который ради чистоты эксперимента привожу полностью, без малейших
изъятий [173].
   "О, светло светлая и прекрасно украшенная земля Русская! Многими кра-
сотами прославлена ты: озерами многими славишься, реками  и  источниками
местночтимыми, горами, крутыми холмами, высокими дубравами, чистыми  по-
лями, дивными зверями, разнообразными  птицами,  бесчисленными  городами
великими, селениями славными, садами монастырскими,  храмами  божьими  и
князьями грозными, боярами честными и вельможами многими. Всем ты преис-
полнена, земля Русская, о православная вера христианская!
   Отсюда до угров и до ляхов, до чехов, от чехов до ятвягов, от ятвягов
до литовцев, до немцев, от немцев до карелов, от карелов до Устюга,  где
обитают поганые тоймичи, и за Дышащее море; от моря до болгар, от болгар
до буртасов, от буртасов до черемисов, от черемисов до мордцы  -  все  с
помощью божьею покорено было христианским народом,  поганые  эти  страны
повиновались великому князю Всеволоду, отцу его Юрию,  князю  киевскому,
деду его Владимиру Мономаху, которым половцы своих малых детей пугали. А
литовцы из болот своих на свет не появлялись, а венгры укрепляли  камен-
ные стены своих городов железными воротами, чтобы их великий Владимир не
покорил, а немцы радовались, что они далеко - за синим  морем.  Буртасы,
черемисы, вяда и мордва бортничали на великого князя Владимира. А  импе-
ратор царьградский Мануил от страха великие дары посылал к  нему,  чтобы
великий князь Владимир Царьград у него не взял.
   И в те дни - от великого Ярослава, и до  Владимира,  и  до  нынешнего
Ярослава, и до брата его Юрия, князя владимирского, обрушилась  беда  на
христиан..."
   Я привел весь древний документ, дошедший до  нашего  времени.  Теперь
попытайтесь отгадать, как он именуется в нашей  официальной  историогра-
фии. Точнее, о чем повествует. Повторяю, перед вами - весь документ, це-
ликом.
   Так вот, именуется этот текст "Слово о погибели русской  земли"  и  в
каждой публикации объявляется "отрывком из не дошедшего до нас в целости
поэтического произведения... О ТАТАРО-МОНГОЛЬСКОМ НАШЕСТВИИ!
   Перечитайте документ еще раз, не поленитесь.  Сами  сделайте  выводы:
есть ли в нем хоть слово, которое можно истолковать как сообщение о  та-
таро-монгольском, вообще иноземном нашествии?
   Нет там ничего подобного. Кроме горестной констатации: "...обрушилась
беда на христиан". Но ни словечком не упоминается о том, какая  это  бе-
да...
   Именно этот памятник древнерусской литературы и стал для  меня  одной
из отправных точек. Именно с него и  следует  начать  наше  историческое
расследование, набраться смелости и признать: что-то  нечисто  с  "тата-
ро-монгольским" нашествием.
   Тот самый В. Янин, чертовски насмешивший рассказом о столь  потрясаю-
щем воображение методе датировки древних  раскопов,  чуть  ниже  написал
следующее: "Историк не может взять в руки половину обгоревшей страницы и
сказать: другая половина сожжена в годину монголо-татарского  разорения.
Потому что книги и документы сгорают целиком и ветер  развевает  их  пе-
пел".
   Вот тут он, по-моему, прав на все сто. Либо сгорают целиком,  либо...
"Слово о погибели русской земли" (по некоторым предположениям, служившее
введением к "Житию Александра Невского"), известно только в двух списках
- в том виде, в каком вы его только что прочитали. Больше всего это  по-
хоже не на "половину сгоревшей страницы", а на документ,  который  акку-
ратно и умышленно разорвали пополам, оставив то, что работало на опреде-
ленную версию, и уничтожив (боюсь,  навсегда)  остальное...  Вряд  ли  в
уничтоженной части речь шла о "нашествии монголов". Скорее  уж  о  неких
сведениях, напрочь противоречивших официальной версии, - а потому  ветер
и развеял пепел...
   Логика сторонников "классической версии" проста. Князья, упомянутые в
"Слове", Ярослав Всеволодович и его брат Юрий, как раз и жили во времена
монголо-татарского нашествия.  Следовательно,  "беда",  о  которой  идет
речь, может быть истолкована исключительно как татаромонгольское нашест-
вие. Что ж, в известной логике отказать нельзя.
   Однако такая логика действует до строго определенных пределов. До тех
пор, пока не начались поиски других кандидатов на роль мифических  "мон-
голо-татар"...

   ГДЕ МОНГОЛЫ?

   В самом деле, где "лучшая  половинка"  навязшего  в  зубах  выражения
"монголо-татарская" орда? Где собственно монголы, согласно иным  ретивым
авторам, составлявшие некую аристократию, цементирующее ядро  накативше-
гося на Русь воинства?
   Так вот, самое интересное и загадочное в том, что ни один современник
тех событий (или живший во времена довольно близкие) не в силах отыскать
монголов!
   Их попросту нет - черноволосых, раскосоглазых людей,  тех,  кого,  не
мудрствуя, антропологи так и именуют "монголоидами". Нет, хоть ты  трес-
ни!
   Удалось проследить лишь следы  двух  безусловно  пришедших  из  Цент-
ральной Азии монголоидных племен -  джалаиров  и  барласов.  Вот  только
пришли они не на Русь в составе армии Чингиза, а в...  Семиречье  (район
нынешнего Казахстана). Оттуда во второй половине XIII века джалаиры  от-
кочевали в район нынешнего Ходжента, а барласы - в  долину  реки  Кашка-
дарьи. Из Семиречья они ...пришли в какой-то мере отюреченными в  смысле
языка. На новом месте они настолько уже были отюречены, что в XIV в., во
всяком случае, во второй  его  половине,  считали  своим  родным  языком
тюркский язык" (из фундаментального труда Б.Д. Грекова и А.Ю. Якубовско-
го "Русь и Золотая Орда" (1950).
   Все. Каких бы то ни было других монголов историки, как ни бьются, об-
наружить не в состоянии. Русский летописец среди народов,  пришедших  на
Русь в Батыевой орде, ставит на первое место "куманов" - то есть  кипча-
ков-половцев! Которые жили не в нынешней Монголии, а практически под бо-
ком у русских, которые (что я докажу позднее) имели свои крепости, горо-
да и деревни!
   Арабский историк Эломари: "В древности это государство (Золотая  Орда
XIV в. - А.Б.) было страною кипчаков, но когда им завладели  татары,  то
кипчаки сделались их подданными. Потом они, то есть татары, смешались  и
породнились с ними, и все они точно стали кипчаками,  как  будто  одного
рода с ними".
   О том, что и татары ниоткуда не приходили, а испокон веков жили  поб-
лизости от русских, я расскажу немного  погодя,  когда  взорву,  честное
слово, нешуточную бомбу. А пока что обратим внимание  на  крайне  важное
обстоятельство: никаких монголов нет. Золотая Орда представлена татарами
и кипчаками-половцами, которые относятся не  к  монголоидам,  а  к  нор-
мальному европеоидному типу, светловолосые, светлоглазые, ничуть не рас-
косые... (И язык у них схож со славянским.)
   Как Чингисхан с Батыем. Древние  источники  рисуют  Чингиза  высоким,
длиннобородым, с "рысьими", зеленожелтыми  глазами.  Персидский  историк
Рашид ад-Дин (современник "монгольских" войн) пишет, что в роду  Чингис-
хана дети "рождались большей частью с серыми глазами и белокурые".  Г.Е.
Грумм-Гржимайло упоминает "монгольскую" (монгольскую ли?!) легенду, сог-
ласно которой предок Чингиза в девятом колене Бодуаньчар -  белокурый  и
голубоглазый! А тот же Рашид ад-Дин пишет еще, что само это родовое  имя
Борджигин, присвоенное потомкам Бодуаньчара, как раз и  означает...  Се-
роглазый!
   Кстати, точно так же рисуется и облик Батыя - светловолос,  светлобо-
род, светлоглаз... Автор этих строк всю свою сознательную  жизнь  прожил
не так уж и далеко от тех мест, где якобы  "создавал  свое  неисчислимое
войско Чингисхан". Уж кого-кого, а исконно монголоидного народа  насмот-
релся достаточно - хакасов, тувинцев, алтайцев, да и самих монголов. Нет
среди них светловолосых и светлоглазых, совсем другой  антропологический
тип...
   Между прочим, ни в одном языке монгольской группы нет имен "Бату" или
"Батый". Зато "Бату" имеется в башкирском, а "Бастый", как  уже  говори-
лось, - в половецком. Так что само имя Чингизова сына произошло  опреде-
ленно не из Монголии.
   Интересно, что писали о своем славном предке Чингисхане его соплемен-
ники в "настоящей", нынешней Монголии?
   Ответ неутешителен: в XIII веке монгольского алфавита еще не  сущест-
вовало. Абсолютно все хроники монголов написаны не ранее XVII  столетия.
А следовательно, любое упоминание о том, что Чингисхан и  в  самом  деле
вышел из Монголии, будет не более чем записанным лет триста  спустя  пе-
ресказом старинных легенд... Которые, надо полагать,  очень  понравились
"настоящим" монголам - несомненно, очень приятно было вдруг узнать,  что
твои предки, оказывается, когда-то прошли огнем и мечом до самой  Адриа-
тики...
   Итак, мы уже выяснили довольно важное обстоятельство: в  "монголо-та-
тарской" орде не было никаких монголов, т.е. черноволосых  и  узкоглазых
обитателей Центральной Азии, которые в XIII веке, надо  полагать,  мирно
кочевали по своим степям. На Русь "приходил" кто-то другой - светловоло-
сые, сероглазые, синеглазые  люди  европейского  облика.  А  собственно,
пришли они и не из такого уж далека - из половецких степей, не далее.

   СКОЛЬКО БЫЛО "МОНГОЛО-ТАТАР"?

   В самом деле, сколько их пришло на Русь? Начнем выяснять.
   Российские дореволюционные источники упоминают о "полумиллионной мон-
гольской армии".
   Отнюдь небесталанный писатель В. Ян, автор знаменитой трилогии  "Чин-
гиз-хан", "Батый", "К последнему морю", называет чуточку меньшее число -
четыреста тысяч.
   Простите за резкость, но и первая, и вторая  цифра  -  бред  собачий.
Поскольку измышлены горожанами, кабинетными деятелями, видевшими  лошадь
только издали и совершенно не представлявшими себе, каких забот  требует
содержание в рабочем состоянии боевого, а также вьючного и походного ко-
ня.
   Любой воин кочевого племени отправляется в  поход,  имея  три  лошади
(как необходимейший минимум - две). Одна везет поклажу (небольшой "сухой
паек", подковы, запасные ремни для уздечки, всякую мелочь вроде запасных
стрел, доспеха, который нет нужды надевать на марше, и т.д.). Со  второй
на третью время от времени нужно пересаживаться,  чтобы  один  конь  все
время был чуточку отдохнувшим - мало ли что стрясется, порой  приходится
вступать в бой "с колес", т.е. с копыт.
   Примитивный подсчет показывает: для армии в полмиллиона либо четырес-
та тысяч бойцов необходимо около полутора миллионов лошадей,  в  крайнем
случае - миллион. Такой табун сможет продвинуться самое большее километ-
ров на полсотни, а вот дальше идти окажется не в состоянии  -  передовые
моментально истребят траву на  огромном  пространстве,  так  что  задние
сдохнут от бескормицы очень быстро. Сколько овса для них  ни  запасай  в
тороках (да и много ли запасешь?).
   Напомню, вторжение "монголо-татар" в пределы Руси, все главные  втор-
жения развернулись зимой. Когда оставшаяся трава скрыта  под  снегом,  а
зерно у населения предстоит еще отобрать - к тому же масса фуража гибнет
в горящих городах и селах...
   Могут возразить: монгольская лошадка прекрасно  умеет  добывать  себе
пропитание из-под снега. Все правильно. "Монголки" -  выносливые  созда-
ния, способные прожить всю зиму на "самообеспечении". Я  сам  их  видел,
чуть-чуть проехался однажды на одной, хотя наездник никакой.  Великолеп-
ные создания, я навсегда очарован лошадьми монгольской породы и с преве-
ликим удовольствием обменял бы свою машину на такую лошадку,  будь  воз-
можность держать ее в городе (а возможности, увы, нет).
   Однако в нашем случае вышеприведенный аргумент не  работает.  Во-пер-
вых, древние источники не упоминают о лошадях монгольской породы,  имев-
шихся "На вооружении" орды. Наоборот, специалисты по коневодству в  один
голос доказывают, что "татаро-монгольская" орда ездила на туркменах -  а
это совсем другая порода, и выглядит иначе, и пропитаться зимой без  по-
мощи человека не всегда способна...
   Во-вторых, не учитывается разница между лошадью,  отпущенной  бродить
зимой без всякой работы, и лошадью, вынужденной  совершать  под  седоком
длительные переходы, а также участвовать  в  сражениях.  Даже  монголки,
будь их миллион, при всей своей фантастической  способности  пропитаться
посреди заснеженной равнины, перемерли бы с голоду,  мешая  друг  другу,
отбивая друг у друга редкие былинки...
   А ведь они, кроме всадников, вынуждены были нести еще и тяжелую добы-
чу!
   А ведь у "монголов" были с собой еще и  немаленькие  обозы.  Скотину,
которая тащит повозки, тоже надо кормить, иначе не потянет повозку...
   Одним словом, на протяжении всего двадцатого века число  напавших  на
Русь "монголо-татар" усыхало, как знаменитая шагреневая  кожа.  В  конце
концов историки со скрежетом зубовным остановились на тридцати тысячах -
опускаться ниже им просто не позволяют остатки профессионального самолю-
бия.
   И еще кое-что... Боязнь допустить в Большую Историографию еретические
теории вроде моей. Потому что, даже если принять число "вторгшихся  мон-
голов" равным тридцати тысячам, возникает череда ехидных вопросов...
   И первым среди них будет такой: а не маловато ли? Как ни ссылайся  на
"разобщенность" русских княжеств, тридцать тысяч конников - чересчур ми-
зерная цифра для того, чтобы устроить по всей Руси "огнь  и  разорение"!
Они ведь (даже сторонники "классической" версии это признают) не  двига-
лись компактной массой, всем скопом наваливаясь  поочередно  на  русские
города. Несколько отрядов рассыпались в разные стороны - а  это  снижает
численность "неисчислимых татарских орд" до предела, за которым  начина-
ется элементарное недоверие: ну не могло  такое  количество  агрессоров,
какой бы дисциплиной ни были спаяны их полки (оторванные к  тому  же  от
баз снабжения, словно группочка диверсантов в тылу  врага),  "захватить"
Русь!
   Получается заколдованный круг:  огромное  войско  "монголо-татар"  по
чисто физическим причинам не смогло бы сохранить боеспособность,  быстро
передвигаться, наносить те самые пресловутые "несокрушимые  удары".  Не-
большое войско ни за что не смогло бы установить  контроль  над  большей
частью территории Руси.
   От этого заколдованного круга может избавить лишь наша гипотеза  -  о
том, что никаких пришельцев не было. Шла гражданская война, силы против-
ников были относительно небольшими - и опирались они на собственные, на-
копленные в городах запасы фуража.
   Между прочим, кочевникам совершенно несвойственно воевать зимой. Зато
зима - излюбленное время для военных походов русских. Испокон веков  они
отправлялись в поход, используя в качестве "торных дорог" замерзшие реки
- самый оптимальный способ ведения войны на территории, почти сплошь за-
росшей дремучими лесами, где мало-мальски большому военному отряду, осо-
бенно конному, передвигаться чертовски трудно.
   Все дошедшие до нас летописные сведения о военных кампаниях 1237-1238
гг. рисуют классический русский стиль этих битв  -  сражения  происходят
зимой, причем "монголы", которым вроде бы  положено  быть  классическими
степняками, с поразительным мастерством действуют в лесах. В первую оче-
редь я имею в виду окружение и последующее полное  уничтожение  на  реке
Сити русского отряда под командованием великого князя владимирского Юрия
Всеволодовича... Столь блестящая операция никак не могла быть  проведена
обитателями степей, которым просто некогда, да и  негде  было  научиться
сражениям в чащобе.
   Итак, наша копилка понемногу пополняется  весомыми  доказательствами.
Мы выяснили, что никаких "монголов", т.е. монголоидов среди "орды" отче-
го-то не было. Выяснили, что "пришельцев" никак не могло быть много, что
даже то мизерное число в тридцать тысяч, на  котором  историки  закрепи-
лись, словно шведы под Полтавой, никак не  могло  обеспечить  "монголам"
установление контроля над всей Русью. Выяснили, что лошади под "монгола-
ми" были отнюдь не монгольскими, а воевали  эти  "монголы"  отчегото  по
русским правилам. Да и были они, что любопытно, светловолосыми  и  голу-
боглазыми.
   Не так уж мало для начала.  А  мы,  предупреждаю,  только  входим  во
вкус...

   КУДА ПРИШЛИ "МОНГОЛЫ", ПРИДЯ НА РУСЬ?

   Именно так, я ничего не напутал. И очень быстро читатель узнает,  что
вынесенный в заголовок вопрос только  на  первый  взгляд  представляется
бессмыслицей...
   Мы уже говорили о второй Москве и втором Кракове. Есть еще  и  вторая
Самара - "Самара град", крепость на месте нынешнего города  Новомосковс-
ка, в 29 километрах к северу от Днепропетровска...
   Словом, географические названия средневековья отнюдь не всегда совпа-
дали с тем, что мы сегодня понимаем под каким-то названием. Сегодня  для
нас Русь обозначает всю тогдашнюю землю, населенную русскими.
   А вот тогдашние люди считали несколько иначе... Всякий раз, едва  до-
ведется читать о событиях ХII-ХIII столетий, необходимо  помнить:  тогда
"Русью" называли часть населенных русскими областей - киевское,  переяс-
лавское и черниговское княжества. Точнее: Киев, Чернигов, река Рось, По-
росье, Переяславль-Русский, Северская земля, Курск.  Сплошь  и  рядом  в
древних летописях пишется, что из Новгорода или  Владимира...  "ехали  в
Русь"! То есть - в Киев. Черниговские города - "русские", а вот смоленс-
кие - уже "нерусские".
   Историк XVII века: "...славяне, прародители наши - Москва, россиане и
прочие..."
   Именно так. Не зря на западноевропейских картах очень  долго  русские
земли разделялись на "Московию" (север) и "Россию" (юг). Последнее  наз-
вание продержалось крайне долго - как мы помним, обитатели  тех  земель,
где ныне располагается "Украина", будучи русскими по  крови,  католиками
по религии и подданными Жечи Посполитой, именовали себя  "русской  шлях-
той".
   Таким образом, к летописным сообщениям вроде "такого-то года орда на-
пала на Русь" нужно относиться с учетом того, что сказано выше. Помнить:
это упоминание означает не агрессию против всей  Руси,  а  нападение  на
конкретный район, строго локализованный.

   КАЛКА - КЛУБОК ЗАГАДОК

   Первое столкновение русских с "монголо-татарами" на реке Калке в 1223
г. довольно подробно и детально описано в древних отечественных  летопи-
сях - впрочем, не только в них, есть еще так называемая "Повесть о битве
на Калке, и о князьях русских, и о семидесяти богатырях" [173).
   Однако изобилие сведений не всегда вносит ясность...
   В общем-то, историческая наука давно уже не отрицает того  очевидного
факта, что события на реке Калке - нападение злых пришельцев на Русь,  а
агрессия русских против соседей. Судите сами. Татары (в описаниях  битвы
на Калке монголы никогда, ни разу не упоминаются) воевали с половцами. И
прислали на Русь послов, которые довольно дружелюбно попросили русских в
эту войну! не вмешиваться. Русские князья этих послов... убили, а по не-
которым старым текстам, не просто убили - "умучили". Поступок, мягко го-
воря, не самый пристойный - во все времена убийство посла считалось  од-
ним из самых тяжких преступлений. Вслед за тем русское войско  выступает
в дальний поход. Покинув пределы Руси, оно первым делом нападает на  та-
тарский стан, берет добычу, угоняет скот, после  чего  еще  восемь  дней
движется в глубь чужой территории. Там, на Калке, и происходит  решающее
сражение, союзники-половцы в панике бегут, князья остаются одни, три дня
отбиваются, после чего, поверив заверениям татар, сдаются в плен. Однако
татары, разозленные на русских (вот странно, с чего  бы  это?!  Никакого
особого зла те татарам не сделали, разве что убили их послов, напали  на
них первыми...) убивают пленных князей. По одним данным, убивают просто,
без затей, по другим - наваливают на связанных доски  и  садятся  сверху
пировать, негодяи.
   Показательно, что один из самых ярых "татарофобов", писатель В. Чиви-
лихин, в своей почти восьмисотстраничной книге "Память",  перенасыщенной
руганью в адрес "ордынцев", события на Калке несколько смущенно обходит.
Упоминает мельком - да, было что-то такое... Вроде бы  там  и  повоевали
малость... [212]
   Понять его можно: русские князья в этой  истории  выглядят  не  самым
лучшим образом. Добавлю от себя: галицкий князь Мстислав Удалой не прос-
то агрессор, но и форменный подонок - впрочем, об этом погодя...
   Вернемся к загадкам. Та самая "Повесть о битве на Калке" отчего-то не
в состоянии... назвать противника русских! Судите сами: "...из-за грехов
наших пришли народы неизвестные, безбожные моавитяне,  о  которых  никто
точно не знает, кто они и откуда пришли, и каков их язык, и  какого  они
племени, и какой веры. И называют их татарами, а иные говорят -  таурме-
ны, а другие - печенеги".
   В высшей степени странные строки! Напоминаю, написанные гораздо позже
описываемых событий, когда вроде бы уже полагалось точно знать, с кем же
сражались на Калке русские князья. Ведь часть войска (хотя и  малая,  по
некоторым данным - одна десятая) все же вернулась с  Калки.  Мало  того,
победители, в свою очередь преследуя разбитые русские полки, гнались  за
ними до НовгородаСвятополча (не путать с Великим  Новгородом!  -  А.Б.),
где напали на мирное население - так что и  среди  горожан  должны  быть
свидетели, своими глазами лицезревшие противника*.
   * Новгород-Святополч стоял на берегу Днепра.
   Однако этот противник остается "неведомым". Пришедшим  неизвестно  из
каких мест, говорящем на бог весть каком языке.  Воля  ваша,  получается
некая несообразность...
   То ли половцы, то ли таурмены, то  ли  татары...  Это  заявление  еще
больше запутывает дело. Уж половцев-то к описываемому  времени  на  Руси
знали прекрасно - столько лет жили бок о бок,  то  воевали  с  ними,  то
вместе ходили в походы, роднились... Мыслимое ли дело - не опознать  по-
ловцев?
   Таурмены - кочевое тюркское племя, в те годы  обитавшее  в  Причерно-
морье. Опять-таки были прекрасно известны русским к тому времени.
   Татары (как я скоро докажу) к 1223 г. уже как минимум  несколько  де-
сятков лет жили в том же Причерноморье.
   Короче говоря, летописец определенно лукавит. Полное впечатление, что
ему по каким-то чрезвычайно веским причинам не  хочется  прямо  называть
противника русских в том сражении. И это предположение ничуть  не  наду-
манное. Во-первых, выражение "то ли половцы, то ли татары, то ли таурме-
ны" никоим образом не согласуется с жизненным опытом русских того време-
ни. И тех, и других, и третьих на Руси прекрасно знали - все, кроме  ав-
тора "Повести"...
   Во-вторых, сразись русские на Калке с "неизвестным", впервые  увиден-
ным народом, последующая картина событий выглядела бы совершенно иначе -
я имею в виду сдачу князей в плен и преследование разбитых русских  пол-
ков.
   Оказывается, князья, засевшие в укреплении из "тына и телег", где три
дня отбивали атаки противника, сдались после того... как  некий  русский
по имени Плоскиня, находившийся в боевых порядках  противника,  торжест-
венно целовал свой нательный крест на том, что пленным не причинят  вре-
да.
   Обманул, паскуда. Но дело не в его коварстве (в концето концов, исто-
рия дает массу свидетельств того, как сами русские князья с тем  же  ко-
варством нарушали "крестное, целование"), а в личности самого  Плоскини,
русского, христианина, каким-то загадочным  образом  оказавшегося  среди
воинов "неведомого народа". Интересно, какими судьбами его туда занесло?
   В. Ян, сторонник "классической"  версии,  изобразил  Плоскиню  этаким
степным бродягой, которого изловили по дороге "монголо-татары" и с цепью
на шее подвели к укреплению русских, чтобы уговорил их  сдаться  на  ми-
лость победителя.
   Это даже не версия - это, простите,  шизофрения.  Поставьте  себя  на
место русского князя - профессионального солдата, за свою жизнь  вдоволь
повоевавшего и со славянскими  соседями,  и  со  степняками-кочевниками,
прошедшего огни и воды...
   Вас окружили в далекой земле  воины  совершенно  неизвестного  доселе
племени. Три дня вы отбиваете атаки этого супостата, чей язык не понима-
ете, чей облик вам странен и противен. Вдруг  этот  загадочный  супостат
подгоняет к вашему укреплению какого-то оборванца с цепью на шее, и тот,
целуя крест, клянется, что осаждающие (снова и снова подчеркиваю:  неиз-
вестные вам доселе, чужие по языку и вере!)  вас  пощадят,  если  сдади-
тесь...
   Что же, вы сдадитесь в этих условиях?
   Да полноте! Ни один нормальный человек с мало-мальским военным опытом
не сдастся (к тому же вы, уточню, совсем недавно убили послов этого  са-
мого народа и пограбили вдоволь стан его соплеменников).
   А вот русские князья отчего-то сдались...
   Впрочем, почему "отчего-то"? Та же "Повесть" пишет совершенно недвус-
мысленно: "Были вместе с татарами и бродники, а воеводой у них был Плос-
киня".
   Бродники - это русские вольные дружинники, обитавшие  в  тех  местах.
Предшественники казаков. Что ж, это несколько меняет дело: сдаться  уго-
варивал не связанный пленник, а воевода, почти что равный, такой же сла-
вянин и христианин... Такому можно и поверить - что князья и сделали.
   Однако установление подлинного социального  положения  Плоскини  лишь
запутывает дело. Получается, что бродники в сжатые сроки сумели  догово-
риться с "народами неизвестными" и сблизились с ними настолько, что уда-
рили совместно на русских? Своих братьев по крови и вере?
   Снова что-то не складывается. Понятно, бродники были изгоями, сражав-
шимися только за себя, но все равно, както очень уж быстро  нашли  общий
язык с "безбожными моавитянами", о которых никто не  знает,  откуда  они
пришли, и какого они языка, и какой веры...
   Собственно говоря, одно можно  утверждать  со  всей  определенностью:
часть войска, с которым рубились русские князья на Калке, была  славянс-
кой, христианской.
   А может, не часть? Может, и не было никаких "моавитян"? Может,  битва
на Калке и есть "разборка" меж православными? С  одной  стороны  -  нес-
колько союзных русских князей*, с другой - бродники и православные тата-
ры, соседи русских?
   * Нужно обязательно подчеркнуть, что многие русские князья  отчего-то
не пошли на Калку выручать половцев.
   Стоит принять эту версию, все встает на свои места. И загадочная  до-
толе сдача князей в плен - сдавались не каким-то  неведомым  чужакам,  а
хорошо знакомым соседям (соседи, правда, нарушили слово, но тут  уж  как
повезет...)** И поведение тех жителей Новгорода-Святополча, что непонят-
но почему вышли навстречу татарам, преследующим бегущих  с  Калки  русс-
ких... с крестным ходом!
   ** О том, что пленных князей "метнули под доски", сообщает лишь  "По-
весть". Другие источники пишут, что князей просто убили, не издеваясь, а
третьи - что князей "взяли в плен". Так что история с "пиром на телах" -
лишь один из вариантов.
   Такое поведение опять-таки не  укладывается  в  версию  с  неведомыми
"безбожными моавитянами". Наших предков можно упрекнуть во  многих  гре-
хах, но вот излишней доверчивости среди таковых не  числилось.  В  самом
деле, какой нормальный человек выйдет ублаготворять крестным ходом неко-
его неизвестного пришельца, чей язык, вера и национальная принадлежность
остаются загадкой?!
   Однако, стоит нам предположить, что за бегущими  остатками  княжеских
ратей гнались некие свои, давно знакомые, и что, особенно  важно,  такие
же христиане - поведение жителей города мгновенно теряет всякие признаки
сумасшествия или нелепости. От своих, давно знакомых, от таких же  хрис-
тиан и в самом деле был шанс оборониться крестным ходом.
   Шанс, правда, на сей раз не сработал - видимо, разгоряченные  погоней
всадники были чересчур уж обозлены (что вполне понятно - их послов  уби-
ли, на них самих напали первыми, рубили и грабили) и с ходу посекли тех,
кто вышел навстречу с крестом. Замечу особо,  подобное  случалось  и  во
время чисто русских междоусобных войн, когда разъяренные победители  ру-
били направо и налево, и поднятый крест их не останавливал...
   Таким образом, битва на Калке - вовсе не  столкновение  с  неведомыми
народами, а один из эпизодов междоусобной войны, которую вели меж  собой
христиане-русские, христиане-половцы* и христиане-татары. Русский  исто-
рик XVII века суммирует итоги этой войны так: "Татары после этой  победы
до основания разорили крепости и города и села половецкие. И  все  земли
около Дона, и моря Меотского**, и Таврики Херсонской (что после  переко-
пания перешейка меж морями до сего дня именуется  Перекопом),  и  вокруг
Понта Евхсинского, то есть Черного моря, татары под свою руку  взяли,  и
тамо поселились".
   * Любопытно, что летописи того времени упоминают о принявшем  христи-
анство половецком хане Бастые.
   ** Азовское море.
   Как видим, война-шла за конкретные территории, меж конкретными  наро-
дами. Кстати, крайне любопытно упоминание о "городах, и крепостях, и се-
лах половецких". Нам долго втолковывали, что половцы - степняки-кочевни-
ки, но кочевые народы не имеют ни крепостей, ни городов...
   И напоследок - о галицком князе Мстиславе Удалом, вернее, о  том,  за
что он как раз и заслуживает определения "подонок". Слово тому же  исто-
рику: "...Храбрый же князь Мстислав Мстиславич галицкий... когда  прибе-
жал к реке к лодьям своим (сразу после поражения от "татар" - А.Б.), пе-
реправившись через реку, повелел все лодьи потопить, и порубить,  и  по-
жечь, убоявшись погони татарской, и, страха исполнен, пеш в  Галич  доб-
рался. Большая же часть полков российских, бегучи, достигла лодий  своих
и, узревши их до единой потопленными и пожженными, от печали и  нужды  и
голода не смогла через реку переплыть, там же умерли  и  погибли,  кроме
некоторых князей и воинов, на плетеных таволжаных снопах через реку  пе-
реплывших".
   Вот так. Между прочим, эта мразь - я о Мстиславе - до сих пор в исто-
рии и литературе именуется Удалым. Правда, далеко не все историки и  ли-
тераторы восхищены сей фигурой - еще сто лет назад Д. Иловайский подроб-
но перечислил все промахи и нелепости, совершенные Мстиславом в качестве
князя галицкого, употребив примечательную фразу: "Очевидно, под старость
Мстислав окончательно лишился здравого смысла". Наоборот, Н.  Костомаров
ничтоже сумняшеся считал поступок Мстислава с  лодьями  прямо-таки  само
собой разумеющимся - Мстислав, дескать, этим "не дал переправиться тата-
рам". Однако, простите, они ведь все равно как-то  переправились,  ежели
"на плечах" отступающих русских домчались до НовгородаСвятополча?!
   Благодушие Костомарова по отношению к Мстиславу, по сути, погубившему
своим поступком большую часть русского  войска,  впрочем,  объяснимо:  в
распоряжении Костомарова была лишь "Повесть о битве на Калке", где о ги-
бели воинов, которым не на чем было переправиться, не упоминается вовсе.
Историк, которого я Только что цитировал, Костомарову определенно  неиз-
вестен. Ничего странного - эту тайну я раскрою чуть погодя.

   СУПЕРМЕНЫ ИЗ МОНГОЛЬСКИХ СТЕПЕЙ

   Приняв классическую версию "монголо-татарского" нашествия, мы и  сами
не замечаем, с каким скопищем нелогичностей, а то и откровенной глупости
имеем дело.
   Для начала я процитирую обширный кусок из  труда  известного  ученого
Н.А. Морозова (1854-1946):
   "Кочующие народы по самому характеру своей жизни должны  быть  широко
раскинуты по большой некультивированной  местности  отдельными  патриар-
хальными группами, неспособными к общему  дисциплинированному  действию,
требующему экономической централизации, т.е. налога,  на  который  можно
было бы содержать войско взрослых холостых людей. У всяких кочевых наро-
дов, как у скоплений молекул, каждая их патриархальная группа отталкива-
ется от другой, благодаря поискам все новой и новой травы для питания их
стад.
   Соединившись вместе в количестве хотя бы  нескольких  тысяч  человек,
они должны также соединить друг с другом и несколько тысяч коров и лоша-
дей и еще более овец и баранов, принадлежащих разным патриархам.  В  ре-
зультате этого вся ближайшая трава была бы быстро съедена и всей  компа-
нии пришлось бы вновь рассеяться прежними патриархальными мелкими  груп-
пами в разные стороны, чтобы иметь возможность подолее прожить, не пере-
нося каждый день своих палаток на другое место.
   Вот почему априорно должна быть отброшена, как чистейшая фантазия,  и
сама идея о возможности организованного коллективного действия и  побед-
ного нашествия на оседлые народы какого-нибудь широко раскинутого кочую-
щего народа, питающегося от стад, вроде монголов, самоедов,  бедуинов  и
т.д., за исключением случая, когда  какая-нибудь  гигантская,  стихийная
катастрофа, грозящая общей гибели, погонит такой народ из гибнущей степи
целиком на оседлую страну, как ураган гонит пыль из пустыни на прилегаю-
щий к ней оазис.
   Но ведь даже и в самой Сахаре ни один большой оазис не  был  навсегда
засыпан окружающим песком, и по окончании урагана  снова  возрождался  к
прежней жизни. Аналогично этому и на всем протяжении нашего достоверного
исторического горизонта мы не видим ни  одного  победоносного  нашествия
диких кочующих народов на оседлые культурные страны, а лишь как раз нао-
борот. Значит, не могло этого быть и в доисторическом прошлом.  Все  эти
переселения народов взад и вперед накануне их выступления в поле  зрения
истории должны быть сведены лишь на переселение их  имен  или  в  лучшем
случае - правителей, дай то из более культурных стран в  менее  культур-
ные, а не наоборот".
   Золотые слова. Истории и впрямь неизвестны случаи,  когда  рассеянные
на огромных пространствах кочевники вдруг создали бы если не могучее го-
сударство, то могучую армию, способную завоевывать целые страны.
   За одним-единственным исключением - когда речь заходит о "монголо-та-
тарах". Нам предлагают верить, что Чингисхан, якобы обитавший в нынешней
Монголии, каким-то чудом, за считанные годы создал из разбросанных  улу-
сов армию, превосходившую по дисциплине и организованности  любую  евро-
пейскую...
   Любопытно бы знать, как он этого добился? При том,  что  у  кочевника
есть одно несомненное преимущество, хранящее его от любых причуд оседлой
власти, вообще не понравившейся ему власти: мобильность. На то он и  ко-
чевник. Пришелся не по нраву самозванный хан - собрал юрту, навьючил ко-
ней, усадил жену, детей и старую бабушку, взмахнул плеткой -  и  подался
за тридевять земель, откуда добыть его чрезвычайно затруднительно.  Осо-
бенно когда речь идет о бескрайних сибирских просторах.
   Вот подходящий пример: когда в 1916 г. царские чиновники чем-то  осо-
бенно допекли кочевников-казахов, те преспокойно снялись и откочевали из
Российской империи в соседний Китай. Власти (а речь идет о начале  двад-
цатого века!) просто-напросто не смогли им помешать и воспрепятствовать!
   Между тем нас приглашают поверить в следующую картину: степные кочев-
ники, вольные, как ветер, отчего-то  покорно  соглашаются  следовать  за
Чингизом "до последнего моря". При полном, подчеркнем и повторим, отсут-
ствии у Чингисхана средств воздействия на "отказников" - немыслимым  де-
лом было бы гоняться за ними по протянувшимся на тысячи километров  сте-
пям и чащобам*.
   * Отдельные роды монголов жили не в степи, а в тайге.
   Пять тысяч километров - примерно такое расстояние преодолели до  Руси
отряды Чингиза по "классической" версии.  Писавшие  подобное  кабинетные
теоретики просто-напросто никогда не задумывались, чего стоило бы в  ре-
альности преодоление подобных маршрутов (а если вспомнить, что "монголы"
достигли берегов Адриатики, маршрут увеличивается еще на полторы  тысячи
километров). Какая сила, какое чудо могло бы  принудить  степняков  пус-
титься в этакую даль?
   Вы поверите, что кочевники-бедуины из аравийских степей однажды  отп-
равились бы завоевывать Южную Африку, дойдя до мыса  Доброй  Надежды?  А
индейцы Аляски в один прекрасный день объявились в Мексике, куда по  не-
ведомым причинам решили откочевать?
   Разумеется, все это - чистейшей воды вздор. Однако, если  сопоставить
расстояния, выйдет, что от Монголии до Адриатики "монголам" пришлось  бы
пройти примерно столько же, сколько аравийским бедуинам -  до  Кейптауна
или индейцам Аляски - до Мексиканского залива. Не просто пройти, уточним
- по дороге еще и захватить несколько крупнейших государств того  време-
ни: Китай, Хорезм, опустошить Грузию, Русь, вторгнуться в Польшу, Чехию,
Венгрию...
   Историки предлагают нам в это поверить? Что ж, тем хуже  для  истори-
ков... Если вы не хотите, чтобы вас называли идиотом, не совершайте иди-
отских поступков - старая житейская истина. Так что сторонники  "класси-
ческой" версии сами нарываются на оскорбления...
   Мало того, что кочевые племена, находившиеся на стадии даже не феода-
лизма - родового строя - отчего-то вдруг осознали необходимость железной
дисциплины и покорно потащились вслед за Чингисханом за шесть с  полови-
ной тысяч километров. Кочевники еще в сжатые (чертовски  сжатые!)  сроки
вдруг обучились владеть лучшей военной техникой того времени - стенобит-
ными машинами, камнеметами...
   Судите сами. По достоверным данным, первый крупный поход  за  пределы
"исторической родины" Чингисхан совершает в 1209 г. Уже  в  1215  г.  он
якобы захватывает Пекин, в 1219 г. с применением  осадных  орудий  берет
города Средней Азии - Мерв, Самарканд, Гурганж, Хиву, Ходжент, Бухару  -
а еще через двадцать лет теми же  стенобитными  машинами  и  камнеметами
уничтожает стены русских городов.
   Прав был Марк Твен: ну не мечут гусаки икру! Ну не растет  брюква  не
дереве!
   Ну не способен степняк-кочевник за пару лет освоить искусство  взятия
городов с применением стенобитных машин!  Создать  армию,  превосходящую
армии любых государств того времени!
   Прежде всего потому, что ему этого не надо. Как  справедливо  замечал
Морозов, нет в мировой истории примеров создания кочевниками  государств
или разгрома государств чужих. Тем более в столь утопические сроки,  как
нам подсовывает официальная  история,  изрекающая  перлы  вроде:  "После
вторжения в Китай армия Чингисхана взяла на  свое  вооружение  китайскую
военную технику - стенобитные машины, камнеметные и огнеметные орудия".
   Это еще ничего, бывают перлы и почище. Мне доводилось читать статью в
крайне серьезном,  академическом  журнале:  там  описывалось,  как  мон-
гольский (!) военный флот в XIII в. обстреливал суда древних  японцев...
боевыми ракетами! (Японцы, надо полагать, отвечали торпедами с  лазерным
наведением.) Словом, к числу искусств, освоенных монголами  за  год-дру-
гой, нужно отнести еще и мореплавание. Хорошо хоть, не полеты на аппара-
тах тяжелее воздуха...
   Бывают ситуации, когда здравый смысл сильнее всех ученых  построений.
Особенно если ученых заводит в такие лабиринты фантазии, что любой  фан-
таст восхищенно разинет рот.
   Кстати, немаловажный вопрос: как жены монголов отпустили своих  мужей
на край света? Подавляющее большинство средневековых источников описыва-
ет "татаро-монгольскую орду" как войско, а не переселяющийся народ.  Ни-
каких жен и малых детушек. Выходит, монголы до самой смерти странствова-
ли в чужих землях, а их жены, так никогда и не увидев мужей, управлялись
со стадами?
   Не книжные, а настоящие кочевники всегда ведут себя совершенно иначе:
преспокойно кочуют долгие сотни лет (нападая изредка на соседей, не  без
этого), им и в голову  не  приходит  покорить  какую-нибудь  близлежащую
страну или отправиться за полмира искать "последнее  море".  Пуштунскому
или бедуинскому племенному вождю просто не придет в голову строить город
или создавать государство. Как не придет ему в голову блажь насчет "пос-
леднего моря". Хватает чисто земных, практических дел: нужно выжить,  не
допустить падежа скота, искать новые пастбища, выменивать на сыр и моло-
ко ткани и ножи... Где уж тут грезить об "империи на полмира"?
   А нас меж тем всерьез уверяют, что степняк-кочевник  отчего-то  вдруг
проникся идеей государства или по  крайней  мере  грандиозного  завоева-
тельного похода до "пределов мира". И в  ударные  сроки  каким-то  чудом
объединил соплеменников в могучую организованную армию. И  за  несколько
лет обучился обращаться с довольно сложными по тогдашним меркам  машина-
ми. И создал военный флот, который палил ракетами по японцам. И составил
свод законов для своей громадной империи. И переписывался с римским  па-
пой, королями и герцогами, уча их жить.
   Покойный Л.Н. Гумилев (историк не из последних,  но  порой  чрезмерно
увлекавшийся поэтическими идеями) всерьез полагал, что создал  гипотезу,
способную объяснить подобные чудеса. Речь идет о  "теории  пассионарнос-
ти". Согласно Гумилеву, тот или иной народ в определенный  миг  получает
некий загадочный и полумистический энергетический удар из Космоса - пос-
ле чего преспокойно сворачивает горы и добивается невиданных свершений.
   В этой красивой теории есть существенный изъян, идущий на пользу  са-
мому Гумилеву, а вот его оппонентам, наоборот,  до  предела  осложняющий
дискуссию. Дело в том, что "проявлением пассионарности" легко  объяснить
любой военный или иной успех любого народа. А  вот  доказать  отсутствие
"пассионарного удара" практически невозможно. Что  автоматически  ставит
сторонников Гумилева в лучшие, нежели их оппонентов, условия - поскольку
не существует надежных научных методов, равно как и аппаратуры,  способ-
ной зафиксировать на бумаге или плегке "поток пассионарности".
   Одним словом - резвись, душа... Скажем, рязанский воевода Балдоха  во
главе доблестной рати налетел на суздальцев, вмиг и прежестоко разбил их
войско, после чего рязанцы охально изобидели суздальских  баб  и  девок,
ограбили все запасы соленых рыжиков, беличьих шкурок и медов ставленных,
накостыляли напоследок по шее некстати подвернувшемуся иноку и победите-
лями вернулись домой. Все. Можете, многозначительно прищурив глаза, про-
изнести: "Рязанцы получили пассионарный толчок, а вот суздальцы  пассио-
нарность растеряли к тому времени".
   Прошло с полгода - и вот уже суздальский князь Тимоня  Гунявый,  горя
жаждой мести, напал на рязанцев. Фортуна оказалась переменчива  -  и  на
сей раз "рязани косопузой" вломили по первое число и отобрали все добро,
а бабам с девками оборвали подолы, что до воеводы Балдохи, над ним  пог-
лумились вволюшку, пихнув голым задом на некстати  подвернувшегося  ежа.
Картина для историка гумилевской школы насквозь понятная: "Рязанцы поте-
ряли прежнюю пассионарность".
   Возможно, ничего они не теряли - просто-напросто похмельный кузнец не
подковал вовремя Байдохиного борза коня, тот потерял подкову,  и  дальше
все шло в соответствии с английской песенкой в переводе Маршака: не было
гвоздя, подкова пропала, не было подковы, лошадь захромала... А основная
часть Балдохиной рати вообще не принимала участия в битве, поскольку го-
нялась за половцами верстах в ста от Рязани.
   Но попробуйте вы доказать правоверному гумилевцу, что дело в  гвозде,
а не в "утрате пассионарности"! Нет, право, рискните  ради  любопытства,
только я вам тут не товарищ...
   Словом, и "пассионарная" теория для объяснения "феномена  Чингисхана"
не годится по причине полнейшей невозможности как доказать ее, так и оп-
ровергнуть. Мистицизм оставим за кадром.
   Тут есть еще один пикантный момент: составлять  суздальскую  летопись
будет тот самый инок, которому рязанцы столь неосмотрительно надавали по
шее. Если он особо злопамятен, представит  рязанцев...  и  не  рязанцами
вовсе. А некими "погаными", злокозненной антихристовой  ордой.  Неведомо
откуда вынырнувшими моавитянами, жрущими лисиц и сусликов.  Впоследствии
я приведу кое-какие цитаты, показывающие, что в средневековье порой при-
мерно так и обстояло...
   Вернемся к оборотной стороне медали "татаро-монгольского  ига".  Уни-
кальным отношениям меж "ордынцами" и русскими. Вот здесь уже  стоит  от-
дать должное Гумилеву, в этой области он  достоин  не  зубоскальства,  а
уважения: он собрал огромный материал, наглядно свидетельствующий о том,
что отношения меж "Русью" и "Ордой" нельзя обозначить иным словом, кроме
симбиоза.
   Честно говоря, мне не хочется эти доказательства перечислять. Слишком
много и часто писали о том, как русские князья и "монгольские ханы" ста-
новились побратимами, родичами, зятьями и тестями, как ходили в совмест-
ные военные походы, как (назовем вещи своими именами) дружили. При жела-
нии читатель и сам может без всякого труда ознакомиться с  подробностями
русско-татарской дружбы. Я остановлюсь на одном аспекте: на том, что от-
ношения такого рода уникальны. Отчего-то ни в одной разбитой или  захва-
ченной ими стране татары так себя не вели. Однако на  Руси  доходило  до
непонятного абсурда: скажем, подданные Александра Невского в один  прек-
расный день побивают до смерти ордынских сборщиков дани,  но  "ордынский
хан" реагирует на это как-то странно: при известии об этом печальном со-
бытии не только не принимает карательных мер, но дает Невскому  дополни-
тельные привилегии, разрешает ему самому собирать дань,  а  кроме  того,
освобождает от необходимости поставлять рекрутов  для  ордынского  войс-
ка...
   Я не фантазирую, а всего лишь пересказываю русские летописи. Отражаю-
щие (наверняка вопреки "творческому замыслу" их авторов) весьма странные
отношения, существовавшие меж Русью и Ордой: форменный симбиоз, братство
по оружию, приводящее к такому переплетению имен и  событий,  что  прос-
то-напросто перестаешь понимать, где кончаются русские и начинаются  та-
тары...
   А нигде. Русь и есть Золотая Орда, вы не забыли?  Или,  если  точнее,
Золотая Орда - это часть Руси, та, что находится  под  властью  владими-
ро-суздальских князей, потомков Всеволода Большое Гнездо. И  пресловутый
симбиоз - всего лишь не до конца искаженное отражение событий.
   Гумилев так и не отважился сделать  следующий  шаг.  А  я,  простите,
рискну. Если мы установили, что, во-первых, никаких "монголоидов"  ниот-
куда не приходило, что, во-вторых, русские и татары  находились  в  уни-
кально дружеских отношениях, логика диктует пойти дальше и сказать: Русь
и Орда - попросту одно и то же. А сказки о  "злых  татаровьях"  сочинены
значительно позднее.
   Вы никогда не задумывались, что означает само слово "орда"? В поисках
ответа я для начала закопался в глубины польского языка. По очень  прос-
той причине: именно в польском сохранилось довольно много  слов,  исчез-
нувших из русского в XVII-XVIII столетиях (когда-то оба языка были не  в
пример более близки).
   В польском "Horda" -  "полчище".  Не  "толпа  кочевников",  а  скорее
"большое войско". Многочисленное войско.
   Двигаемся далее. Сигизмунд Герберштейн, "цесарский" посол, побывавший
в Московии в XVI  веке  и  оставивший  интереснейшие  "Записки",  свиде-
тельствует, что на "татарском" языке "орда"  означало  "множество"  либо
"собрание". В русских летописях при рассказе о военных кампаниях преспо-
койно вставляют обороты "шведская орда" или "немецкая  орда"  в  том  же
значении - "войско" [43].
   Академик Фоменко указывает при этом на латинское слово "ordo",  озна-
чающее "порядок", на немецкое "ordnung" - "порядок".
   К этому можно добавить англосаксонское "order", означающее опять-таки
"порядок" в смысле "закон", а кроме того -  воинский  строй.  В  военном
флоте до сих пор существует выражение "походный ордер". То есть -  пост-
роение кораблей в походе.
   В современном турецком языке слово "ordu" имеет значения,  опять-таки
соответствующие словам "порядок", "образец", а не так уж давно (с  исто-
рической точки зрения) в Турции существовал военный термин "орта", озна-
чающий янычарское подразделение, нечто среднее  меж  батальоном  и  пол-
ком...
   В конце XVII в. на основании письменных донесений землепроходцев  то-
больский служивый человек С.У. Ремезов вместе с тремя сыновьями составил
"Чертежную книгу" - грандиозный географический атлас, охватывавший  тер-
риторию всего Московского царства. Казачьи земли, примыкающие к Северно-
му Кавказу, именуются... "Земля Казачьей Орды"! (Как и на многих  других
старорусских картах.)
   Одним словом, все значения  слова  "орда"  вертятся  вокруг  терминов
"войско", "порядок", "законоустановление"*. А это, я уверен,  неспроста.
Картина "орды" как государства, на каком-то этапе объединявшего  русских
и татар (или просто армии этого государства), гораздо удачнее вписывает-
ся в реальность, нежели монгольские кочевники, удивительным образом вос-
пылавшие страстью к стенобитным машинам, военному  флоту  и  походам  на
пять-шесть тысяч километров.
   * На современном казахском " Красная Армия" звучит как Кзыл-Орда!
   Просто-напросто когда-то Ярослав Всеволодович и его сын Александр на-
чали жесточайшую борьбу за господство над всеми русскими землями. Именно
их армия-орда (в которой и в самом деле хватало татар) и послужила позд-
нейшим фальсификаторам для создания жуткой картины  "иноземного  нашест-
вия".
   Еще несколько схожих примеров, когда при поверхностном знании истории
человек вполне способен сделать ложные выводы - в том случае, если  зна-
ком только с названием и не подозревает, что за ним стоит.
   В XVII в. в польской армии существовали кавалерийские  части,  имено-
вавшиеся "казацкими хоругвями" ("хоругвь" - воинская единица). Настоящих
казаков там не было ни одного - в данном случае название  означало  лишь
то, что эти полки вооружены по казацкому образцу [246].
   Во время Крымской войны в составе высадившихся на полуострове  турец-
ких войск была часть, именовавшаяся "оттоманские казаки". Вновь ни  еди-
ного казака - только польские эмигранты и турки под командованием Мехме-
да Садык-паши, он  же  бывший  кавалерийский  поручик  Михал  Чайковский
[246].
   И, наконец, можно вспомнить о французских зуавах. Название эти  части
получили от алжирского племени зуазуа. Постепенно в них не  осталось  ни
единого алжирца, одни чистокровные французы, однако название сохранилось
на последующие времена, пока эти подразделения, своеобразный спецназ, не
прекратили свое существование.

   СВИДЕТЕЛЬ БЕЗ МАСКИ

   Настало время рассекретить источник, который я довольно долго  уклон-
чиво именовал "одним историком XVII века".
   Речь идет об авторе труда под названием "Скифийская история", неспра-
ведливо забытом русском историке Андрее Ивановиче Лызлове [114]. Родился
он предположительно около 1655 г., в семье служилых  дворян.  Его  отец,
думный дворянин и патриарший боярин, позаботился, чтобы сын получил  хо-
рошее образование - Лызлов знал польский и латинский языки, был  начитан
в русской истории, сведущ в архитектуре, общался со знаменитым фаворитом
царевны Софьи В.В. Голицыным, одним из образованнейших людей России того
периода. Участвовал в войнах с турками и крымцами, был в Пензенском крае
товарищем (заместителем) воеводы. В 1692 г. закончил главный труд  своей
жизни, "Скифийскую историю". После марта 1697 г. его имя больше не  упо-
минается в документах, так что на этот год, вероятно, и  приходится  его
кончина.
   "Скифийская история" в печатном виде появлялась всего трижды - в 1776
г. в Санкт-Петербурге вышло первое издание, в 1787 г. в Москве - второе.
Третье появилось лишь в 1990 г. убогим тиражом в пять тысяч экземпляров.
Современным историкам эта работа практически неизвестна, в  чем  я  имел
случай убедиться.
   А жаль. Труд Лызлова написан на основе как не дошедших до нас русских
летописей (вроде поминавшегося "Летописца Затопа Засекина"), так и рабо-
тах польских и  итальянских  историков  XVI-XVII  веков:  Стрыйковского,
Бельского, Гваньини, Барония, опять-таки использовавших  огромное  коли-
чество утраченных ныне материалов из русских, польских, литовских  архи-
вов. Известно, что Лызлов пользовался монастырскими библиотеками, храни-
лищем московской Патриаршей ризницы - не исключено, еще и документами из
Казанского и Астраханского архивов, которые, как  мы  помним,  столетием
спустя натолкнули Татищева на "еретические" выводы, кое в чем противоре-
чившие "официальной" истории.
   Впрочем, сплошь и рядом то,  что  пишет  Лызлов,  рисует  перед  нами
опять-таки нечто еретическое - совершенно другую историю, коренным обра-
зом расходящуюся с той, что мы привыкли считать единственно верной...
   Все фрагменты из труда Лызлова переведены мною на современный литера-
турный язык. Желающие могут сами ознакомиться с оригиналом по указанному
в библиографии изданию.
   Итак, устраивайтесь поудобнее и приготовьтесь встретиться с  сенсаци-
ей...
   Начнем с того, что у Лызлова татары предстают... народом,  безусловно
родственным славянам, кроме того - европейским!
   "Скифия состоит из двух частей: одна европейская, в которой живем мы,
то есть Москва, россияне, литва, волохи и татары европейские".
   Требуются ли комментарии?
   "Вторая - азиатская, в ней обитают все скифские народы, расселившиеся
от севера до востока. Эти азиатские скифы весьма многочисленны и  прозы-
ваются различными именами".
   Не стану приводить эти имена полностью. Меня в данный момент  интере-
сует лишь одно имя, к которому мы будем не раз возвращаться - тауросы.
   "Пятьсот лет назад, а то и более, некий скифский народ вышел из стра-
ны, именовавшейся на их языке Монгаль (а потому и жители оной назывались
монгаилы, или монгаили), и, завоевав некоторые страны, как о  том  будет
сказано ниже, изменил и самое имя свое, назвавшись тартарами... к  како-
вому имени сами они относятся не в пример расположеннее и  любят,  когда
другие их именуют именно так".
   Вот и отыскался след монголов! Однако сторонникам "классической" вер-
сии радоваться не стоит. "Монгаили" или "монгаилы", описанные  Лызловым,
явно не имеют отношения к нынешним монголам. Чуть дальше говорится:  "От
тех татар-монгаилов и произошли те  татарове,  что  к  нам,  савроматам,
пришли, а именно: крымские, монконские, перекопские, белгородские,  оча-
ковские и все те народы, что обитают возле озера  Палюсмеотис,  то  есть
Азовского моря".
   Другими словами - тюрки. Крымские и перекопские татары -  определенно
тюрки, этого никто и никогда не покушался опровергнуть. Кроме того, ока-
зывается, существовали еще и "белгородские татары" (но Белгород, как из-
вестно, считается исконно славянским городом?!). А ведь,  не  забывайте,
есть еще "европейские татары", которых Лызлов помещает среди  славянских
племен: москвы, россиян, литвы... Что, кстати, не сам  придумал,  а  шел
вслед европейским историкам, которые, как  я  упоминал  выше,  отчего-то
считали и "татарский", и "половецкий" языки родственными...  славянским!
Так и пишет Стрыйковский: "И печенеги, и половцы, и ятвяги  есть  та  же
литва, разве что имеют в наречии своем некоторые отличия, подобно  поля-
кам и россиянам".
   Книга Лызлова написана в 1692 г. Простой арифметический расчет  пока-
зывает: 1692 - 500 = 1192! Именно в этом году и появились  в  "азиатской
Скифии", т.е. неподалеку от русских рубежей, татары! А может, и раньше -
Лызлов сам пишет: "Пятьсот лет назад, а то и  более".  Так  что  никаких
"неведомых народов", якобы внезапно нахлынувших  в  1223  г.  из  глубин
Азии, попросту не было!
   Лызлов упоминает и Чингисхана, однако  в  его  изложении  перед  нами
предстают два варианта возникновения Чингизова государства. По  первому,
в 1162 г. от Рождества Христова "Хингис Великий" с частью воинов ушел из
царства некоего Ункама и создал свое собственное государство. По  второ-
му, "Цынгис" основал Заволжскую орду и покинул отчие земли не вследствие
"перенаселения", как в первом варианте, а оттого,  что  его,  рожденного
вне брака, кто-то хотел убить.
   Это доказывает, что и триста лет назад не было точных сведений о лич-
ности Чингисхана - только противоречащие друг другу  легенды.  Что,  как
мне представляется, работает на мою версию.
   Однако вернемся к "татарам". Вернее, к  основанной  якобы  "Чингизом"
Заволжской орде - чтобы показать на ее примере, со сколь  беззастенчивым
нахальством наши профессиональные историки "поправляют" своих коллег  из
далекого прошлого.
   Уже поминавшийся кандидат исторических наук Ю. Мыцык делает  к  книге
Лызлова следующее глубокомысленное примечание: "В Заволжскую орду  вошли
земли в бассейне Сырдарьи, степи и города на восток от Аральского моря".
   Чтобы оценить должным образом наивный  цинизм  этой  "правки",  нужно
процитировать самого Лызлова: "Татары, именующие себя Заволжской  ордой,
живут по реке Волге пониже болгарских границ вплоть до  Каспийского  мо-
ря". И далее, в другом месте: "Орда татар Заволжских названа так от реки
Волги, за которой татары и обитали; а с востока ограничена та орда  Хва-
лынским морем".
   Хвалынское море - Каспийское. Как видим, Лызлов дважды привел  точные
границы Заволжской орды. Однако  современный  комментатор  по  неведомым
причинам "перенес" Заволжскую орду на сотни километров восточнее.  Поче-
му? Да, видимо, оттого, что ясные  и  недвусмысленные  указания  Лызлова
противоречат той самой классической версии.
   Уж если современные комментаторы поступают подобным образом с  печат-
ным текстом, не  допускающим  двойного  толкования,  легко  представить,
сколько натяжек, умолчаний и передергиваний наворочено вокруг рукописных
документов...
   Та самая Азиатская Скифия, повествует далее Лызлов, как раз и называ-
ется Великая Татария. С одной стороны - Азовское море, с другой  -  Кас-
пийское, а с юга - "Гора великая, именуемая Быкова, по-латыни - Монс Та-
урус, куда приставал Ноев ковчег после потопа".
   То есть - Арарат, по библейской традиции. Обратите внимание на стран-
ное, многозначительное созвучие: Таурус - Таврия - Тартарня  -  Татария.
Очень похоже, что слово "татары" - это искаженное "татауросы", что тата-
ры каким-то самым тесным образом связаны с Таврией и Таурусом-Араратом.*
   * Любопытно, что в "Слове о полку Игореве" среди служивших черниговс-
кому князю тюрков-кочевников упоминаются некие татарины.
   Если кому-то не понравится эта моя версия, горячо рекомендую другую -
официальную, по которой "татары произошли от некоего племени "та-та" или
"да-да". Правда, в этой версии есть небольшая неувязочка: никаких  таких
"тата" или "да-да" историки, как ни бились, не обнаружили. И тогда -  от
бессилия, должно быть - измыслили очередную эпохальную гипотезу:  "тата-
рами" монголы называли тех, кого побеждали. Победят какое-то племя  -  и
назовут его татарами. Еще одно победят - и его так же окрестят...
   Не подумайте, что я шучу. Своими глазами читал  это  в  одной  ученой
книге...
   Кстати, это Лызлов пишет о том, что у половцев были "города,  и  кре-
пости, и села". А поскольку он на триста лет ближе к описываемым им  со-
бытиям, нежели виртуозыэквилибристы вроде фокусника Мыцыка, верю лично я
как раз Лызлову, а не современным "комментаторам"...
   Между прочим, Лызлов прямо пишет о том, что половцы и есть  готы.  Те
самые готы, которых "официальная" историография относила к III в.  нашей
эры и причисляла к германским племенам.
   Утверждение это родилось не на пустом месте - о том же самом пишет  и
Мавро Орбини, приводя в подтверждение своей точки зрения длиннейший спи-
сок западноевропейских  историков,  подробно  обосновавших  этот  тезис.
Большинство их трудов до нас, увы, не дошло: кто слышал об Иоанне  Вели-
ком Готском, Иеремии Русине?
   И еще. Весьма любопытный факт. Ученые той самой реалистической  школы
(Орбини, Лызлов и др.) отчего-то ни словечком не упоминают  о  "великом"
Несторе, который, по нынешним представлениям, творил не позднее XII  ве-
ка, когда и создал якобы "Повесть временных лет".
   Почему? Да потому, что в XVI-XVII веках о Несторе и не слыхивали.  Не
существовало еще его трудов, только и всего. Даже имени такого  историки
не знали...
   Далее Лызлов недвусмысленно упоминает о том, что  не  только  половцы
были, оказывается, не кочевым народом, а вполне оседлым:  "И  поселились
татары в тех двух странах, что звались Болгария* и Золотая Орда: по  обе
стороны реки Волги, от места, где впоследствии встала  Казань,  до  реки
Яика и моря Хвалисского. И возвели они там многие города: Болгары, Былы-
мат, Кумань, Корсунь, Тура, Казань, Ареск, Гормир, Арнач, Сарай Великий,
Чалдай, Астарахань".
   * Имеется в виду, понятно, Волжская Болгария.
   Обратите внимание: Лызлов ни единым словом не  упоминает  о  каких-то
завоеваниях татар в Китае, Хорезме или Грузии - и уж тем более  в  Цент-
ральной Азии... Говорится, что татары "ходили в Индию и царя  Индийского
убили" - но под "Индией" здесь понимается Персия: среди разоренных тата-
рами "земель царя индийского" называются области "при реке Ефрат и у мо-
ря Перского".
   Дело в том, что первоначально слово "Индия" означало в русском  языке
не знакомую нам Индию, а попросту "далекую страну". Термин этот  произо-
шел от старославянского "инде", т.е. "далече".* Именно в таком  значении
употребляется это слово в русской летописи 1352 г., повествующей об эпи-
демии некоей заразной болезни, лютовавшей в тот год  на  Руси:  "Говорят
иные, что тот мор пришел из-Ындейской страны". То есть попросту -  изда-
лека. Потому что меж реальной Индией и Русью располагалось много  стран,
а по воздуху этот "мор" никак  не  смог  бы  перенестись...  "Ывдейской"
страной в данном случае может оказаться и Персия, и Крым, и Хива...
   * Примечательно, что одно из значений латинского слова "inde" практи-
чески то же самое - "далеко", "вдали".
   Примечательно, что Лызлов (как многие современные ему или жившие  не-
задолго перед тем историки) ни единым словом  не  упоминает  о  "великой
монгольской державе" с центром в городе Каракоруме,  находившемся  якобы
на территории нынешней Монголии. Ни словечком. Понять это легко:  "вели-
кая держава монгольских ханов", раскинувшаяся вольготно от китайских мо-
рей до русских пределов, существовала только на бумаге и  в  воображении
позднейших историков. Реалистическая школа  XVI-XVII  веков,  к  которой
принадлежал и Лызлов, смотрела на вещи более трезво: уж  тогда-то  прек-
расно знали, что Золотая Орда граничила на востоке с Каспийским морем, а
далее на восток никакой империи не было...
   Кстати, "исчезнувшие" якобы печенеги, по Лызлову, самым спокойным об-
разом... живут рядом с половцами, болгарами и Крымской ордой.
   Кстати, по Лызлову, "татары" и обитатели Казанского ханства -  отнюдь
не одно и то же. Поскольку не только память о многих "казанских  царях",
но и сами их имена ушли в небытие как раз благодаря непрестанным набегам
татар...
   И, что любопытно, в книге Лызлова есть места, позволяющие  с  большой
долей уверенности говорить, что Великая Татария, она же Заволжская Орда,
именовалась давным-давно... Китаем!
   Это прекрасно сочетается с разысканиями академика Фоменко, обративше-
го внимание на то, что Афанасий Никитин четко разделял Чину (China)**  и
Китай: "А от Чины до Китая идти сушей  шесть  месяцев,  и  морем  четыре
дня".
   ** Именно так сегодня называется Китай практически на всех языках.
   Если Чина - это современный Китай, а Китай  -  Заволжская  Орда,  все
сходится. Сначала полугодовой путь по суше, потом - четыре дня  по  Кас-
пийскому морю! К тому же Никитин, написав приведенную выше фразу, добав-
ляет: "А иду я на Русь..." То есть - из нынешнего Китая на  Русь,  через
Великую Татарию, или Заволжскую Орду. Все сходится.
   Справедливости ради нужно уточнить, что Лызлов в вопросе о  нашествии
Батыя точно так же придерживается версии, которую я назвал "официальной"
и методично пытаюсь опровергнуть. Впрочем, нет гарантии, что Лызлова  не
правили сторонники "классической" версии. То-то и оно, что правили - еще
в конце XVIII века, когда его книга готовилась  к  печати.  Есть  точные
сведения, что рукопись Лызлова побывала в руках того самого Миллера, ко-
торый искромсал "неправильный" труд Татищева...
   Гораздо важнее другое: после знакомства с книгой Лызлова  можно  уве-
ренно заявлять: в старые времена, до Петра Первого, существовал  не  ка-
кой-то единственный вольнодумец,  а  целая  историческая  школа  (причем
представленная и русскими, и поляками, и итальянцами), которая придержи-
валась качественно иной точки зрения на татар. Согласно  ее  воззрениям,
татары (или, по крайней мере, значительная часть  татар)  были  народом,
близко родственным славянам, как русским, так полякам и литвинам.  Гово-
рили на языке, родственном славянскому. И появились на южных рубежах Ру-
си значительно раньше мнимого "нашествия монголов из Центральной  Азии".
Там же обитали - практически в то же время! - и родственные славянам по-
ловцы (жившие в городах, имевшие крепости!), и якобы "исчезнувшие" пече-
неги.
   Напрашивается вывод: а может быть,  татары  -  никакие  не  тюрки?  И
представляют собою тот же этнос, что и русские?
   Л.Н. Гумилев считал, что именно так и обстояло. Академик Фоменко ука-
зал на двуязычие Афанасия Никитина: временами Никитин в  середине  фразы
легко и непринужденно переходит с русского на тюркский. А известный  пи-
сатель Олжас Сулейменов в книге "Аз и я" обнаружил много тюркизмов  и  в
"Слове о полку Игореве".
   Неизвестно точно, представляют русские и "татары" два  разных  этноса
или один. Однако можно с уверенностью говорить,  что  русские  прекрасно
владели тюркским, а тюрки - русским. То есть до известного  времени,  до
некоторого времени это двуязычие было просто  необходимо  -  потому  что
жизнь русских и татар была чересчур  тесно  связана.  Переплетена,  если
можно так выразиться. А это возможно в одном-единственном  случае:  если
история Руси и история Орды - одно и то же.
   Итак, каковы же краткие выводы? Книга  Лызлова,  несправедливо  забы-
тая*, лишь доказывает, что на Калке русские князья дрались не с "неведо-
мыми народами", сию минуту  вынырнувшими  из  мглы  неизвестности,  а  с
кем-то достаточно близким по речи, по вере, по целям и задачам...
   * Если результатом моих усилий станет лишь  возвращение  из  забвения
А.И. Лызлова, я буду этому только рад.
   Если история Руси и история Орды - одно и то же, скажет читатель,  то
цели и задачи у русских и ордынцев просто обязаны быть одинаковы?
   Совершенно верно. Они и были одинаковы. Что в следующих  главах  я  и
постараюсь доказать.

   ХАОС И ПОРЯДОК

   Начнем с того, что "вторжение Батыя" удивительнейшим образом совпада-
ет с пиком острейшего  управленческо-политического  кризиса,  прямо-таки
бушевавшего на Руси...
   Согласно формулировке профессора ВладимирскогоБуданова (чья работа  о
древнерусском праве сто десять лет назад считалась лучшим  университетс-
ким курсом по этому предмету), "в начале XIII  века  дробленые  княжеств
достигло крайней степени" [40].
   Вызвано это было тем, что на Руси, говоря современным  языком,  прои-
зошло форменное перепроизводство князей. Предложение превышало  спрос  -
то есть, князей стало слишком много, а столов никак не хватало на этакую
ораву. Кроме того, старинный принцип наследования стола  по  старшинству
перестал работать...
   Попытаюсь объяснить подробнее. Наследование стола,  княжения  шло  по
старшинству - то есть старший сын правящего князя становился наследником
еще при жизни отца, каковое право получал с момента  рождения.  И  после
смерти родителя занимал стол.
   Эта простая и эффективная система сохраняла простоту и  эффективность
лишь в первое столетие. Пока Рюриковичей было мало. Пока мало было горо-
дов, уделов, земель. К XIII веку Рюриковичи, цинично выражаясь,  распло-
дились неимоверно. "Старшинство" столкнулось с казусами, которых  предки
просто не смогли предусмотреть...
   Представьте, что у некоего правящего  князя,  ну,  скажем,  Всеслава,
есть сын Изяслав - лет так двенадцати (по  меркам  того  времени,  почти
взрослый). Естественно, именно он считается наследником.
   Внезапно, на ту беду, у Всеслава рождается брат Ярослав. В  этом  нет
ничего удивительного - в средневековье женили и выдавали замуж  Довольно
рано, так что самому Всеславу всего-то лет двадцать шесть, а его  матери
- около сорока*.
   * Кто-то из историков иронизировал по поводу установившейся в  театре
привычки отдавать роль матери Джульетты пожилой актрисе - на деле,  учи-
тывая нравы того времени, Джульеттиной матушке было лет двадцать семь  -
двадцать девять...
   Мгновенно возникает сложнейшая проблема: кому  наследовать  Всеславу?
По годам Изяслав, конечно, старше своего юного дяди.  Зато  по  правилам
старшинств а дядя, конечно, "старше" племянника. Представьте теперь, что
Всеслав неожиданно погиб, ну, хотя бы в схватке с половцами. У  Изяслава
есть свои сторонники, в том числе среди  дружины,  у  крошки-Ярослава  -
опекуны, которые желают посадить на стол именно своего подопечного: пока
он придет в совершеннолетие, можно управлять от своего имени,  как  душа
пожелает...
   Вот так и начинались "княжеские усобицы". Не подумайте, что я  измыс-
лил чисто умозрительную ситуацию - согласно летописям, именно такие кол-
лизии возникали в XIII столетии...
   Возникло наследование "по завещанию", то есть правящий князь сам  вы-
бирал себе наследника, уже не оглядываясь на старые  обычаи.  Легко  по-
нять, что находилось много обойденных - и, если под рукой у них оказыва-
лась военная сила, начиналась война...
   Возникло наследование "по избранию" - жители той или иной земли  сами
приглашали того князя, который им больше  нравился.  Естественно,  вновь
появлялись обойденные, обиженные, просто завистники.
   Возникло "возложение старшинства" - собравшиеся на совет князья дого-
варивались возложить на одного из них права "старшего брата", т.е.  нас-
ледника. И снова, как вы легко догадаетесь, - обиженные, обойденные, за-
висть, набег, война...
   Непременно нужно упомянуть об одной каверзной детали: в случае,  если
какой-либо князь, имевший "права старшего брата", то  есть  дожидавшийся
смерти правящего князя, чтобы самому занять стол, умирал первым,  так  и
не покняжив, все его потомки по мужской линии автоматически, по  тогдаш-
нему закону, навсегда лишались права занять какой-либо стол. Грубо гово-
ря, им предлагалось убираться ко всем чертям и жить, как знают. Что  от-
нюдь не прибавляло им голубиной кротости и христианского смирения...
   Одним словом, к XIII веку "все смешалось  в  доме  Рюриковичей".  Все
описанные системы наследования действовали одновременно. И каждый, стре-
мившийся к власти, сплошь и рядом выбирал ту, которая ему больше  нрави-
лась. Русь погрузилась в огонь и кровь. Исключительно по недостатку мес-
та я не могу привести длиннейший список сражений и убиений. Стольные го-
рода прогоняли правящих князей и приглашали новых  -  изгнанные,  собрав
подмогу (у соседей, а то и у половцев), пытались под звон мечей  и  пос-
вист стрел "восстановиться" на понравившемся престоле.  Князья  свергали
друг друга, ослепляли и убивали друг друга (причем  никакие  родственные
узы сердца не смягчали - брат шел на брата, дядя на племянников, а те  -
на него), годами и десятилетиями держали конкурентов в  "порубах",  под-
земных темницах. В Киеве горожане,  взбунтовавшись  против  князя  Игоря
Ольговича, так увлеклись, что нечаянно убили его до смерти. В  Галиче  в
1208 г.  бояре,  устроив  заговор  против  князей  Игоревичей,  призвали
мадьярских наемников, каковые князей и убили...  Когда  Юрий  Долгорукий
провозгласил, что Киев принадлежит ему по праву наследования,  захватив-
ший там власть Изяслав Давидович, не моргнув глазом,  заявил:  поскольку
лично его киевляне провозгласили князем "по избранию", стол он  освобож-
дать не намерен. Конечно, кончилось кровью.
   Новгород и Псков заявили, что отныне намерены признавать только  изб-
ранных ими князей, а все прочие  правила  на  их  территории  больше  не
действуют*. Дошло до того, что в Галиче княжеский стол захватил под  шу-
мок некий "боярин Владислав". По меркам того времени, это было  вопиющим
нарушением всех и всяческих обычаев; впервые на столе сидел правитель не
княжеского рода... Свергали с превеликим шумом, призвав на помощь  венг-
ров и поляков. Свергли. Надо полагать, не зажился...
   * Стоит ли после этого удивляться, что во времена "перестройки"  один
из районов Москвы объявил свое воздушное пространство суверенной зоной?
   Как легко догадаться, все эти усобицы и войны сопровождались погрома-
ми, разорением, убийствами и насилиями. И дело, отметим, не  ограничива-
лось борьбой князей друг с другом. Роман Галицкий, предвосхищая практику
Иоанна Грозного, зарывал живьем в землю и жег на кострах своих бояр, ру-
бил "по суставам", сдирал с живых кожу.  По  Червоной  Руси  разгуливала
банда князя Владимира, выгнанного с галицкого стола за пьянство и  разв-
рат. Как свидетельствуют летописи, эта удалая вольница "тащила на  блуд"
девиц и замужних женщин, убивала священников во время богослужения, а  в
церквах ставила коней...
   Вот вам веселые будни князей,  охватывающие  каких-то  два-три  года:
Ярослав, брат суздальского князя, в начале 30-х годов XIII в. захватыва-
ет Киев. Ярослава изгоняет Владимир Рюрикович. Владимира изгоняет Михаил
Черниговский. Даниил Галицкий изгоняет Михаила...
   А потом появляются "татары" и наводят порядок!
   В самом деле, если охарактеризовать результат "татарского"  нашествия
двумя-тремя фразами, мы получим следующую нехитрую формулу.
   В годы, непосредственно предшествовавшие "татарскому" вторжению, Русь
погрязла в бесконечных войнах, смутах, кровавой неразберихе. С появлени-
ем татар все меняется самым кардинальным образом: воцаряется  определен-
ный порядок, среди множества русских князей один становится старшим, по-
лучив так называемый ярлык на "великое княжение". На  тех,  кто  пробует
выступать против такого порядка вещей и по старинке развязывать  междоу-
собные войнишки, с завидной и загадочной регулярностью обрушивается "ор-
дынская" конница...
   Здесь не нужно ничего измышлять и притягивать за уши. Подробное  зна-
комство с деятельностью "ордынцев" на  Руси  поневоле  приводит  к  кра-
мольным выводам: создается впечатление, что у "ордынцев" словно бы и нет
других забот, кроме одной - поддерживать порядок на Руси. Вновь, в кото-
рый раз, мы сталкиваемся с чем-то  уникальным:  татары  ведут  себя  так
только на Руси. В других странах они отчего-то нисколько не заботятся  о
поддержании порядка и создании стройной системы великого княжения...
   Конечно, при наведении порядка гибнут люди.  Конечно,  при  усмирении
провинциальных сепаратистов трещат пожары и кони  несутся  по  засеянным
полям. Но это - издержки. Неизбежные. Сын и внук Всеволода Большое Гнез-
до попросту наводят порядок. А впоследствии именно стоны  и  печалования
провинциальных летописцев будут приняты за рассказ о разорении всей  Ру-
си. Хотя на деле слова "...и нагрянула Орда на Русь" означают нечто сов-
сем другое - в котором-то году отряды великого князя утихомирили очеред-
ного окраинного князька, вспомнившего времена вольницы...
   Честное слово, доказывать тут нечего. Достаточно кропотливо  перелис-
тать сборники русских летописей и подсчитать,  сколько  раз  упоминаются
"ордынские  полки",  обязательным  образом  сопутствующие  владимиросуз-
дальским князьям и их потомкам в наведении порядка.
   Вот вам биографии нескольких "ордынских" военачальников - для  приме-
ра. Нужно уточнить: в русской истории они остались как участники  исклю-
чительно тех событий, о коих рассказано ниже.
   Алын - "ордынский мурза". Упоминается в летописях как участник похода
князя Андрея городецкого на князя Дмитрия Переяславского.
   Ектяк - "царевич казанский". В 1396 г. командует  частью  войск  суз-
дальского князя Симеона при нападении последнего на муромских сепаратис-
тов.
   Кавгады и - "ордынский чиновник". Участвует в походе городецкого кня-
зя на переяславского (1281). Уговаривает князя Михаила  Тверского  усту-
пить великое княжение князю московскому Юрию Даниловичу (1317), команду-
ет частью московской рати при нападении на Тверь. Присутствует при  суде
русских князей над Михаилом Тверским.
   Менгат - "воевода Батыев". В 1239  г.  пытается  уговорить  киевского
князя Михаила сдать город без боя - и после убийства киевлянами его пос-
лов уходит от города.
   Неврюй - "царевич татарский". Командует войсками Александра Невского,
посланными против княжеского брата Андрея, пытавшегося развязать очеред-
ную усобицу. В 1296/1297 гг., по сообщениям Никоновской, Симеоновской  и
Лаврентьевской летописей, проводит княжеский съезд.
   Интересно, что же все эти люди делали для Орды? Неизвестно. Все  упо-
минания о них касаются лишь их участия в русских делах. Участия, замечу,
всякий раз направленного на усиление великокняжеской власти. Так кто  же
они такие, эти "ордынские" воеводы? Коли уж ничегошеньки не  делают  для
родной Орды?
   Далее я приведу длинный список "ордынских" царевичей и воевод, живших
в XVI столетии - снова то же самое, "татары" верой и правдой служат мос-
ковским государям (уже не великим князьям, а  царям),  и  количество  их
столь велико, что вновь перестаешь понимать, где кончаются русские и на-
чинаются татары.
   И вновь приходишь к выводу: стоит лишь признать, что Русь  и  Орда  -
одно и то же, как волшебным образом исчезают все до  единой  странности,
нелогичности, непонятности. Все укладывается в стройную систему:  "орда"
- всегонавсего войско владимиро-суздальских князей, силой  вводивших  на
Руси единоначалие. И не более того.
   Кстати, есть интересные сведения о том, что  в  результате  "  монго-
ло-татарского" нашествия русские княжества не " приходили в упадок",  а,
наоборот... усиливались! Рязанское княжество  (о  чем  пишут  сторонники
официальной версии) даже... расширило свои территории за счет половецких
земель и Чернигово-Северского княжества.  Любопытные  последствия  имело
порой "татарское нашествие"...

   АЛЕКСАНДР БАТЫЕВИЧ И ДРУГИЕ

   Отчего-то принято считать, что все поголовно русские князья испытыва-
ли к "ордынским татарам" лишь враждебность,  злость,  обиду,  ненависть.
Правда, при этом не уточняется, откуда это стало известно. Мемуаров кня-
зья не оставили, а уж "ордынцы" - тем более. Источником, как легко дога-
даться, служило воображение историков "классического" направления и  пе-
ренос ими на древних князей своего собственного образа мышления.
   Мы же постараемся повернуть вопрос несколько иначе. И с долей некото-
рого цинизма поинтересуемся: были ли в русской истории личности, с  при-
ходом "татар" резко усилившие свое влияние, приобретшие конкретные  бла-
га? И еще: похожа ли деятельность "татар", как ее описывают в летописях,
на политику кого-то из русских князей?
   Да как две капли воды!
   Судите сами. Как учит нас официальная история, Всеволод Большое Гнез-
до первым попытался объединить русские земли  вокруг  своего  княжества,
т.е. ВладимироСуздальского. Он овладел Владимиром и взошел на великокня-
жеский стол, ходил походами на волжских болгар и мордву, на Рязань, под-
чинил Киев, Чернигов и Галич.
   Что делает "хан Батый" через четверть века  после  смерти  Всеволода?
Представьте себе, идет походами на волжских болгар и  мордву,  подчиняет
Рязань, Киев, Чернигов и Галич, овладевает Владимиром, а потом...  пере-
дает ярлык на великое княжение внуку Всеволода Александру Невскому.
   Как вам совпадения? Если трудолюбиво перелопатить  самую  что  ни  на
есть официальную, классическую историю, без всяких натяжек  приходишь  к
ошеломляющему выводу: если отбросить все ритуальные стенания о  "татарс-
ких зверствах" и оценить происшедшее согласно железному римскому правилу
"Кому выгодно?", все, что совершил Батый, было,  во-первых,  повторением
политики Всеволода по укреплению своей власти, во-вторых, открыло дорогу
Ярославу Всеволодовичу и  Александру  Ярославичу  к  великому  княжению.
Впоследствии именно потомки Александра стали великими князьями  московс-
кими, царями Руси.
   Несмотря на все ужимки, оговорки, искусственные усложнения  и  откро-
венный вздор, современные историки не в силах отринуть  столь  очевидный
факт:
   1. Батый продолжал политику Всеволода.
   2. Чуть ли не вся деятельность Батыя как "ордынского хана" свелась  к
усилению Александра.
   Нам, конечно, внушают, что причиной всему - поразительные  дипломати-
ческие таланты Александра. Что ему удавалось "крестом и  пестом"  проби-
вать в Золотой Орде именно те решения, которые шли на пользу ему  лично.
"Хитроват наш дон Тамэо, да и политик изрядный".
   Вот только классическая историография до сих пор не в силах  ответить
на коварные вопросы: почему Невскому всегда удавалось пробивать те реше-
ния, что были ему выгодны, а его соперникам это  никогда  не  удавалось?
Почему то же странное, необъяснимое везение всегда сопутствовало  потом-
кам Невского, медленно, но верно идущим к единоличной власти над  Русью,
а вот соперники их всегда оказывались в немилости у "татар"?
   Да потому, что не было никакого "нашествия". И "Батый" - своего  рода
псевдоним, под которым действовали Ярослав Всеволодович и его сын  Алек-
сандр.
   Вернемся к событиям 1238 г. До "вторжения татар" Ярослав Всеволодович
пребывает, полное впечатление, в унижении и безвестности. Княжит  в  го-
родке ПереяславлеЗалесском, который тогда был глухой дырой  и  входил  в
состав Владимиро-Суздальского княжества, которым  правил  брат  Ярослава
Юрий. Как я ни копался в трудах историков и сборниках летописей, не  мог
найти сведений о каких бы то ни было свершениях  Ярослава  до  1238  г.,
кроме участия в нескольких междоусобицах.  Совершенно  бесцветная  жизнь
третьестепенного князька, осатаневшего от скуки в богом забытой  провин-
ции...
   И вдруг все меняется - рывком!
   По Владимиро-Суздальскому княжеству молниеносно  проносится  "ордынс-
кая" конница, один за другим падают города.  С  тем  самым  удивительным
проворством, о котором мы уже говорили, степняки в считанные дни  обуча-
ются войне в лесных чащобах, где, на реке Сити, и уничтожают князя  Юрия
с его дружиной. В разоренный Владимир прибывает Ярослав...
   И собирает рать, чтобы возглавить отпор безбожным татарам?
   Да ничего подобного! Приказывает оставшимся в живых жителям  хоронить
убитых и прибирать город, а сам начинает распоряжаться  оставшимися  без
хозяина уделами: брату Ивану дает Стародуб, Святославу - Суздаль, внуча-
тому племяннику Василию - Ярославль. Сам, понятно, садится на  княжеском
столе...
   Как хотите, но это поведение человека, который делит добычу!
   Мало того - отсюда и начинается возвышение Ярослава, прозябавшего до-
толе в безвестности. Сам Батый, как пишут русские  летописи,  приглашает
его в "Орду" и встречает с почестями, поставив  "первым  над  князьями".
Как сообщает  итальянец  Плано  Карпини,  именно  Ярослав...  становится
представителем Батыя в столице  "монгольской  империи"  Каракоруме,  где
происходят выборы верховного хана.
   Насчет последнего - явная ошибка итальянца.  Мы  наглядно  убедились,
что никакой "великой империи" нет, а город Каракорум, как я намерен  до-
казать впоследствии, располагался не в Монголии и не в Китае,  а  где-то
на Волге. Однако как в таком случае истолковать сообщение Карпини?
   Да очень просто. Никаких пришельцев нет. В результате хорошо  сплани-
рованной военной операции князь Ярослав захватывает  власть  над  значи-
тельной частью Руси, выполняя "программу" своего отца Всеволода.  Громит
рязанцев, галичан, киевлян, черниговцев. Наверняка в его войске есть та-
тары - но это не пришельцы из дальних степей, а старые добрые  знакомые,
жители Заволжской орды. Впоследствии Ярослав, его сыновья и внуки безжа-
лостно, в стиле того времени расправляются с любым соперником  в  борьбе
за великое княжение...
   Эта версия вас не устраивает?
   Что ж, пользуйтесь классической: дикий степняк Батый, встретившись  с
князьком из глухого захолустья, о котором прежде и  не  слыхивал,  вдруг
очаровался им, как юная школьница - душкой-офицером. Настолько возлюбил,
что ни с того ни с сего вручил ему главенство над всей  Русью,  а  потом
отправил представлять собственную персону в столицу империи, где  высшие
вельможи выбирали великого хана...
   Воля ваша, но я в эту чепуху поверить не в состоянии. Поскольку возв-
ращаются все те же проклятые вопросы: почему "ордынцы" нигде, ни в одной
стране, завоевание которых им приписывает классическая версия, не  отно-
сились с таким доверием и радушием к местным  князькам?  Почему  "Батый"
прощает Ярославу и Александру поступки, за которые любой нормальный вла-
дыка снес бы голову своему подданному? Почему "Батый" в точности  повто-
ряет свершения Всеволода и делает потомков  Всеволода  владетелями  всей
Руси, т.е. осуществляет давние стремления Всеволода?
   Да потому, что Батый - вымышленная фигура, которой  частью  приписаны
деяния Ярослава, частью - Александра. Кстати, Батый в нашей  историогра-
фии выглядит удивительно бесцветно. Если разобраться  вдумчиво,  сам  он
ничем и никак себя не проявляет, завоевание Руси и все последующие  меры
по наведению порядка происходят как бы сами собой, без его участия...
   Стоит лишь допустить, что Батый - чистейшей  воды  вымысел,  как  все
становится на свои места. Прослеживается и умелое,  жесткое  руководство
"татарскими ордами", и продуманная система борьбы с соперниками, претен-
дентами на великое княжение. Снова возникает стройная система,  основан-
ная на строгой логике. Уже нет ничего удивительного в том,  что  потомки
Невского методично прибирают к рукам власть над Русью.
   Так и было задумано с самого начала Ярославом и Александром, из кото-
рых летописцы позднейшего времени сотворили "Батыя". Между прочим, Алек-
сандр отчегото именуется не единожды "приемным сыном" Батыя. Снова перед
нами навязшая в зубах уникальность - ни в одной из покоренных им от  Ки-
тая до Руси стран Батый отчего-то не спешил обзаводиться  приемными  сы-
новьями, а вот ради Невского отчего-то изменил привычкам.
   Повторяю, история не знает примеров, когда вторжение  жестокого  ино-
земного супостата вдруг помогло бы одному из вельмож подвергшейся  напа-
дению страны стать полновластным хозяином этой самой  страны.  Однако  в
нашем случае "безбожный моавитянин" Батый отчего-то заложил  основы  для
возвышения Ярослава Всеволодовича и его потомков... Как будто своих  за-
дач у него не было.
   Конечно, не было. Откуда им взяться, если за  прозвищем  "Батый"  как
раз и скрываются Ярослав с Александром?
   Еще раз подведем итоги.
   Ярослав. До "татарского нашествия" княжит в крохотном городке на  ок-
раине богатого княжества, где хозяином - его брат. После: великий князь,
"старший над прочими".
   Александр. До "татарского нашествия" княжит в Новгороде, откуда его в
любой момент могут выставить, если это взбредет в голову жителям. После:
получает в полное распоряжение Киев, после смерти отца становится  вели-
ким князем владимирским, ставит своего сына князем в Новгороде, приобре-
тает огромное влияние на дела Руси.
   Комментарии излишни.
   Могут спросить: что же, вы  пытаетесь  доказать,  что  князь  Ярослав
сверг и убил родного брата?
   Что ж, именно так и получается. Однако в этом  поступке  нет  ничего,
противоречащего средневековым нравам, когда самые близкие по крови  люди
становились в борьбе за власть злейшими врагами и убивали  родственников
столь же легко, как чужих...

   И БЫСТЬ УМУЧЕН ОТ ЗЛЫХ ТАТАРОВЕЙ...

   В этом разделе мы рассмотрим столь печальные события,  как  "убийства
русских князей в Орде злыми татаровьями". И сразу  столкнемся  с  массой
интересного и загадочного...
   Смерть "убиенных от татар за православную веру" князей Дмитрия Черни-
говского, Иоанна Путивльского Александра Новосильского, Сергея Александ-
ровича, Димитрия Курского, княгини его Феодоры и сына их Василия, а так-
же братьев Давида и Глеба Игоревичей предметом расследования  не  станет
по одной простой причине: все они известны  исключительно  по  церковным
поминаниям и былинам. Ни в одном древнерусском летописном источнике  от-
чего-то нет ни единого упоминания о ком-либо из перечисленных.
   Перейдем к "документированным" фактам.
   7270 г. В "Орде" убит рязанский князь Роман Ольгович. Летописным сви-
детельствам об обстоятельствах его гибели доверять  нельзя  -  поскольку
летописцы пытаются уверить нас, что Роман замучен "за отказ принять  бе-
серменскую веру".
   Это не просто странно - предельно странно. Потому что все без  исклю-
чения историки "классического" направления сходятся на том, что "татары"
предоставили русской православной церкви  прямо-таки  уникальные  (снова
это словечко всплыло!) привилегии и льготы. Вплоть до того, что  сущест-
вовал особый указ Батыя, согласно которому смертной казнью карался  вся-
кий, посягнувший бы на церковное имущество, на  неприкосновенность  цер-
ковных земель, на право церкви в иных случаях судить виновных своим  су-
дом*.
   * Было бы удивительно, если Александр Невский-Батый, которому  в  его
грандиозных планах необходима была поддержка церкви, не издал  подобного
указа...
   Более того - как мы помним, "татары" в значительной части своей  были
христианами. В Сарае Великом  существовали  христианские  храмы,  а  при
"ханской ставке" был православный епископ.
   В этих обстоятельствах убийство князя Романа Рязанского за отказ при-
нять "бесерменскую веру" выглядит предельно странным. Гораздо больше это
похоже на состряпанную позже, довольно  неуклюжую  дезинформацию.  Особо
подчеркну: этот Роман был единственным,  которого  "татары"  казнили  по
столь неправдоподобному поводу...
   Не в пример ближе к реальности другой вариант:  рязанский  князь  был
убит владимиро-суздальцами, поскольку был их серьезным соперником и кон-
курентом в борьбе за главенство.
   1318 г. В "Орде" казнен князь Михаил Тверской. Вот  здесь  информации
гораздо больше...
   Одно время бытовала убогая версия, будто Михаила "татары" казнили  за
отказ выполнить языческий очистительный обряд, пройти меж двух  костров.
Ее нелепость поняли довольно быстро: татары,  с  нескрываемым  уважением
относившиеся к христианству, вряд ли стали бы казнить  человека  за  ос-
корбление языческого обряда - при том, что язычниками была ничтожно  ма-
лая часть "ордынцев"... Можно ли представить, что инквизиция арестовыва-
ет кого-то по обвинению в "непочтении к мусульманству"? Нереально. То же
и с шитой белыми нитками сказкой об "оскорблении священного огня".
   К счастью, есть подробные описания смерти Михаила...
   Оказывается, он смертельно враждовал со своим родственником Юрием Да-
ниловичем (Михаил был племянником Александра Невского, а Юрий - внуком),
княжившим в Москве. После одного из сражений в плен к Михаилу попала же-
на Юрия, крещеная половецкая княжна Агафья Кончаковна. Будучи в  заточе-
нии в Твери, она странным образом умерла. Естественно, возникли слухи об
отравлении. В которых и в самом деле может оказаться зерно истины -  от-
чего, право, вдруг скончалась внезапно молодая, здоровая женщина?!
   Как бы там ни было,  происшедшее  лишь  усугубило  ненависть  Юрия  к
родственнику-сопернику. Вскоре Михаил  оказался  перед  судом.  Согласно
классической версии, его "призвали на расправу в  Орду".  Согласно  моей
(которая прекрасно согласуется с  обстоятельствами  смерти  князя),  его
попросту удалось принудить предстать перед своеобразным "третейским  су-
дом".
   Как же выглядел этот суд?
   Семь русских князей обвинили Михаила в попытках взимания  дани  с  их
городов и отравлении Агафьи Кончаковны. После чего  князя  выставили  на
правеж - исполняя исконно русский обычай*. На шею ему надели тяжелую ко-
лоду, и семь стражников - по одному от каждого князя - караулили его.
   * Впоследствии иные историки поторопились объявить правеж  "заимство-
ванным" у татар. О "заимствованиях" - чуть позже.
   Потом увели в кибитку, куда вскоре подъехал со своими людьми Юрий Да-
нилович. Один из сопровождавших московского князя, русский по имени  Ро-
манец** убил Михаила ударом ножа в сердце. Мертвого князя раздели догола
и швырнули труп за кибитку...
   ** Другие источники именуют Романца "Домотом" или "Довмонтом", но  на
том, что он был русским, сходятся все тогдашние авторы.
   Как видите, судили Михаила русские за причиненные  русским  обиды.  И
казнил его русский. Вы спросите, где же "ордынцы"? В самом деле, получа-
ется какая-то нелепость: русские князья посреди Золотой Орды судят и ря-
дят по своим обычаям, а после приводят в исполнение приговор...
   Представьте себе, "ордынцев" и близко  нет!  Нет,  и  все  тут!  При-
сутствует лишь тот самый "ордынский чиновник" Кавгадый, о котором я  пи-
сал выше. Кавгадый, чья зафиксированная летописцами деятельность  стран-
ным образом связана исключительно с русскими внутренними делами.
   Его поведение крайне странно. Летописец  пытается  внушить  нам,  что
Кавгадый, дескать, тоже был членом суда, но дальнейшее поведение "ордын-
ца" этому противоречит. Кавгадый... посылает своих слуг поддерживать ко-
лодку на шее Михаила, чтобы тот не так мучился. (Обратите  внимание:  он
не может снять эту колодку вовсе. Видимо, не располагает такой  властью.
Это ордынец-то, находящийся у себя дома?!)
   После убийства Михаила Кавгадый довольно робко говорит Юрию, что  по-
койник как-никак был тому родственником, старшим по годам, так что него-
же мертвому валяться позорно голым...
   И вновь это не приказ - просьба-пожелание. Юрий, однако  непреклонен:
он лишь разрешает накинуть на тело плащ. Не более того. Бояре Юрия  уво-
зят тело в Москву... и бросают там в хлеву. Там же говорится, что ордын-
цы "колебались", но Юрий настоял на приведении приговора Михаилу  в  ис-
полнение.
   Спрашивается: кто хозяина Орде, Юрий Московский или Кавгадый?  Хозяи-
ном держится скорее Юрий - обвиняет, возглавляет суд над  тверским  кня-
зем, люди Юрия и убивают приговоренного. Кавгадый же  в  состоянии  лишь
чуточку облегчить страдания выставленного на позор Михаила, а потом поп-
росить, чтобы с его телом обращались пристойнее (однако никто не  спешит
эту просьбу выполнить).
   Вскоре сын покойного Михаила, Дмитрий, убил Юрия. Как нас уверяет ле-
тописец - "убил в Орде". Однако отчего-то не приводит ни  малейших  под-
робностей - в противоположность убийству  Михаила,  описанному  как  раз
крайне подробно. Потом и Дмитрия "убивают  в  Орде"  -  но  подробностей
вновь нет.
   1339 г. Князя Александра Михайловича Тверского и его сына Федора уби-
вают "в Орде". На сей раз судят и выносят приговор вроде бы "ордынцы"  -
однако по странному стечению обстоятельств летописцы не приводят никаких
мотивов, заставивших "ордынского хана" так поступить. Хан  казнил  Алек-
сандра и Федора "ни с того, ни с сего".  Заступничество  ярославского  и
белозерского князей отчего-то не возымело действия.
   Многое проясняется, когда обнаруживаем, что в момент  казни  тверских
князей в Орде находился... брат покойного Юрия Иван Калита.  Тот  самый,
знаменитый "собиратель земли Русской". По версии  летописцев,  Калита  и
"оговорил" тверичей.
   А может, не "оговаривал", а попросту сам приговорил к  смерти?  Казни
тверичей предшествовали довольно многозначительные события: тверские бо-
яре, оказалось, к тому времени "отъехали" от своего князя  в  Москву.  А
после казни Калита, нагрянув в Тверь с войском, торжественно сбросил ко-
локол с церкви Спаса и увез его в Москву.
   Кстати, имена палачей, казнивших Александра и Федора, звучат странно-
вато: Беркан и Черкас. Больше похоже на прозвища. Как мы помним, "черка-
сами" именовали предков нынешних казаков, то есть опять-таки славян...
   Как видим, все три случая подчиняются строго определенным  закономер-
ностям. Всякий раз гибнут соперники и  конкуренты  владимиро-суздальской
династии и ее потомков. Всякий раз их  смерть  приписывается  "коварству
ордынцев". Всякий раз не приводится хотя бы  подобия  мотивов,  которыми
могли бы руководствоваться татары. Зато в случае с Михаилом "ордынцев" и
близко нет, а единственный из них, Кавгадый, ведет себя так,  словно  он
не хозяин, а лицо подчиненное...
   Выводы? Не было никакого "ордынского суда".  Всякий  раз  устранялись
соперники  владимирско-суздальской  московской  династии,  продолжателей
"линии Всеволода Большое Гнездо". О временах  Ивана  Калиты  сохранилась
любопытнейшая запись: "Сел на великое княжение Иван Данилович, и  настал
покой христианам на многие лета, И ПЕРЕСТАЛИ ТАТАРЫ ВОЕВАТЬ РУССКУЮ ЗЕМ-
ЛЮ".
   Все совпадает. Все логично. Зачем "татарам" воевать, если единоличной
власти Ивана Калиты никто не угрожает? Если нет ни вдали, ни вблизи  со-
перников-конкурентов?
   С 1328 года - года, когда утвердился Калита - и до времен войн с  Ма-
маем ТАТАРСКИХ НАБЕГОВ НА РУСЬ ПРАКТИЧЕСКИ НЕ ЗАФИКСИРОВАНО. Что полнос-
тью противоречит классической версии о "диких степняках, привыкших  жить
набегами". Отчего-то в данном случае "дикие степняки" напрочь  отказыва-
ются от своих привычек.
   Есть, правда, исключение - вторжение в русские пределы военачальника,
который именуется то "Арапша", то "Араб-шах". Однако это была не  агрес-
сия, а ответ на рейд русских войск, которые в 1376 г. вступили в пределы
Волжской Болгарии, обложили один из городов булгар и заставили его жите-
лей принести присягу на подданство.
   Интересно, что при этом русские назначили в захваченный  город  своих
чиновников, которые звались "даруга" и "таможник" - первый собирал нало-
ги, а второй был чемто вроде таможенного инспектора.
   Термины "даруга" и "таможник" обычно считаются "монгольскими"!  Спра-
шивается, почему русские ими воспользовались?  Неужели  за  столетия  не
придумали своих слов для обозначения чиновников со схожими функциями?
   Вывод прост: поскольку никаких "монголов" не  существовало,  "ордынс-
кие" термины и есть русские.
   Между прочим, история прелюбопытнейшая. С одной стороны,  Русь  вроде
бы является "вассалом" Золотой Орды. С другой - русские  вдруг  нападают
на Волжскую Болгарию, т.е. часть Золотой Орды и вынуждают тамошний город
принести вассальную клятву!
   В нашей версии, где Русь и Золотая Орда представляют собой одно и  то
же, это как раз выглядит вполне логичным и не содержит никаких  загадок.
Очевидно, русские на окраине своих владений попросту  боролись  с  каки-
ми-то сепаратистами, которых и представлял Араб-шах.
   Самое время вернуться к одному из загадочнейших событий времен  "мон-
гольского вторжения". Глава русской  церкви  Киевский  митрополит  Иосиф
после взятия Киева "Батыевой ратью" пропал без вести. Исчез столь  зага-
дочно и надежно, что по сию пору ученые разводят руками, не в силах про-
лить свет на это темное дело. Летописцы и историки более семисот лет от-
делываются невнятной скороговоркой - либо погиб в развалинах Киева, либо
"удалился в другое место и сгинул там безвестно".
   А соль здесь в том, что владыка Иосиф...  был  греком  из  Царьграда,
поставленным царьградским патриархом и прибывшим в Киев буквально  перед
самым "Батыевым нашествием"!
   Много и подробно писалось о том, что к XIII веку Русь уже  недвусмыс-
ленно тяготилась зависимостью от константинопольского патриарха, предпо-
читая церковных иерархов русского происхождения... Впоследствии, в  1243
г., "бесхозная" киевская митрополия как раз и досталась русскому игумену
Кириллу, родом с Южной Руси. Управление митрополией он принял "по выбору
князей".
   Вновь, в который уж раз, "злые татаровья"  совершают  поступок,  пол-
ностью совпадающий с русскими интересами. Бесследно пропадает  неудобный
грек, митрополитом становится  с  во  и.  А  на  все  вопросы  посланцев
Царьграда русские с самым что ни на есть невинным видом разводят  руками
и сетуют на злых татаровей, коварно изничтоживших греческого иерарха  по
врожденной своей кровожадности...
   Не исключаю, что царьградцы верили.

   ЗАГАДКИ "БАТЫЕВА ПОХОДА"

   Возвращаясь к событиям зимы 1237-1238 года, пресловутому "Батыеву на-
шествию" (а на самом деле борьбе Ярослава и Александра  с  соперниками),
мы опять-таки сталкиваемся с изрядным количеством загадок.
   Прежде всего, пресловутая "дикая орда" действовала с  непонятной  (но
не для нас) избирательностью. Волховские князья (обитавшие в Южной Волы-
ни) отчего-то не подверглись разгрому вовсе. Преспокойно присягнули  Ба-
тыю на верность, и их владения остались в полной неприкосновенности.
   По нашей версии истории, ничего  удивительного  или  непонятного  тут
нет. Сообразили вовремя, что с Ярославом и Александром шутки  плохи,  не
лезли поперек батьки в пекло, сиречь не пытались  стать  конкурентами  -
вот и остались целехоньки...
   Не в пример более загадочной выглядит история с Козельском. Летописцы
в один голос твердят, что "Батыева орда" на семь недель задержалась воз-
ле крохотного городка Козельска и все это время  штурмовала  его  с  не-
объяснимым упрямством, пока не добилась своего.
   Это и в самом деле странно. Никакого стратегического  значения  горо-
дишко не имел - и тем не менее "ордынское войско" полтора месяца  топта-
лось у его стен...
   Здесь возникает сразу несколько вопросов:
   1. Почему "степняки", вроде бы к тому времени  обучившиеся  мастерски
владеть китайскими камнеметами и стенобитными машинами, в случае  с  Ко-
зельском это свое умение как-то сразу растеряли? (Напоминаю: практически
все крупнейшие города Руси держались не более шести-семи дней.)
   Чтобы объяснить этот феномен, покойный В. Чивилихин измыслил какие-то
невероятные, суперблагопрнятные географические  условия  -  если  верить
ему, Козельск был расположен так удобно для осажденных, стоял  на  таких
непреодолимых кручах, был окружен столь глубокими рвами, что все китайс-
кие машины оказались бесполезными.
   Возможно. Но, даже если так и обстояло,* это не снимает проблемы, на-
оборот, усложняет ее дополнительными загадками.
   * Лично мне представляется, что осада была столь долгой  потому,  что
осаждающих было мало.
   2. Почему, столкнувшись со столь неприступной  крепостью  (напоминаю,
крохотной, не имевшей военного значения в рамках большой стратегии), за-
воеватели не махнули рукой и не умчались поискать добычи полегче? Почему
проторчали возле нее семь недель, пока не взяли-таки?
   Гипотез, объясняющих "загадку Козельска", пока имеется на белом свете
три:
   1. Классическая версия.
   2. Теория Гумилева.
   3. Моя гипотеза.
   Классическая версия, собственно,  представляет  собой...  полное  от-
сутствие версии. Монголо-татары просто взяли и задержались у  Козельска.
Захотели и задержались. Искать в  их  поступках  логику  бессмысленно  -
Азия-с...
   Гипотеза Гумилева, надо признать, более логична и убедительна.  Гуми-
лев считал, что татары мстили Козельску. Князь черниговский и козельский
Мстислав, пятнадцать лет  назад,  будучи  на  Калке,  принял  участие  в
убийстве татарских послов. И, хотя к тому времени он  уже  умер,  татары
считали, что  его  подданные  несут  "коллективную  ответственность"  за
убийство их князем послов...
   Вообще-то, это гораздо больше похоже  на  версию,  нежели  ничего  не
объясняющие апелляции  к  "азиатской  логике",  какими  грешат  историки
"классического" направления.
   Увы, есть обстоятельство, которое не  оставляет  от  версии  Гумилева
камня на камне...
   В числе других на Калке воевал, принимал участие в убийстве татарских
послов (да и погиб там же)  смоленский  князь  Мстислав-Борис  Романович
Старый. Следовало бы предположить, что, руководствуясь тем самым принци-
пом "коллективной ответственности", татары не с меньшей яростью обрушат-
ся на Смоленск, мстя его обитателям за преступление князя...
   Так  вот,  Смоленск  вообще  не  подвергся  татарскому  удару.  Ни  в
1237-1238, ни после! Он никогда  не  сталкивался  с  "ужасами  ордынских
приступов" В пределах Смоленского княжества татары иногда  показывались,
но на сам стольный град Смоленск не нападали никогда.
   "Коллективная ответственность" выглядит какой-то странной. За одно  и
то же прегрешение козельцы заслуживают самой суровой кары, зато  жителей
Смоленска можно и оставить в покое...
   В жизни ничего подобного случиться не могло. Либо есть  обычай,  либо
его нет. Либо "коллективную ответственность" несет всякий, кто  посягнет
на послов, либо...
   Либо гипотеза Гумилева неверна.
   Тогда в чем же загадка?
   Да в том, что в Козельске сидел князь из ЧЕРНИГОВСКОЙ  династии.  Той
самой, с которой Ярослав и Александр боролись упорно и  яростно,  как  с
одними из конкурентов. Изгнанный "татарами" из Чернигова Мстислав Глебо-
вич закончил дни на чужбине,  в  Венгрии.  Князьясоперники  истреблялись
безжалостно, благо повод был самый удобный -  многое  можно  списать  на
кровавую неразбериху штурма. В Рязани погибли не только князь, но и  его
жена с малолетним ребенком ("Повесть о разорении Рязани Батыем", как  мы
убедимся позже, представляет собой чисто литературный вымысел, а  следо-
вательно, утверждения, будто рязанского князя "убили в Орде", а его суп-
руга в отчаянии покончила с собой, никак не могут выглядеть  достоверны-
ми).
   Таким образом, странно затянувшаяся осада Козельска и упорство, с ко-
торым "татары" семь недель  добывали  город,  получает  вполне  разумное
объяснение: Невский стремился уменьшить число возможных соперников, нас-
колько удастся...
   Если Батый - "дикий татарин", предводитель жаждавшей добычи орды, со-
вершенно непонятно, почему его войска внезапно повернули  от  Новгорода.
Одно время господствовала теория, будто все произошло из-за ранней  рас-
путицы, охватившей огромные пространства и превратившей  их  в  сплошное
болото. Однако эту гипотезу безоговорочно опроверг В. Чивилихин,  раско-
павший весьма интересные подробности. Во-первых, в XIII веке в  северном
полушарии как раз наблюдалось повсеместное похолодание, которое климато-
логи даже именуют "малым ледниковым  периодом".  Во-вторых,  несколькими
годами спустя, в том же месяце марте, младший брат  Александра  Невского
Андрей в кратчайшие сроки прошел тысячу километров, спеша с ратью на по-
мощь брату. Такое возможно в одном-единственном случае: если конница шла
по замерзшим рекам и озерам...
   Так что погода здесь ни при чем - она как раз благоприятствовала кон-
ным походам. Тогда?
   Если "Батый" - это Александр Невский, нет ничего странного в том, что
он не пошел на Новгород. Не было никакой  необходимости.  К  чему  брать
приступом свой же собственный город? При всем своенравии новгородцев (не
раз Александра допрежь выгонявших), в то время отношения князя и горожан
были как раз нормальными. Как сообщает одна из летописей,  еще  Всеволод
Большое Гнездо добился от  Новгорода  обещания  избирать  впредь  князей
только из числа его потомков.
   То же самое - и со Смоленском. Если Батый - степной пришелец,  озабо-
ченный лишь грабежом, совершенно непонятно, почему татары так никогда  и
не сделали ни единой  попытки  овладеть  Смоленском  -  одним  из  самых
больших, благополучных и богатых городов Руси.
   Если Батый - это Александр Невский, его желание оставить в покое Смо-
ленск может иметь достаточно веские причины.
   Смоленск, по торговле и богатству уступавший лишь Великому Новгороду,
в год "татарского нашествия" представлял собой не такую уж легкую добычу
не только потому, что был  нетронут  многочисленными  междоусобицами,  а
значит, укрепления его оставались в целости. Смоленск был центром между-
народной торговли. Там было множество торговых дворов и складов, принад-
лежавших иностранным купцам. А купцов из "фряжских  и  варяжских"  стран
обитало в Смоленске столько, что для них были выстроены храмы "латинско-
го обряда". Как написано в "Договоре" 1229 г., русские купцы держали об-
разцы употреблявшихся в торговле весовых мер (т.е. гирь, аршинов, других
эталонов) в православном Успенском соборе, а иноземные купцы -  в  храме
"Немецкой богородицы".
   Отсюда вытекает: нападение на столь значимый центр международной тор-
говли имело бы для виновника нехорошие последствия. Против  него  немед-
ленно ополчились бы не только купцы Русской земли, но и иностранные  го-
сударства, чьи подданные и их добро неминуемо пострадали бы  при  штурме
(обязательно сопровождавшемся бы пожарами и грабежом). Могли последовать
ответные меры против русских купцов за границей - примеров  предостаточ-
но.
   Могли бы такие соображения остановить степнякаБатыя?
   Ни в коей степени - что ему "мировое общественное мнение"?
   Могли бы такие соображения остановить БатыяАлександра?
   Обязательно. В конце концов, его целью была  не  добыча,  а  усиление
своей власти над Русью. А это требовало и умения вести  сложные  полити-
ческие игры, учитывать многие факторы. Александр ни за что  не  стал  бы
ставить под удар внешнюю торговлю Руси.
   А потому "злые татаровья" так никогда и  не  появились  под  Смоленс-
ком...
   Между прочим, есть любопытное предание о "подвижнике Меркурии".  Уве-
ренно утверждается, что он пришел откуда-то с Запада, первоначально при-
надлежал к "латинской" церкви, потом перешел в православие и поступил на
службу к смоленскому князю. "По словам  предания,  Меркурий  отразил  от
столицы татарское полчище; но при этом пал и был  погребен  в  Успенском
соборном храме" (Д. Иловайский). После этого Меркурия долго  почитали  в
качестве своего, местного святого (которые так и назывались -  "местноч-
тимые").
   Позвольте, но в истории вообще неизвестны подобные события - приход к
Смоленску татарской рати и ее отступление!
   Чертовски трудно сказать, какие события реальной жизни Смоленска наш-
ли отражение в легенде о Меркурии. Однако кое-что все же прослеживается:
   1. От татарского нашествия Смоленск избавился какимто мирным путем.
   2. В этом участвовали люди, связанные с "латинской" церковью,  вообще
с Западом.
   3. Среди тех, кто дипломатическим путем избавился от татарской  угро-
зы, были единичные жертвы.
   Как все это можно интерпретировать? Возможно, Невскому был сделан не-
кий ультиматум и наглядно обрисованы  возможные  последствия.  Возможно,
кто-то из участников переговоров, вряд ли протекавших  в  "теплой,  дру-
жественной" обстановке, стал на голову короче... Однако ультиматум, надо
полагать, возымел действие. В летописях встречаются туманнейшие упомина-
ния о некоей стычке татар со смолянами, происшедшей километрах в  30  от
Смоленска, после которой татары ушли. Но деталей отыскать невозможно...
   Перейдем к еще одной интереснейшей проблеме:  почему  самые  крупные,
стольные города держались против "татар" считанные дни? Рязань пала  уже
через шесть дней. Примерно так же обстояло и с другими  городами.  Между
тем не только маленький Козельск держался семь недель, но и столь же не-
большой Торжок пал только на третью неделю...
   Ответ прост: Торжок и Козельск не пострадали в результате  внутренних
междоусобиц, сохранили и укрепления, и большое количество людей,  годных
для ратной службы. А вот стольные города ко времени "татарского  вторже-
ния" были как раз в самом плачевном состоянии...
   Особенно ярко это проявляется на примере Киева, который "татары" взя-
ли все за те же несколько дней. А это очень странно - Киев был одним  из
крупнейших городов не только Руси, но и всей Европы,  его  сравнивали  с
Царьградом, в нем, по свидетельству  Титмара  Марзебургского,  гостя  из
Германии, было "восемь рынков и более четырехсот церквей"...
   Столь быстрое падение Киева было настолько загадочным для иных  исто-
риков, что они сочинили байку про то, что осада Киева  длилась...  девя-
носто три дня.
   На самом деле историки чуточку лукавят. Девяносто три дня - это  срок
не меж началом и концом штурма, а первым появлением "татарской"  рати  и
взятием Киева. Сначала у киевских стен появился, как вы уже знаете, "Ба-
тыев воевода" Менгат и пытался уговорить киевского князя сдать город без
боя, но его послов киевляне убили, и он отступил.
   А через три месяца пришел "Батый". И за несколько  дней  взял  город.
Именно промежуток меж этими  событиями  и  называют  иные  исследователи
"долгой осадой"...
   Почему Киев пал так быстро, вы сейчас поймете...
   Титмар был в Киеве в XI в., когда город, "мать городов русских",  еще
не вступил в черную полосу княжеских усобиц...
   Посмотрим, как они протекали.
   1169 г. Андрей Боголюбский, суздальский князь, послал на Киев  войска
под командованием одиннадцати князей. 8 мая город был взят,  и  два  дня
победители его грабили. Вот что  об  этом  пишет  Ипатьевская  летопись:
"...грабили же два дня весь град, и гору Подол, и монастыри, и Софию,  и
Десятинную богородицу, и не было милости никому: ни церквам горящим,  ни
крестьянам убиваемым, ни всем, кого вязали; жен гнали в полон,  разлучая
с мужьями своими, и младенцы рыдали, видя уводимых матерей своих. Смоля-
не, и суздальцы, и черниговцы, и Олегова дружина забрали множество  доб-
ра, и церкви опустошили от икон и книг, и ризы с колоколами все вынесли;
и Печерский монастырь Пресвятой Богородицы зажгли, но Господь  его  убе-
рег. И были в Киеве стенания великие жителей его, и печаль, и скорбь не-
утешная..."
   Напоминаю, это не "злые татаровья" так себя ведут, это русские  хрис-
тиане бесчинствуют...
   1174 г. Киев захватывает Ярослав Луцкий.
   1174 г. Ярослава выгоняет Роман Ростиславич.
   1174 т. Возвращается Ярослав. На  него  нападет  Святослав  Ольгович,
прогоняет, грабит приверженцев Ярослава.
   Все эти перипетии, конечно, не влекли за собой столь страшных  разру-
шений и повального грабежа, как в 1169 г., но без  пожаров,  погромов  и
убийств, ясно, не обходилось (летописец констатирует: "Стоит  Киев  пог-
раблен Ольговичем").
   1204 г. В Киев нагрянул Рюрик Ростиславич с половецким войском и, го-
воря современным языком, предложил свою кандидатуру на безальтернативной
основе. Когда киевляне не проявили особого энтузиазма, начался штурм...
   Лаврентьевская летопись: "Сотворилось великое зло  в  русской  земле,
какого не было со времен крещения Киева; случались и прежде напасти,  но
такого зла доселе не свершалося: не только Подол взяли, а после  сожгли,
но и Гору взяли, и митрополию Святой Софии разграбили, и Десятинную свя-
тую церковь Богородицы разграбили, и монастыри все; и иконы захватили, и
кресты честные, и сосуды священные, и книги, и платье  блаженных  первых
князей, что висело в церквах святых памяти ради... Монахов  и  монашенок
почтенных годами изрубили, а попов старых, и слепых, и хромых, и  иссох-
ших в трудах - всех тож изрубили, а иных монахов и монахинь, и  попов  с
попадьями, и киевлян с сынами их и дочерями похватали  и  в  полон  уве-
ли..."
   Представляете, что творилось в городе, как он  пылал  от  края  и  до
края? Как легко вспыхивали целые улицы?
   На этом киевские невзгоды отнюдь не заканчиваются. Рюрик сел-таки  на
киевский стол и занимал его какое-то время, но потом в одном из  военных
походов его изловид князь Роман и насильно постриг в монахи. Однако  че-
рез год, когда Роман погиб в битве с поляками, неугомонный Рюрик "черни-
ческие одежды скинувши", собрал дружину, вновь  после  боев  и  грабежей
воссел в Киеве...
   Дальнейшее больше напоминает ожесточенную и многолюдную кабацкую дра-
ку. Рюрика несколько раз вышибают из Киева князья  Северской  земли,  он
зализывает раны, собирает силы и вновь является под киевские стены,  бе-
рет город, его выгоняют,  он  возвращается...  Обе  стороны  старательно
опустошают земли своих противников и мстят горожанам,  наверняка  вконец
уже осатаневшим от такой неопределенности бытия...
   В конце концов Киевом (не без насилия, понятно)  овладевает  Всеволод
Большое Гнездо, но в 1212-м его военной силой изгоняют смоленские князья
и сажают на стол Мстислава Романовича (замечу, нарушая все  и  всяческие
правила, о которых выше говорилось так подробно).
   Думаю, теперь читателю понятно, что "татарские" полки подошли к разо-
ренному, полуразрушенному городу, где в стенах зияли проломы, а защищать
эти стены оказалось крайне затруднительно из-за нехватки людей.  К  тому
же Киев, нужно уточнить, был брошен князем Михаилом - едва узнав о приб-
лижении "татар", он поспешил скрыться. Прослышав о "бесхозном" столе,  в
Киев прискакал Даниил Галицкий, поставил там своего тысяцкого Дмитрия  и
уехал... Воинов, кстати, не оставил.
   Именно Дмитрий, человек в Киеве  совершенно  новый,  и  был  вынужден
возглавить оборону полуразрушенного, обезлюдевшего города, где на стенах
стояли не профессиональные воины, а неумелые жители.
   Любопытно, что Дмитрий, взятый в плен раненым, не был ни  казнен,  ни
пытан. Наоборот, как в полном согласии пишут несколько летописцев,  "Ба-
тый" приблизил тысяцкого к своей особе, и Дмитрий  участвовал  в  походе
"татар" на Венгрию. Как ни в чем не бывало. Ему предложили новую  службу
- и Дмитрий ее принял.
   Не есть ли это дополнительный аргумент в пользу версии, согласно  ко-
торой Киев просто-напросто в очередной раз взяли русские?

   МЕЧ НАД ЕВРОПОЙ

   Вторжение "татар" в Европу в 1241 г. таит в себе  множество  загадок,
несообразностей, темных мест и, наконец, откровенных нелепостей - но это
опять-таки только в том случае, если придерживаться классической  версии
об "орде диких кочевников". Ниже мы убедимся, что  существует  и  другая
версия, и она-то (как сплошь и рядом случается, стоит  только  отступить
от "канонической гипотезы") выглядит не в пример более логичной и лишен-
ной противоречий...
   В исторической литературе "монгольское вторжение", конечно же, имену-
ется "завоевательным" походом. Рассмотрим, как он проходил.
   В марте 1241  г.  "татары",  вторгшись  на  территорию  Польши  двумя
большими группами, захватили Сандомир, Вроцлав  и  Краков,  где  учинили
грабежи, убийства и разрушения. После того как под Опольем были  разбиты
силезские отряды, оба крыла татар соединились и двинулись к городку Лег-
ница, где девятого апреля им преградил дорогу  с  десятитысячной  армией
Генрих II Набожный, герцог силезский, малопольский и великопольский. За-
вязалась битва, в которой поляки понесли сокрушительное поражение.
   Как раз Легницкая битва и сопровождается загадками.
   Прежде всего, именно там татары применили какие-то загадочные  "дымо-
пускательные орудия". Именно дымопускательные. Летописцы твердят об этом
с редким единодушием. Современный польский историк Зыгмунт Рыневич,  не-
давно выпустивший интереснейшую книгу с описанием около 800 битв и  сра-
жений всех времен, назвал это "боевыми дымами", которые и вызвали  заме-
шательство в рядах поляков, переросшее в паническое бегство... [250]
   Мне встречались мнения, согласно которым под Легницей как раз  и  был
применен "греческий огонь". Однако верить этому не  следует  -  все  без
исключения хроники упоминают именно о дыме.
   Что это был за дым, подробно описывает  А.И.  Лызлов,  пользовавшийся
материалами польских историков XVI в:
   "И когда узрели татарина, выбежавшего со знаменем - а знамя это имело
вид "X", и на верху его была голова с длинной бородою трясущейся,  пога-
ный и смрадный дым из уст пускавшей на поляков - все изумились* и  ужас-
нулись, и кинулись бежать кто куда мог, и так побеждены были".
   * В языке того времени слово "изумяение" означало не удивление, а по-
терю рассудка, "выпадение из ума".
   Вот это и есть "боевые дымы". Воля ваша, что-то тут не вытанцовывает-
ся, как говаривали герои Гоголя. Выбежал один-разъединственный татарин с
небольшим знаменем (оно было небольшим, раз его без усилий нес один  че-
ловек), на котором пускала дым бородатая голова... Согласен, такое  зре-
лище может и удивить - но потрясти настолько, чтобы опытные  воины  нап-
рочь ополоумели и кинулись врассыпную?!
   Есть более правдоподобная версия возникновения паники. По ней,  зате-
савшиеся в боевые порядки поляков коварные татары вдруг начали вопить во
всю глотку что-то вроде: "Все пропало, мы разбиты,  бежим!"  И  польские
ряды рассыпались...
   Вот это как раз - чертовски правдоподобно. История  средневековья  (и
Западной Европы, и Восточной)  прямотаки  пестрит  подобными  примерами,
когда из-за панических воплей какого-нибудь малодушного труса целые рати
кидались  врассыпную,  хотя  обстановка  складывалась  вроде  бы  в   их
пользу...
   Однако автоматически возникает неувязочка... Вы не забыли, что с  по-
ляками воевали "дикие монголы"? "Безбожные моавитяне", обликом и  языком
ничуть не схожие с поляками?
   Представьте себе осень 1941 г. Красноармейцы держат оборону, внезапно
среди них появляется личность в вермахтовском мундире со всеми регалиями
и, метаясь меж стреляющими, вопит истошным голосом на  ломаном  русском:
"Тофарищи! Ми, большевики, есть распит! Бьежим!"
   Как по-вашему, найдется идиот, который ему поверит и примет за своего
и пустится наутек? Да нет, конечно. Хрястнут прикладом по башке,  и  вся
недолга...
   Однако под Легницей, если верить  официальной  истории,  имело  место
что-то чертовски схожее...
   Так не бывает. Чтобы поляки приняли татар за  своих,  поверили  им  и
разбежались, татары непременно должны отвечать трем условиям:
   1. Не отличаться от поляков обликом.
   2. Не отличаться от поляков одеждой, доспехами и оружием.
   3. Владеть польским достаточно хорошо, чтобы быть принятыми за своих.
   "Дикие монголы" из Центральной Азии, равно как и среднеазиатские тюр-
ки подчеркнуто восточного облика не отвечают ни одному из этих  требова-
ний. Зато все три условия соблюдены, если поляки сражаются с...  русски-
ми!
   В этом случае нет никаких несообразностей. Русские не  отличаются  от
поляков ни лицом, ни одеждой, ни доспехами (обратите внимание на портрет
польского короля Болеслава Кривоустого, жившего незадолго до описываемых
событий, и сами определите, легко ли спутать его, не зная  заранее,  кто
здесь нарисован, с русским витязем?). А русский и польский  языки  в  те
времена - очень близки... (рис. 1.5).
   Выводы делайте сами, разжевывать не собираюсь.
   Интересно, что на западноевропейской  миниатюре  "Смерть  Чингисхана"
падающий из седла Чингисхан изображен в шлеме, крайне напоминающем  шлем
Болеслава, - именно тогда носили такие и в Польше, и на Руси, и по  всей
Европе. Кстати, практически все русские старые миниатюры изображают "та-
тар", которых по внешнему виду и вооружению прямо-таки  нельзя  отличить
от русских дружинников... (рис. 1.6).
   Далее. Как свидетельствует писатель В. Чивилихин, он своими глазами в
кафедральном соборе польского города Сандомира видел тридцать три огром-
ные картины, изображающие исторические подробности  нашествия  орды.  На
каждом из полотен - новые изощренные способы умерщвления,  которым  под-
верглись здешние священники и монахи.
   Есть такие картины. И есть недвусмысленные сообщения польских  хроник
о страшной резне, которую учинили "татары" католическим священнослужите-
лям. Речь идет не об убийствах, совершенных в горячке штурма (таким гре-
шили практически все христианские народы, рассвирепевшие солдаты не  де-
лали различия меж мирянином и монахом), а  об  умышленной,  методической
резне, последовавшей после  взятия  города,  после  того,  как  отгремел
бой...
   Вам не кажется это странным? А ведь должно. Мы вдоволь наслушались  о
веротерпимости монголов, а также о распространившемся среди них  христи-
анстве. И вдруг они, при завоеваниях подчеркнуто уважительно относящиеся
к местным религиям, учиняют среди священнослужителей жуткую резню...
   Монголы так поступить не могли. А кто же мог? Об этом чуть погодя.
   Итак, поляки понесли поражение - в чем не  сомневаются  ни  тогдашние
летописцы, ни современные историки. Перед "ордой" открыта дорога на  за-
пад, в Германию. Перед ними - равнинные местности, самой природой  пред-
назначенные для успешных действий конных полчищ.  Логично  предположить,
что татары во исполнение завета Чингиза двинутся дальше.
   Но дальше они не идут!
   Наш великий поэт А.С. Пушкин оставил проникновенные  строки:  "России
определено было высокое предназначение... ее необозримые равнины  погло-
тили силу монголов и остановили их нашествие на самом краю Европы;  вар-
вары не осмелились оставить у себя в тылу порабощенную Россию и  возвра-
тились на степи своего Востока. Образующееся  просвещение  было  спасено
растерзанной и издыхающей Россией..."
   Бог ты мой, как нелегко опровергать высказывания самого Пушкина... Но
придется. Поскольку в данном случае Александр Сергеевич кругом не прав.
   Во-первых, в сравнении с теми землями, что "татары"  якобы  завоевали
согласно "классической" версии, просторы тогдашней Руси вовсе не  выгля-
дят "необозримыми".
   Во-вторых, как рассматривалось выше, русские при  отражении  "Батыева
нашествия", уж простите, не показали каких-то из ряда вон выходящих  во-
енных талантов, заставивших бы особенно опасаться именно их. К  тому  же
великий князь Ярослав, как мы помним, в наилучших отношениях с Батыем.
   В-третьих, "монголы" ведут себя как-то странно. Вторгаться  в  Польшу
они отчего-то не боялись. Но, победив поляков, разбив их наголову, отче-
го-то испугались за свои тылы...
   В-четвертых - "татары" после битвы с поляками... вовсе и не возвраща-
лись в свои степи.
   Наоборот. "Татарская" конница поворачивает на юг, идет в Чехию, Венг-
рию, Хорватию и Далмацию. Вплоть до конца 1242 г., не считаясь с потеря-
ми, "татары" прорываются к Адриатическому морю, и в конце концов выходят
на его берега. Они проходят по Чехии почти без боев, не  особенно  долго
задерживаются в Венгрии. "Татарская" конница рвется к Адриатике.
   А что она там забыла? Почему, вместо  того,  чтобы  вольготно  рассы-
паться лавой на германских равнинах, татары с упорством недоумков  стре-
мятся в горные районы, где конница сразу оказывается в проигрышном поло-
жении. Вместо того, чтобы вволю грабить большие и богатые германские го-
рода, татары идут в гораздо более  скудные  земли...  Зачем-то  проходят
сотни километров вдоль морского берега - от Рагузы-Дубровника до  Катта-
ро.
   И вновь в который раз перед нами - совершенно  не  свойственное  орде
грабителей-степняков поведение.
   Мало того, поход в европейские страны не носит никаких признаков  за-
воевательного. Трофеи, конечно, берут, но нигде - ни в Польше, ни в  Че-
хии, ни в Венгрии, ни в Хорватии, ни в Далмации - "татары" не делают по-
пыток как-то подчинить себе страну. Они никого не облагают данью, не за-
ботятся о том, чтобы посадить свою администрацию, никого не  приводят  к
вассальной присяге. Завоеванием тут и не пахнет - перед нами чисто воен-
ный поход, имеющий перед собой какую-то конкретную цель. Какую?
   Об этом - чуть погодя. Вернемся к Польше и Венгрии.
   В своей книге "Империя" Носовский и Фоменко приводят рисунок гробницы
Генриха II Набожного, убитого на Легницком поле. Надпись такова: "Фигура
татарина под ногами Генриха II, герцога Силезии, Кракова и Польши, поме-
щенная на могиле в Бреслау этого князя, убитого в битве с  татарами  при
Лигнице 9 апреля 1241 г." (рис. 1.7).
   Оставим в стороне вопрос композиции - поскольку не герцог убил  тата-
рина, а татары герцога, изображению следовало бы быть несколько  иным...
Но в данный момент это несущественно.
   Присмотритесь к попираемому благородной герцогской стопой "татарину".
Совершенно русское лицо,  русский  кафтан,  русская  окладистая  борода,
русская шапка, какую впоследствии носили стрельцы. В руках у  "татарина"
- не кривая и узкая среднеазиатская сабля, а оружие под  названием  "ел-
мань", в свое время перенятое русскими у турок.
   Сабли этого типа, видоизменяясь, долго состояли на вооружении русской
кавалерии, даже во времена Павла 1. Кроме того, схожее оружие  использо-
валось немцами и итальянцами (тесак типа "фальчионе", изготовлявшийся  в
Брешии в XVI в.).
   Так с кем же сражались поляки на Легницком поле?
   Венгрия. По свидетельствам историков, во время своего пребывания  там
"дикие татары" распространяли... поддельные грамоты, написанные от имени
венгерского короля Белы IV. Чем вносили смуту и неразбериху в ряды венг-
ров, сбитых с толку противоречащими друг другу  распоряжениями  -  теми,
что исходили от короля, и теми, что были делом рук татарских фальсифика-
торов.
   Поистине, "дикари из Центральной Азии" проявляют  какую-то  фантасти-
ческую способность во мгновение ока овладевать самыми разными искусства-
ми. Пришли в Пекин - "переняли" у китайцев стенобитные машины и  понаде-
лали себе военных кораблей. Пришли в Польшу - смогли в два счета "прики-
нуться" поляками и без акцента изъясняться на польском языке.  Пришли  в
Венгрию - с ходу научились фабриковать поддельные  королевские  грамоты,
которые тамошние жители не могли отличить от настоящих...  Не  многовато
ли для "степных дикарей"?
   Все встанет на свои места, если мы предположим, что в  Европу  вторг-
лись не "дикие татаровья", а русское войско. Русские как раз могли  зас-
лать в польские ряды своих паникеров, по внешнему облику совершенно  не-
отличимых от поляков. Русским гораздо проще было осуществить операцию  с
подложными грамотами, нежели неграмотным кочевникам.
   И вновь встает вопрос: почему русские избрали столь странный  маршрут
- на германских рубежах повернули к югу и около года прорывались к Адри-
атическому морю?
   Чтобы на этот вопрос ответить, нужно сначала задаться  другим:  а  не
отыщется ли в Европе того времени  какогонибудь  военного  конфликта,  в
рамках которого движение русской армии, дальний военный поход к Адриати-
ке выглядит вполне объяснимым и не вызывает ни малейшего удивления?
   Представьте, найдется!
   И не какой-то локальный конфликт, а события, без  всяких  преувеличе-
ний, общеевропейского масштаба, в которые были втянуты едва  ли  не  все
тогдашние державы и монархи...
   Речь идет о вражде меж римским папой Григорием Х (а после его кончины
- папой Иннокентием IV) и Фридрихом II Гогенштауфеном, императором  Свя-
щенной римской империи германской нации и королем Сицилии (в Сицилийское
королевство тогда входила и Южная Италия).
   Само по себе противостояние папства и германских императоров, их мно-
голетняя борьба - тема отдельной книги, которая наверняка получилась  бы
толстенной и увлекательной. В нашу задачу не входит подробно  рассматри-
вать эту тему.
   Сосредоточимся на другом: если признать,  что  в  Европу  в  1241  г.
вторглись не "дикие монголы", а русское войско (как мы помним, в его ря-
дах находился киевский тысяцкий Димитрий, на что прямо указывают русские
летописи), стремившееся на стороне Фридриха II выступить против папы, то
объяснение находится буквально всему.
   И рисунку на гробнице Генриха II (изображающему самого что ни на есть
типичного русского воина). И "странному" поведению  поляков,  поверивших
"засланным казачкам" (потому и поверили, что обмануться  было  чертовски
легко). И сандомирской резне (для православных "папежские" священники  к
тому времени были лютыми врагами). И мастерству "татар" в подделке  вен-
герских королевских грамот (хватало среди русских образованного народа).
И тому, что в Германию русские не пошли (к чему им разорять земли  союз-
ника, с которым объединяет общая цель?).
   И, наконец, выходу к Адриатике. Именно оттуда проще всего было переб-
росить войска в Италию - морем.
   Напомню, что в те времена противостояние меж папой и  Фридрихом  дос-
тигло наивысшего накала. Папа отлучил от церкви как  императора,  так  и
города, владетельных князей и епископов,  оставшихся  верными  Фридриху.
Фридрих в ответ укрепился в Италии и стал  методично  захватывать  земли
вокруг Папской области. Конфликт достиг стадии, когда какое бы то ни бы-
ло мирное решение уже невозможно...
   Стоит заметить, что Русь давно уже поддерживала самые тесные связи  с
Германией. Внучка Ярослава Мудрого Евпраксия в свое  время  стала  женой
германского императора Генриха IV - того самого, что известен  многолет-
ней враждой с папой Григорием VII. Выше уже говорилось о тесной  дружбе,
связывавшей Всеволода Большое Гнездо, деда Александра Невского, и  импе-
ратора Фридриха I Барбароссу, деда Фридриха II. Одним словом, нет ничего
удивительного в том, что Русь вступила в конфликт на стороне Фридриха  -
папство было и ее противником, а вот Фридрих Гогенштауфен, наоборот, был
потомком старых друзей и союзников русских князей.
   Между прочим, Польша, Чехия и Венгрия - все три страны, разгромленные
и опустошенные "татарами", - в конфликте меж папой и  Фридрихом  были...
твердыми сторонниками папы! Дополнительный штрих,  завершающий  картину.
Версия "диких татар" полна вопиющих противоречий и нелогичностей -  зато
гипотеза о русском войске, вторгшемся в Европу, чтобы поддержать Фридри-
ха, гораздо более логична и обоснована.
   Сегодня нам, наверное, никогда уже не удастся определить, что помеша-
ло русским войскам переправиться в Италию. Что-то, должно быть, не  сло-
жилось. Видимо, тщетно ожидая корабли, которые должны были перевезти  их
в Италию, "татары" и дефилировали пару сот километров вдоль  моря  (есть
упоминания, что в то же время часть "орды" появилась неподалеку от Вены,
но не брала городов, а словно бы чего-то ждала).
   Не сложилось. Пришлось возвращаться назад, не делая ни малейших попы-
ток установить где-либо в Чехии,  Польше,  Венгрии  свою  администрацию,
поскольку это с самого начала не входило в стратегические задачи военно-
го похода, подчиненного конкретной цели...
   Между прочим, и последующие события укладываются в эту  версию.  Если
набраться смелости и признать, что вторжение крестоносцев на Русь в 1242
г. - ответ на глубокий рейд русских в Европу. Не зря нападение  "псовры-
царей" носило все черты крестового похода. Папа попытался отомстить, как
мог и умел.
   (Особо отмечу: эта версия никоим образом не меняет сложившихся  исто-
рических акцентов, т.е. не признает за крестоносцами никакой  "правоты",
а русских вовсе не делает "неправыми". Крестоносцы своей долголетней аг-
рессией причинили славянам столько бед, что правыми оказаться  не  могут
ни в какой ситуации.)
   Есть ли косвенные подтверждения нашей гипотезе?
   Хватает. В тогдашней Европе широко было распространено убеждение, что
Фридрих II... тайно сносился с "татарами" и пытался с их помощью  сокру-
шить папскую власть! В нашей историографии* принято считать, что римские
папы "измыслили ложное обвинение". А если не измышляли?  Если  это  была
чистейшая правда? Тем более что, по Нашей версии, "татары", вернее, вои-
ны Александра Невского, вели себя так, словно в малейших деталях  выпол-
няли общий план, направленный на сокрушение папства.  И  слишком  многое
связывало Александра с Фридрихом - от "наследственной" дружбы до  общего
желания "свалить" мешавшего им ватиканского властелина...
   * Следует отметить,  что  в  нашей  истории,  к  сожалению,  историей
папства занимались не историки, а главным образом авторы  "антирелигиоз-
ных трудов", что накладывает на их писания специфический отпечаток.
   Посмотрим, как развивались события после возвращения русских на роди-
ну. На Русь в 1242 г. напали крестоносцы, а против Фридриха также двину-
лось "крестоносное войско", которое штурмом взяло столицу  город  Аахен,
чтобы короновать там своего императора.
   Война эта не стихала еще четверть века. В конце концов  четырнадцати-
летний внук умершего к тому времени Фридриха Конрадин был  взят  в  плен
сторонниками папы и обезглавлен - что полностью  противоречило  принятым
тогда рыцарским правилам ведения войны (касавшимся дворян  и  монархов).
Мало того - род Гогенштауфенов был истреблен полностью. В 1273 г. на им-
ператорский трон взошел австрийский герцог Рудольф Габсбург, положив на-
чало "эре Габсбургов", столь печально закончившейся в нашем веке.
   Должно быть, папа пережил - в свое время нешуточный страх, что и выз-
вало столь лютую ненависть к Гогенштауфенам, вырезанным под корень...
   В этой связи нелишне вспомнить итальянские хроники XIII в., где прямо
пишется о "татарском" посольстве, отправленном к Фридриху,  и  преподне-
сенных императору дарах. А другие исследователи отмечают многозначитель-
ный факт: при известии о вторжении в Европу "татар"  страх  охватил  все
державы и всех государей... кроме Фридриха! (Это и понятно: ему-то  чего
было бояться?! Уж он-то знал, кто движется, куда и зачем.)  И  наоборот:
спешно отправленные к "татарам" папские гонцы встретили самый нелюбезный
прием (а как же хваленая "монгольская" веротерпимость? - А.Б.).
   И поневоле закрадываются определенные подозрения насчет обстоятельств
смерти Александра Невского, которую тогдашняя молва объясняла отравлени-
ем. Подозревали в этом "ордынцев" - но поскольку мы  знаем,  что  главой
"ордынцев" как раз и был Невский, вряд ли стоит верить, что  он  отравил
сам себя. А вот в тогдашней Италии отравление развилось в настоящее  ис-
кусство...
   Очень уж близки во времени загадочная смерть Невского  и  истребление
Гогенштауфенов. И, если принять версию о "глубоком рейде" русской  армии
в Европу, направленном против папы, гораздо легче понять форменный шквал
"антитатарской" пропаганды, забушевавший в Европе...
   Об этой насквозь лживой, насыщенной самыми  несообразными  фантазиями
"татароведческой литературе" мы подробнее поговорим позднее. А пока  что
рассмотрим еще один неимоверно любопытный аспект проблемы  -  дальнейшую
судьбу необозримой "монгольской державы"...
   Но сначала - небольшое дополнение. Уже дописав этот раздел, автор,  к
своему удивлению, обнаружил, что  оказался  в  положении  героев  романа
"Дочь времени". Помните, как они, успешно реабилитировав короля  Ричарда
III и гордясь собой, вдруг обнаруживают, что схожие попытки,  оказывает-
ся, делались еще триста лет назад?
   Так вот, в одном из солидных исторических трудов, чуть ли не на самой
последней странице, в "примечаниях к  примечаниям",  мельчайшим  шрифтом
напечатано, что польский историк Мартин Кроме?  (1512-1589)  упоминал...
об участии войск галицко-волынских князей в походе "ордынцев" на  Сандо-
мир и Краков!
   Я не мог, конечно, в сжатые сроки раздобыть труд Кромера, но дополни-
тельные сведения о нем отыскал. Это был не бедный монах,  трудившийся  в
отдаленной обители, а известный хронист  и  писатель,  секретарь  короля
Зыгмунта Августа, епископ области Вармия. Следовательно, имел  доступ  к
лучшим архивам и библиотекам своего времени...

   МИРАЖ "ВЕЛИКОЙ ИМПЕРИИ"

   1. "Хождение встречь солнцу" и фронтир

   Начиная с 80-х годов XVI столетия, начинается целеустремленное и  не-
остановимое движение русских на восток,  за  Урал  -  "хождение  встречь
солнцу". Логично было бы предположить, что на этом пути протяженностью в
тысячи километров казаки-первопроходцы наткнутся хоть на какие-то  следы
великой империи монгольских ханов, протянувшейся от восточного побережья
Китая до границ Польши...
   Ни малейших следов империи нет! Куда-то сгинули города, куда-то  про-
пал великолепный "ямской тракт" длиной в тысячи километров, по  которому
якобы неслись в Каракорум гонцы из Руси. Ни малейших материальных следов
хоть чего-то отдаленно напоминающего государство.  Более  того,  местное
население отчего-то вовсе не знает, не помнит ни о великой столице Кара-
коруме, процветавшей некогда в монгольских степях, ни о великих  импера-
торах, чья власть якобы простиралась на полмира. О маньчжурах,  правящих
в Северном Китае, помнят и знают прекрасно - это  конкретное,  привычное
зло, супостаты, до сих пор устраивающие набеги. Но Батыя  с  Чингисханом
никто почему-то вспомнить не в состоянии...
   Что интересно, нигде от Урала до Байкала казаки не встречают даже по-
добия государства или городов! Только "Кучумово царство"  на  территории
нынешней Тюменской области отдаленно напоминает зародыш  государства,  а
его столица Искер, небольшое укрепление, с превеликой натяжкой  способно
сойти за город.
   Однако там - случай особый. Кучум - не местный владыка, а  своеобраз-
ный "варяжский гость". Он родом из Средней Азии, из Бухары. В эти  места
пришел не так давно с отрядом верных нукеров, убил здешних нойонов  Еди-
гера и Бекбулата и захватил власть. Он же и построил Искер (Кашлык).
   Попавшие под его власть племена любви к новоявленному владыке не  пи-
тают ни малейшей. Сравнительно быстрая и легкая победа казаков над  "Ку-
чумовым царством" имеет простейшее объяснение: воевали не с царством, не
с народом, а все с тем же отрядом Кучумовых нукеров, отнюдь не многочис-
ленным. "Подданные" Кучума при первом известии о приходе "бородачей" со-
бираются на совет, провозглашают  нойоном  чудом  уцелевшего  племянника
Едигера (Кучум вырезал практически всю родню свергнутых им  нойонов,  но
этого юнца удалось спрятать) и отказывают Кучуму в поддержке. Более  то-
го, показывают казакам потайной ход в Искер. Кучум с горсткой людей  ме-
чется, преследуемый казаками. Ночное его нападение на  стан  Ермака  как
раз и объясняется тем, что у Кучума было мало людей. Полнейшее  равноду-
шие коренного населения к последующей судьбе Кучума доказывается  еще  и
отсутствием в местном фольклоре (обычно обстоятельном и подробном, порой
игравшем роль устной летописи) каких бы то ни было подробностей об  обс-
тоятельствах смерти Кучума. Сгинул где-то - и черт с ним...
   Особо стоит подчеркнуть: огнестрельное  оружие  вопреки  устоявшемуся
мнению не давало казакам никаких преимуществ, поскольку во всех  отноше-
ниях  уступало  луку  со  стрелами.  Судите   сами.   Чтобы   произвести
один-единственный выстрел из тяжеленной пищали, следовало:
   1. Засыпать в ствол строго отмеренный порох.
   2. Старательно запыжить заряд (т.е. загнать шомполом кусок  кожи  или
плотной материи).
   3. Загнать в ствол пулю, запыжить ее.
   4. Насыпать пороха на "полку" возле запального отверстия.
   5. Прицелиться.
   6. Нажать на спуск, чтобы тлеющий фитиль воспламенил порох на  полке,
а уж от него вспыхнул заряд в стволе.
   Прониклись? Во-первых, я перечислил далеко не все манипуляции  (число
которых по тогдашним уставам достигало 80). Во-вторых, всем этим  предс-
тояло заниматься не в тишине спортивного зала, а на поле боя, в спешке и
лихорадочном напряжении. В-третьих, дальность полета пули не превосходи-
ла (а то и уступала) дальности полета стрелы. В-четвертых, за то  время,
пока стрелок возился со своей пищалью, противник запросто мог  выпустить
десяток стрел (порой отравленных), убивавших гораздо вернее пули.  В-пя-
тых, стрельба из пищали зависела еще и от погоды: дождь мог погасить фи-
тиль, подмочить порох, порыв ветра - сдуть порох с полки, случайная иск-
ра от фитиля порой воспламеняла порох раньше времени, и стрелок  получал
тяжкие ожоги...
   Не зря во французской армии лук был отменен только в  1527  г.,  зато
англичане применяли его и столетие спустя - в боях  с  армией  кардинала
Ришелье при осаде острова Ре. А в сражении под Лейпцигом (1813 г.)  баш-
кирские части русской армии с успехом вышибали стрелами из  седла  фран-
цузских кавалеристов...
   Кстати, с теми же проблемами, что и казаки, столкнулись и  американцы
во время фронтира - продвижения на Дальний Запад. Даже в начале XIX  в.,
располагая не в пример более совершенными ружьями и пистолетами  с  кап-
сюльными замками и унитарным патроном (отличавшимися от пищалей, как не-
бо от земли), они не могли эффективно противостоять  вооруженным  луками
индейцам. Отнюдь не случайно револьвер "родился" именно в Америке, и там
началось его массовое производство - без револьвера американцам в  поко-
рении Дикого Запада пришлось бы туговато...
   Все это я вспоминаю для того, чтобы доказать не столь уж сложный  те-
зис:
   И русским, и американцам пришлось затратить примерно одинаковое время
- тридцать-сорок лет, - чтобы пройти расстояние в три-четыре тысячи  ки-
лометров, оставляя за собой цепочку укрепленных пунктов (острогов и фор-
тов). И у русских, и у американцев за спиной было  сильное  государство,
откуда они черпали людские резервы, оружие и боеприпасы.  И  русским,  и
американцам противостояли кочевые племена,  находившиеся  на  неизмеримо
более низком уровне развития.
   И все равно, чтобы добраться одним от Урала до Байкала, а  другим  от
Скалистых гор до Калифорнии, чтобы создать какую-никакую сеть укреплений
и опорных пунктов, потребовалось тридцать-сорок лет...
   После этого нас хотят уверить, что дикие кочевники некогда  проделали
аналогичный путь в каких-то дватри года, при  этом  разгромив  несколько
сильных государств?!
   Интересно, что, по подсчетам современных исследователей, во всей  Си-
бири, от Урала до Тихого океана, тогда обитало не  более  ста  пятидеся-
ти-двухсот тысяч человек. Как и должно быть, когда речь идет о  немного-
численных кочевых племенах.
   Где же набирал Чингисхан свои "неисчислимые" полчища? Можно, конечно,
сказать, что Сибирь как раз и обезлюдела из-за того,  что  Чингиз  "увел
чуть ли не всех на восток", но такая версия чересчур уж  противоречит  и
нашим изысканиям, и общей картине мировой истории, каковой  не  известны
другие примеры столь массового "обезлюживания" территорий  в  результате
переселения.
   Брюква не растет на дереве, джентльмены... А гусаки не мечут икру.
   Вернемся к казакам. Находясь в столь невыигрышном положении  -  горс-
точка людей посреди необозримых пространств, где обитали  превосходившие
числом воинственные племена, - они отчего-то не были истреблены в  одно-
часье. Пусть и с боями, но прошли тысячи километров, основывая остроги.
   Потому что, повторяю, никаких остатков  империи  здесь  не  было.  Не
столь уж многочисленные народы кочевали там и здесь, разводя скот, зани-
маясь охотой и рыбной ловлей. В верховьях Енисея и в северных предгорьях
Алтая жили оседлые племена, знавшие мотыжное земледелие и кузнечное  де-
ло, но никакого отношения к "монгольской империи" они не имели.  Повсюду
царило самое настоящее рабовладение - рабами становились пленники,  взя-
тые на войне.
   Никто не помнил об империи, никто не знал о Каракоруме...
   Освоение Сибири, вопреки устоявшемуся мнению, далеко не  всегда  было
мирным. Сражений было предостаточно: с  воинственными  ханты-мансийскими
князьками, по заслугам  прозванными  "кровавой  самоядыо",  с  эвенками,
"людьми воистыми, в бою жестокими", с якутами, у которых "воины  доспеш-
ны, а кони в железных досках". Когда в Западной  Сибири  стали  один  за
другим вырастать остроги, маньчжуры забеспокоились и стали  натравливать
на русских своих данников, енисейских татар*, поставляя им оружие, в том
числе и огнестрельное.
   * К волжским татарам енисейские никакого  отношения  не  имели,  были
названы "татарами" из тех же соображений, по которым  Америку  окрестили
"Индией", - перенос знакомых терминов на новооткрытые страны и племена.
   Вокруг города, в котором пишется эта книга, триста лет назад бушевали
ожесточенные сражения. Тогдашний Красноярский острог долго и старательно
штурмовали енисейские татары-качинцы...
   И не могли взять! Куда-то сгинуло былое мастерство "диких кочевников"
во взятии огромных городов. Куда-то исчезли  стенобитные  и  камнеметные
орудия (почему-то "китайские специалисты", по уверениям иных  историков,
составлявшие этакий "инженерный корпус" в монгольской армии, на сей  раз
так и не появились). Кудато запропастились "боевые  ракеты"  и  "зажига-
тельные бомбы", которыми якобы были вооружены еще  в  XIII  в.  монголы.
Азиатское воинство сражается самым примитивным (по сравнению с  "ордынс-
кими" временами) образом: палит из луков  и  пищалей,  пытается  поджечь
стены и строения факелами...
   Ничего удивительного нет. Русские нашли в Сибири племена, находившие-
ся на нормальном для того времени уровне развития. Все их скромные  дос-
тижения - результат самостоятельной эволюции, а не "наследство" империи.
   Которая, кстати, удивительнейшим образом проваливается в небытие сра-
зу после смерти Батыя. Только что она была, нагло простиралась  себе  от
Пекина до Киева - и вот ее уже нет, как-то сами собой прекращаются выбо-
ры великого кагана в Каракоруме, пропадает из поля зрения  современников
"ямской тракт" от Волги до монгольских степей, воцаряется тишина, только
скотоводы мирно пасут свои стада.
   "Империя" существовала только в воображении историков. Потому и  сги-
нула в небытие так легко.

   2. Где Каракорум?

   "Классическая" теория монголо-татарской империи помещает его где-то в
монгольских степях. Я до сих пор помню статью  в  каком-то  околонаучном
журнале тридцатилетней давности - там красовался снимок каменной черепа-
хи, обнаруженной в степи, и глубокомысленно объяснялось: отверстие в  ее
спине сделано для того, чтобы туда вставлялись выбитые на каменных  пли-
тах новые указы монгольских ханов, правивших из стольного града  Карако-
рума.
   Попробуем представить себе это: по бескрайней степи гонят свое  стадо
несколько средневековых монголов. Встретившийся по дороге  императорский
чиновник грозно окликает:
   - Эй вы! Кончайте баклуши бить, император новый указ  издал!  Чтоб  к
завтрему же наизусть знали!
   И показывает плеткой в сторону означенной черепахи. Как люди  законо-
послушные, средневековые монголы подъезжают к черепахе, старательно  чи-
тают указ, один уважительно качает головой:
   - Красиво пишут, однако!
   - Умный люди, ученый люди! - поддакивает напарник. - Одно слово - го-
родские! Тринадцатый век на дворе, а они звона как раскудрявили...
   А где-то далеко в стороне тащится повозка, объезжающая  других  чере-
пах, чтобы заменить каменные плиты с указами на новые...
   Кто хочет, пусть принимает это за чистую монету...
   Так вот, в истории с Каракорумом самое примечательное - это его  наз-
вание. "Каракорум" - слово отнюдь не монгольское.
   "Каракорум" - тюркское слово!
   С какой стати монгольской высшей аристократии именовать свою столицу,
возведенную в монгольских степях, тюркским словом? Ведь не тюрки  завое-
вали монгольские просторы, а вроде бы совсем наоборот... Можно ли предс-
тавить себе ситуацию, когда англичане, захватив  Индию,  переименовывают
Лондон в Бенарес? Или называют какой-то свой новый город  на  территории
Англии словом на одном из индусских наречий?
   В истории таких курьезов что-то не просматривается...
   Следовательно, Каракорум располагался не в Монголии, а где-то  в  За-
волжской орде - где как раз и говорили на тюркском.*
   * Любопытно, что в коми-зырянском языке есть слово "молгон" -  "край-
ний", "конечный". "Молгонский народ" - окраинный  народ!  Те,  для  кого
этот язык не был родным, могли и переставить буквы.  И  возникает  "мон-
гольский народ" - живущий не в степях Монголии, а  попросту  "в  отдале-
нии". Знаменитая Мангазея на Оби сначала называлась русскими... Молгонзе
я. "Далекая земля"
   "Кара" - по-тюркски "черный", а "Корум" удивительно  напоминает  "Кы-
рым" - то есть... Крым! Город КараКырым.
   И вот здесь мы сталкиваемся с одним примечательным свойством тюркско-
го языка. Оказывается, слова "Ак" - "белый" и  "кара"  -  "черный"  час-
тенько бывают связаны вовсе нес цветом! Ас географическим ландшафтом или
направлением. "Ак-Су" - это сплошь и рядом не "Белая  река",  а  горная.
"Кара-Су" - не "Черная река", а медленно  текущая,  равнинная,  болотис-
тая*. Кроме того, "черный" частенько означает "северный",  а  "белый"  -
"южный".
   * Сравните с русским "красный" ="красивый" и "черный  день":  "плохой
день".
   Словом, "Каракорум" вполне может оказаться либо  "равнинным  Крымом",
либо "северным Крымом". Эта версия выглядит гораздо убедительнее предпо-
ложения, будто завоевавшие полмира монголы назвали свою столицу  словом,
взятым из языка одного из множества покоренных народов...
   Интересно, что в самых что ни на есть "благонамеренных"  исторических
трудах, полностью поддерживающих "официальную" версию, при самом  беглом
знакомстве можно отыскать прелюбопытнейшие вещи. Возьмем  книгу  Федоро-
ва-Давыдова.
   Как выглядели "золотоордынские" города XIII-XIV веков?
   "Пышно распустилась совершенно чуждая номадам (кочевникам - А.Б.) яр-
кая урбанистическая восточная средневековая культура, культура  поливных
чаш и мозаичных панно на мечетях, арабских звездочетов, персидских  сти-
хов и мусульманской ученой духовности, толкователей Корана  и  математи-
ков-алгебраистов".
   "Ханы вывозили из Средней Азии, Ирана, Египта и Ирака ученых,  астро-
номов, богословов, поэтов". Напоминаю, ханы эти - якобы только что  при-
шедшие из Центральной Азии кочевники-шаманисты!
   "Золотоордынские города населяли и половцы, и болгары, и  русские,  и
выходцы из Средней Азии, Кавказа, Крыма".
   "Преобладание среднеазиатских и кавказских  черт  и  при  общем  гос-
подстве тюркского языка и этноса".
   И так далее, и тому подобное, Подробно описывается жизнь  в  городах,
где смешались и русские, и тюрки, и жители Крыма, и якобы кочевые полов-
цы... Где же наши монголы, узкоглазые дикари из центральноазиатских сте-
пей?
   Вновь пущена в ход универсальная фраза, которой привычно отделываются
десятки историков, боящихся нетривиальных вопросов: "Завоеватели-монголы
быстро растворились в местной тюркской среде".
   Доколе?! "Несметные орды" не могли  "раствориться",  а  если  смогли,
значит, орды были немногочисленными. Но тогда они не  в  состоянии  были
совершить приписываемые им завоевания! И по-прежнему наши фундаменталис-
ты топчутся в этом унылом заколдованном круге, не в силах  шагу  сделать
за его пределы... Поскольку круг этот - в их мозгах.

   3. "Врет, как очевидец..."

   Интересно, что пишут о монгольских ханах и о граде Каракоруме средне-
вековые путешественники?
   Массу интересного...
   Вот путевые заметки монаха Гийома  Рубрука,  участника  посольства  к
"великому хану монголов", отправленного  французским  королем  Людовиком
Святым (1253 г.).
   Начнем с маршрута Рубрука. В Каракорум он едет... через Черное  море,
Тавриду и Донские степи. Возвращается - через Дербент и Армению.  Совер-
шенно нормальное направление, если  Каракорум  располагается  где-то  на
Волге или в Северном Крыму. Если Каракорум в монгольских степях -  такой
дорогой в него ни за что не попадешь...
   На Дону Рубрук попадает в русское селение, жители которого  переправ-
ляют на лодках путешественников в Орду. У  Батыя  моментально  находятся
переводчики, которые переводят письмо короля с латинского на... персидс-
кий, татарский и славянский.* Там же Рубрук видит христианское  богослу-
жение, но его попытки вести дискуссии о латинском каноне тут же  натыка-
ются на неприятие.
   * А где же монгольский и китайский?!
   Каракорум: "О городе Каракоруме да будет вашему величеству  известно.
Там имеются два квартала: один - сарацин, в котором бывает базар, и мно-
гие купцы стекаются туда из-за двора, который постоянно находится вблизи
него, и из-за обилия послов. Другой квартал - китайцев, которые все  ре-
месленники. Вне этих кварталов находятся большие  дворцы,  принадлежащие
придворным секретарям. Там находятся 12 храмов различных народов, 2  ме-
чети, в которых провозглашают закон Мухаммада, и христианская церковь на
краю города. Город окружен глиняной стеной и имеет четверо ворот: у вос-
точных продается пшено и другое зерно, которое, однако, редко  ввозится,
у западных продают баранов и коз, у южных - быков и повозки, у  северных
- коней".
   Во-первых, эти строки начисто опровергают "официальную" точку  зрения
на Каракорум как на кочевой город, якобы состоявший из множества  юрт  и
повозок. Прямо упоминаются стены, церкви и дворцы, недвусмысленно  гово-
рится, что ханский двор и послы находятся там "постоянно".
   Во-вторых, никаких таких "монголов" и близко нет. Каракорум - столица
оседлого народа. Правда, далее Рубрук вскользь упоминает, что поблизости
есть и кочевники. Но они ни над кем не властвуют,  никем  не  управляют,
ведут себя так, как испокон веков и принято у кочевников: время от  вре-
мени приходят к городским воротам, чтобы продать немного скота и  купить
себе необходимые в хозяйстве вещи.
   В-третьих, пшено - это просо. Просо сеют как раз русские и тюрки...
   В-четвертых, "китайцы" - это, несомненно, русские (вспомните значение
слова "Китай" в XIII в. и во времена Афанасия Никитина!).
   Вот какие диковины встречаются в ханском дворце:
   "При входе в него мастер Вильгельм Парижский сделал для хана  большое
серебряное дерево, у корней которого находилось четыре серебряных  льва,
имевших внутри трубы, причем все они изрыгали белое  кобылье  молоко.  И
внутри дерева проведены были четыре трубы вплоть до  его  верхушки,  от-
верстия этих труб были обращены вниз, и каждое из них сделано было в ви-
де пасти позолоченной змеи, хвосты которых обвивали ствол дерева. Из од-
ной из этих труб лилось вино, из другой - каракосмос, то есть  очищенное
кобылье молоко, из третьей бал, то есть напиток из  меда,  из  четвертой
рисовое пиво, именуемое террацино. Для принятия всякого напитка  устроен
был у подножия дерева между четырьмя трубами особый серебряный сосуд.  А
на дереве ветки, листья и груши серебряные..."
   Обратите внимание: мед. Значит, где-то поблизости и  пасеки.  Вернее,
не "пасеки" в нашем понимании (каких тогда еще не  было),  а  "борти"  -
лесные ульи пчел, устроенные ими в дуплах, откуда и добывали мед  славя-
не.
   Неужели это серебряное дерево, столь сложный механизм парижской рабо-
ты (подобными, кстати, увлекались первые русские цари),  таскали  следом
за ханом на тряских повозках?
   Конечно, нет. Каракорум - не кочевье, а самый настоящий город. Вот  и
описание ханского дворца, ничуть не похожего на юрту:
   "И дворец этот напоминает церковь, имея в середине неф, и две боковые
стороны его отделены рядами колонн, во дворце три  двери,  обращенные  к
югу... Перед средней дверью внутри стоит описанное дерево, а сам хан си-
дит на возвышенном месте с северной стороны, так что все его  могут  ви-
деть. К его престолу ведут две лестницы, по одной подающий ему чашу под-
нимается, а по другой спускается... сам же хан сидит там вверху, как  бы
некий бог. С правого от него боку, то есть с западного, помещаются  муж-
чины, с левого - женщины... Рядом с колоннами, у правого бока, находятся
возвышенные сиденья, наподобие балкона, на которых сидит  сын  и  братья
хана. На левой стороне сделано так же, там сидят его жены и дочери. Одна
только жена садится там, наверху, рядом с ним, но все же не так  высоко,
как он..."
   Ну конечно, настоящий дворец - колонны, балконы...  Если  не  считать
того, что о "женах" хана упоминается во  множественном  числе,  описание
это ничуть не отличается от описания какого-нибудь русского дворца.  Се-
ребряное дерево (у Ивана Грозного - рычащие серебряные львы), "хан", си-
дящий на "престоле" высоко над всеми, женщины по одну  сторону,  мужчины
по другую - именно так, как мы видим на русских рисунках XVI века...
   Даже если это и не русские, а заволжские татары или  какой-то  другой
оседлый народ - в любом случае не найти ничего похожего на " монгольское
кочевье".
   Частенько упоминается, что в Каракоруме жило большое количество русс-
ких ремесленников, что его охрану несли русские воины. Даже русских ого-
родников туда переселяли.
   Все это лишний раз доказывает, что Каракорум располагался не так уж и
далеко от Руси. Глупо думать, что "пленных ремесленников" гнали  до  Ки-
тая, на расстояние больше пяти тысяч километров. Мировая история  просто
не знает подобных примеров - разве что австралийские каторжники, но  это
совсем другая история...
   Есть документ, написанный примерно в то же время, что и отчет  Рубру-
ка, - комментарии к "Анналам Бертонского монастыря". Так вот, среди дру-
гих титулов Чингисхана, приводимых там, есть и такой: Cecarcarus.
   Наиболее правдоподобный его перевод на русский - "Кесарь-Царь".  Если
есть другие толкования, интересно будет послушать...
   Не в пример меньше доверия вызывает  так  называемая  "Хроника  Плано
Карпини", написанная францисканским монахом, посланным к "татарам" папой
Иннокентием IV.
   Путешествие Карпини по Руси как раз изобилует верными  деталями.  По-
сольство попыталось уговорить князя Василько Волынского,  брата  Даниила
Галицкого, вернуть свои земли под власть "латинского закона" - но безус-
пешно. Что ж, вполне отвечает реалиям того времени... Киев по Карпини  -
"бедный городок", где насчитывается не более двухсот домов - так и долж-
но быть после всех предыдущих бедствий. Властвует в Киеве,  конечно  же,
отец Александра Невского Ярослав Всеволодович, но сам он в Киеве не  жи-
вет, управляет городом тот самый тысяцкий Дмитрий, что, как  мы  помним,
был "обласкан" "Батыем"*. "Татары", по Карпини, в своих походах  доходят
до страны "самоедов" и Ледовитого океана.
   * Быть может, Дмитрий в свое время сдал Киев Ярославу  и  Александру?
Отсюда и милости...
   "Татары" в те места никогда не забирались, а вот русские как раз  хо-
дили туда частенько...
   Описание ставки "Батыя" у Карпини напоминает как книгу Рубрука, так и
быт русских царей более позднего времени: "Батый  живет  великолепно,  у
него привратники и всякие чиновники, как у императора, и сидит он на вы-
соком месте, как будто на престоле, с одной из своих жен". Вновь мужчины
сидят справа, женщины слева, в точности, как у русских, "татары" "в соб-
рании не пьют иначе, как  призвуке  песен  или  струнных  инструментов".
Кстати, и престол, и золотую печать для хана изготовил "золотых дел мас-
тер Козьма".
   А вот дальше начинается полет буйной фантазии...
   В войске Батыя - 600 000 человек ("150 000 татар, 450 000 других  не-
верных и христиан")**.
   ** Не означает ли это, что христиан попросту больше, чем татар?
   "Владея огромными стадами овец и  баранов,  "варвары"  от  чрезмерной
скупости редко едят здоровую скотину, а более хворую или просто падаль".
   Полнейший вздор. Ни у одного кочевого народа столь дурацкой  "скупос-
ти", заставляющей их есть падаль, не отмечено...
   "Употребляют в пищу не только лошадей, но и собак, волков,  лисиц,  а
по нужде даже человечье мясо".
   Полнейший вздор - лисье мясо повсеместно  в  Азии  издавна  считалось
ядовитым, поймав на охоте лисицу и содрав шкуру, тушку не отдавали  даже
собакам, а зарывали в землю. Быть может, и ели  собак  с  волками  -  но
только в голодные годы, при массовом падеже скота. Ну, а насчет употреб-
ления в пищу человечины или заявления "Свирепость их простирается до то-
го, что иногда сосут кровь пойманного врага" - обычные байки. Соседи та-
тар отчего-то ни разу не упоминают о их людоедстве  или  кровопийстве  -
одни лишь западноевропейские источники*.
   * Во время первой мировой войны (!) в Германии  расклеивали  плакаты,
где сообщалось, что казаки питаются человечиной. Матфей  наплодил  хоро-
шеньких эпигонов...
   И завершает свои побасенки Карпини... рассказом о ужасной  "магнитной
горе", якобы состоящей из  алмазов,  обладающих  магнитными  свойствами,
возвышающейся где-то на землях "монголов". Что  автоматически  переводит
его записки в разряд откровенных баек.
   Нечто подобное писал о "татарах" в своей "Великой хронике" в 1240  г.
Матфей Парижский: "Они люди бесчеловечные и диким животным подобные. Чу-
довищами следует называть их, а не людьми, ибо  они  жадно  пьют  кровь,
разрывают на части мясо собачье и человечье и пожирают его... Когда  нет
крови, они жадно пьют мутную и даже грязную воду".
   Комментариев не будет. Замечу лишь, что подобный "творческий  подход"
применялся не против одних лишь татар. Посмотрите, как лихо  "припечаты-
вает" всех и всяческих иностранцев французский  ученый  книжник  Жан  Ле
Бувье в своей "Книге описания стран", вышедшей примерно в 1450 г.: "Анг-
личане жестоки и кровожадны, к тому же они  скупые  торговцы;  швейцарцы
жестоки и грубы; скандинавы и поляки вспыльчивы и злы;  сицилийцы  очень
ревнивы по отношению к своим женам; неаполитанцы толсты и грубы,  плохие
католики и великие грешники; кастильцы яростны, плохо одеты, обуты, спят
на плохих постелях и плохие католики". Потрясающая широта обобщений...
   Гораздо более верные сведения об "Орде" дают итальянцы. Сведения, ко-
торые заставляют задуматься...
   А. Альфиерн, чья рукопись издана в Генуе в 1421  г.,  уверял,  что  в
"землях татар" живут... белые медведи! А его книга к тому же  проиллюст-
рирована рисунками типично русских телег.
   К этому труду примыкают заметки венгерского монаха Иоганки.  Означен-
ный Иоганка рисует "ордынские земли" так:
   "Страна Сибур, окруженная Северным морем. Страна эта  обильна  съест-
ным, но зима там жесточайшая до такой степени, что  из-за  чрезвычайного
количества снега зимой почти никакие животные не могут ходить там, кроме
собак: четыре большие собаки тащат сани, в которых может сидеть один че-
ловек с необходимой едой и одеждой..."
   Совершенно реалистические описания северных  земель:  белые  медведи,
суровые зимы, ездовые собаки... Но помилуйте,  при  чем  тут  "ордынцы"?
Никто и никогда не набирался смелости утверждать,  что  "монголо-татары"
доходили до Северного Ледовитого океана... Это русские земли!
   И верно. Дальше сам Иоганка сообщает, что  в  "стране  Сибур"  живут,
проповедуя свою веру, "русские клирики"...
   Наконец, "авторитетнейший и беспристрастнейший" свидетель, много  лет
проживший в Китае и сам видевший "монгольских ханов" - мессир Марко  По-
ло...
   Якобы семнадцать лет проживший в Китае (1275-1292).
   Я смело употребляю слово "якобы", поскольку в последнее время практи-
чески одновременно и в России, и на Западе серьезные ученые пристальней-
шим образом изучили труды "первопроходца", после чего схватились за  го-
ловы и поделились своим ошеломлением со всем остальным миром...
   Оказывается, по какой-то странной причине Марко Поло ни разу не  при-
вел ни одного собственно китайского имени - только тюркские  и  персидс-
кие.
   Оказывается, человек, якобы проживший в Китае семнадцать лет, ни сло-
вом не упоминает:
   1. О китайском чае.
   2. О китайских иероглифах.
   3. Об уникальном китайском обычае бинтования ног женщинам.
   4. О книгопечатании.
   Современный комментатор чешет в затылке: "Возникает впечатление,  что
в Китае Марко Поло общался в основном с иностранцами". А также  в  жизни
не пробовал чая, не видел иероглифов и печатных книг...
   Френсис Вуд, директор Китайского департамента Национальной британской
библиотеки: "Он доехал только до Константинополя, а затем скрылся в  ок-
рестностях Генуи, где и описал свои вымышленные путешествия".
   Это симптоматично перекликается с тем, что писал первый биограф Марко
Поло, живший в XVI в. в Венеции: "Его  книга,  содержащая  бесчисленные,
ошибки и неточности, в течение долгих лет рассматривалась как баснослов-
ный рассказ, преобладало мнение, что названия городов и стран, которые в
ней приведены, все выдуманы и являются воображаемыми,  не  имеющими  под
собой никакой реальной основы, или, другими словами, они являются чистым
вымыслом".
   Российские исследователи Носовский и Фоменко пошли дальше. И  обнару-
жили массу других загадок. Во-первых, неизвестен даже язык,  на  котором
была впервые написана книга Марко Поло. Первое ее печатное издание  поя-
вилось в 1477 отчего-то не в Италии на итальянском, а в Германии на  не-
мецком.
   Во-вторых, в XVI веке, когда впервые заинтересовались биографией Мар-
ко Поло, никаких его следов в Италии обнаружить не  удалось.  Считается,
что знатный род, из которого происходил Поло, "исчез к XV веку".
   В-третьих, Марко Поло, есть такая вероятность, не Марко Поло вовсе  -
а поляк по имени Марк. Те, кто выдвинул эту версию, опираются на портрет
Поло из первого издания его книги, под которым стоит следующая  подпись:
Das ist der edel Ritter, Marcho polo von Venedig. To есть - "благородный
рыцарь, Марк поляк фон Венедиг". Слово "поло" написано с маленькой  бук-
вы. То ли Марк из Венеции, то ли Марк из  Венедии  -  западноевропейской
славянской области...
   Вот этому лично я верю вполне. У поляков  есть  удивительная  способ-
ность обнаруживаться в самых неожиданных местах*. Один  польский  летчик
(я пишу о реальном случае), ненароком застряв в только что образовавшем-
ся государстве Пакистан после окончания второй мировой войны, совершенно
случайно стал... организатором и первым командующим  ВВС  Пакистана  (не
было под рукой других специалистов). Похоронен в персональном склепе,  в
звании Главного маршала авиации Пакистана и кавалера всех высших  пакис-
танских орденов. Другой случай. В начале 70-х гг., если кто помнит,  об-
ласть Биафра пыталась отделиться от Нигерии и провозгласить себя  самос-
тоятельной державой. У мятежников был единственный самолет, с грехом по-
полам приспособленный для бомбометания. Летал на нем тип, чье  происхож-
дение ясно из его прозвища - Чокнутый Поляк...
   * Например, в родословной английских Стюартов.
   Наши тоже не подкачали. В 1848 г.  восстание  индейцев  в  Калифорнии
возглавил некий Прохор Егоров. В конце XIX в. некий одессит Малыгин стал
вождем индонезийской повстанческой армии, боровшейся против  голландских
колонизаторов. А в 1934 г. бывшие офицеры белой гвардии, в немалом коли-
честве осевшие в Парагвае, как раз и обеспечили победу в парагвайско-бо-
ливийской войне, командуя дивизиями, полками и ротами*.
   * Впоследствии, когда чуть ли не вся рыбоперерабатывающая  промышлен-
ность и сейнерный флот Парагвая оказались в руках русских, в самые мрач-
ные времена диктатора Стресснера действовал его секретный приказ: членам
русской общины дел не "шить"! Наказывать только за  реальные  преступле-
ния.
   Ну, а если серьезно - сегодня накопилось достаточно  веских  аргумен-
тов, позволяющих уверенно говорить, что Марко Поло, он же, не исключено,
Марк Поляк, в Китае не был вовсе...
   Где же он был? Неужели так и просидел в Константинополе, как  уверена
г-жа Вуд?
   Быть может, и нет. В книге Носовского и Фоменко "Империя" подробно  и
убедительно доказывается, что Марко Поло как раз и путешествовал по  Зо-
лотой Орде, но Ордой этой была Русь...
   По недостатку места не могу привести здесь эти убедительные и  много-
численные доказательства, отсылаю любопытного читателя  к  книге  "Импе-
рия". Однако не в силах удержаться, чтобы не воспроизвести одну  из  ил-
люстраций к первым изданиям книги Марко Поло.
   Как указано, она изображает "ханский дворец в столице монгольской им-
перии Ханбалыке" (считается, что Ханбалык - это  якобы  и  есть  Пекин).
(Рис. 1.8).
   Что здесь "монгольского" и что - "китайского"? Вновь, как и в  случае
с гробницей Генриха II, перед нами -  люди  скорее  славянского  облика.
Русские кафтаны, стрелецкие колпаки, те же окладистые бороды, те же  ха-
рактерные лезвия сабель под названием "елмань". Крыша слева - практичес-
ки точная копия крыш старорусских теремов...
   Так где был Марко Поло, и кого он описал под видом Золотой Орды?
   Обязательно нужно упомянуть, что книга Марко Поло о его  путешествиях
известна нам, согласно устоявшейся версии, не в его собственной  рукопи-
си, а в записях, сделанных неким венецианцем Рустичиано. Когда Марко По-
ло сидел в генуэзской тюрьме (историки, как ни бились, так и не выдвину-
ли мало-мальски убедительной гипотезы, объяснявшей бы, почему "известно-
го путешественника", "посла" и "потомка знатного рода" по возвращении  в
Италию в 1298 г. вдруг упрятали за решетку)*, Рустичиано-де  старательно
записал его рассказы (а сам "знатный посол" писать не  умел?!  И  потом,
что это за тюрьма, где заключенных снабжают стопой бумаги и чернилами  в
немалых количествах?) - и после освобождения стал распространять  книгу.
Между прочим, сплошь и рядом Марко Поло... упоминает о  себе  в  третьем
лице: "...сеньор Марко Поло отправился... Марко Поло видел..."
   * Есть смутные упоминания, что Поло был взят в  плен  после  морского
сражения, в котором участвовал на своем корабле.  Быть  может,  попросту
пиратствовал? Пираты мастера рассказывать сказки...
   Остается добавить, что, по данным того времени, Рустпчиано пользовал-
ся самой скверной репутацией мошенника и фальсификатора.
   И, наконец, не столь уж сложные и совсем  недолгие  поиски  позволяют
найти документы, послужившие для Поло (или, что вернее. Рустичиано)  тем
бесценным источником, откуда черпались "личные впечатления"!
   В 1290 г. папа римский Николай IV послал на Востоксвященника Джованни
Монтекорвино (в отличие от Марко Поло насквозь реальную личность).  Мон-
текорвино тринадцать месяцев прожил в Индии, на Коромандельском  берегу,
в общине тамошних христиан, последователей св. Фомы. В отличие от  Поло,
падре Джованни и не пытался рассказывать байки о "Китае" - зато отправил
в Рим обширный доклад, по словам  современных  комментаторовисследовате-
лей, представлявший собой прямо-таки прорыв в изучении географии.  Впер-
вые вместо слухов и откровенных сказок в Европу поступила точная  инфор-
мация.
   Монтекорвино впервые поведал Европе, что в Индии Полярная звезда  ед-
ва-едва видна над горизонтом, а в южной  части  небосвода  горит  совсем
другая "полярная звезда". Впервые сообщил о равнинности Индии, о сухости
ее климата, о разнообразии растительности, о пряностях  (перец,  имбирь,
красящее дерево "берзи", коричные деревья), о меняющих  в  течение  года
свое направление ветрах-муссонах.
   Практически все эти сведения вошли позже в "книгу Марко Поло"!
   Которая четко распадается на три части:
   1. Весьма достоверные записки о Руси-Татарии и Восточной Европе.
   2. Материалы об Индии, явно заимствованные из послания Монтекорвино.
   3. Тогдашнюю "научную фантастику" -  собрание  завлекательных  сказок
вроде легенды о топившей корабли камнями исполинской птице Рух или неве-
роятном, невообразимом множестве островов в Индийском  океане  (которых,
если верить "Поло", насчитывается... 12 700!).
   Другими словами, то ли Рустичиано, то ли  кто-то  еще  собрал  стара-
тельно самые разные материалы, от расхожих сказок  до  отчетов  реальных
странников, кое-как объединил общим сюжетом и фигурой  Марко  Поло  -  и
"путевые записки" отправились гулять по миру...
   Необходимо подчеркнуть, что даже эти самые  "сказки"  являются  порой
ценнейшим материалом, откуда можно почерпнуть немало  полезного.  Напри-
мер, мы получаем дополнительный аргумент в пользу утверждения, что  тер-
мин " Индия" никогда не привязывался к конкретной стране, а "кочевал" по
всему известному тогда миру. "Индий" было несколько!
   В XIII в. их насчитывалось целых три. "Средняя Индия", или "Абасия" -
это территория современных Судана и Эфиопии. "Великая  Индия"  -  это  и
есть Индия нынешняя. "Малая Индия" - это Индокитай.
   Впоследствии термины меняются. На так называемой "Круглой  карте  Фра
Мауро", составленной в 1457-1459 гг., "Первая Индия" -  район,  примерно
соответствующий современным Афганистану и Пакистану,  "Вторая  Индия"  -
Индия нынешняя, "Третья Индия" - опять-таки  Индокитай.  Наглядно  можно
судить, как "кочевало" по карте слово "Индия", кочевало долго, несколько
столетий, пока из многочисленных Индий не осталась только одна...
   После этого уже не видишь ничего удивительного в том,  что  на  Меро-
вингской карте (720 г.), составленной французскими монахами и английской
Герефордской карте (1260 г.) "Индия" расположена как раз по соседству  с
землями, где обитают русские...
   Кстати говоря, о картах. Английский комментатор Марко Поло Генри Юль,
пытавшийся составить в 1875 г. карту "Мир по представлениям Марко Поло",
как ни бился, как ни старался - а город Каракорум у него  все-таки  "уе-
хал" и из Северного Китая, и из  Монголии,  оказавшись  далеко  от  них,
где-то возле гор.
   Есть "Каталонская карта мира". Под этим названием понимается не  одна
карта, а целый географический атлас, составленный в 1375-1377 по поруче-
нию португальского  наследного  принца  Жуана,  отца  знаменитого  впос-
ледствии короля Энрике Мореплавателя.
   На одной из карт этого атласа присутствует и город Карахора. Располо-
женный далеко за пределами Индии, Китая  и  Монголии,  опять-таки  возле
гор. Не нужно особенно напрягаться, не нужно заниматься натяжками, чтобы
отождествить Карахора с Каракорумом, располагавшемся, никаких  сомнений,
где-то неподалеку от русских рубежей...
   И напоследок, чтобы повеселить читателя, быть может, слегка заскучав-
шего от сухости изложения, приведу несколько отрывков из книги Марко По-
ло, посвященных его впечатлениям от Китая и прилегающих земель.
   Вот что Марко Поло пишет о России: "Страна это  не  торговая.  Страна
большая, до самого моря-океана, и на этом море у них несколько островов,
где водятся кречеты и соколы-пилигримы... "
   Русские к тому времени занимались торговлей с сопредельными  странами
лет триста - а в Северном  Ледовитом  океане,  разумеется,  нет  никаких
"островов с кречетами". Да и на более теплых морях, примыкающих к  русс-
ким областям с юга, никакие кречеты на островах не водились - за  полным
отсутствием таковых островов...
   Так был ли Марко в России вообще?
   О странствиях по пустыне. "Но есть там вот какое чудо: едешь  по  той
пустыне ночью, и случится кому отстать от товарищей, поспать или за дру-
гим каким делом, и как станет тот человек нагонять  своих,  заслышит  он
говор духов, и почудится ему, что товарищи зовут его по имени, и  зачас-
тую духи заводят его туда, откуда ему не выбраться, так он там и погиба-
ет. И вот еще что, и днем люди слышат голоса  духов,  и  чудится  часто,
точно слышишь, как играют на многих инструментах и словно на барабане".
   О том, как работают придворные метеорологи монгольского хана Хубилая:
"Чуть не забыл рассказать вам о чуде. Когда великий хан  живет  в  своем
дворце и пойдет дождь, или туман падет, или  погода  испортится,  мудрые
его звездочеты и знахари колдовством да заговорами разгоняют тучи и дур-
ную погоду около дворца; повсюду дурная погода, а у дворца ее нет".
   О том, какие расторопные официанты у хана Хубилая: "Бакши (знахари  -
А.Б.), о которых я вам рассказывал, по правде, знают множество заговоров
и творят вот какие великие чудеса: сидит великий хан в своем главном по-
кое, за столом; стол тот повыше осьми локтей, а чаши расставлены  в  по-
кое, по полу, шагах в десяти от стола; разливают по ним вино, молоко,  и
другие хорошие пития. По наговорам да по колдовству этих  ловких  знаха-
рей-бакши полные чаши сами собою поднимаются с полу, где они  стояли,  и
несутся к великому хану; а никто к тем чашам  не  притрагивался.  Десять
тысяч людей видели это: истинная то правда, без всякой лжи. В  некроман-
тии сведущие скажут вам, что дело то возможное".
   О местном способе варить яйца: "Здесь,  скажу  я  вам,  очень  жарко;
солнце палит так, что еле-еле вытерпишь; опустишь яйцо в реку, не  успе-
ешь отойти, оно сварилось".
   О птице Рух, она же гриф: "Те, кто его видел,  рассказывают,  что  он
совсем как орел, и только, говорят, чрезвычайно большой. Схватит слона и
высоко-высоко унесет его вверх на воздух, а потом бросит его на землю, и
слон разобьется; гриф тут клюет его, жрет и упитывается им".
   О том, как добывают алмазы. В горные расщелины и  глубокие  пропасти,
куда человеку не дают проникнуть ядовитые змеи, бросают куски сырого мя-
са, к которым прилипают драгоценные камни. "В этих  горах  водится  мно-
жество белых орлов, что ловят змей; завидит орел мясо в глубокой долине,
спустится туда, схватит его и потащит в другое место,  а  люди  меж  тем
пристально смотрят, куда орел полетел; и как только он усядется и станет
клевать мясо, начинают они кричать что есть мочи, а орел  боится,  чтобы
его невзначай не схватили, бросит мясо и улетит. Тут-то люди подбегают к
мясу и находят в нем довольнотаки алмазов. Добывают алмазы и другим  еще
способом: орел с мясом клюет и алмазы, а потом ночью, когда  вернется  к
себе, вместе с пометом выбрасывает те алмазы, что клевал; люди ходят ту-
да, подбирают орлиный помет и много алмазов находят в нем".
   "В Маабаре есть чародеи, что заколдовывают рыбу, чтобы не вредила она
людям, ныряющим в воду за жемчугом". "Жители острова Скотра  -  искусные
чародеи, повелевающие бурями и ураганами".
   Узнаете источник, послуживший "правдивому очевидцу"? Да это же "Тыся-
ча и одна ночь", рассказы Синдбадаморехода!
   Разница только в том, что сказочного Синдбада никто не пытался произ-
вести в "великие географы", сочинить ему убедительную биографию и в  ка-
честве реальной личности внести в энциклопедии...
   Интересное свидетельство дают два  американских  автора  капитального
труда по истории географических идей: "Он (Марко Поло - А.Б.) ничего  не
говорит о своем отношении к географическим представлениям предшествующих
времен. Нам теперь ясно, что его книга принадлежит к числу тех, в  кото-
рых повествуется о великих географических открытиях. Но в  средневековой
Европе она воспринималась как одна из многочисленных  и  заурядных  книг
того времени, заполненных самыми невероятными, но  интересными  история-
ми".
   Быть может, у средневековых европейцев попросту было больше  здравого
смысла и критического подхода к фантастическим романам с  географической
канвой, нежели у иных современных ученых?

   ПРАВДА ЛИ, ЧТО МОНГОЛЫ ЗАВОЕВАЛИ КИТАЙ?

   Впрочем, вопрос поставлен неверно. Его безусловно следует расширить и
довести до логического конца: правда ли, что в 1237 г. вообще  существо-
вало китайское государство?
   Именно так. Представляю, какое смятение чувств  может  вызвать  такая
постановка вопроса у читателя, привыкшего бездумно повторять почерпнутые
из учебников сведения о "четырехтысячелетней" истории Китая. Якобы само-
го древнего государства на Земле.
   Для затравки - простой вопрос: как вообще могло получиться, чтобы ди-
кие кочевники, едва-едва сведенные Чингизом в боеспособную армию, захва-
тили "одно из самых старых на Земле" государств? Государство, где  знали
порох, боевые ракеты, где на вооружении,  если  верить  иным  историкам,
состояли мощные зажигательные и осколочные снаряды, "выжигавшие все вок-
руг на 60 шагов"? Не забывайте: монголы, вторгаясь в Китай, еще не успе-
ли "позаимствовать" у китайцев стенобитные и камнеметные машины. Обходи-
лись стрелами и саблями. Как же им удалось сокрушить огромные, укреплен-
ные города?
   В реальности, такое впечатление, не существовало ни "монгольских пол-
чищ", ни "китайских городов"...
   Еще Н.А. Морозов в 6-м томе своего труда "Христос" занялся скрупулез-
ной проверкой "древнейших" китайских астрономических хроник, якобы брав-
ших начало в 2650 г. до нашей эры.
   Выяснились любопытнейшие вещи. У китайцев, оказалось, нет документов,
написанных ранее XVI века на - шей эры. Более того, у них  нет  описаний
астрономических инструментов, а на территории Китая не отыскалось следов
древних обсерваторий. Впервые китайские списки появления комет опублико-
ваны европейцами в XVIII-XIX веках, эти списки носят явные следы перепи-
сывания друг из друга и, как указывал Морозов, дополнения их самими  ев-
ропейцами - то есть, европейские ученые  пополняли  китайские  источники
европейскими материалами, "подгоняя задачу под ответ"...
   Далее. "Древние и подробные" китайские списки солнечных затмений ока-
зались, мягко говоря... фантазией.
   Морозов отметил по поводу одного такого манускрипта, повествовавшего,
что затмения якобы наблюдались в Китае в 992, 994, 998, 999, 1002,  1107
годах: "полных или хотя бы хорошо заметных солнечных  затмений  с  такой
частотой на одной и той же территории не бывает".
   Примерно так же обстояло и с гороскопами  -  описаниями  расположения
звезд на небе, связанных с конкретными датами. Описания таковые довольно
легко поддаются расшифровке. Был исследован  гороскоп,  составленный  во
времена первого китайского императора Хуан-Ди, якобы жившего около  2637
г. до нашей эры.
   Оказалось, что такое положение звезд и планет - равно как и отправная
точка введенного на его основе летоисчисления - могли иметь место не ра-
нее... 1323 г. нашей эры! Получается, что ошибка в астрономических дати-
ровках отбросила реальную историю Китая на три с  половиной  тысячи  лет
назад, в прошлое.
   Всем известен "древнейший" 60-летний китайский цикл: пять групп по 12
лет - год Петуха, Собаки, Крысы и т.д.
   Оказалось, что он основан на периодических сближениях Юпитера  и  Са-
турна, однако существуют определенные расхождения в положении двух  пла-
нет. Снова проведены скрупулезные расчеты, показавшие, что... цикл  этот
мог быть принят только в промежутке меж 1204 г. и 1623 г. нашей эры.
   Ситуацию усугубила еще и коварная особенность китайских иероглифов: в
отличие от европейского алфавита, здесь благодатнейшая почва для недора-
зумений и ошибок. Прочтение старой иероглифической записи полностью  за-
висит от того, кто ее читает - японец, кореец,  северный  китаец,  южный
китаец. У всех четырех получатся совершенно разные тексты.
   Не зря историки грустно констатировали, что в китайских хрониках  ца-
рят "хаос и бессистемность". К тому же имена написаны не звукам и, а ри-
сунками. Вот и выходит, что "императоры  Чжао-Ле-Ди,  Вен-Ди  и  Да-Ди",
якобы правившие в один год, - на самом деле Ясно-Пылкий Царь, Литератур-
ный Царь и Великий Царь. А имя  У-Ди  означает...  "военный  царь".  Что
больше похоже на длинный список титулов одного человека. В точности  как
русский царь: "Властелин Великия, и Малыя, и Белыя Руси, царь  Казанский
и Астраханский..." И  нет  ничего  удивительного  в  том,  что  родилась
экстравагантная на первый взгляд, однако  аргументированная  теория:  за
"древнюю китайскую историю" приняты переведенные  некогда  на  китайский
язык европейские хроники. Очень уж поразительное сходство открылось...
   В одно и то же время в "древнем Китае" живут хунну, а в Европе - гун-
ны. В Китае - шивеи, или свей, в Европе - свеи-шведы.  В  Китае  -  "та-
инственно исчезнувшие" сирби - в Европе сербы. В Китае - "чеши", в Евро-
пе - чехи.
   Параллели меж Римской империей и Китаем порой удивительны.
   Начало III в. нашей эры: Римская империя прекращает свое  существова-
ние в междоусобных войнах. Настало время "солдатских императоров".
   В те же годы в Китае... в междоусобных войнах гибнет империя Хань, "к
власти пришли безграмотные, морально разложившиеся солдаты".
   Римская империя: в середине III в. н.э. власть  в  Риме  переходит  к
родственнице императора Каракаллы Юлии Месе, чье правление названо "кро-
вавым". В конце концов ее убивают.
   В те же годы в Китае... к власти приходит жена одного из императоров,
"энергичная и свирепая". Правит, направо и налево проливая кровь. В кон-
це концов ее убивают.
   Начало IV в. н.э.: Римская империя делится на Восточную и Западную. В
те же годы в Китае империя Цзинь делится на две части - Восточную и  За-
падную.
   Римская империя воюет с гуннами. Китай в те же годы - с хунну.
   V в. н.э.: Западная римская империя завоевана германцами  и  гуннами.
Китайская Западная Лян... завоевана хунну. И в Риме, и в Китае на  прес-
толе в это время "очень юный император".
   И так далее... Вот что происходило в Китае с 1722  г.:  "Маньчжурские
правители образовали особый комитет для составления  истории  предыдущей
династии Мин... Оппозиция не смогла смириться с такой трактовкой истории
павшей династии, поэтому появились "частные" истории Минской династии...
Правители ответили казнями, заключениями в тюрьму, ссылками... Неугодные
правительству книги изымались. Между 1774 и 1782 годами изъятия произво-
дились 34 раза. С 1772 г. был предпринят сбор всех печатных  книг,  ког-
да-либо вышедших в Китае. Сбор продолжался 20 лет, для разбора  и  обра-
ботки собранного материала были привлечены 360 человек. Через  несколько
лет 3457 названий были выпущены в новом издании, а остальные  6766  были
описаны в каталоге. По сути  дела,  это  была  грандиозная  операция  по
изъятию книг и не менее грандиозная операция по фальсификации текстов. В
вышедших новых изданиях были изъяты все  нежелательные  места,  менялись
даже названия книг". ("Всемирная история" в 10 т., подготовленная Акаде-
мией наук СССР.)
   Совсем недавно астрономические расчеты Морозова были проверены с  ис-
пользованием  современных  ЭВМ  группой  математиков  Московского  госу-
дарственного университета под руководством академика Фоменко. Результаты
те же. О том, что происходило на территории Китая  ранее  1368  г.,  нам
попросту неизвестно.
   "Монгольские полчища", существовавшие лишь на бумаге, завоевали столь
же нереальную "державу" - только и всего.
   Поговорим о Великой  Китайской  стене  -  якобы  неоспоримом  доказа-
тельстве древности китайской цивилизации. Построенной, как нас  уверяют,
для защиты от диких кочевников.
   Слово Н.А. Морозову: "Одна мысль о том, что знаменитая Китайская сте-
на вышиною от 6 до 7 метров и толщиною до трех, тянущаяся на три  тысячи
километров, начата была постройкой еще в 246 году до  начала  нашей  эры
императором Ши-Хоангти и была окончена только через 1866 лет, к 1620 го-
ду нашей эры, до того нелепа, что может доставить лишь досаду серьезному
историку-исследователю. Ведь всякая большая постройка имеет заранее  на-
меченную практическую цель. Кому пришло бы в  голову  начинать  огромную
постройку, которая может быть окончена лишь через 2000 лет, а до тех пор
будет лишь бесполезным бременем для населения. Да и сохраниться так  хо-
рошо Китайская стена могла лишь в том случае,  если  ей  не  более  нес-
кольких сот лет".
   Фоменко дополняет: "Нам скажут - стену ЧИНИЛИ две тысячи лет.  Сомни-
тельно. Чинить имеет смысл лишь не  очень  давнюю  военно-оборонительную
постройку, иначе она безнадежно устареет и просто развалится...  А  ведь
нам говорят, что Китайская стена как была построена, так  и  стояла  две
тысячи лет. Не говорят же, что "современная стена построена  недавно  на
месте древней". Нет, сегодня мы видим якобы  именно  ту  стену,  которую
возвели две тысячи лет назад. По нашему мнению, это чрезвычайно странно,
если не сказать больше".
   Л.Н. ГУМИЛЕВ: "Стена протянулась на 4 тыс. км. Высота ее достигала 10
метров, и через каждые 60-100 метров высились сторожевые башни. Но, ког-
да работы были закончены, оказалось, что всех вооруженных сил  Китая  не
хватит, чтобы организовать эффективную оборону на стене*. В самом  деле,
если на каждую башню поставить небольшой отряд, то неприятель  уничтожит
его раньше, чем соседи успеют собраться и подать помощь. Если же расста-
вить пореже большие отряды, то образуются промежутки, через которые враг
легко и незаметно проникнет в глубь страны. Крепость без  защитников  не
крепость".
   * Ехидный комментарий Фоменко: "Как  будто  до  начала  строительства
этого нельзя было сообразить". В жизни сообразили бы, но строят  ведь  -
на бумаге, в воображении...
   Фоменко далее обращает внимание на очередную странность: за две тыся-
чи лет, якобы прошедших со времени постройки стены, китайцы отчего-то не
построили других, действительно нужных каменных сооружений -  крепостей,
городских стен, укреплений...
   Доказав, что Великая Китайская стена никак не  могла  быть  построена
две тысячи лет назад, не могла  служить  мало-мальски  надежной  защитой
против кочевых орд, группа Фоменко выдвигает гипотезу, по которой  стена
возведена лишь в XVII веке - против неприятеля, который располагает пуш-
ками, в годы военных столкновений Московского царства и Маньчжурии.
   Сразу признаюсь, что у автора этих строк догадки еще более  еретичес-
кие. У меня понемногу начали зарождаться подозрения, что Великой Китайс-
кой стены еще не существовало и в XIX веке...
   Во-первых, я просмотрел множество фотографий стены. И пришел к  выво-
ду, что она на многих своих участках не может служить и средством оборо-
ны от пушек. По той простой причине, что протянулась в горах,  по  столь
крутым склонам и узеньким ущельям, где чисто физически невозможно прота-
щить пушки или провести хотя бы сотню солдат. По этим  кручам,  пожалуй,
могут пройти только особо подготовленные группочки  диверсантов-рейндже-
ров, которых в XVII веке просто не могло быть. Всякие другие перемещения
войск и техники либо невозможны, либо бессмысленны  -  в  этих  узеньких
ущельях один затаившийся наверху стрелок эффектно сможет отражать  атаку
целого батальона, паля из укрытия по головам столпившихся  внизу  солдат
противника... Положительно, на многих своих участках стена не может нес-
ти никакой другой функции, кроме декоративной...
   Во-вторых, в 60-70-х годах прошлого столетия по северным областям Ки-
тая путешествовал архимандрит П.И. Кафаров, глава  русской  православной
миссии в Пекине. Живо интересовавшийся историей Китая и легендами о  Ве-
ликой стене, он старательно, долго ее ищет... и не находит!
   НИКАКОЙ ВЕЛИКОЙ СТЕНЫ НЕТ!
   Кафарову оказывают содействие высокопоставленные чиновники, он проде-
лывает долгий, долгий путь... Стены нет!
   Возле крепости Шаньхайгуань Кафаров осматривает кирпичную стену -  но
она тянется на несколько сотен метров. И ничуть не напоминает ту, леген-
дарную. (А построена, кстати, веке в XV и постоянно подновлялась.)
   На вершинах каменистых сопок - древние кумирни. По  склонам  сопок  -
земляные (недлинные!) валы. Кое-где на холмах - остатки постаментов, где
в старину разжигали огромные костры, сигнализируя в  глубь  страны,  что
появились кочевники.
   Великой стены нет. Все о ней слышали, но никто не  в  силах  показать
хотя бы ее остатки. Кумирни, земляные валы, старые сторожевые башни, ук-
репленьица - вот и все...
   Правда, некое подобие Великой Китайской Стены все же удается  обнару-
жить. Около реки Ляохэ - старинный земляной вал, когда-то защищавший ки-
тайцев от набегов воинственных обитателей Приморья. Он тянется  на  нес-
колько километров - но не на "тысячи", даже не на "десятки". Схожие валы
строили повсюду - корейцы ими заслонялись от чжурчженей и китайцев,  ки-
тайцы - от всех сразу, чжурчжени - от киданей и монголов, японцы на сво-
их островах - от айнов.
   А Великой стены - нет! Правда, существует так называемая Ивовая изго-
родь, как раз и построенная маньчжурскими императорами веке в  XVII  для
защиты от вторжений из Приморья и Приамурья. Это - высокий земляной вал,
который протянулся на сотни километров. Укрепление-межа, и в самом  деле
надежно защищающая от конных и пеших набегов, подобно знаменитым Змиевым
валам на Руси. В нем проделаны двадцать проходов, у каждого стоит заста-
ва с охраной и караулами. На вершине вала были посажены сотни ив - отсю-
да и название.
   Между прочим, возвести такое укрепление, пусть даже протянувшееся  на
сотни километров, в тысячу раз легче, нежели нашу "Великую стену".  Осо-
бенно при извечном китайском многолюдстве.
   Обратите внимание: на французских картах XVIII (рис. 1.9 и 1.10) ясно
видно, что восточный участок стены (т.е.  Ивовой  изгороди)  защищает  в
первую очередь от Кореи.
   Спрашивается, отчего же Кафаров всего сто двадцать лет назад не нашел
и остатков каменной, кирпичной, протянувшейся на 4000 километров Великой
стены с ее многочисленными башнями? Хотя искал старательно.
   Да потому, позвольте высказать наглую мысль, что ее и  тогда  еще  не
существовало! Иначе любознательный монах непременно  что-то  да  отыскал
бы!
   Мне кажется, на тех картах, что в своей книге "Империя" приводят  Но-
совский и Фоменко, на французской и голландской картах  второй  половины
XVIII века, где в виде жирной черной линии изображена "китайская  стена"
- как раз и значится Ивовая изгородь.
   Если допустить, что китайцы две тысячи лет строили и чинили  сооруже-
ние, не имевшее ни малейшего военного значения - Великую Китайскую  сте-
ну, - следует признать, что целый народ страдал  шизофренией  в  тяжелой
форме...
   Слава Богу, ничего подобного в реальности не было.  Китайцы,  конечно
же, не идиоты. Они строили земляные валы, порой довольно длинные. Устра-
ивали на вершинах сопок и гор каменные платформы для сигнальных костров.
Возводили "вэй" - крепости, где гарнизон состоял из 5600 солдат, и  "со"
- крепости поменьше, где по штатному расписанию насчитывалось 1120 вояк.
Строили еще "лутай" - придорожные башни, где могли укрыться  застигнутые
налетом кочевников странники. Но никому никогда не пришла  бы  в  голову
идея Великой стены - эта сомнительная честь, есть все основания  думать,
принадлежит председателю Мао...
   Великая Китайская стена, какой мы ее  видим  сегодня,  в  самом  деле
грандиознейшее сооружение, построена во времена Мао Цзе-Дуна. У которого
хватало и амбиций, и многомиллионного резерва рабочей силы, чтобы реали-
зовать подобный проект. Не зря столь часто  упоминается  о  "реставрации
Стены", которая как раз и началась после прихода к власти коммунистов.
   Разумеется, я готов отказаться от столь  еретической  гипотезы.  Если
мне предъявят достоверные свидетельства людей, видевших Великую  Китайс-
кую стену во всем ее сегодняшнем величии в те годы, что лежат между  пу-
тешествием  Кафарова  и  вступлением  армии  Мао   в   Пекин   (примерно
1880-1949), если найдутся соответствующие фото- и киноматериалы.
   Ведь Кафаров отчего-то же не нашел Великую стену?  Как  ни  старались
помочь уважаемому гостю китайские губернаторы...
   Несколько любопытных фактов из других областей науки, прямо  работаю-
щих на нашу версию.
   Я не буду подробно приводить пересыпанную лингвистическими  терминами
аргументацию языковеда и писателя, покойного Л. В. Успенского - тот, кто
не убоится сложностей, пусть заглянет в его книгу "Слово о словах". Упо-
мяну лишь о выводе, который недвусмысленно следует из построений Успенс-
кого (сразу оговорюсь, это мой, а не его вывод): "Китайский язык по сво-
ей структуре - молод о и язык. И развивается по  тем  же  правилам,  что
английский, русский и др. И, следовательно, ему никак не может быть  че-
тыре тысячи лет". (Цит. изд., стр. 318-330.)
   Известный кораблестроитель академик Крылов еще в 30-е годы  вспоминал
скандальную историю с мнимым "изобретением" китайцами  таблицы  логариф-
мов, о чем поторопились возвестить миру иные горячие головы.  Когда  эти
"древнекитайские" таблицы вновь перевели с  китайского,  оказалось,  что
они целиком списаны с первого издания таблиц  Дж.  Непера,  шотландского
математика, как раз и выпустившего сей труд в 1614 г. -  естественно,  в
Европе. Доказательства плагиата железные - поскольку в китайском  тексте
обнаружились все те же опечатки, что были в книге Непера...
   Еще одна примечательная история, взятая из книги С. Валянского  и  Д.
Калюжного "Новая хронология земных цивилизаций":
   "Монах Шварц изобрел порох. Дело было так: он смешивал в ступке  серу
и селитру, совершенно не думая получить взрывчатое вещество, и  случайно
уронил в ступку тяжелый пестик. Смесь взорвалась, пестик вылетел и  про-
бил потолок.
   Разумеется, создатели первых пушек повторили все условия, и даже фор-
ма этих пушек была кувшинообразнойтакой же, как  и  форма  металлической
ступки Шварца. Так было в Европе.
   В китайских хрониках времен нашествия "монголов" имеются описания ки-
тайских пушек, стрелявших при помощи изобретенного китайцами же  пороха.
Пушки эти имели кувшинообразную форму. Для пушки такая форма  совершенно
не нужна. Мы знаем, почему она была такой в Европе.  Значит,  и  древний
китайский изобретатель пороха, смешивая в трубке серу и селитру и совер-
шенно не думая получить взрывчатое вещество, случайно уронил туда  тяже-
лый пестик. Смесь взорвалась, и...
   Каким иероглифом записано имя монаха Шварца?" [24).
   Я добавил бы схожий вопрос: каким иероглифом записано имя европейско-
го изобретателя шелка?
   Как гласят то ли летописи, то ли легенды, шелковичный червь был  отк-
рыт императрицей Линьчи, супругой китайского владыки Хуань Ти в 2640  г.
до нашей эры. Именно она якобы всерьез заинтересовалась необычными  шел-
ковыми коконами гусениц, растущих у нее в саду. И первая  начала  разво-
дить гусениц в "домашних" условиях.  Императрицу  провозгласили  Богиней
шелка, а китайцы берегли свой секрет, как зеницу ока... аж до VI  столе-
тия нашей эры. То есть 3200 лет!
   Потом пронырливые христианские монахи, добравшиеся до  Китая,  увезли
несколько яиц в полых бамбуковых посохах и доставили их  в  Константино-
поль, императору Юстиниану (богами шелка их, конечно, не  провозгласили,
что обидно). И с 550 г. нашей эры в Европе стали  разводить  шелковичных
червей...
   Во всей этой истории правдоподобна только вторая половина -  то,  что
шествие шелка по Европе началось с Византии в христианские времена. Воз-
можно, какие-то монахи и украли яйца - не зря у японцев есть схожая  ис-
тория, только вместо монахов там выступает влюбленная в японского  импе-
ратора китайская принцесса, его невеста, которая, уезжая сочетаться бра-
ком с нареченным, спрятала яйца в высокую прическу.
   Быть может, обе истории очень близки к правде. Невероятно одно -  то,
что китайцы могли три тысячи лет держать в тайне какой-то производствен-
ный секрет. Я перечитал немало книг по истории  промышленного  шпионажа,
но не нашел примеров, когда какая-то важная новинка (не имеет  значения,
в какой области науки, техники или производства) оставалась секретом для
конкурентов в течение не то что "тысяч", а хотя бы десятков лет. Кстати,
японцы не в пример честнее - они-то свою  историю  не  "опрокидывали"  в
прошлое на многие тысячи лет. Легенду о влюбленной принцессе они относят
веку к VII-VIII на - шей эры. Когда как раз и шло  зарождение  японского
государства.
   О "потрясающих достижениях" китайцев в области артиллерии и  ракетной
техники мы подробно поговорим чуть погодя...
   ...Когда эта глава была давно написана (да и сама книга  почти  гото-
ва), мне попала в руки новая работа российского "Двуликого Януса", Булы-
чева-Можейко. Как фантаст Булычев, "Янус", естественно, вправе выдвигать
самые оторванные от реальности версии и идеи - но как доктор  историчес-
ких наук Можейко строжайше придерживается исторической правды. Именно  о
второй ипостаси и пойдет речь - я имею в виду книгу И. Можейко "7  и  37
чудес", посвященную самым знаменитым памятникам архитектуры и искусства.
   "Изображения Китайской стены, известные каждому с детства, создают не
совсем правильную картину. Они все относятся к  участкам  неподалеку  от
Пекина, где стена хорошо сохранилась или подреставрирована. Это -  позд-
нейший ее участок... Однако вдали от больших городов, не на главных нап-
равлениях, стена не выглядит так внушительно, как у Пекина. Кое-где  она
представляет собой просто полуразрушенный земляной вал. Особенно это от-
носится к ее отросткам и ветвям, построенным тысячу, а то и  две  тысячи
лет назад. Лучше всего сохранились части стены из голубоватого кирпича и
камня с земляным наполнением. Но и в тех местах,  где  стена  осыпалась,
стоят башни... сейчас их насчитывают около двадцати тысяч".
   Все сходится. Нет никакого "грандиозного сооружения", могучего и  по-
ражающего воображение единого целого. Потому и не  нашел  Великую  стену
старательный Кафаров. Есть подреставрированные участки возле  столицы  -
которые принимают завею стену, полагают, что в с я она так и выглядит. А
кроме них - множество ветхих башен, полуразрушенных земляных валов,  ос-
татков кирпичных и каменных стен...
   Коли уж никакого "грандиозного сооружения" не существует, быть может,
и "великая древняя цивилизация", якобы воздвигшая в седой древности  Ве-
ликую стену, все же не более чем сказка?

   "ДАВАЙ ДЭНГИ! ДЭНГИ ДАВАЙ!"

   А сейчас затронем вроде бы известную  во  всех  подробностях,  однако
столь же любопытную и, как увидим, загадочную историю - появление на Ру-
си баскаков, зловредных сборщиков татарской дани, и их бесславную кончи-
ну.
   Фольклорная традиция породила немало ужасов. У меня и сейчас в памяти
оживает нечто вроде: "Нет денег - татарин добро возьмет, нет добра - же-
ну возьмет, нет жены - самого уволочет". Словом, ужас и беспросветность.
Ограбление Русской земли в потрясающих масштабах.
   Кстати, еще один примечательный аспект... Казалось  бы,  после  столь
долгого и систематического грабежа гдето в "монгольской" столице,  пусть
даже кочевой, где-то в китайских городах должны были скопиться горы цен-
ностей: не только русских, но и хорезмских, польских, венгерских,  чешс-
ких, грузинских. Брали в первую очередь, конечно же, драгоценные  метал-
лы. Даже если допустить, что все изделия из золота и серебра тут же зло-
дейски переплавляли, в "монгольской столице" должно было скопиться нере-
ально много золота. Как в Испании, куда целые  караваны  судов  везли  и
везли американское золото.
   Однако в последующие века, когда в Сибирь пришли русские, а  в  Китае
появились европейцы, это "сверхнормативное" золото отчего-то так нигде и
никогда не всплыло. Следуя "официальной" истории, где-то должны  сущест-
вовать поражающие воображение груды добычи, собранной с полумира. Но  ни
малейших ее следов не прослеживается. В Китае было,  в  общем,  как  раз
примерно такое количество золота, какое можно объяснить  накоплениями  в
результате собственной золотодобычи, торговли и походов на ближайших со-
седей. В Монголии - реальной Монголии - не нашлось  и  этого.  Кое-какие
накопления в буддийских храмах, пара-тройка золотых украшений у жены за-
житочного скотовода, горшок с золотом, зарытый под порогом купца... Все.
Та самая "великая", "потрясающая", "грандиозная" добыча, которая  просто
обязана была проявить себя, как-то обозначиться в последующей истории  -
самым волшебным образом куда-то сгинула. Как не было.
   Ну разумеется, ее не было. Поскольку никакие "монголы"  никого  и  не
грабили...
   Вернемся к баскакам. Официальная история с какой-то  комической  важ-
ностью гордится тем, что ей удалось  чрезвычайно  точно  определить  год
первого появления баскаков на Руси - 1257-й.  Лызлов,  кстати,  называет
более поздний срок - 1261 г., но суть не в этом...
   Суть в том, что первые баскаки появились в русских княжествах  спустя
девятнадцать лет (а по Лызлову даже - спустя двадцать  три  года)  после
страшного и опустошительного "татаро-монгольского" нашествия. Объяснения
этому историки не дали и, похоже, давать не собираются.
   Но ведь должно же существовать какое-то объяснение? Почему наши "мон-
голо-татары", хищники, безжалостные грабители, алчные "моавитяне" не ра-
зослали по Руси своих сборщиков дани сразу после установления "ига"? Мо-
мент был выгоднейший: военного сопротивления ждать неоткуда, население в
ужасе. Исторический опыт учит нас: любой завоеватель, едва завладев  ка-
кой-то территорией, в кратчайшие сроки начинает создавать аппарат по вы-
качиванию ценностей, или, пользуясь современной терминологией,  разветв-
ленную и отлаженную налоговую службу.
   Ничего подобного на Руси не произошло. Только девятнадцать лет (двад-
цать три года?) спустя после завоевания Руси  новые  хозяева  наконец-то
сообразили, что следует переписать население и обложить его податями.
   Снова в который раз что-то у нас не вытанцовывается.  Конечно,  можно
сослаться на то, что "монголо-татары"-де не умели собирать дань и прово-
дить перепись. Но верится этому плохо. Вернее, не верится вовсе. Слишком
много стран разбили и покорили наши "монголы", давно  должны  были  нау-
читься...
   И, наконец, сами баскаки выглядят как-то странно с точки зрения  "ка-
нонической" версии. Из книги в книгу кочует история о неких  "бесерменс-
ких"* купцах, якобы бравших дань на откуп - что, конечно  же,  позволило
наиболее клиническим "патриотам" довести эту байку до логического  конца
и кричать о "жидах-ростовщиках", мгновенно покумившихся с "монголами".
   * Знает кто-нибудь, где такая страна - "Бесермения"?
   Вот только ни "бесермены", ни "жиды" отчего-то так и не прослеживают-
ся. Зато...
   Баскаком в Ярославле служит русский монах  (!)  Изосим.  В  Устюге  -
русский, христианин по имени Иоанн. Суздальская летопись 1303 г., упоми-
ная о кончине баскака Кутлубуга, вдруг употребляет слово "преставился" -
то есть речь идет опять-таки о христианине, единоверце! Никаких  "монго-
лов" и близко нет. А  отдельные  смелые  исследователи  начинают  ехидно
уточнять, что пресловутый "ханский ярлык на княжение", якобы выдававший-
ся татарами русским князьям, связан скорее не с "монгольскими", а с  ев-
ропейскими обычаями. Поскольку аналогов слова "ярлык" не  найдено  ни  в
монгольском, ни в татарском языках, зато в немецком их  сколько  угодно.
"Jahriicke" - "вассальное обязательство", "jahriich"  -  "почетное  зва-
ние", "jahriish" - "годичное ленное обязательство". В современном немец-
ком "jahriich" до сих пор означает "годичный", "ежегодный"...**
   ** Наконец, до XIII в. "ярдами" (в Англии "эрлами") звались вельможи,
впоследствии переименованные в герцогов и графов.
   Второе. "Ордынцы" отчего-то нисколько не озабочены судьбой  своих  же
чиновников, направленных для сбора дани. Когда сразу в нескольких  горо-
дах, ударив в набат, старательно перебили всех тамошних баскаков,  кара-
тельной экспедиции почему-то так и не последовало. Как уже вскользь упо-
миналось, Александр Невский оперативно съездил в Орду и мало  того,  что
добился отмены наказания для виновных, вдобавок еще вынудил татар  взять
назад свое решение о наборе русских рекрутов для "ордынской" армии...
   Явная неправдоподобность  ситуации  давно  уже  заставляет  историков
"классического" направления проделывать слабые телодвижения  в  попытках
хоть как-то сгладить нелепости и нестыковки. После долгих умственных мук
родилось нечто похожее на версию: дескать,  поскольку  баскаки  были  не
чистокровными татарами, а "бесерменами", их истребление, в общем, как-то
и не оскорбило татар, и они, благодушно выслушав Невского, вместо  кара-
тельных мер добавили дополнительные льготы.
   Давайте представим себе эту встречу. В юрту  к  свирепому  татарскому
хану (который, как нам внушают, ранее сжег город Козельск только за  то,
что покойный князь этого города убил пятнадцать  лет  назад  монгольских
послов) входит Александр Невский.
   - А, Искандер! - хмыкает хан, почесывая спину. - Как доехал? Что  там
нового в моем улусе, на Руси?
   - Да так, пустяки... - отвечает Невский. - Баскаков вот  твоих  поби-
ли... До смерти.
   - Всех? - удивляется хан.
   - Да пожалуй что, и всех... - пожимает плечами Невский.
   - Копек-оглы, эшшек баласы! - в сердцах ругается хан на своем  моави-
тянском языке. - Надо карательный отряд посылать. Эй, орда, на-конь!
   - А стоит ли, великий хан? - почтительно настаивает  Невский.  -  Все
равно были те баскаки - бесермены заезжие, не твои татары, чай...
   - И верно! - ошарашенно восклицает хан. - Что ж это я осерчал,  дурак
такой? Эй, орда, расседлывай! Мое величество погорячились... В самом де-
ле, Искандер, за бесерменов и наказывать-то не стоит... У  тебя,  может,
еще просьбы есть?
   - Да вот не хотят мои русские рекрутов тебе в войско давать...
   - Не хотят? И не надо! - машет рукой хан. - Подумаешь, безделица  ка-
кая - рекруты... Обойдусь, не первый раз. Эй, кто там! Несите кумыс,  да
зовите Зульфию с Фатимой, друг Искандер приехал, гулять будем...
   Как по-вашему, можно поверить в подобный диалог? Ни  в  коем  случае!
Кто бы там ни были баскаки, они представляли власть,  Орду,  хана,  мон-
гольский порядок. По всем обычаям и установлениям следовало дать  укорот
так, чтобы никому неповадно было...
   Укорота не дали. А вот дополнительных льгот добавили...
   Несколько осовременим ситуацию.
   В горницу к Петру Первому входит Меншиков и, помявшись, сообщает:
   - Дело, мин херц, в следующем: в Ярославле злоумышленным образом  по-
били до смерти немца-канцеляриста, что послан был туда налоги  счесть  и
собрать. И просят теперь, чтобы ты им прощение объявил, да вдобавок снял
рекрутскую повинность...
   Какова будет реакция Петра? Сколько дней после того будут в Ярославле
вздергивать на деревьях виновных? Долгонько...
   Одним словом, стоит только смоделировать ситуацию в виде диалога  или
сцены из реальной жизни - всякий раз получается  столь  неправдоподобная
фантазия, что веры ей - никакой...
   Кроме того, истребление баскаков было не просто стихийным бунтом,  а,
как подчеркивают летописи, скоординированной акцией, проведенной  самими
князьями: "...повелеша князи убивать ханских баскаков..." То есть,  "та-
тарам" следовало бы отнестись к происшедшему еще свирепее -  коли  перед
нами не обычный стихийный бунт, а самый настоящий заговор...
   В чем тут загадка? Есть ли объяснение в рамках нашей версии истории?
   Пожалуй.
   Есть крайне многозначительное совпадение - получается, что  княжеский
заговор, в результате которого были истреблены баскаки, последовал сразу
после смерти Александра Невского. А смерть эта не так уж и далеко отсто-
ит от кончины Батыя. По нашей реконструкции, это один и тот же  человек.
А разные даты (1255 - смерть Батыя и 1262 -  смерть  Александра)  -  ре-
зультат разночтений, которых немало в летописях. То есть  -  ошибок.  Мы
видели, что и само введение системы баскачества на Руси датируется  раз-
ными источниками по-разному - 1257-й и 1261-й. Так обстоит и со  многими
другими событиями, в разных летописях имеющими разную датировку.
   Между прочим,  давняя  традиция  приписывает  кончину  насильственной
смертью не только Александру Невскому... но и Батыю! Да-да, я не  огово-
рился. Если кончину Александра современники связывали с отравлением,  то
смерть Батыя - с гибелью его в бою в Венгрии от руки "короля Владислава"
(причем непонятным образом в роли  союзницы  Батыя  выступала...  сестра
этого самого короля).
   Истории неизвестен венгерский король по имени Владислав,  во  времена
вторжения "татар" в Венгрии правил Бела IV. Однако ценна здесь в  первую
очередь тенденция. Убежденность многих средневековых источников, что Ба-
тый умер не своей смертью. Процитированная чуть выше летопись, памятник,
известный в современной историографии как "Хронограф Русский", так и со-
общает: "По убиении Батыеве повелеша князи убивать ханских баскаков..."
   Быть может, дела обстояли следующим образом?
   После боев 1237-1238 гг., когда Ярослав и Александр  обрели  реальную
власть над значительной частью Руси, последовало вторжение русской армии
в Европу, на помощь боровшемуся с папой Фридриху П. По  причинам,  кото-
рые, скорее всего, так и останутся для нас неизвестны, русские не смогли
переправиться в Италию, пришлось возвращаться. Столь масштабная  военная
кампания, ясно, требовала огромных расходов. Году  к  1257-му  княжеская
казна опустела.
   И Александр Невский (Ярослав к тому времени уже умер) вводит перепись
населения, новые подушные налоги, направляет повсюду баскаков.  Баскаки,
конечно же, христиане. Позднейшие историки пытались поддержать  "ордынс-
кую" версию (Изосим, мол, вероотступник и супостат, а Иоанн принял  кре-
щение, уже будучи баскаком), но странная реакция  Орды  (точнее,  удиви-
тельное благодушие) работает в пользу именно нашей версии истории.
   Можно с уверенностью сказать, что возмущение вызвали не сами баскаки,
а то, что налог был новым. Дополнительным, какого прежде не было.  Евро-
пейская история прямо-таки пестрит примерами, когда новые налоги как раз
и вызывали  ожесточенное  сопротивление.  По  свидетельству  королевских
юристов в Бордо, когда там вспыхнули волнения в 1651 г.,  причиной  было
"неприятие жителями новшеств" - т.е. новых налогов. В Перигоре в 1637 г.
бунтовщики прямо заявили: нововведенные подати "необычные,  невыносимые,
незаконные, чрезмерные, НЕИЗВЕСТНЫЕ НАШИМ ОТЦАМ". Когда губернатор  Бре-
тани в 1675 г. огласил королевский указ о новых налогах, бунтовщики зая-
вили прямо: " Мы не против налогов, которые платим шестнадцать  лет,  но
мы оспариваем введение НОВЫХ налогов".
   А для того, чтобы показать, насколько схожим было мышление  "простого
народа" в разных концах Европы, приведу показательный пример.
   Известно, что когда в Российской империи в 30-х годах  прошлого  века
прокатилась эпидемия чумы, крестьяне повсюду  убивали  докторов,  вообще
всех, кто походил на медиков, объясняя это тем,  что  "доктора  разносят
чуму, и их надобно извести". Порой  эти  печальные  события  вспоминали,
чтобы доказать "извечную дикость и отсталость русского народа".
   Хотите знать, что произошло во Франции в те же примерно годы?
   Эпидемия чумы в южных районах.  И  французские  крестьяне...  повсюду
убивают тех, кто похож не только на докторов, но и на парижан.  Оказыва-
ется, среди тамошних пейзан распространилось  убеждение,  что  "парижане
умышленно распространяют чуму, дабы извести крестьян и захватить их зем-
ли"! Как вам сходство менталитета?
   Налоги вызывали ненависть с тех самых пор, как были придуманы. У Дюма
в каком-то из романов есть великолепные строки:  "Народ  не  любил  его:
во-первых, он был министром финансов, а министров финансов всегда не лю-
бят..."
   И потому нет ничего удивительного в том, что после смерти  Александра
Невского (вполне может оказаться, как раз и последовавшей  в  результате
отравления) все его вассалы-князья, все  подвластные  ему  земли  дружно
поднялись бунтовать  против  введенных  совсем  недавно  новых  налогов.
Князья, как о том недвусмысленно пишут летописцы, устроили заговор и ор-
ганизовали повсеместное убийство баскаков.
   "Орда" потому так благодушно к этому отнеслась, что никакой "Орды" не
существовало. В противном случае карательные отряды непременно  раздела-
лись бы с ослушниками. Любая власть пуще всего стервенеет как раз от по-
кушения на ее карман, то бишь неуплату налогов. Способна спокойно  пере-
носить печатные пасквили, вопли оппозиции и газетную критику - но попро-
буйте ударить власть по карману, будь то карман татарского хана или пре-
зидента суверенной державы...
   Существуй "монгольское иго" в реальности - ордынские ханы просто обя-
заны были послать войска и покарать виновников убийства баскаков. Однако
в нашем варианте событий обстояло  иначе  -  просто-напросто  наследники
Александра Невского-Батыя предпочли спустить дело на тормозах, поскольку
сила, такое впечатление, была не на их стороне. Не зря летописцы сообща-
ют, что после истребления баскаков налоги для "Орды" отныне собирали са-
ми князья. Возможно, мы наблюдаем чертовски знакомое явление, которое  в
наши дни называется "борьба федеральной власти с  местной  за  налоговую
политику". Проще говоря, "федеральный  центр"  в  лице  Александра-Батыя
предпочитал собирать  подати  самолично  и  все  их  оставлять  себе,  а
удельные князья, аки нынешние губернаторы, желали отстегнуть себе жирный
процент. И воспользовались смертью Невского, чтобы  побороться  за  свой
вариант...
   Ну, а то, что о баскаках летописцы отзываются с применением самых ру-
гательных эпитетов, удивлять не должно ни капельки - покажите мне  такую
страну и назовите такую эпоху, когда сборщиков податей не  сравнивали  с
саранчой и прочими казнями египетскими...
   И еще. На протяжении всего "монголо-татарского  владычества"  русская
церковь сохраняла какую-то странную  индифферентность  к  "захватчикам".
Еще в начале века Е.Е. Голубинский, профессор Московской духовной акаде-
мии, чуточку растерянно писал: "Если полагать, что  обязанность  высшего
духовенства - епископов с соборами игуменов - долженствовала при  данных
обстоятельствах состоять в том, чтобы одушевлять князей и всех граждан к
мужественному сопротивлению врагам для защиты своей земли,  то  летописи
не дают нам право сказать, что епископы наши оказались на высоте  своего
призвания. Они не говорят нам, чтобы, при всеобщей панике и растеряннос-
ти, раздавался по стране этот одушевляющий святительский голос".
   К этому  стоит  добавить,  что,  по  летописным  данным,  подавляющее
большинство церковных владык вовсе не пострадало от "Батыева нашествия".
Если не считать митрополита Иосифа. Епископ черниговский загодя уехал  в
отдаленный городок, как и ростовский епископ Кирилл. С рязанским еписко-
пом обстоит еще загадочнее - он уехал...  "когда  орда  окружила  град"!
Полное впечатление, что всех их либо заранее предупреждают, либо не тро-
гают...
   А если вспомнить все те льготы, что русская церковь получила от  "та-
тар"?
   По нашей реконструкции и это объясняется предельно просто.  Поскольку
"Батыем" были Ярослав с Александром, церковь они, понятно, не трогали.
   Есть, правда, одно исключение - владимирский епископ Митрофан при не-
выясненных обстоятельствах погиб во время штурма города.
   Однако это никоим образом не может  служить  доказательством  "монго-
ло-татарской" версии. Подобное случалось в 1569 г. - когда в Твери заду-
шили митрополита Филиппа Колычева. Однако татары тут ни  при  чем  -  по
приказу Ивана Грозного с митрополитом собственноручно разделался  Малюта
Скуратов. Причем никто не пытался свалить убийство на "ордынцев" - в  те
времена уже не существовало столь удобного "громоотвода", каким была вы-
мышленная Золотая Орда, на которую и сваливали чохом  свои  грехи,  надо
полагать, немало русских князей...
   И, наконец, кое-какие стенания о  "разорении  и  разграблении"  могут
иметь совершенно неожиданную подоплеку...
   Уже в нашем  столетии  западноевропейские  историки  "задним  числом"
вскрыли случаи крупного казнокрадства среди чиновников испанской колони-
альной администрации - увы, виновных уже никак нельзя было  притянуть  к
суду, поскольку они благополучно скончались лет четыреста назад, вдоволь
попользовавшись ворованными денежками.
   Дело в том, что историки скрупулезно  сравнили  рапорты  губернаторов
американских колоний Испании об ущербе, понесенном от пиратских  налетов
англичан и... технические характеристики кораблей  рыцарей  удачи  вроде
Дрейка, сэра Кевендиша или Уолтера Рэли. Корабли, принимавшие участие  в
пиратских рейдах, известны поименно. Так вот, если бы на "Золотую  лань"
Дрейка было погружено именно столько золота и серебра, сколько указали в
качестве "украденного английскими  собаками"  испанские  идальго,  судно
просто не смогло бы выйти в море. Оно отправилось бы на дно,  как  утюг,
приняв непосильную для себя ношу. Кто-то из чиновников  вовремя  сообра-
зил, что подворачивается удобный случай списать на  пиратов  собственные
грехи...
   Подозреваю, что иные древнерусские сообщения о "дочиста  пограбленном
татарами добре" вызваны к  жизни  тем  же  хитроумием  "материально  от-
ветственных" лиц...

   СКАЗКА СКАЗЫВАЕТСЯ...

   Как легко догадается проницательный читатель,  речь  в  этом  разделе
пойдет о наиболее фантастичных подробностях "Батыева нашествия", о самых
сказочных повествованиях.
   Начать, конечно, следует с поразительных китайских ракет и  пороховых
снарядов, якобы перенятых "монголами" и с успехом использованных в заво-
евательных походах.
   Чтение увлекательнейшее. Иллюстрации и того поразительнее -  на  рис.
1.11 "монгольский ручной ракетомет", на рис. 1.12 - прямо-таки древнеки-
тайский прообраз "Катюши". А уж подробности...
   "В 1232 г. в битве под стенами Кайфына (нынешнего Пекина), когда  го-
род обложило тридцатитысячное монгольское войско, атака кочевников  была
отражена с помощью ракет. Ракеты эти летели на расстояние 100 ли  (около
9 км.!), и в месте своего падения выжигали все на 60 метров в  окружнос-
ти" [234].
   Этот леденящий кровь в жилах рассказ два чешских автора почерпнули из
"старинных китайских книг". Тех самых, о чьей "древности" подробно гово-
рилось выше...
   Отечественные авторы, прямо скажем, тоже не ударили  лицом  в  грязь.
Солидный журнал "Химия и жизнь", всегда кокетничавший своим академизмом,
не столь уж и давно опубликовал не менее поразительные описания  китайс-
ких ракет: ""Огненные ястребы" представляли собой  деревянные  сосуды  с
порохом или глиняные горшки, наполненные расплавленным легкоплавким  ме-
таллом. Против живой силы противника использовались осколочные  снаряды,
начиненные порохом и разбрасывавшие при взрыве железные колючки, осколки
железной или фарфоровой оболочки. Взрыв такого снаряда мог  быть  слышен
на расстоянии 50 км, а осколки пробивали латы".
   Химическое оружие, тоже, оказывается, придумано  древними  китайцами:
""шары ядовитого дыма", заполненные порохом с примесью сильнодействующих
растительных  ядов".  "Армия  Чингисхана  успешно  применяла  гранаты  с
нефтью... В 1206 г. монголами был ими сожжен флот  одного  из  китайских
флотоводцев. В 1225 г., осаждая Хорезм, монголы обстреливали город раке-
тами и пороховыми разрывными снарядами". Разрывные снаряды,  "снабженные
соломенным хвостом для стабилизации в полете". И, конечно же,  "ракеты",
которыми "монголы обстреливали со своих кораблей японский флот".
   Между прочим, "древнекитайский рекорд", то есть расстояние  в  девять
километров, которое пролетала древняя ракета, был побит только в XX веке
- с применением не порохов, а жидкого горючего, не "бамбуковых  трубок",
а тугоплавких сталей. Что позволяет безоговорочно зачислить в разряд са-
мых беззастенчивых фантазий  "руководства"  по  ракетной  технике  вроде
"книги Чин Яо-Цзу", якобы написанной в 809 г., или  "учебника  ракетного
дела Ченг Кун-Лиана", будто бы составленного в 1045 г.
   Я уж не говорю о вопиющих нелогичностях в "древних" текстах - с одной
стороны, монголы якобы захватили Китай в 1212 г., с другой - в  1232  г.
"тридцатитысячное монгольское войско" все еще совершает  набеги  на  ки-
тайские города. Кстати, автор статьи в "Химии и жизни" - не инженер  или
военный историк, а кандидат психологических наук, как  выясняется,  поп-
росту переписавший эти сказки из труда некоего С.Я.  Школяра  "Китайская
доогнестрельная артиллерия", вышедшего в 1980 г. в издательстве... "Нау-
ка" (!).
   Любопытно было бы полистать этот труд, представляю, с какими еще отк-
ровениями можно столкнуться...
   Почему все эти жуткие россказни представляются сплошной сказкой?
   Во-первых, "ученые", переписывавшие друг у друга всю эту околонаучную
фантастику о летящих на девять километров ракетах XIII в. (!),  ручаться
можно, в детстве никогда не баловались с шутихами,  поджигами,  ракетами
из горючей фотопленки 60-х гг. и прочими опасными игрушками. Автор  этих
строк как раз отдал дань тогдашнему всеобщему увлечению "огненными поте-
хами" - и, благополучным образом не лишившись ни пальцев,  ни  глаз,  ни
каких-либо еще деталей организма, набрался  определенного  опыта.  Можно
говорить со всей уверенностью: "корзинный  ракетомет",  изображенный  на
рис. 1.11, скорее всего, взорвется в руках у стрелка, да так,  что  мало
ему не покажется. Тут просто не может быть безопасной системы последова-
тельного воспламенения "ракет". И, что существеннее,  пороховая  стрела,
выпущенная из подобного устройства, полетит не по прямой, а к  черту  на
кулички - из-за малой начальной скорости и  полной  невозможности  такую
стрелу стабилизировать. То же относится и  к  устройству  с  рис.  1.12.
Стрела с прикрепленным к ней пороховым ускорителем еще  способна  лететь
долго и прямо, если будет выпущена из лука, что как раз и придаст  необ-
ходимое начальное ускорение - но во всех других  случаях  станет  кувыр-
каться и метаться, как ярмарочная шутиха, представляя опасность в первую
очередь для тех, кто ее выпустил... Наконец, "соломенный хвост"  в  роли
стабилизатора ракеты - чепуха в кубе.
   Во-вторых, есть косвенное, но весьма весомое доказательство того, что
в средневековом Китае подобных "страшилок" на вооружении никогда не сос-
тояло. Доказательством служит полное отсутствие подобного оружия в  Япо-
нии вплоть до первых контактов с европейцами.
   Военные новинки секретом остаются недолго. В руки противника попадают
либо несработавшие образцы, либо умеющие обращаться с  новинкой  специа-
листы - а ведь есть еще и разведка, охотящаяся в первую очередь за изоб-
ретениями, которые можно применить в военном деле...
   Вопреки расхожему мнению, государство ацтеков в Южной Америке погуби-
ли как раз внутренние распри и сепаратизм - но никак не пресловутый мис-
тический страх перед "молниями бледнолицых богов". По достовернейшим ис-
панским источникам, уже в первый год вторжения Кортеса у индейцев оказа-
лись и аркебузы, и кузнечные инструменты - поскольку к  ним  просто-нап-
росто сбежали иные недисциплинированные кортесовы солдатики, прихватив с
собой и ружья, и порох, и кузнечный инструмент. Нечто  похожее  наблюда-
лось и во времена освоения русскими Сибири - местные племена (порой  на-
ходившиеся на уровне развития каменного века), захватив парочку казацких
пищалей с боеприпасом, поразительно быстро научались с ними  обращаться.
И, в свою очередь, палили по казакам, не испытывая и  тени  мистического
трепета перед "молниями"...
   Известно - первые японские мечи под названием "кэн" с прямыми обоюдо-
острыми клинками были заимствованы  из  Китая.  Только  столетие-полтора
спустя заработала местная оружейная пытливая мысль, появились классичес-
кие, чисто японские мечи "тати", "катана" и "вакадзаси" -  односторонней
заточки, слегка изогнутые. Японцы заимствовали с континента и рукопашный
бой, и кольчуги, а в середине XVI в.  после  знакомства  с  европейскими
доспехами оперативно наладили у себя производство "гузоку"  -  доспехов,
не собранных из гибко соединенных пластинок как прежде, а  цельноклепан-
ных, типа кирас.
   Как видим, военные новинки в Стране восходящего  солнца  перенимались
довольно оперативно. Однако японцы, столь восприимчивые к новому,  отче-
го-то не переняли у континентальных соседей  ни  стенобитных  машин,  ни
камнеметательных, ни пороховых ракет, ни  "разрывных  осколочных  снаря-
дов", ни "гранат с нефтью". Почему? Да потому, что перенимать было нече-
го! В средневековом Китае попросту не существовало ни всевозможных  "ра-
кет и гранат", ни даже арбалетов (которых японские  самураи  тоже  отче-
го-то не знали).
   В-третьих, есть определенные закономерности  в  распространении  того
или иного оружия. Как уже говорилось, оно недолго остается тайной. В ми-
ровой истории просто не бывало случаев, чтобы  одна-единственная  страна
даже не сотни, а десятки лет оставалась монополистом во  владении  неким
новым оружием, в особенности таким, что качественно отличалось от  всего
прежде известного.
   Посмотрим, как распространялось огнестрельное оружие в Европе.
   1300 г. - во Франции появляются "каноны" - первые, весьма примитивные
ручные огнестрельные орудия.
   1305 г. - в Италии появились "пушки из металла".
   1324 г. - венецианский сенат поручает  должностным  лицам  заготовить
для защиты города "пушки и ядра".
   1338 г. - огнестрельное оружие появляется в Англии.
   1342 г. - огнестрельное оружие появляется в Испании.
   1372 г. - в Германии действует отлаженное производство пушек. За один
этот год мастер Петер Аарау отлил в Аугсбурге двадцать  орудийных  ство-
лов.
   1382 г. - москвичи обстреливают из пушек осаждающие город войска хана
Тохтамыша.
   Словом, к концу XIV века в Европе просто нет страны, не  имеющей  ог-
нестрельного оружия. "Турция, кстати, тоже им  вооружается  -  благодаря
некоему оружейнику Петеру Бригге, "оловянщику", в 1346 г.  изготовившему
для одного из сельджукских правителей бронзовое орудие под  двухфунтовые
свинцовые ядра. Из Турции, надо полагать, пушки распространяются на Вос-
ток - приплыв в Индию в XVI в. и поссорившись с тамошними мусульманскими
султанами, европейцы начали было обстреливать прибрежный  город  Момбасу
из пушек, но в ответ раздалась еще более мощная канонада...
   Вот так выглядит реальность, естественный процесс  победного  шествия
технической новинки. Ничего похожего на сказочки  о  китайских  ракетах,
якобы столетиями остававшихся военной тайной.
   Самая страшная тайна - та, которой не существует. Располагай  китайцы
в XIII в. столь страшным оружием, сравнимым по ударной силе с  современ-
ными осколочными и зажигательными  гранатами,  с  тактическими  ракетами
средней дальности (9 км!), никакие степные кочевники не смогли бы завое-
вать их города - были бы уничтожены в два счета...
   Кончено, нельзя исключать, что  какие-то  светлые  личности,  немного
опередившие свое время, проводили эксперименты с разнообразными  порохо-
выми снарядами. Примеров в истории предостаточно. Однако "в  серию"  эти
игрушки ни за что не могли бы пойти при убогом техническом  уровне  XIII
в. Между изобретением револьвера и массовым его производством - примерно
триста лет. Не зря одна из китайских легенд повествует об ученом,  кото-
рый, решив полетать по воздуху, прикрепил к воздушному змею немалое чис-
ло пороховых трубочек, сел в "седло" и велел слугам поджечь ракеты -  но
рвануло так, что ни остатков изобретателя, ни остатков его  аппарата  не
отыскалось вовсе...
   В XIII веке, кстати, чем-то подобным баловались и арабы.  Французский
историк де Жуанвиль упоминает,  что  во  время  7-го  крестового  похода
(1248-1254), во время сражения за город Джимият на Ниле сарацины  "выст-
релили снаряд, который попал в речной берег и отскочил к рыцарям, преиз-
рядно дымя". Речь, конечно же, идет о каком-то "экспериментальном образ-
це" вроде "сухопутной ракетной торпеды", которую изобразил в своем трак-
тате (конец XIII в.) сирийский ученый Аль-Хасан Аль-Раммах. Самое беглое
знакомство с рисунками этого дива убеждает, что оно  никоим  образом  не
могло бы двигаться целенаправленно, в первую очередь уничтожив тех,  кто
осмелился бы поджечь фитиль... [2341
   К чести арабов стоит добавить - они не сочиняли сказок о своих бравых
полководцах, которые бы побеждали врагов с помощью многих сотен подобных
снарядов. И "торпеда" Аль-Хасана, и "бомба из Джамията", и "ракетная по-
возка" Итало де Фонтенуа, и "реактивная торпеда" де  Фонтени  оставались
либо рабочими чертежами, либо единичными  экспериментальными  образцами,
как правило, смертельно опасными в первую очередь для самих  эксперимен-
таторов. Только в восемнадцатом веке стали появляться более-менее  перс-
пективные разработки боевых ракет - и то во  второй  половине  столетия,
когда в Англии над ракетами стал работать В. Конгрев, в России  -  майор
Данилов и А.П. Денисов, а в Индии - мастера  майсурского  раджи  Хайдара
Али. Но и впоследствии ракетное оружие не стало массовым -  и  во  время
англоамериканской войны 1814 г., и при подавлении  русскими  венгерского
мятежа в 1848-м, и в Крымскую войну оно оставалось третьестепенной экзо-
тикой, не игравшей особой роли.
   А посему побасенки о средневековых китайских  ракетах  побасенками  и
останутся...
   Что до стенобитных и камнеметных орудий, с ними подчас связаны не ме-
нее головоломные загадки. Оставаясь в плену "классической" версии о мон-
голо-татарском нашествии, известный русский фортификатор, профессор В.В.
Яковлев в своем труде "История крепостей. Эволюция долговременной форти-
фикации" (издан в 1931 г.  для  слушателей  Военно-технической  академии
РККА) написал примечательные строки:
   "Со времени вторжения татар в Россию (1237 г.) осадное искусство  по-
лучило большое развитие. Летописи, описывая осады, произведенные татара-
ми, впервые упоминают об осадных машинах, называя их "порокы".  С  этого
же времени начинаются в летописях указания на употребление этих машин  и
русскими (! - А.Б.) при атаке укрепленных городов. Машины эти назывались
"сосудами на взятье града" (осада Люблина в 1245 г.)" [223].
   После того, как мы, смею думать,  доказали,  что,  вопервых,  никакие
"татары" на Русь не вторгались, а во-вторых, что никаких "заимствований"
в Китае не могло быть сделано, можно со всей уверенностью несколько  пе-
ределать вышеприведенные строки:
   "ПОСЛЕ 1237 Г. РУССКИЕ В ШИРОКОМ МАСШТАБЕ НАЧИНАЮТ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ОСАД-
НЫЕ МАШИНЫ ПРИ ВЗЯТИИ ГОРОДОВ".
   Так оно будет вернее...
   Со стенобитными машинами, или "пороками" связана одна из наиболее из-
вестных и фантастических побасенок,  сочиненных  русскими  книжниками  о
"Батыевом нашествии". Речь идет о смелом витязе Евпатии Коловрате, кото-
рый, напав на "злых татаровей", был уничтожен в чистом поле... с помощью
стенобитных машин!
   "Повесть о разорении Рязани Батыем"* описывает это так: "И стал  сечь
силу татарскую, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил,  одних
пополам рассекал, других до седла разрубал. И возбоялись  татары,  видя,
какой Евпатии крепкий исполин. И навели на  него  множество  пороков,  и
стали бить по нему из бесчисленных пороков, и едва убили его" [173].
   * Как о ней пишут даже официальные источники  -  "известна  только  в
позднейших списках, содержит ряд искажений фактов и хронологии".
   В. Ян в своем талантливом романе "Батый" описывает это  не  в  пример
образнее: "Он (Бату-хан - А.Б.) завыл, увидев, как третья сотня  полегла
от удара грозных урусов:
   - Я теряю лучших моих воинов!
   Теснившиеся около джихангира темники попятились...
   Бату-хан ударил себя по щекам и завизжал:
   - Субудай! Субудай!
   И бросил подскакавшему старому полководцу какое-то распоряжение.
   Забегали нукеры. Послышался тяжелый топот  коней,  странный  скрип  и
шум. Прозвучали новые татарские выкрики, треск и грохот. Резкие удары  в
медные щиты** отозвали с холма татарских воинов... Евпатии, видя отступ-
ление татар, высоко поднял меч:
   ** Щиты, надо полагать, отлиты из меди на привалах, в  походных  мас-
терских?
   - Вперед! За...
   Но страшный удар в грудь прервал его могучий голос.
   Он упал, обливаясь кровью. С ужасной силой, сбивая все встречное, ле-
тели в теснившихся на холме русских воинов огромные  камни.  Это  татары
подтащили на полозьях китайские камнеметные машины.
   ...Битва подходила к концу. Между соснами на  бугре  еще  стояла  ма-
ленькая кучка людей. Это были последние оставшиеся в живых воины  отряда
Коловрата. Камни редко падали на бугор, где  люди  стояли  выпрямившись,
тесно прижавшись друг к другу, спокойно ожидая смерти".
   Вам не взгрустнулось? А если взгрустнулось, позвольте спросить напря-
мик: неужели вы считаете своих предков полными и законченными идиотами?
   Дебилами, которые беспомощно стоят на холме, даже  не  делая  попыток
уклониться от камней, летящих довольно медленно, видимых издали?
   Ну конечно, наши средневековые предки идиотами не были.  Эта  история
вымышлена от начала и до конца. Поскольку является единственным в  миро-
вой истории описанием того, как осадные машины были использованы в  сра-
жении на открытом поле против воинов противника...
   Тот же Ян несколькими страницами ранее пишет, что бравое воинство Ев-
патия атаковало конницу "монголов", находившуюся на марше. То есть  дви-
гавшуюся куда-то нормальным походным аллюром.
   Меж тем тяжеленные камнеметы, на каких бы там "полозьях" они ни были,
передвигались даже медленнее пешехода - поскольку их таскали не  лошади,
а быки. Конный отряд просто не  мог  тащиться  по-черепашьи,  соразмеряя
свой аллюр со скоростью едва плетущихся быков, с натугой волочащих  кам-
неметы и повозки с "громадными камнями".
   Предположим, "бой длился долго". Настолько, что татары успели все  же
подтащить камнеметы, оказавшиеся,  как  пресловутый  "рояль  в  кустах",
где-то поблизости. Однако невозможно "накрыть" камнями пешего, перемеща-
ющегося по полю противника. Элементарная логика подсказывает, что  любой
военный человек не стал бы "стоять выпрямившись, тесно прижавшись друг к
другу", скорее постарался бы контратаковать - все  равно  погибать,  так
лучше уж в бою, а не стоять покорной  овечкой,  подставив  лоб  камню...
Камнемет - не пулемет, его невозможно во мгновение ока поворачивать  так
и сяк, целясь вслед активно перемещающемуся по полю человеку. Камнемет -
изрядная махина. Достаточно перебежать на  пару  десятков  шагов,  чтобы
пришлось "перенацеливать" громоздкое сооружение...
   Однако должно же быть какое-то рациональное объяснение?
   По-моему, я его отыскал в цитате  из  Татищева:  "Пороки  именовались
снасти стенобитные (или артиллерия): великие бревна, на концах обиты же-
лезом и на козле повешены перевесом. Оное называется  баран.  Иные  были
как пожарные крючья и вилы, чем бревна ломали... камение же метали пере-
весами, самострелами великими..."
   Ключ, скорее всего, в этих двух словах: "или артиллерия". Вполне воз-
можно, что первые огнестрельные орудия по старой памяти именовались "по-
роками". И Евпатий (очень может быть, реально существовавший) погиб зна-
чительно позже XIII в., не исключено, и в бою с  какими-то  татарами.  И
расстреляли его с его воинством, конечно же, из пушек или пищалей.
   В этом варианте все логично и убедительно. Никто не выглядит  идиотом
- ни татары, зачем-то плетущиеся шагом вслед за медлительными камнемета-
ми, ни русские, покорными овечками стоявшие на месте и подставлявшие лбы
под летящие булыжники.
   Та же "Повесть о разорении Рязани Батыем" рисует абсолютно  неправдо-
подобную версию гибели в 1237 г. рязанского князя Федора Юрьевича. Якобы
сластолюбивый Батый, прослышав о  потрясающей  красоте  супруги  Федора,
вызвал его к себе и потребовал привести жену, а когда  князь  отказался,
велел убить и его, и всю его свиту.
   Во-первых, эта "Повесть", неизвестно когда написанная -  единственный
источник, поведавший о сексуальных бесчинствах Батыя и  воспоследовавшей
из-за них гибели князя Федора.  Во-вторых,  свидетелем  выступает  некий
Апоница, пестун князя. Который, изволите ли видеть, "укрылся" где-то  во
время истребления русского посольства (это - посреди ханской ставки!), а
потом ухитрился тут же, посреди татарского лагеря, неподалеку от  Батые-
вой юрты... похоронить убитых и выбраться из татарского  лагеря  незаме-
ченным!
   Воля ваша, но таким "свидетелям" не поверил бы и туповатый  инспектор
Лестрейд...
   Если уж зашла речь о фольклорных преувеличениях, невозможно не упомя-
нуть о "принципе Тоунипанди", открытом теми же  героями  Джозефины  Тей.
Заключается он в том, что последующая устная традиция значительно  преу-
величивает масштабы незначительного, в общем-то, события, которое  впос-
ледствии попадает в научные труды и учебники как раз в качестве масштаб-
ного. Пример, тут же приведенный писательницей, - так  называемая  "Бос-
тонская резня", которая на самом деле была всего лишь нападением хулига-
нов на британский военный патруль. Солдаты, когда их  стали  забрасывать
камнями, открыли в ответ пальбу. Трое или четверо американцев были  уби-
ты. "Резней" это никак не может считаться...
   В средневековой русской истории "Тоунипанди" нередки. Взять  хотя  бы
сражение Александра Невского со шведами на Ижоре в 1240 г. В  любой  ма-
ло-мальски серьезной книге по русской  истории  обязательно  уточняется,
что зловредные шведы явились на ста кораблях под предводительством  зятя
короля Эрика ярла Биргера, что русские, потеряв всего около 20  человек,
накрошили столько врагов, что лишь телами знатных рыцарей нагрузили  два
корабля, а простых воинов закопали в ямы бесчисленно...
   Эта сказка перепевалась чуть ли не семьсот лет - пока за нее не взял-
ся в начале нашего века один из крупнейших русских историков Д. Иловайс-
кий. И установил поразительные вещи.  Оказывается,  автор  "Сказания  об
Александре" писал свой труд значительно  позже,  по  рассказам  "отцов".
Оказывается, в наиболее старых летописях имя предводителя шведов не упо-
миналось вообще, его именовали попросту, "королем Римским". Оказывается,
Биргер (Бергель, как его называют немногочисленные "уточняющие"  летопи-
си)... в 1240 г. еще не был ярлом. Сей высокий титул он получил  лишь  в
1248 г. Иловайский заключил: "Рассказ об этой битве обилует явным  преу-
величением относительно врагов. Не более 20 убитых с русской стороны по-
казывает, что битва вообще не имела больших размеров" [77].
   В самом деле, столь явное несоответствие потерь у  русских  и  шведов
никак нельзя объяснить "внезапностью", благодаря которой-де русские  ви-
тязи и застали врага врасплох, смогли невозбранно искрошить его в капус-
ту. Тогдашние шведские воины, как и воины любой другой страны,  вряд  ли
были нервными институтками, которых можно застать врасплох,  навалившись
с дикими воплями. А оружие все держали при себе - меч  висел  на  поясе,
топор лежал рядышком. Считанные секунды требовались, чтобы при виде  вы-
бежавших из леса врагов опомниться и начать драться всерьез...  Распола-
гая огнестрельным оружием, и впрямь возможно  при  внезапном  нападении,
потеряв всего два десятка своих, положить в несколько раз больше застиг-
нутых врасплох кинжальным огнем супостатов. Но в эпоху мечей, топоров  и
копий такие номера не проходят.
   Не было никаких "ста кораблей". Очень может быть, и Биргера на  бере-
гах Ижоры не было вообще. Сотня-другая воинов Невского налетела на  рав-
ный примерно по численности шведский отряд. И только.
   Что, понятно, отнюдь не лишает русских воинов  смелости  и  отваги  -
как-никак победу одержали они, а враг позорно бежал...
   Самое забавное, я отыскал в прошлом и случаи, когда  "принцип  Тоуни-
панди" применялся "навыворот". То есть, не крохотные стычки  раздувались
до масштабов эпохальных сражений, а масштабные события замалчивались во-
обще...
   Дальнейшее - главным образом для тех, кто любит и хорошо знает  твор-
чество Чарльза Диккенса. Те, кому Диккенс безразличен, могут  переходить
к следующему разделу.
   Итак, "Посмертные записки Пиквикского клуба".
   Смешное и очень уютное чтение - милые, эксцентричные чудаки, красивые
барские усадьбы, покой и благодать, ненавязчивый английский юмор, тишай-
шая английская глубинка...
   Некая старая дева сгоряча решила, что друзья мистера  Пиквика  решили
всерьез драться на дуэли с ее женихом. Не тратя времени, дама кинулась к
местному судье и наябедничала.
   Судья отчего-то приходит в нешуточное возбуждение.
   Он намерен распорядиться, чтобы  перед  бунтующей  толпой,  отчего-то
мгновенно представшей его воображению, прочитали так называемый "закон о
мятеже", своего рода "последнее предупреждение", после которого предста-
вители власти могут на законном основании открыть огонь  по  мятежникам;
он срочно собирает всех штатных и внештатных сотрудников полиции, прика-
зывает арестовать возмутителей спокойствия, намерен даже  вызвать  войс-
ка...
   Одним словом, ведет себя, как комический придурок из  оперетты.  Наши
отечественные комментаторы Диккенса так и написали в своих  примечаниях:
поступки судьи, дескать, лишь подчеркивают его глупость, "закон о  мяте-
же" выглядит жуткой архаикой... одним словом, посреди той  самой  уютной
тишины и благолепия английской провинции мечется сдуру невесть чего  ис-
пугавшийся дурачок...
   Так вот, нет ни тишины, ни покоя, ни благолепия! И судья -  вовсе  не
дурак, он умен и деловит!
   Время действия романа четко определил сам Диккенс - 1827 г. Это  были
годы, когда страну давно уже сотрясали события, во многом не совпадающие
с образом "доброй старой Англии", где испокон веков царила тишь, гладь и
божья благодать... события, которые известный государственный деятель  и
писатель Дизраэли в одном из своих романов охарактеризовал так: "Христи-
анство учит нас любить ближнего своего, как самого себя, современное об-
щество не признает ближних как таковых".
   Продолжалось планомерное уничтожение крестьянской общины,  начавшееся
еще в XIV в. - с 1770 по 1830 "свободные земледельцы" лишились более чем
6 миллионов акров общинных пашен и выпасов. Об  условиях  жизни  наемных
сельскохозяйственных рабочих дает представление свидетельство  современ-
ника: "Их жилища мало чем отличаются от свинарников, и питаются они, су-
дя по их виду, не намного лучше, чем свиньи... За всю свою жизнь я нигде
и никогда не видел столь тягостного человеческого существования, как это
- даже среди свободных негров в Америке". (Уильям Кобетт, "Сельские про-
гулки верхом".)
   Тех, кто по примеру Франции пытался  организовать  первые  профсоюзы,
бросали за решетку и обвиняли в государственной измене. А  случалось,  и
отправляли на австралийскую каторгу, как "толпаддлскую шестерку" в  1834
г.
   1816 г. - около тысячи человек организовали марш протеста, борясь  за
парламентскую реформу, давшую бы избирательные  права  гораздо  большему
числу англичан. Рассеяны вооруженными солдатами и "добровольцами".
   1817 т. - трое руководителей так называемого  "пентрихтского  восста-
ния" (инспирированного полицейскими провокаторами) повешены,  через  час
тела сняты с виселицы и публично обезглавлены.
   В те же годы началось луддистское движение (большинство его руководи-
телей так и не были обнаружены, их личности навсегда  остались  тайной).
Люди врывались на фабрики, ломали и жгли станки. Владельцы защищались  с
помощью вооруженных охранников, были жертвы с обеих  сторон.  В  деревне
повстанцы, рассылавшие письма с угрозой поджогов от имени некоего "капи-
тана Свинга", поджигали амбары с зерном, риги и сельскохозяйственные ма-
шины зажиточных фермеров из тех, что особенно жестоко обращались с  бат-
раками.
   Тех, кого властям удавайтесь схватить, сажали за решетку и отправляли
на каторгу. Наборщиков газеты "Тайме" посадили за "попытку создать неза-
конное объединение", то есть профсоюз. Многочисленный митинг в Манчесте-
ре разогнан отрядом армейской кавалерии - 11 убитых, 400 раненых (в  том
числе 113 женщин). На юге Англии дороги большинства графств патрулирова-
ли отряды солдат при оружии, сотни "специальных констеблей", кое-где да-
же выставлялись легкие орудия.
   Чуть позже, в 1831 г., в Бристоле, повстанцы ворвутся в тюрьму и  ос-
вободят заключенных, сожгут дворец епископа и здание  ратуши,  вызванные
войска откроют огонь, убив 12 человек...
   Теперь-то и становится ясно, что диккенсовский судья не был  дураком,
а "закон о мятеже" в 1827 г. ни каплях актуальности  не  потерял.  Прос-
то-напросто судья слегка перегнул палку - услышав о неких  "возмутителях
спокойствия", сгоряча вообразил,  что  охватившие  полстраны  беспорядки
добрались и до его тихого захолустья, поднял на ноги всех, кого мог...
   Между тем прилежный читатель Диккенса никогда не заподозрит, что опи-
сываемая им английская действительность была далеко не  столь  безоблач-
ной. Джентльмены викторианской эпохи, как и положено, старались не заме-
чать особенно вульгарных сторон жизни, опасаясь излишних неприятностей с
власть имущими...
   Коли уж мы говорим об Англии, можно заодно развеять и еще одну  усто-
явшуюся легенду - о работе знаменитого писателя Даниеля Дефо в  британс-
кой разведке. Дефо своим присутствием  украшал  ряды  совершенно  другой
конторы...
   Разведка - это добыча сведений за пределами  страны.  Соответственно,
контрразведка - борьба с агентурой других держав на территории собствен-
ной. Интересы мистера Дефо лежали совсем в другой области...
   Согласно его собственной докладной записке, поданной  спикеру  палаты
общин, он предлагал создать в юговосточной Англии сеть  секретных  аген-
тов, которые доносили  бы  о  малейших  признаках  антиправительственных
настроений.
   Когда этот план был принят, Дефо сам и претворял его в жизнь.
   1704 г. - Дефо под именем Александера Голдсмита совершил долгое путе-
шествие, слушая разговоры в гостиницах, тавернах, омнибусах, пытаясь вы-
яснить политические симпатии и определить шансы кандидатов правительства
на парламентских выборах.
   1706 г. - Дефо послан в Шотландию, чтобы определить отношение населе-
ния к готовившемуся тогда объединению с Англией, а также выявлять и лик-
видировать любые заговоры, направленные против объединения.
   1708 г. - Дефо вновь в Шотландии, выведывает настроения и планы  сто-
ронников свергнутой королевской династии Стюартов...
   Это не разведка и не контрразведка. Подобное называется иначе -  тай-
ная политическая полиция. А заграничная сеть  агентов  во  Франции  была
создана Дефо опятьтаки для слежки за эмигрантами, главным  образом  шот-
ландцами...

   О БУНЧУКАХ, ЯМЩИКАХ И МОНЕТАХ

   Одним из доказательств того,  что  "монголо-татарское  иго"  действи-
тельно существовало, историки "классического" направления считают много-
численные монеты с Двуязычными, русско-татарскими надписями. И.Г. Спасс-
кий так и пишет: "Татарские надписи, зачастую бессмысленные или даже не-
читаемые, на ранних русских двуязычных монетах в прошлом рассматривались
как результат даннических отношений". И тут же уточняет,  каким  образом
появлялись на свет эти двуязычные монеты: "...в  качестве  образцов  для
копирования брались любые татарские монеты без разбора, часто старые,  с
именем давно умершего хана".
   Интересные дела... Официальная наука с завидной регулярностью продол-
жает удивлять экстравагантностью суждений. Попробуем  по  уже  знакомому
нам методу перевести идею г-на Спасского на язык  киносценария,  диалога
из жизни.
   Несомненно, всем эскизам монет давал "путевку в жизнь" князь той  или
иной области - как оно испокон веков  и  обстояло  везде,  где  чеканили
деньги. Итак, князь восседает на "столе", глядя соколом. Входит денежных
дел мастер Козьма и грустно сообщает:
   - Новые деньги чеканить пора, княже. Поистерлись старые-то,  никакого
виду...
   - Добро, - решает князь. - Пораскинул умом, как новая  деньга  выгля-
деть должна? На одной стороне придется по-нашенски писать, а вот на дру-
гой - по-татарски, ничего не поделаешь...
   - Не первый год тружусь, княже, - со спокойной гордостью профессиона-
ла сообщает Козьма. - Вот, изобразил на пергаменте обе стороны, и  лице-
вую, и, стало быть, оборотную...
   Князь разглядывает рисунок, морщится:
   - Непонятно что-то. Откуда взял такие загогулины? Вроде и  по-татарс-
ки, а не поймешь ничего...
   - А это,  княже,  подручный  мой,  Ивашко,  расстарался,  -  поясняет
Козьма. - Глаза молодые у парнишки, углядел в хламе  татарскую  монетку,
старую-престарую. И не поймешь, какой хан ее чеканил, что на ней выбито,
всей мастерской думали, да так и не дошли своим умом.  Каракули,  прости
господи... Однакож надо нам новые деньги чеканить али нет? Разреши, кня-
же, я на оборотной-то стороне, на татарской, эти загогулины  как  раз  и
начертаю?
   - А что! - подхватывает князь. - Золотая голова у тебя, Козьма. Непо-
нятно, говоришь, какой хан чеканил? И когда? Ну да нам  наплевать,  коли
денежки срочно выпускать нужно... Чекань по сему образцу, такова моя во-
ля!
   Вы способны поверить такой сцене? Гораздо более похожа на правду дру-
гая версия. Вот именно, угадали. О том, что никакой Орды не  существова-
ло, а двуязычны монеты по той же простой причине, по какой Афанасий  Ни-
китин в своем повествовании столь  свободно  переходил  с  тюркского  на
русский и наоборот...
   Двуязычным было тогдашнее население Руси (она же - Золотая Орда), что
и нашло отражение в монетном деле. Не произошло еще  утверждения  в  ка-
честве государственного только одного языка - русского. (Вспомним, что и
на советских деньгах были надписи на языках союзных республик.)
   С превеликой натяжкой еще можно  объяснить  "татаромонгольским  игом"
тюркские надписи на монетах XIII в. Однако и в последующие эпохи,  когда
ни о каком иге не шло уже и речи... двуязычие  сохранялось  по-прежнему!
Монеты Ивана Грозного, кроме русской надписи, несут  еще  арабскую,  где
Иван именуется "Ибан". На московских монетах, кроме того, попадаются та-
тарские надписи. "Москов акчасы будыр" -  "Это  деньга  московская".  От
"ига" давным-давно пропал и след... А татарские надписи на монетах оста-
лись! Что же, снова верить сказочкам о невежественных мастерах,  которые
хватали первую попавшуюся старинную монету и  переносили  непонятные  им
надписи на новые державные деньги?
   И вновь в мировой практике не встречается примеров  столь  шизофрени-
ческого поведения денежных дел мастеров.
   Зато есть другие примеры. Монеты  норманнских  владетелей,  правивших
Сицилией, - с надписями по-латыни и по-арабски. Оказывается,  в  Сицилии
жило много арабов, и потому тамошние деньги в определенные периоды  были
двуязычны.
   О "нечитаемых" монетах. В их число относят и деньги типа,  изображен-
ного на рис. 1.14.
   Надпись на монете с рис. 1.13 гласит: "Государь всея Руси". Быть  мо-
жет, на "нечитаемой" стоят те же слова, но  изображенные  иным,  забытым
алфавитом, вариантом русской "скорописи"? Человеку, незнакомому со  ста-
ринной русской "вязью", "скорописью",  литореей,  они  могут  показаться
форменной "китайской грамотой", шифром, каббалистическими знаками...
   На рис. 1.15 изображена тайнописная вязь, какой  иногда  писали  свое
имя и титул государственные деятели. Сложность подписи давала определен-
ные гарантии от подделки.
   На рис. 1.16- замысловатая  вязь,  приближающаяся  к  тайнописи.  Так
иногда писали имя и титулы российских царей.
   Любопытно, что именно с Суздальским княжеством (которое, по нашей ре-
конструкции, как раз и стало центром "Золотой Орды") историки  связывают
примечательный факт: именно там дольше, чем во всех иных славянских зем-
лях, удерживались подражания ордынским монетам. Другими словами,  именно
там дольше всего чеканили двуязычную монету,  суздальские  мастера  тща-
тельнее остальных придерживались неких "эталонов"...
   Сторонники глупой идеи о "бездумном заимствовании" первых  попавшихся
татарских надписей, имен давно умерших ханов, правы  в  одном-единствен-
ном: порой монеты с именем того или иного властителя чеканились  не  при
его жизни. В Смутное время, когда бояре признали русским царем польского
королевича Владислава и стали выпускать деньги с его именем, в  Ярослав-
ле, где власть оказалась в руках Минина  и  Пожарского,  "в  противовес"
этим деньгам чеканили монеты старого образца, с именем Федора  Иоаннови-
ча, умершего пятнадцать лет назад...
   Во времена совместного правления Петра и Ивана Алексеевичей для  каж-
дого из них чеканились особые монеты - отдельно с именем "государя  Пет-
ра", отдельно с именем "государя Ивана". При плохом знании истории,  при
отсутствии надежных сведений о том времени возможны ошибки.
   В герцогстве Варшавском при  Фридрихе  Августе  1  (1807-1814)  из-за
ошибки мастеров часть "тиража" монет в один грош вместо 1811 г. была да-
тирована... 1311-м. Хорошо, что сохранились совершенно идентичные монеты
в три гроша, пять и десять с правильными датами, но все равно нельзя ру-
чаться, что какого-нибудь богатого, но несведущего коллекционера не  на-
дули, подсунув "древность"...
   Мне известен только один пример, когда неграмотные мастера копировали
надписи, смысла которых не понимали. В 20-х - 40-х годах нашего века ки-
тайские оружейники, несведущие в иностранных языках и эмблемах европейс-
ких фирм, клеймили свои изделия самым фантастическим образом. Встречают-
ся пистолеты с надписью "Браунинг" и фирменной эмблемой... "Маузер"! При
этом сам пистолет являет собою некий уродливый гибрид.
   Однако в данном случае речь идет о неграмотных кустарях, работавших в
примитивных мастерских. Меж тем изготовление денег - дело  государствен-
ное, там подобных курьезов просто не бывает.
   Вернемся к нашим татарам. Одним из доказательств "ига" принято  также
считать изображение на русских и золотоордынских монетах так  называемой
"тамги", которую считают сугубо татарским знаком. Однако схожие  "тамги"
появляются то там, то здесь на всем протяжении русской  истории,  причем
впервые - задолго до "монголов". Рис. 1.17 - разные формы тамги на русс-
ких монетах, 1.18 - та же тамга, но с росписи на колоннах Успенского со-
бора Московского Кремля. 1.19 и 1.20 - символические знаки на  бронзовой
арке и русских женских украшениях XII в. 1.21 - символы с киевского  ри-
туального браслета XII в. 1.22 и 1.23 - символы земли и воды на  брасле-
тах Х11-Х111 вв.
   Даже во времена Александра III и Николая II почти идентичная "татарс-
кая тамга" в  качестве  декоративного  узора  присутствовала  на  медных
деньгах Российской империи - рис. 1.24 и 1.25.
   Как ни удивительно, но двуглавый  орел,  по  официальной  версии  за-
имствованный русской геральдикой из Византии, в 1472 г.  впервые  явился
на Руси... столетием раньше, с монетами Джаннбек-хана, якобы  "золотоор-
дынскими". Любопытно, что время правления Джанибека считается  "периодом
расцвета денежного обращения в Золотой Орде"...
   Что позволило группе академика Фоменко высказать дерзкую, крамольней-
шую мысль: а не являются ли одним и тем же человеком Джанибек-хан и Иван
Калита? Учитывая принятое в те времена обилие имен у одного  и  того  же
человека - крестильные, мирские, обиходные прозвища.
   С уверенностью, конечно, утверждать трудно. Однако есть не менее  лю-
бопытный факт: А.И. Лызлов в своей  "Скифийской  истории"...  вообще  не
упоминает Ивана Калиту!
   "Скифийская история" пестрит именами третьестепенных, ничем  особенно
не примечательных воевод, мурз, ханских детей, князей. Однако  почему-то
не упомянут вовсе великий князь Иван Данилович Калита - один из крупней-
ших государственных деятелей XIV века, с чьим именем справедливо  связы-
вается становление русского централизованного государства.
   А может, упомянут? Только под другим именем, которое было хорошо  из-
вестно современникам великого князя, а вот нами никак не  связывается  с
Иваном Калитой? Нелишне уточнить, что прозвище "Калита" - гораздо  более
позднего происхождения, при жизни князя его так не называли...
   Еще о "заимствованиях", якобы сделанных  русскими  у  татар.  Принято
считать, что бунчук - исконно "монгольское" знамя.  Кто,  кроме  степных
кочевников, мог обзавестись в качестве штандарта конским хвостом на шес-
те?
   Однако при вдумчивом изучении древних летописей внезапно  обнаружива-
ется русское знамя под названием "багряная чолка", существовавшее  самое
малое за полсотни лет до первого появления "монголов". Это выкрашенные в
багряный цвет конские хвосты, прикрепленные к наконечнику воинского зна-
мени. Как раз под "багряной чолкой" выступает на бой с половцами в  1185
г. князь Игорь...
   Многие помнят, что в обиходе монголов широко использовалась так назы-
ваемая "пайцза" - золотая,  серебряная,  медная  или  просто  деревянная
пластинка с рисунками и надписями. Пайцза служила чем-то вроде удостове-
рения личности, мандата, наделявшего его обладателя широкими полномочия-
ми, подорожной - все вместе. Ее вручали послам, гонцам, чиновникам  осо-
бых поручений, шпионам. В романе С. Бородина  "Звезды  над  Самаркандом"
есть смешнейшая сцена, когда у ордынского шпиона в бане кто-то ненароком
взял его штаны с зашитой в ней пайцзой, надел вместо своих - и  незадач-
ливый шпион, не смея, конечно же, объяснить прямо, беспомощно бродит  по
предбаннику, украдкой щупая мотню у штанов, похожих на его собственные -
что, понятно, вызывает массу недоразумений...
   Считается, что саму идею пайцзы монголы заимствовали в Китае.  Однако
и здесь мы определенно имеем дело со случаем, когда  мифическим  "монго-
лам" приписали нечто, не имеющее к ним  никакого  отношения.  Во-первых,
ничего похожего на пайцзу европейские  путешественники,  попав  в  Китай
позже, не видели. Во-вторых, есть точные сведения, что за сотни  лет  до
мнимого "монгольского нашествия" аналог пайцзы использовался в...  древ-
ней Персии: "...идущий первым верблюд (его каравана) имел золотую  плас-
тину на лбу в качестве знака для всех встречавшихся, что  путешественник
был одним из друзей хана и ехал по воле хана". " Монгольская"  пайцза  -
за сотни лет до монголов!
   "Татарским заимствованием" считается и  отлаженная  система  почтовых
трактов, "ямской гоньбы", якобы устроенная в  покоренной  Руси  как  раз
монголами - чтобы их гонцы в кратчайшие сроки и  без  помех  могли  дом-
чаться до родной Монголии, до стольного города Каракорума.
   Вот только, как уже упоминалось, этот тракт "Волга - Каракорум"  вол-
шебным образом исчезает, навсегда проваливается в небытие уже в  послед-
ней трети XIII в., сразу после смерти Батыя. Вместе со всей "империей на
полмира"...
   Зато обнаруживается, что налаженная система почтовой связи  и  дорог,
по которым гонцы могли нестись с приличной для своего времени скоростью,
заложена как раз первыми русскими князьями...
   Сильвестровская летопись сообщает о том, как княгиня Ольга предприня-
ла в 947 г. путешествие в Новгород, во время которого повсюду  благоуст-
раивала дороги, строила мосты-"перевесища" через Днепр и Десну, а  кроме
того, устраивала "повозы".
   "Повоз" - это как раз и есть налаженная система доставки грузов и со-
общений, при которой любой гонец, обладавший особыми  полномочиями,  мог
получать в любом городе или селе княжества  лошадей,  еду,  фураж,  имел
право без очереди переправляться через реки, пользуясь услугами гребцов.
Обязанность поддерживать "повоз" в постоянной готовности - чинить  мосты
и дороги, содержать лодки, паромы и конюшни - возлагалась на местное на-
селение.
   Которому, конечно, такие нововведения были не по  нраву,  потому  что
отрывали от привычных занятий. Восстание новгородцев в 1209  г.  вызвано
как раз "повозной повинностью". Страсти накалились до того, что горожане
сбросили с моста в Волхов посадника Дмитрия и спалили его дом,  а  потом
вели долгий торг со Всеволодом Большое Гнездо,  пытаясь  отвертеться  от
докучливых новшеств.
   Как бы ни сопротивлялись местные жители, уже в Х в. система "повозов"
стала повсеместно распространенной и отлаженной. (Заметим в скобках, что
она и в самом деле была "заимствованной", но - от Византийской империи.)
В 1021 г. Ярослав Мудрый с дружиной погнался за вторгшимся в  его  земли
полоцким князем Брячиславом. От Киева до реки Судомирь, где полочане бы-
ли настигнуты и разбиты, - около восьмисот километров. Конница  Ярослава
преодолела это расстояние за неделю - что возможно только  при  отличном
состоянии дорог и переправ.
   Летом 1015 г. в Киеве умер Владимир Святославич, и к его сыну Яросла-
ву в Новгород тут же помчались гонцы. Летописи сообщают, что скакали они
и днем, и ночью - опять-таки это подразумевает отличное состояние дорог,
ни один нормальный человек, какая бы нужда ни гнала, не поскачет посреди
ночной темени по буеракам и колдобинам, где конь быстренько сломает шею,
и поручение останется невыполненным...
   В 1097 г. слуги великого князя Святополка Изяславича везут во  Влади-
мир-Волынский из Киева взятого в плен и ослепленного князя Василька Рос-
тиславича. Летопись особо подчеркивает, что в ноябре дороги были  неваж-
ные: "...по неровному пути..." Но даже по "неровному пути" телеги  прео-
долели около 500 километров за шесть дней!
   Кстати, гонцы, вообще те, кто торопился, ездили с запасными,  "завод-
ными" лошадьми - хотя нас хотят уверить, что этот обычай опять-таки  по-
заимствован у татар. В своем "Поучении детям"  Владимир  Мономах  пишет:
"Всеслав Смоленск пожег, и я с черниговскими верхом с  поводными  конями
помчался". То есть ехал с двумя-тремя лошадьми, временами  пересаживаясь
с одной на другую, благодаря чему и преодолевались без остановок большие
расстояния.
   Уже в XI в. на этих трактах появились  постоялые  дворы.  В  качестве
курьезной подробности стоит упомянуть, что местные жители,  несшие  "по-
возную" повинность, недолюбливали все ее виды, кроме... паромных  переп-
рав. Секрет в том, что лошадьми, гребцами, едой и сеном для  коней  ска-
кавшие по "казенной надобности" гонцы пользовались бесплатно - а вот  за
переправу на пароме все без исключения обязаны  были  платить,  и  часть
платы шла "повозникам". Поэтому, когда  переправу  переносили  в  другое
место, "повозники" били челом, прося, чтобы на  новое  место  переселили
именно их, а не возлагали столь доходную обязанность на тамошних  обита-
телей.
   Таким образом, "ямская гоньба" была не перенята от "татар", а заведе-
на самими русскими еще в Х веке.  Ипатьевская  летопись,  рассказывая  о
встрече с королем Венгерским и императорскими послами в 1249 г.  Даниила
Галицкого, сообщает интереснейшие подробности: "Немцы же дивились оружью
татарскому: кони в личинах и в коярах кожаных, а люди во  ярыцех..."  То
есть галицкие кони - в больших налобниках и кожаных попонах, а люди -  в
доспехах особого вида. Татар, заметим особо, в свите Даниила нет, ни од-
ного.
   Неужели после вторжения "татар" русские (в особенности ярый и  посто-
янный противник "татар" Даниил) в кратчайшие сроки отказались от своего,
проверенного парой-тройкой столетий вооружения, доспехов, конской сбруи,
заменив все это на "татарское"? Нигде не упоминается,  что  "ордынцы"  в
приказном порядке требовали от "покоренных русских" срочно перенимать их
сбрую и оружие. Да и в описаниях чисто кочевых народов ни разу не встре-
чаются упоминания о том, чтобы их кони носили "личины" или кожаные попо-
ны.
   Вывод прост: русские и есть "татары". А потому сбруя галичан, все-та-
ки немного отличавшаяся от западноевропейской, и была названа последними
"татарской"...
   С тем же Галичем связаны интереснейшие (и предельно достоверные  све-
дения) о так называемых "галицких ордынцах".
   Кто же это такие? Чистокровнейшие русские, составлявшие  нечто  вроде
деревенской общины, несшие определенные повинности. К "орде" мог присое-
диниться любой - но при этом обязан был принять на себя пожизненную обя-
занность служить там. Руководили "ордой" "тивуны"  (нечто  вроде  судей,
термин явно произошел от древнерусского "тиун") и "предводители",  кото-
рые именовались... "ватаманы"!
   На "галицких ордынцах" лежали  следующие  обязанности:  предоставлять
запряженные повозки для перевозки грузов по  первому  требованию  князя;
постоянно держать смену лошадей в ближайшем замке, чтобы облегчать прод-
вижение повозок; перевозить княжескую почту на расстояние не далее деся-
ти миль; выставлять четырех всадников в полном вооружении для любого по-
хода, в котором принимает участие князь или каштелян (комендант  ближай-
шего замка) или местные дворяне; пасти и охранять княжеский  скот;  сле-
дить за плотинами на княжеских мельницах; обеспечивать повозками княжес-
ких посланников и гонцов; сопровождать в качестве охранников  проходящее
через их земли княжеское посольство, направлявшееся в другие страны.
   Когда Галич вошел в состав Великого Княжества Литовского,  ничего  не
изменилось - еще в начале шестнадцатого века (когда и слуху не было  уже
ни о каких "монголах") "галицкие ордынцы" жили в пяти деревнях галицкого
округа и в десяти деревнях львовского округа. Как и их деды-прадеды, они
работали исключительно для русских, а впоследствии и литовских феодалов.
   Достаточно убедительный пример, чтобы понять, чем же  на  самом  деле
была "орда" и "ордынцы". Чисто русские  термины,  обозначавшие  русских,
служивших русским. И не более того. Ни о каких повинностях "галицких ор-
дынцев" по отношению к "татарам" не встречается в документах того време-
ни ни строчки...
   Более того, точно такие же "ордынцы", выполнявшие те же  самые  функ-
ции, существовали и на Руси. Впервые в московских документах они  упоми-
наются в договоре меж Дмитрием Донским и его  двоюродным  братом  князем
Владимиром Серпуховским. Из этого и последующего договоров недвусмыслен-
но явствует, что "ордынцы" во всех смыслах этого слова принадлежали мос-
ковскому князю, были на положении его холопов.
   По своему обыкновению, я припас напоследок  маленькую  сенсацию.  Нас
приучили считать, что упоминание в летописях слова "поганые"  непременно
означает сообщение о кочевых "нехристях".
   Так вот, ничего подобного!
   В Западной Европе, как выясняется, слово "паганус" - "поганые"  озна-
чает не только "язычника", но и "крестьянина". Дело в том,  что  христи-
анство распространялось в первую очередь в городах - и лишь потом в  де-
ревнях. Поначалу язычников-крестьян именовали в Италии "паганусы"="пога-
ные" - а потом, когда  христианство  достигло  самых  глухих  уголков  и
"стерлись грани" меж городом и деревней,  "паганус"  стало  обозначающим
названием для крестьянина, пускай уже и не язычника.
   Кто-то скажет, что это не аргумент. И будет прав.
   Но пойдем дальше. Выше, рассказывая о разорении  Киева,  учиненном  в
1169 г., я умышленно выпустил из текста летописи одно-единственное  сло-
во. Теперь привожу фразу целиком:
   "...и монастырь Печерский пресвятой Богородицы зажгли ПОГАНЫЕ..."
   Грабя и поджигая Киев, в том числе монастыри и  церкви,  ПОГАНЫЕ  по-
дожгли и Печерский монастырь. Но позвольте, в войске Андрея  Боголюбско-
го, разоряющем Киев, нет ни единого "нехристя" или иного  "степного  ко-
чевника". Только русские дружинники одиннадцати князей!
   Вывод однозначен: СЛОВОМ "ПОГАНЫЕ" НА РУСИ ПОРОЙ НАЗЫВАЛИ  НЕ  ТОЛЬКО
КОЧЕВНИКОВ-ИНОВЕРЦЕВ, НО И ПОПРОСТУ "ПРОТИВНИКА". Который сплошь и рядом
был таким же русским, таким же христианином. А потому иные сообщения ти-
па "налетели поганые и город пожгли" безусловно следует  трактовать  как
нападения соседей, "иногородних", таких же славян. Вот только  вели  они
себя сплошь и рядом не лучше "диких степняков" - но это  уж  общая  беда
того времени, когда до понятия "национальное государство" оставались еще
долгие века, что в России, что в Западной Европе. Вдали, во Франции, из-
вестный историк Филипп де Коммин, рассказывая в своих мемуарах  о  войне
меж бургундцами и подданными короля, прямо-таки  небрежно  роняет  фразы
типа: "Герцог Бургундский подошел к городу Э, который был ему сдан,  как
и Сен-Валери; он велел сжечь все вокруг вплоть до самых ворот Дьеппа. Он
взял и сжег Нефшатель, предал огню большую часть области Ко..."
   Совершенно мимоходом предал огню - дело житейское... Кстати, в  сред-
невековье противника сплошь и рядом  именовали  "отродьем  антихриста  и
другими, столь же нелестными прозвищами - хотя он и был таким  же  хрис-
тианином, как те, чьи земли "антихрист" привычно предал огню и мечу...
   Так где же "заимствования"? Их попросту нет по одной простой  причине
- во-первых, многое из того, что считается "заемным", изобретено и  уст-
роено самими русскими, а во-вторых, во времена средневековья четкой гра-
ницы меж русскими, татарами, половцами и печенегами  несуществовало.  Не
было противостояния, возникшего в более поздние  века.  Объяснялись  меж
собой без всякого труда, перенимали оружие, наряды и обычаи, роднились и
без всяких церемоний переходили на службу от князя к хану и наоборот.
   Простой пример: в войске Игоря Святославича, в 1185 г. столь неудачно
сразившегося с половцами, шел боярин Ольстин Олексич. Который  всего  за
год до того... воевал против Игоря в составе половецкого войска.  Однако
никто не вздумал ставить ему это в строку. На дворе стоял  феодализм,  и
дело было насквозь житейское. В точности так же обстояло  и  в  Западной
Европе: сегодня два барона рубятся с рассвета до заката, завтра  осушают
бочку вина, празднуя свадьбу одного с дочкой второго (что не  мешает  им
через месячишко снова схлестнуться). Феодализм. Понятия государства нет.
Английский рыцарь может со спокойной совестью податься на  службу  фран-
цузскому королю, и наоборот. Никто не назовет его предателем. Преступни-
ком он будет считаться только в строго определенном  случае:  если  ушел
служить другому королю до того, как истек срок данной им вассальной при-
сяги.

   ПРО УПЫРЯ И ЧЕРТА

   Пугаться не стоит - никаких "ужастиков" я в этом разделе рассказывать
не буду. Просто целиком посвящу его средневековым именам.
   Так вот, прослеживается многозначительная тенденция: сплошь и  рядом,
не имея дополнительных подробных сведений, прямо-таки невозможно опреде-
лить, с кем имеет дело исследователь - с русским, половцем  или  татари-
ном, - если в старинных документах приведено только имя.
   Среди половцев обнаруживаются ханы по имени...  Глеб  Тириевич,  Юрий
Кончакович, Роман Кзич, Данило Кобякович. Они могут быть только христиа-
нами, и никак иначе. Сразу ли поймешь, о ком идет речь, если о них пове-
ствуется без отчества?
   Помните "ордынского царевича" Неврюя? Того самого,  чья  деятельность
отчего-то связана с сугубо русскими делами  вроде  проведения  княжеских
съездов или усмирения мелких сепаратистов силами русских же отрядов? Хо-
тите знать, как его звали?
   Извольте. Заядлый "татарофоб" В. Чивилихин обильно и подробно цитиро-
вал летописи, повествующие о "нападениях злых  татаровей".  И  настолько
подчинил себя одной идее, что даже не заметил, с чем столкнулся...
   Летопись от 1297 г. "В лето 6805 бысть рать татарская, прииде  ОЛЕКСА
Неврюй".
   Оказывается, "татарский царевич" носил христианское  имя  Олекса,  то
есть, вне всякого сомнения, был крещеным ("Олекса" -  так  не  только  в
средневековье, но и в последующие столетия звучало имя "Алексей". Еще  в
XIX веке крайне распространена ласковая его форма "Олеша", "Олешенька").
   Кем же тогда был Олекса Неврюй? "Ордынским царевичем" или,  что  вер-
нее, русским боярином?
   Кем были "татары"? Особым народом или попросту войско м? Прочтите ле-
тописное сообщение от 1284 г. и судите сами:
   "Великий князь Дмитрий Александрович пришел ратию к  Новгороду,  и  с
ТАТАРАМИ, и со всей Низовскою землей, и много зла учинил, и волости  по-
жег".
   Князь пожег волости, обратите внимание. Татары никоим образом не выс-
тупают в качестве самостоятельной силы - они ратники князя, не более то-
го...
   Тремя годами ранее тот же князь Дмитрий Александрович собрал войско в
Переяславле и стал укреплять город. Далее, по летописям,  "Орда  послала
на него рать многую, Туратемира и Алтына и многих  татар".  Сражения  не
было, князь отказался от своих неведомых замыслов.
   Неведомых? Туратемирь нам уже знаком. И Алтын знаком. И описанные со-
бытия знакомы по другим, более подробным источникам. Более  того,  прек-
расно известно имя предводителя той рати, в составе которой были Турате-
мирь с Алтыном. Это - русский князь Андрей Городецкий!
   Следовательно, "татары" вновь выступают в качестве простых  ратников.
Надо полагать, князь Дмитрий, как многие, попытался поиграть  в  сепара-
тизм. И ему объяснили, что он не прав.
   После всего этого ничуть не удивляешься, когда узнаешь, что историю с
"наездом" Ивана Калиты на Новгород в 1332 г. русский летописец  излагает
в следующем виде: "Великий князь Иван пришел из Орды, и воспылал  гневом
на Новгород, прося у него серебра закамского".
   Новгород в те годы получал много серебра с Урала, с Камы. Калита, как
ныне экс-министр Лифшиц, полагал, что "надо делиться". Вот и пришел  "из
Орды", то есть из своей ставки. Пришел, конечно  же,  "с  татарами",  то
есть с войском - попробуйте без войска заставить кого-то поделиться  се-
ребром...*
   * Обратите внимание: нигде не указано, что Калита  собирал  дань  для
татар. Серебро ему понадобилось исключительно для собственного  употреб-
ления.
   Вновь, в десятый, сотый раз мы сталкиваемся с тем же  -  НЕТ  НИКАКОЙ
ОРДЫ. Вернее, Орда - и есть Русь, а татары  -  не  более  чем  княжеское
войско. "Татарский" налог, требующий отдавать  десятую  часть  дохода  -
знакомая нам и по западноевропейской "десятине" практика, налог  на  со-
держание армии. А требование "отдать в Орду каждого десятого" -  обыкно-
венный рекрутский набор. Каковые на Руси с древности  и  до  наших  дней
сопровождались плачем и стенаниями...
   Имеется в списке "вторгавшихся ордынцев" и чуточку загадочный  "царе-
вич Мазовша". Простите, но что это за странный  ордынец,  чье  имя  пол-
ностью совпадает с названием одной из исторических областей Польши - Ма-
зовша-Мазовия? Быть может, это попросту мазовшанский шляхтич на  русской
службе?
   Вот что писал девяносто лет назад Д. Иловайский о происхождении каза-
ков:
   "Черные Клобуки (кочевые племена с южных рубежей Руси - А.Б.)  назва-
ние получили от своего любимого головного убора, высоких бараньих  шапок
черного цвета. Верхи этих шапок делались иногда  из  какой-либо  цветной
ткани и свешивались набок (как у казаков).  Их  смуглые  лица  осенялись
черными усами и бородою. Наиболее знатные носили широкие шелковые кафта-
ны персидского покроя (как и русские в последующие столетня - А.Б.)  По-
селенные на южных пределах Руси с обязанностью быть ее передовыми конны-
ми стражами от соплеменных с ними половцев, Черные Клобуки, естественно,
подвергались неотразимому влиянию Русской народности  и  постепенному  с
ней слиянию... Скрещение Руси с этими  инородцами  положило  начало  той
русско-украинской народности, которая позднее  является  в  истории  под
именем Казаков или Черкас. Последнее имя указывает еще на  примесь  При-
кавказских и Таврических Казар* или Черкесов, в разное время  селившихся
на русских украйнах, особенно во время угнетения их родины  Половцами  и
во время падения древнерусского Тмутараканского княжества".
   * То есть якобы исчезнувших хазар.
   Позднее и половцы начали переходить в христианство - не говоря уже об
оседлых татарах. Так что на южных рубежах Руси не было ни абсолютно  чу-
жой "Орды", ни какого бы то ни было заклятого врага. Только вассальные и
полувассальные области, где русские князья при  нужде  набирали  дружины
точно так же, как в исконно славянских землях.
   Еще примечательное сообщение. В 1490 г. в Москву из Герата с просьбой
о "любви, дружбе и союзе" прибыл посол султана  Хуссейна-Мирзы,  потомка
Тимура. Посла звали Урус-богатырь - т.е. русский богатырь! Другое значе-
ние тюркского слова "урус" мне попросту неизвестно.
   Впрочем, тут нет ничего удивительного, если вспомнить, что знаменитые
турецкие мамлюки набирались вовсе не из крохотного горного племени  чер-
кесов, а из черкасов, т.е.  казаков,  а  также  "кипчаков"  -  половцев,
родственных славянам.
   И совсем уж ничего удивительного нет в том, что "татары"  при  первой
же возможности поселялись оседло в самых разных государствах.  Далее  мы
подробно поговорим о Касимовском царстве на территории  Руси.  Не  менее
известны и "татарские" племена липеков-липков, осевшие в  северо-восточ-
ной Польше и несшие службу по защите границ, которую можно охарактеризо-
вать одним словом - "казацкая". Поселились "татары" и в  Венгрии.  Везде
они подозрительно быстро забывают кочевые привычки - поскольку и не име-
ли таковых никогда... Для сравнения стоит напомнить, что  настоящих  ко-
чевников практически нигде и никому не удавалось "посадить на  землю"  -
ни бедуинов, ни пуштунов...
   Вывод? Татары никогда и не были кочевым народом - ну, быть может,  на
заре своего появления, в "доисторические" времена...
   Теперь посмотрим на проблему имен с другой стороны. Поближе  познако-
мимся с русскими именами.
   Уже говорилось о новгородце по имени Черт. Под пару ему -  новгородс-
кий священник по имени... Упырь Лихой! Отмечены в истории  и  поп  Лихач
(1161), поп Угрюм (1600), поп Шумило (1608).
   Имя Волчий Хвост без всякого смущения носил... один из воевод  Влади-
мира Красное Солнышко. Вот вам несколько новгородцев: Гюрги  Собышкинич,
Ратмир Нематович, Гнездило Савин, Юрята Пинещинич, Намест, отчего-то ле-
тописцами отчества не удостоенный. Вот семейка XVI столетия: "А  руку  к
сему приложили монастырский детеныш Медведко Филиппов, да дети его Тимо-
фей, да Кот, да Комар Медведковы". Вот сыновья новгородского рыбака  Ли-
ня: "Сом Линев, Ерш Линев, Окунь Линев, Судак Линев" (то-то шутником был
несомненно, батька Линь!).
   Невероятно переплелись крестильные и мирские имена, к тому  же  снаб-
женные прозвищами: "Митрополит волынский Никифор, а по прозвищу - Стани-
ло". "Преставился князь Михаил, зовомый  Святополк".  "Аз  есмь  великий
князь Гавриил, нареченный Всеволод, самодержец Мстиславович". "И нарекли
княжну при святом крещении Пелагия, звать же ее -  Сбыслава".  "Сын  мой
Остафий, который прозван был Михаилом". "Карпуша  Ларионов,  а  прозвище
Ивашко". "Ивашко, прозвище - Агафонко". "Казак Богдан, а имя ему  -  бог
весть".
   А еще в средневековье без малейших насмешек со стороны окружающих жи-
ли-поживали люди по имени Шуба, Суббота, Дорога.
   Помните воеводу по прозвищу Тать Иван? А воеводу по  прозвищу  Турун-
тай, залетевшему в важнейшие государственные документы!  Кстати,  Богдан
Хмельницкий в крещении вовсе и не Богдан, а - Зиновий...
   Примечательно, что схожие порядки царили в Западной  Европе.  Во-пер-
вых, имена переводились. Рыцарь Блюм из Германии, поступив на  французс-
кую службу, стал именоваться и в документах, и в обиходе "де Флер".  Оба
слова, и немецкое, и французское, означают "цветок".
   Во-вторых, во времена Столетней войны, когда ни английский, ни  фран-
цузский языки еще не "устоялись", отмечены многочисленные курьезы.  Ска-
жем, в Англии до XIV века говорили на искаженном французском, и пивовары
Лондона стали составлять деловые документы  своего  цеха  на  английском
только... в 1422 г. Имена в документах писались разнообразнейше, их  на-
чертание зависело от того, кто взял в руки перо -  английский  писарь  в
Англии, французский во Франции, французский писарь на службе  английской
армии во Франции. И потому один из английских рыцарей значится  в  доку-
менте той эпохи как John of Pothe, Jehan Avothe,  John  Abote.  Прибавит
это в последующие столетия неразберихи, путаницы и головной боли будущим
исследователям? Еще как...
   Я привел все эти примеры, чтобы защитить не особенно  сложный  тезис:
пестрота и разнообразие тогдашних "мирских" имен и прозвищ, сплошь и ря-
дом употреблявшиеся вместо "крестильных" даже  в  делопроизводстве,  как
раз и привело к усугублению ошибок,  когда  скупые  записи  о  действиях
русских князей и русских ратей впоследствии принимались за свидетельства
о "вторжении безбожных татар". Трудно ли  истолковать  запись  "Ныне  же
поймал поганый Угрюм князя Юрия и умучил его прежестоко"  как  очередное
воспоминание о "татарских зверствах"? Хотя в действительности  подоплека
была совершенно иной: некий русский по имени Угрюм убил половецкого хана
Юрия, сводя какие-то счеты. А поскольку при этом Угрюм непочтительно на-
костылял по шее некоему иноку и забрал у него из погреба все меды,  рас-
положенный к Юрию инок, занося на пергамент последние новости, в сердцах
обозвал Угрюма "поганым" - в точности как  это  сделали  с  дружинниками
Андрея Боголюбского киевские летописцы, натерпевшиеся при погроме  Бого-
любским Киева...

   ПОСЛЕДНИЙ РУССКИЙ КОРОЛЬ

   Вернее говоря, первый и последний.  Речь  идет  о  Данииле  Галицком,
единственном из русских князей, на законных  основаниях  носившим  коро-
левский титул, пожалованный папой Римским.  О  личности,  особо  замечу,
проявлявшей в политике  фантастическую  неразборчивость  (правда,  когда
речь заходит о владетельных особах, то, что в характере простого  обыва-
теля именуется "подлостью", касаемо титулованной  особы  называется  уже
"искушенностью в политических интригах"...).
   Так вот, судьба этого короля, вся история общения  Галицко-Волынского
княжества с "татарами" полностью укладывается в нашу реконструкцию  про-
исходившего.
   Рассмотрим более-менее подробно. Во время "татарского вторжения"  Да-
ниил скрывается в Польше и Венгрии (с владетелями этих стран он находил-
ся и в родстве, и в старой дружбе, так что гораздо больше внимания  уде-
лял чисто "европейским" делам, нежели русским). Когда  угроза  миновала,
возвращается. Любопытное и многозначительное обстоятельство: возвращает-
ся не в стольный город Галич (из довольно туманных сообщений того време-
ни можно и сделать вывод, что разрушены только стены и укрепления  Гали-
ча, а сам город цел. Запомним это и вскоре вновь вспомним...).
   Даниил не доверяет Галину. Почему? Да потому, что его бояре  славятся
постоянными "изменами" - и "измены" эти частенько заключаются в том, что
бояре входят в союзы не с какими-то сторонними супостатами, а... с иными
русскими князьями. А болховские князья, вассалы Даниила, как мы  помним,
мгновенно нашли общий язык с "татарами", от которых не потерпели ни  ма-
лейшего урона.
   Даниил, как показывает вся его последующая жизнь, - стойкий и  посто-
янный ненавистник "татар" (правда, отчего-то щеголяет в "татарских" дос-
пехах и сбруе, но этот казус мы уже подробно рассмотрели). С чего должен
начать свою деятельность князь, решивший открыто, вооруженной рукой соп-
ротивляться "татарам"?
   Естественно, с поиска союзников в русской земле. Однако вот вам неле-
пейший на первый взгляд парадокс: после "Батыева нашествия" Даниил  про-
жил еще двадцать шесть лет, однако никогда  не  пытался  заключить  союз
против татар ни с одним русским князем. Объяснить это можно лишь при по-
мощи нашей реконструкции истории: потому и вел  себя  так  странно,  что
русские князья и были Ордой...
   Маленький штришок к общей картине: вернувшись в свои владения, Даниил
мгновенно поссорился с галицким епископом Артемием, открыто поддержавшим
в борьбе за престол Данинлова племянника Ростислава. Церковь тоже  отче-
го-то была против Даниила. И разыгралась примечательная  сцена:  епископ
(которому не причинили ни малейшего зла напавшие на Галич "татары")  вы-
нужден был бежать, а в погоню за ним бросились конники  Даниила.  Самого
епископа не поймали, но разграбили его обоз, захватили слуг.
   В 1245 г. Даниил, как пишут летописи, " ездил поклониться Батыю",  то
есть, надо полагать, Александру Невскому. И получил от " Батыя" тот  са-
мый "ярлык на княжение".
   Однако втихомолку вступил в переписку с папой Римским и повел  тайные
переговоры о возможном присоединении княжества к "латинской"  церкви.  В
конце 1253 (или в начале 1254) прибыл папский легат и торжественно  воз-
ложил на Даниила королевскую корону. Ипатьевская летопись об этом  сооб-
щает так: "Он же венец от Бога принял, от церкви святых апостолов  и  от
стола св. Петра и от отца своего папы Накентия* и от всех епископов сво-
их".
   * т.е. папа Иннокентий IV.
   Вскоре новоиспеченный король начинает "борьбу с татарами". Я не  слу-
чайно заключил эти слова в кавычки, потому что боролся с татарами Даниил
довольно своеобразно... Он напал на русские города  в  верховьях  Южного
Буга и Случи, на русские города в Киевской земле, на русское  Волховское
княжество. В довершение всего взял город Возвягл на Случи, сжег его дот-
ла, а жителей (русских, естественно!) отдал "в подарок" своему  брату  и
сыновьям. На этом "борьба с татарами" закончилась, король Даниил распус-
тил войско... Которое так ни разу и не вступило в  стычку  с  собственно
татарами.
   Так уж и не вступило?! По-моему, этот случай лишний  раз  доказывает,
кем была на самом деле Золотая Орда. Теми, против кого Даниил и  воевал.
Болховские князья, другие русские области, опустошенные Даниилом, -  это
и есть Орда.
   Немного погодя "татары" все же сделали ответный ход. К владениям  Да-
ниила приблизилась их рать...
   Только не думайте, что она стала жечь,  грабить,  опустошать.  Вызвав
представителей Даниила на переговоры (сам он идти к "татарам" по  вполне
понятным причинам побоялся), "ордынцы" потребовали...  срыть  укрепления
Галича и других городов. То есть применили тот же метод, который  был  в
столь большом ходу несколько сот лет спустя - когда короли и  цари,  бо-
рясь с феодалами, прежде всего заставляли удельных князьков срывать  ук-
репления.
   Стены разрушили. Валы срыли. Сам Даниил, что интересно, вместо  того,
чтобы организовать сопротивление "татарам", с частью  дружины  воевал  в
это время в составе венгерского войска против чехов. После чего "татары"
мирно ушли, а галицко-волынская  рать...  отправилась  помогать  другому
"ордынскому" военачальнику в войне против поляков.
   Н. Костомаров, историк вдумчивый и отличавшийся железной логикой  (и,
между прочим, разоблачивший сто лет назад иные устоявшиеся в официальной
истории мифы), порой, мне представляется, попадал впросак из-за  нежела-
ния расстаться с некоторыми догмами. Рассказ о разрушении  укреплений  в
галицкой земле он сопроводил таким комментарием: "Брать укрепленные  го-
рода осадою было не в духе татар, и  потому-то  татары  так  настаивали,
чтобы в покоренной ими земле не было укрепленных мест".
   Решительно не представляю, чем Костомаров руководствовался, когда пи-
сал эти строки. Во-первых, по "классической" версии, до того, как прийти
в Галнцкое княжество, "монголы" как раз и "взяли осадою" превеликое мно-
жество городов от Пекина до Киева. И вдруг оказывается, что осады  горо-
дов - совершенно не в татарском духе! Во-вторых, на Руси ни  прежде,  ни
после "татары" никогда и ни от кого не требовали  разрушать  укрепления,
пример с Галичем остается единственным исключением.
   Воля ваша, но в данном случае Костомаров что-то не продумал как  сле-
дует...
   В последние годы жизни Даниил, вместо того, чтобы  попытаться,  нако-
нец, найти союзников среди русских князей в борьбе с  "татарами",  зани-
мался  совершенно  другим:  по-прежнему  впутывался  в  польско-венгерс-
ко-чешские дела, воевал с литовцами, старательно заселял свое  княжество
переселенцами из Германии и Польши. Умер первый и  единственный  русский
король в 1254 г.
   Что происходило дальше? Сын Даниила Лев никогда с "Ордой" не  воевал,
наоборот, пребывал с ней в самых теплых отношениях. В  1274  г.  по  его
просьбе "ордынский хан Менгу-Тимур", чтобы поддержать Льва в его войне с
литовцами, отправил татарское войско. Вновь, как и в рассмотренных  нами
прежде случаях, "татарское" войско состояло... из дружин Романа Брянско-
го, Глеба Смоленского* и других русских князей. В 1277 "ордынская"  рать
вновь выступает на стороне Льва против литовцев, а в 1279 - против одно-
го из польских князей. В 1291 г. Лев с помощью неизменных "татар" отвое-
вал у поляков ненадолго город Люблин. Как  писал  впоследствии  историк,
"дружба Льва с татарами простиралась до того, что он держал при себе та-
тарских телохранителей".
   * Вы не забыли, что Смоленск никогда не был под властью Золотой Орды?
   Соответственно, "татары" так никогда и не  вторгались  в  Галицко-Во-
лынское княжество, и все обиды, которые якобы галичане потерпели от "ор-
дынского" войска, заключаются в том, что "орда", проходившая по княжест-
ву во время похода на Венгрию, разграбила  несколько  лавок,  у  кого-то
отобрала коней, у кого-то -  одежду.  Что  можно  считать  обычным  бес-
чинством, какое позволяли себе проходящие по чужой земле войска, незави-
симо от веры и национальности.
   Одним словом, вся эта история может иметь  одноединственное  объясне-
ние: под именем "Золотой Орды" как раз и скрывалась Русь,  а  "татарами"
были русские. Только в рамках  этой  гипотезы  и  поведение  Даниила  со
Львом, и поведение "татар" выглядит вполне осмысленным, логичным, лишен-
ным нелепостей, странностей, несуразностей...

   О КОСВЕННЫХ УЛИКАХ

   Речь пойдет не о косвенных уликах, а как раз об их полном и  донельзя
загадочном отсутствии.
   Известно, что чужеземное вторжение в ту или иную страну, если  только
завоеватели  были  не  примитивными  грабителями,  спешившими   поскорее
скрыться с добычей, а стремились установить свое господство и остаться в
качестве правящей элиты, отличалось некоторыми особенностями.  Всегда  в
стране, попавшей под владычество иностранцев, вводились некие новшества,
отличавшиеся от прежних порядков, установлений, обычаев.
   Норманны Вильгельма (Гийома) Завоевателя* в самый короткий срок пост-
роили в Англии множество укрепленных замков, ничуть не похожих на  преж-
ние укрепления саксонских танов. Подавляющее большинство земельных  вла-
дений поменяли своих хозяев, перейдя  от  саксов  к  норманнам.**  Соот-
ветственно, изменились отношения меж податными сословиями  и  сеньорами,
став больше похожими на "континентальные". Пришел новый язык, изменились
даже границы церковных епархий.
   * Строго говоря, это прозвище не вполне  согласуется  с  исторической
правдой. Вильгельм в свое время помогал английскому королю Эдуарду Испо-
веднику изгнать датчан, за что Эдуард завещал ему свое  королевство,  но
часть танов после смерти Эдуарда избрала королем  его  родича  Гарольда,
которого Вильгельм и сверг.
   ** Английские историки считают, что реальный  прообраз  "благородного
разбойника Робин Гуда" как раз и был саксонским помещиком, изгнанным  из
своих владений норманнами и ушедшим в "лесные братья".
   Примеров в истории множество. С приходом  завоевателей  бывшую  элиту
сменяла новая, принадлежащая сплошь и рядом к  другому  этносу  (Англия,
Хорезм), пресекались  старые  династии  королей  и  падишахов,  менялась
структура администрации (новые должности и их  названия),  количество  и
границы провинций, порой велась яростная борьба даже с безобидными  ста-
рыми обычаями, порой менялись и вера, и само название страны.
   Одним словом, всегда и везде новшества, вносимые завоевателями,  были
весьма обширны и качественно отличались от прежних установлений.
   Всегда и везде... кроме подвергшейся "татаро-монгольскому  нашествию"
Руси.
   Как ни бьешься, невозможно обнаружить ничего, хотя бы отдаленно похо-
жего на занесенное завоевателями новшество. Ни в  одной  области  жизни.
Даже пресловутая "дань", которую пришлось выплачивать "татарам", не есть
для Руси совершенно новым явлением. Испокон веков либо  русские  платили
дань соседям, либо соседи русским, либо одни русские земли - другим.
   Религия? Никаких покушений на нее не предпринималось, наоборот,  "та-
тары" наделили церковь еще большими льготами, чем  имевшиеся  прежде,  а
священники, за редчайшими исключениями, не пострадали.
   Штурм и разорение городов? И здесь можно с уверенностью сказать,  что
"татары" ни в чем не превзошли прежних агрессоров - как  мы  помним,  не
гнушавшихся "обдирать" иконы в храмах, хотя сами были христианами, гнать
на продажу монахов и монахинь помоложе и покрепче...
   Вот примечательный случай из времен войны Новгорода с соседями. Зимой
1170 г. после военной победы новгородцы  "наловили  столько  суздальцев,
что продавали их за бесценок, по 2 ногаты" (в гривне было 20 ногат). Ин-
тересно, кстати, кому новгородцы сбывали живой товар? Летописцы об  этом
молчат. Вполне может быть, что и "бесерменам"...
   Впрочем, тот, кто вздумал бы жалеть бедных суздальцев,  столь  безжа-
лостно продаваемых в рабство, поторопится. Дело в том, что это  как  раз
суздальцы заявились под новгородские стены в поисках добычи - и, надеясь
на победу, заранее бросали жребий у себя в лагере, разыгрывая конкретные
новгородские улицы, женщин и детей (так, между прочим, они  годом  ранее
поступили и в Киеве). Делили шкуру неубитого медведя, а вышло совсем на-
оборот...
   Кстати, будучи тогда в Киеве,  ратники  Андрея  Боголюбского  грабили
всех подряд - "весь Киев, и игуменов, и попов, и чернецов, и латинян,  и
купцов чужестранных".
   Чем отличаются от описании "татарского нашествия" следующие строки из
летописи: "От княжьих усобиц век людской  сократился.  Тогда  в  Русской
земле редко пахарь ступал, но часто вроны граяли, павших деля, и  галнцы
перекликались, спеша на еству"? Сообщение Киевской летописи о  нападении
на один из русских городов князя Игоря  Северского  (того  самого,  кому
посвящено "Слово о полку Игореве"!): "...не щадя  христиан,  взял  мечом
город Глебов у Переяславля, и немало зла приняли тогда безвинные христи-
ане: разлучен был отец с детьми своими, брат с братом,  друг  с  другом,
подруга с подругою, и дочери от матерей отняты были, и пришло все в смя-
тение от полона и печали, живые  мертвым  завидуют,  старцы  печалуются,
юноши изранены люто, немилосердно".
   Если убрать из этой записи имя русского князя, совсем не трудно  при-
совокупить и эту летопись к сообщениям о "татарских зверствах..."
   Коварство "татар", нарушивших на Калке данное князьям честное  слово,
оказывается, имеет достаточно аналогов в русской истории.
   В 1095 г. два половецких хана, Итлар и Китаи, приехали в Переяславль,
чтобы заключить мир с Владимиром Мономахом, которого  историки  называли
впоследствии "наиболее рыцарственным из русских князей того времени, на-
иболее уважавшим клятвы и договоры".
   Интересно, как же вели себя тогда "менее" рыцарственные? События  ра-
зыгрались следующим образом: хан Итлар со своими людьми вошел в город  и
остановился на подворье воеводы Ратибора. Китаи стал возле городских ва-
лов, по тогдашнему обычаю приняв к себе в качестве заложника сына  Моно-
маха, Святослава.
   Ночью Ратибор, его сыновья, киевский боярин Словята и дружинники ста-
ли уговаривать Владимира перебить половцев. "Рыцарственный" князь  пона-
чалу колебался, напоминая, что дал  половцам  клятву,  однако  оппоненты
выдвинули железный довод: известно, что половцы частенько нарушают клят-
вы, а значит, и эти двое ханов могут оказаться клятвопреступниками,  так
что следует убить их раньше, чем успели проявить коварство...
   Надо полагать, такая логика князя убедила быстро. Потому что дальней-
шее разворачивалось в бешеном темпе: еще до рассвета воины Словяты подк-
рались к стану Китана, выкрали молодого княжича, а потом  перебили  хана
со всеми его людьми. Надо полагать, это было проделано достаточно тихо -
в городе никто и не встревожился. Итлар и его люди утром как ни в чем не
бывало отправились в дом Владимира позавтракать и обогреться.  Едва  они
вошли в горницу, вылетело несколько потолочных досок, и  прятавшиеся  на
чердаке русские воины засыпали половцев градом стрел, уничтожив всех  до
единого.
   На этом, знаете ли, не кончилось. Русские войска помчались в степь, к
кочевьям убитых ханов, и застали половцев врасплох, не встретив  ни  ма-
лейшего сопротивления, - в кочевьях полагали, что их ханы сидят на чест-
ном пиру у Владимира, стоит мир, и опасаться нечего. Победители захвати-
ли богатую добычу - скот, добро, пленников.
   Нужно ли удивляться, что на следующий год половцы  в  отместку  дотла
выжгли город Юрьев-на-Роси?
   "Татар" принято упрекать в том, что они злодейским образом убили нес-
кольких русских князей.
   Снова - ничего нового. Лет двести до того русские князья убивали друг
друга, в том числе - родных братьев. И не всегда просто убивали - в 1098
г. внуки Ярослава Мудрого Святополк и  Давид  обманом  захватили  своего
племянника Василько Ростиславича, которому в ту же ночь княжеские конюхи
выкололи глаза. Когда Владимир Мономах принялся  упрекать  Святополка  с
Давидом (то, что они сделали, даже на фоне тогдашних буйных нравов  было
чем-то исключительным), братья, не моргнув глазом, заявили:  Василько-де
"замышлял" против них, вот они и опередили...
   В 1153 г. великий князь Изяслав вступил в сражение  с  галичанами.  К
вечеру он велел своей дружине поднять  галицкие  стяги.  Обманутые  этой
хитростью рассеявшиеся по полю галичане стали собираться к ним - и попа-
дали в плен. Прикинув, что число пленных даже превосходит его  собствен-
ную дружину, князь Изяслав  велел  перебить  пленных,  всех  до  единого
(спаслись только немногочисленные бояре). По словам позднейшего  истори-
ка, "такое вероломство и варварство против русских людей со стороны  од-
ного из наиболее любимых народом князей киевских вызвало у киевского ле-
тописца только следующее краткое замечание: "Великий плач  был  по  всей
земле Галицкой"".
   На фоне всего этого сущим ангелом и голубиной душой выглядит  старший
сын Мономаха Мстислав. Враждуя с полоцкими князьями, он каким-то образом
ухитрился захватить большинство из них вместе с женами и детьми. И,  по-
садив на ладьи, отправил в Царьград к своему родственнику императору Ио-
анну Комнину. Там князья, по некоторым известиям, поступили  на  импера-
торскую службу и отличились в походах против сарацин. А ведь мог и пото-
пить в Днепре всех поголовно...
   (Столь же кротким нравом отличался князь Владислав II, сын  польского
короля Болеслава Храброго. Прогневавшись на одного из своих бояр, он ве-
лел отрезать бедняге язык и выколоть глаза - но не препятствовал покале-
ченному сбежать на Русь. А мог бы и повесить...)
   В этой связи стоит отметить, что в "Повести о битве  на  Калке"  есть
место, которому решительно нельзя доверять. Я имею в виду строки:  "Соб-
равшись, богатыри решили, что если они будут служить  князьям  в  разных
княжествах, то поневоле перебьют друг друга, поскольку между князьями на
Руси постоянные раздоры и частые сражения. И приняли они решение служить
одному великому князю в матери всех городов Киеве".
   Увы, эта сцена, якобы относящаяся к 1223 г., вовсе не  подтверждается
сведениями из реальной жизни. Дружинники, то есть профессиональные  вои-
ны, жившие исключительно захваченной в битвах добычей и "данями",  никак
не могли, подрывая основы собственного благополучия, собраться все вмес-
те и провозгласить "вечный мир". Более жизненна другая сцена: когда один
из русских князей пошел в поход на русский же город и уже готов был  по-
кончить дело миром, его собственные дружинники, настроившиеся на добычу,
резко этому воспротивились, заявив: " Мы их не целовать пришли". И  фор-
менным образом вынудили князя начать приступ...
   Особо подчеркиваю: все вышеизложенное ни в малейшей степени не  отли-
чается от общеевропейской "практики". Такие уж времена стояли. Во  Фран-
ции, скажем, идея национального государства, где обитают "французы", ро-
дилась только во второй половине XVII века. Только  к  1445  г.  удалось
ввести практику, когда все официальные  документы  королевства  писались
исключительно на французском языке. До того во многих провинциях их сос-
тавляли на местных наречиях. Собственно французский употреблялся  только
в Париже и примыкавшей к нему области Иль-де-Франс. На юге  был  в  ходу
"романский язык", или "разговорная латынь". В Лимузене говорили на  "ле-
мози", а в Провансе - на "пруенсаль".  На  севере  был  в  ходу  диалект
"ойль", на юге - "ок". Эти диалекты до сих пор в ходу.  Можно  вспомнить
роман Мерля "Мальвиль" - его герои с юга Франции то и дело вынуждены пе-
реходить с местного языка на французский, потому  что  их  другпарижанин
местного попросту не понимает...
   Вполне естественно, что люди, говорившие на  разных  языках,  ощущали
себя "иностранцами" по отношению к тем, чей язык был непонятен. На  Руси
не было столь углубленных языковых различий, но, как  видим,  новгородцы
без всякого внутреннего сопротивления торговали пленными суздальцами,  а
рязанцы - киевлянами (за долгие века до "невольничьих рынков Крыма"!).
   Милый штришок, свидетельствующий о нравах той  эпохи:  москвичи  час-
тенько именовали рязанцев "полоумными людищами", а те, в  свою  очередь,
любили говаривать, что "против московских трусов надобно брать  не  ору-
жие, а веревки, чтобы вязать их".
   Стоит ли удивляться, что сам Владимир Мономах, рассказывая  о  взятии
Минска, в котором принимал участие, сознается: во взятом городе не оста-
лось в живых "ни челядина, ни скотины"?
   Между прочим, в глазах современников тех событий вся эта череда осад,
захватов городов и безжалостного грабежа выглядела несколько иначе,  чем
в наших. Несмотря на писаные законы вроде "Русской правды" и "Салическо-
го кодекса", от Бискайского залива до уральских гор действовало так  на-
зываемое "право обычая" (в Италии - "сейзина", в  Германии  -  "гевер").
Грубо говоря, свершившийся факт как раз и становился  законным  аргумен-
том. Если у западноевропейского герцога или русского князя  хватало  сил
захватить какой-то город - сие автоматически и давало ему  права  владе-
ния. С этим обычаем в свое время  оказались  бессильны  справиться  даже
римские папы...
   Доходило, как водится, до курьезов, когда некое событие, совершившись
два-три раза, превращалось в обычай. В начале IX в., когда в королевских
погребах однажды не хватило вина, несколько бочек попросили у  монастыря
Сен-Дени. А потом... стали требовать такое же количество  каждый  год  в
качестве обязательной повинности. Чтобы ее отменить, понадобился  особый
королевский указ...
   В Ардре какой-то сеньор завел у себя медведя. Местные жители, которым
нравилось смотреть, как мишка дерется с собаками, неосмотрительно  пред-
ложили его кормить. Косолапый вскоре помер, но  сеньор  требовал,  чтобы
ему и впредь приносили пищу в таких же количествах.  Неудивительно,  что
распространилась даже особая формула "о ненанесении ущерба":  когда  ко-
роль просил денег у вассалов, а епископ недолгого приюта у коллеги, тот,
кого просили об услуге, непременно подсовывал на подпись  договорчик  со
стандартным оборотом: "Оказываемая мною любезность не должна быть  впос-
ледствии обращена в постоянную повинность с моей стороны"...
   Мы, кажется, отвлеклись... Вернемся к "татарам".
   Итак, дополнительным аргументом в пользу того, что "вторжение"  наск-
возь выдумано, является еще и то, что мнимое  "вторжение"  не  внесло  в
русскую жизнь ничего нового. Все, что творилось при "татарах", существо-
вало и раньше в той или иной форме. Нет ни малейших  следов  присутствия
иного этноса, иных обычаев, иных правил, законов, установлений. Погромы,
грабежи, клятвопреступления и убийства - всему этому  с  небывалой  лег-
костью находятся аналоги в прежней русской истории. Вплоть  до  торговли
пленниками.
   А примеры особо  отвратительных  "татарских  зверств"  при  ближайшем
рассмотрении оказываются вымышленными. Как это было  с  В.  Чивилихиным,
сделавшим потрясающее открытие: оказывается, при осаде Козельска  татары
рубили павших на куски, вытапливали из них жир и этим жиром как раз спа-
лили город...
   Откуда же взял Чивилихин эти сенсационные факты?
   Оказывается, позаимствовал из труда нашего старого знакомого, извест-
ного сказочника Плано Карпини. Это Карпини посреди прочих фантазий вотк-
нул и такую: "...они обычно берут иногда жир людей, которых  убивают,  и
выливают его в растопленном виде на дома, и везде, где огонь попадает на
этот жир, он горит, как сказать, неугасимо".
   О "неугасимости" человеческого жира - конечно  же,  наврано.  Излишне
добавлять, что ни один автор, кроме Карпини,  о  столь  экстраординарном
обычае "монголов" не сообщает.
   Кстати говоря, обнаружились любопытные совпадения  книги  Матфея  Па-
рижского о "зверских нравах диких татар" и...  древних  пропагандистских
трудов русских книжников о половцах. И там, и  здесь  "дикие  кочевники"
взахлеб пьют кровь, за обе щеки наворачивают человечину, едят собак, па-
даль, волков, лисиц... И там, и здесь не приводится  никаких  конкретных
примеров - хотя бы раз назвали имя бедняги, которого  "дикие  кочевники"
слопали по своему обычаю. Нет подробностей. Не  уточняется,  кого  съели
кочевники, где, когда и при каких  обстоятельствах.  Повторяю,  сходство
столь поразительное, что я отныне подозреваю, что Матфей попросту прочи-
тал старые русские рукописи, зачеркнул повсюду "половцев" и вписал на их
место "татар"...
   Даже Чивилихин, ненавидевший "татаровей" столь люто, словно они  спа-
лили его собственную дачу и охально изобидели его  собственную  супругу,
однажды расслабился  интеллектом  настолько,  что  вывел  примечательные
строки: "народная память хранила имена и деяния богатырей,  олицетворяв-
ших сопротивление грабителям и захватчикам, которые  слились  в  СОБИРА-
ТЕЛЬНЫЙ ОБРАЗ "татар"..."
   "Татар" заключил в кавычки не я, а  Чивилихин,  невзначай  написавший
истинную правду. Собирательный образ - в этих словах  и  кроется  загад-
ка...
   А уважаемый мною Д. Иловайский написал следующее: "Жестокие  пытки  и
кнут, затворничество женщин, грубое отношение высших к  низшим,  рабское
низших к высшим и тому подобные черты, усилившиеся у нас с того времени,
суть несомненные черты татарского влияния".
   Можно подумать, что Западная Европа, где фальшивомонетчиков варили  в
масле, заговорщиков разрывали на куски лошадьми, а малолетних детей  ве-
шали за мелкие кражи, когда-то переживала "татарское иго".  Можно  поду-
мать, это "татары" пустили в обращение  в  Европе  приветствие  "сервус"
(продержавшееся в иных странах до XX столетия), которое в буквальном пе-
реводе означает даже не "ваш слуга", а "ваш холоп".  Можно  подумать,  в
Европе "низшие" фамильярно хлопали "высших" по плечу, встретив на улице,
- а "высшие" угощали "низших" табачком и расспрашивали, как идут дела  с
уборкой брюквы...
   (Зато я согласен с Иловайским в другой его фразе. Там, где он  пишет,
что татарское иго оставило следы своего влияния  "и  в  некоторых  госу-
дарственных учреждениях". Вот здесь все верно. Экс-министр финансов Лиф-
шиц - сущий баскак из русских  сказаний.  Вспомните  удалое:  "Надо  де-
литься!" Ну чисто Иван Калита под стенами Новгорода. Немногим уступает и
Евгений Ясин, во время своего визита в Красноярск в июле сего года  зая-
вивший с кровожадным простодушием ханского баскака: "Налоги надо ДРАТЬ с
богатых. Возьмите, например, и опишите все  коттеджи  в  Красноярске,  и
взимайте с владельцев налоги". Быть может, это у них генетическая память
вещует? Баскак-прапрадедушка о себе заявил?)
   Известна поэтическая легенда о трагической смерти юного княжича  Вла-
димира Юрьевича - перед штурмом Владимира-города "злые татаровья", взяв-
шие княжича в плен, убили его на глазах осажденных.  Эта  легенда  самым
удивительным образом во многом перекликается с реальными обстоятельства-
ми смерти одного из знатнейших чешских магнатов,  Завиша  Фалькенштейна.
История его любви к королеве, столкновения с королем, история, где  при-
чудливо (как водилось в средневековье) смешались  измена,  ратная  храб-
рость, романтика и подлость, слишком длинна, чтобы ее тут пересказывать.
Перейдем сразу к финалу.
   В самом конце XIII в., когда Завиш попал в плен к людям  короля,  его
долго возили по стране, объезжая один за другим  замки  родственников  и
друзей Фалькенштейна. И каждый раз повторялась одна и та же картина: не-
подалеку от стен палачи устанавливали плаху и призывали защитников замка
сдаться, грозя, что в противном случае Завишу отрубят голову. Замки сда-
вались.
   Замков было много, и продолжалось это долго. В  конце  концов  Завиш,
видимо, понял, что ему в любом случае не сносить головы, и возле крепос-
ти Глубокая стал кричать ее защитникам, что сдаваться ни в  коем  случае
не следует.
   Глубокая так и не сдалась. Завишу, естественно, снесли голову.  Види-
мо, эта история, попав на Русь, под пером какого-то книжника  позднейших
времен и превратилась в сказание о княжиче Владимире...
   Закончу этот раздел  напоминанием  об  одном  любопытном  направлении
средневековой мысли. Оказывается, средневековая Западная Европа... отче-
го-то была убеждена в существовании на востоке огромного царства некоего
христианского властителя "пресвитера Иоанна", чьими потомками  и  счита-
лись в Европе ханы "монгольской империи"!
   Это убеждение держалось чрезвычайно стойко - на протяжении более  чем
двухсот лет, сохраняясь еще в XV столетии!
   Многие европейские хронисты "отчего-то" отождествляли пресвитера  Ио-
анна с Чингисханом. Чингисхана, кстати, "отчего-то" именовали  и  "царем
Давидом" (на Руси хватало князей с именем Давид).
   "Некто Филипп, приор провинции Святой земли доминиканского ордена,  -
пишет современный историк, - принимая желаемое за действительное,  отпи-
сал в Рим, что христианство господствует везде на монгольском востоке".
   Почему же - "принимая желаемое за действительное"?  Так  и  обстояло.
"Монгольским востоком" была Русь, вполне христианская страна.
   "Убеждение это (о существовании царства  пресвитера  Иоанна  -  А.Б.)
сохранялось долго и  стало  неотъемлемой  частью  географической  теории
позднего средневековья".
   Знаете, с кем, согласно европейским авторам,  поддерживал  "пресвитер
Иоанн" особо теплые и доверительные отношения?
   С Фридрихом II Гогенштауфеном! Тем самым, что  стал  единственным  из
европейских монархов, кто не испытывал ни малейшей тревоги при  известии
о вторжении "татар" в Европу. Единственным, кто переписывался с "татара-
ми" - II, как показывает наша реконструкция, вел совместно с ними  воен-
ные действия против папы.
   А некий аббат Одо из монастыря Сен-Реми в  Реймсе  (1118-1151)  писал
своему знакомому графу Томасу, что находился в Риме, когда там  пребывал
патриарх из царства пресвитера Иоанна.
   Слишком много совпадений, вернее, взаимно подтверждающих  друг  друга
доказательств. В сочетании с тезисом о  том,  что  никаких  монголов  из
Центральной Азии никогда на Руси не появлялось, а "Орда" была  не  более
чем русским войском, информация о "царстве пресвитера Иоанна" как раз  и
становится завершающим штрихом картины.
   Иначе не объяснить, почему Европа более чем двести лет не сомневалась
в реальности "Иоаннова царства". Можно допустить, что в Западной  Европе
XIII-XV вв. плохо знали о происходящем в ОТДАЛЕННЫХ краях  вроде  Индии,
Индокитая, Индонезии. Так и было.
   Но невозможно поверить, что западноевропейцы в те же времена получали
в корне неверную информацию о том,  что  творилось  на  пространстве  от
польско-русской границы до Уральских гор. Не забывайте: начиная  века  с
десятого, в Киеве, Новгороде и Смоленске обосновались  довольно  крупные
общины купцов чуть ли не из всех западноевропейских стран. То есть  жили
там постоянно на протяжении столетий. А любой купец в те времена (да и в
более поздние) - это всегда еще и  разведчик,  обязанный  поставлять  не
сплетни и сказки, а точную информацию - политическую, военную, торговую.
Можно ли допустить, чтобы Западная Европа, располагая столь старой и от-
лаженной осведомительной сетью, двести лет принимала за "царство пресви-
тера Иоанна" орды диких кочевников?
   Ни в коем случае. Вспомните о священнике Монтекорвино, еще в 1290  г.
побывавшем в Индии, - он сообщал не вымыслы, а точные сведения. Так  что
не следует переоценивать "темноту" европейцев.
   Между прочим, самым загадочным образом сгинул бесследно отчет  королю
Людовику IX его посла, французского монаха Андре Лонжюмо, как раз и  ез-
дившего в Каракорум. Известно лишь, что Лонжюмо побывал...  на  южном  и
восточном берегу Каспийского моря.  НАСТОЯЩИЙ  Каракорум,  как  помните,
располагался либо в Крыму, либо на Волге. Возможно, в  последующие  века
отчет Лонжюмо стал неудобен как раз тем, кто запустил версию о Каракору-
ме, стоящем посреди монгольских степей. Иногда рукописи горят...
   Вообще, "классическая" теория, живописующая приход  "диких  монголов"
из глубин Центральной Азии, захват ими Руси и прорыва их к Адриатическо-
му морю плоха еще и тем, что постоянно заставляет нас  считать  идиотами
обитателей чуть ли не всех стран, так или иначе соприкасавшихся  в  XIII
в. с "татарами". В самом деле, сторонники "общепризнанной" версии  приг-
лашают нас верить, что:
   1. Русские были идиотами, потому что даже после битвы на Калке  не  в
состоянии внятно объяснить, с кем сражались князья.
   2. Западноевропейцы были идиотами, потому что  двести  лет  принимали
диких кочевников за христианских подданных пресвитера Иоанна.
   3. "Монголы" были идиотами, потому что лишь девятнадцать  лет  спустя
после покорения Руси сообразили устроить перепись населения и  разослать
сборщиков дани.
   А заодно с ними идиотами были: епископ Кромер, утверждавший,  что  на
Польшу напала русская рать; мастер, изобразивший  на  надгробии  герцога
Генриха русского вместо "дикого татарина"; все русские и западные  исто-
рики, причислявшие татар к европейским  народам;  летописцы,  нарекавшие
"ордынских ханов" христианскими именами;  Батый,  отчего-то  скрупулезно
продолжавший политику Всеволода Большое Гнездо вместо того, чтобы  зани-
маться собственными делами; ученейший Лызлов, ни словом не упомянувший о
"великой монгольской империи от Волги до Пекина"; и многие, многие  Дру-
гие.
   Лично я в столь повсеместное и тотальное распространение идиотизма  в
строго определенный временной период поверить просто не в состоянии. На-
ша реконструкция событий хороша хотя бы тем, что не усматривает в  прош-
лом столь несметного  скопления  идиотов,  какое  расплодили  сторонники
"классической" версии. У нас все как раз весьма логично, лишено нелепос-
тей и несуразностей...

   СЕВЕР И ЮГ

   В том, что со временем слово "татары" перестало означать "вооруженную
силу", "войско" и прилепилось к конкретному народу,  нет  ничего  удиви-
тельного. Почти схожие примеры в истории прекрасно известны: когда воен-
ный термин приобретал характер политического ярлыка, синонима.  А  то  и
наоборот...
   "Мамелюками" в Венгрии в XIX веке звались приверженцы одного из  тог-
дашних политических течений, а также группа депутатов парламента.  Слово
"янычар" сплошь и рядом становилось синонимом необузданности,  зверства,
вольницы - хотя термин "ени чери" на деле означает  "новое  войско".  (В
свое время войско янычар и в самом деле было "новым" по сравнению с  су-
ществовавшей до того пехотой "яя".)
   От слова "всадник" образовано французское и немецкое  "дворянин",  то
есть "шевалье" и "риттер". "Улан" в турецком языке первоначально означа-
ло что-то вроде молодого холостого парня - из  таких  набирались  особые
конные полки. Впоследствии стало названием  рода  войск  практически  во
всех европейских странах, как и "гусар" (первоначально "хусар" -  что-то
вроде удальца, сорвиголовы). Гусары участвовали  еще  в  первой  мировой
войне, а уланы дали свои последние бои в сентябре 1939-го...
   Но самый яркий пример - "запорожец". Этот термин объединял людей  лю-
бой национальности и любой прежней веры. В Запорожской Сечи мог остаться
(при условии, что, каково бы ни было его вероисповедание допрежь, отныне
он принимает православие) кто угодно -  москвитянин,  польский  шляхтич,
турок, степной кочевник, европейский  искатель  приключений.  Постепенно
этот плавильный котел превратил запорожцев в часть украинского народа.
   Видимо, то же самое происходило и с татарами...
   Кажется, настало время переходить к отточенным формулировкам и  обоб-
щающим гипотезам.
   В моем представлении, дело обстояло примерно  следующим  образом.  От
Новгорода до Северного Кавказа* и  восточных  берегов  Каспийского  моря
обитали если и не стопроцентно родственные по крови народы, то жившие  в
некоем симбиозе, опять-таки порождавшем многовековые родственные  связи,
соучастие в делах друг друга, полностью  отвечавшее  обычаям  феодальной
эпохи: когда вчерашние враги завтра объединяются против общего противни-
ка, а послезавтра этот противник становится союзником кого-то из тех,  с
кем только что воевал. Феодализм не знает непримиримых враждующих  лаге-
рей как меж родственными народами, так и внутри одного народа.  Неприми-
римость, национальная или религиозная, некие четкие рубежи, по обе  сто-
роны которых обитают постоянные,  заклятые  враги  -  изобретение  более
позднего времени.
   * Арабский книжник Аль-Хорезми, живший в Х веке, помещает на Северный
Кавказ... русов!
   В этой причудливой смеси столь же причудливо формировались союзы, ко-
алиции, браки, дружба и вражда. Москвитяне, русские,  волжские  болгары,
половцы, печенеги, южные татары и "татары европейские", по большому сче-
ту, были обитателями одной огромной коммунальной квартиры, где хватает и
пьяных драк, и умиленных лобызаний. Не стоит забывать, что в те  времена
религии были еще неустоявшимися, не обретшими тех четких "рубежей  расп-
ространения", с которыми мы сталкиваемся в более поздние времена. А  по-
тому половцы и татары были христианами - а в северных русских землях все
еще шла упорная борьба с остатками язычества. Ислам понемногу проникал в
южные области "Золотой Орды" - т.е. огромного региона, объединявшего все
вышеназванные народы. Но не стал еще автоматически связываться с поняти-
ем "татары". Словом "татары" по старой памяти назывались войска.
   Первоначально я полагал, что безоговорочный разрыв меж Севером и Югом
и в самом деле связан с именем хана Узбека, который в  XIV  в.  железной
рукой ввел на юге мусульманство, вынудив татарских приверженцев  христи-
анства массами бежать на север, на Русь. Однако углубленное изучение ле-
тописей и книг ранних историков вроде Лызлова показывает, что все гораз-
до сложнее, и процесс был не в пример более длительным...
   При словах "Крымское ханство" в сознании у нас  прямо-таки  автомати-
чески возникает образ лютых супостатов, то и дело совершавших набеги  на
Русь, чтобы уводить  вереницы  пленных  и  потом  продавать  их  на  не-
вольничьих рынках.
   Все верно. Вот только образ этот  стал  соответствовать  истине  лишь
после... 1506 г. До этого обстояло совершенно иначе. Даже верные сторон-
ники "классических" версий вынуждены сквозь зубы признавать: врагом Рос-
сии Крымское ханство стало лишь в начале XVI в.
   Ранее этого времени мы сталкиваемся все с тем же симбиозом.
   В XIII-XV вв. в Крыму преспокойно обитают генуэзцы  и  славяне.  "Та-
тарского" владычества, в общем, не чувствуется - один "татары" кочуют по
крымским равнинам с табунами, зато у других - свои города.* На Руси  тем
временем  потомки  Александра  Невского  строят  централизованное  госу-
дарство, опираясь на "татар", т.е. на войско, содержащееся на  средства,
собранные в виде "татарского" налога-десятины и состоящее  из  рекрутов,
призванных по "татарскому" варианту мобилизации -  т.е.  служить  обязан
каждый десятый.
   * Лызлов: "В Тавриде же Херсонской за Перекопом за градом, во  Азове,
в Кафе, Керчи, в Херсоне (она же Корсунь) и по иным  градам,  кои  тогда
были, обитают италиане генуенсы под властию царей греческих, с татарами,
живущими в полях близ Перекопа, мир имеющие".
   Управляющие Крымом ханы сплошь и рядом выступают как верные  союзники
славян. Более того, они частенько-вассалы славян...
   Примеров множество. В 1421 г. крымчане - союзники великого князя  Ва-
силия в походе на Казань*. Чуть позже помогают князю в его борьбе с  пе-
чально известным Дмитрием Шемякой. В 1491 г., наоборот,  русские  войска
появляются в Крыму, чтобы помочь хану Менгли-Гирею в его борьбе со свои-
ми сепаратистами. 1499 - Москва и Крым выступают на  Литву,  позже  сов-
местно воюют с той же Казанью и Польшей.
   * Казань точно так же была столицей оседлого  народа,  землепашцев  и
ремесленников. Никаких "кочевников".
   Когда в 1443 г. умирает бездетным крымский  хан  Девлет-Гирей,  послы
крымских татар в поисках нового владетеля отправляются...  в  Польшу,  к
королю Казимиру! Дело в том, что именно в Польше, точнее, в Литве обита-
ет АчиГирей, имеющий больше всего прав на крымский стол. Литовский вели-
кий князь пожаловал Ачи-Гирею целый город, там он  и  обитает...  Король
Казимир, рассмотрев просьбу татар, утверждает Ачи-Гирея крымским  ханом,
и чтобы ввести его во владение, в Крым с ним вместе отправляется прибли-
женный Казимира, "маршалек" Радзивилл. (Между прочим, в Литве с завидным
постоянством находят убежище крымские, золотоордынские и казанские ханы,
потерпевшие поражение в междоусобной борьбе. Не на юг отчего-то бегут, к
мусульманам, а в христианскую Литву...)
   В 1444 г. под Рязанью внезапно появляется  некий  "ордынский  царевич
Мустафа" с "татарской" ратью. И просит... впустить его  в  город,  чтобы
перезимовать. Его впускают - как пишет в растерянности один  из  истори-
ков, "неизвестно почему".
   Да, скорее всего, потому, что Мустафа не какой-то там дикий  ордынец,
а свой. Странны дальнейшие события - узнав, что Мустафа пребывает в  Ря-
зани, московский князь Василий Темный  отчего-то  разгневался  и  послал
двух воевод с дружиной. Мустафа вынужден уйти из города, на него напада-
ют с двух сторон: с одной -  московская  пешая  рать,  с  другой  лыжни-
ки-мордвины и рязанские казаки. (Впервые в русских летописях  появляется
это слово - "казаки".)
   В конце концов Мустафу вместе с его отрядом уничтожили.  История  до-
вольно грязноватая, не укладывающаяся в обычные штампы "злых ордынцев" и
"защищающих отчизну русских"...
   Давайте посмотрим список крымских, казанских и астраханских  вельмож,
выехавших на службу к московским государям.
   1. Байтерек - астраханский царевич (при Иване III).
   2. Царевич Исуп, как и Байтерек, племянник хана  Шахмата-Ахмата  (при
Иване III).
   3. Царевич Кайбул (при Иване IV).
   4. Царевич Касим (при Василии Темном).
   5. Царевич Кумы-Гирей - это уже несколько позже, при Федоре Иоаннови-
че.
   6. Царевич крымский Мурат-Гирей - при Федоре Иоанновиче.
   7. Крымский хан Нурдаулат (Нур-Даулет-Гирей).  В  1478г.  получил  от
московского великого князя в удел Городец.
   8. Шигалей, крымский хан (при Василии III).
   9. Царевич Эгуп (при Василии III).
   Список далеко не полон, охватывает лишь наиболее знатных - а всего их
за двести лет были многие десятки, положившие начало русским дворянским,
а то и княжеским родам. Как по-вашему, могли бы все они так  легко  быть
приняты в России, смогли бы так легко адаптироваться там, будь  все  эти
люди "чужаками"? Да никогда в  жизни!  Здесь  мы  наблюдаем  практически
стопроцентную аналогию западноевропейской  практике  -  когда  англичане
служили французскому королю, французы - английскому, а  немцы  -  тем  и
другим. Все были свои, соседи, люди одного менталитета,  спаянные  общей
историей, генеалогией, широко разветвленным родством и свойством.
   (Между прочим, судьба царевича Шнгалея - готовый  сюжет  для  пухлого
приключенческого романа. Судите сами. Выехал на русскую службу из Астра-
хани. Потом возведен Василием III на казанский престол. Свергнут сторон-
никами крымского хана. С русской ратью взялся разорять казанские  земли,
выстроил на них в 1523 г. город Васильсурск. 1531 - получил во  владение
Каширу и Серпухов. Вскоре "перед государем провинился  гордостным  своим
умом и лукавым промыслом". О чем конкретно шла речь, сейчас неизвестно -
но Шигалея отправили в ссылку на Белоозеро. 1535 - из ссылки его вернула
княгиня Елена Глинская. 1539 - во главе русской рати разгромил под Кост-
ромой казанское войско. Вновь стал казанским ханом, но против него  сос-
тавили заговор, хотели убить, и Шнгалей едва спасся. Участвовал в походе
русских на  Казань  (1547),  в  строительстве  города-крепости  Свияжска
(1551), награжден "золотым"* и посажен на казанский  престол,  освободил
60 тыс. русских пленников. Вновь казанская знать составляет против  него
заговор - Шигалей, узнав об этом, устраивает пир, приглашает на него за-
говорщиков, и его охрана прямо за столом приканчивает 70 человек. Не по-
желал лично сдавать русским Казань, но в тайной переписке предлагал раз-
рушить оборонительные укрепления города,  чтобы  Иван  Грозный  сам  его
взял.
   * "Золотой", или "жалованный золотой" - воинская награда за доблесть,
носилась на шапке (по иным сведениям, на груди).
   В 1552 г. покинул престол и удалился в Свияжск. Кончил дни  касимовс-
ким царем. Как вам биография?)
   Вот о Касимовском царстве следует поговорить подробнее. Пример приме-
чательный...
   Около 1453 г. Василий II Темный пожаловал тому самому царевичу  Каси-
му, выехавшему на Русь и помогавшему в войне против Шемяки, земли по ле-
вому берегу Оки. Разоренный Мещерский городок был отстроен вновь и полу-
чил название Касимов, а сам удел стал именоваться Касимовским  царством.
Просуществовало оно в составе Московского государства свыше двухсот лет.
Касимовские цари, нужно обязательно отметить, впоследствии были  верней-
шими вассалам Москвы. Кстати, первыми  на  призыв  Минина  и  Пожарского
пришли как раз касимовские "татары", а Лжедмитрия  II  убил  касимовский
дворянин с "татарским" именем Петр и "татарской" фамилией  Урусов,  т.е.
Русский.
   Как видим, вновь перед нами  то,  что  можно  называть  исключительно
"симбиозом". Не исключено, кстати, что Касим был христианином -  истори-
чески достоверные сведения гласят, что мечеть в Касимове построена  лишь
в XVIII веке.
   Другими словами, Север, т.е. Русь и Юг, т.е. Крым, Казань и Астрахань
до определенною времени действуют как некая общность. Все войны и раздо-
ры, возникающие меж Севером и Югом, ничуть не отличаются от тех  войн  и
раздоров, что имели место в "исконно русских" областях.
   Ситуация резко меняется к концу XV века,  и  объяснение  этому  найти
легко - часть Юга оказывается прочно привязана к исламскому миру.  Турки
в 1453 г. берут Константинополь, а в 1475 г. их сильный флот  появляется
в Крыму, покоряет тамошние итальянские города и мелкие  княжества  вроде
Мангупского. Возникают новые "горячие точки", новая система военно-поли-
тических союзов. И возникает непримиримость.  Название  "Золотая  Орда",
отделившись от Руси-Татарии, становится обозначением одного Юга.  Теперь
это и в самом деле - "бусурманская" Золотая Орда, противостоящая христи-
анской России, вообще славянскому миру. Теперь это -  заклятый  враг,  с
которым можно разговаривать только на языке силы.
   Последние сторонники былой общности продержатся еще несколько  десят-
ков лет - но в конце концов всем им придется искать  спасения  на  Руси.
Меж Севером и Югом пролегла невидимая черта. Тут-то, такое  впечатление,
и начинает создаваться обширная пропагандистская литература,  живописую-
щая чужеземное, "ордынское" нашествие, случившиеся якобы в XIII в.
   1506 г. Сразу несколько примечательных событий. Под Казанью  разгром-
лено русское войско, причем один из русских воевод, боярин Шеин, попав в
плен, был замучен - что полностью противоречиво прошлой  практике.  Пос-
ледний крымский хан, еще пытавшийся  как-то  договариваться  с  Москвой,
Шахмат, был свергнут, бежал в Литву, там оказался за решеткой  и  как-то
очень уж кстати скончался по неустановленной причине (его  приближенные,
содержавшиеся под стражей в разных литовских городах, тоже вдруг  поспе-
шили умереть...).
   Черта! После 1506 г. крымчане, казанцы и астраханцы уже всегда  и  во
всем выступают в качестве заклятого врага  России.  Начинаются  крымские
набеги, жестокое противостояние... Память о прошлом понемногу размывает-
ся, начинает казаться, что "татары" всегда, с начала времен были  лютыми
ворогами. Польские историки XVI в. еще помнят, кто вторгался в Польшу, а
Лызлов помнит, что татары вовсе не приходили из  Монголии,  -  но  впос-
ледствии версия о "нашествии монголов" начнет победное шествие...
   Вот только загадки останутся. К примеру, тайна хана  по  имени  Нагой
(Нагай). Есть такая, крайне таинственная фигура. Считается, что этот хан
по имени Нагой жил во второй половине XIII - начале XIV веков,  был  по-
томком Чингисхана, почти сорок лет правил  Золотой  Ордой.  Со  "степня-
ком-кочевником" отчего-то поддерживали отношения многие тогдашние влады-
ки - русские князья, польские и венгерские  короли,  правители  Болгарии
(не Волжской, а европейской), Сербии, а  византийский  император  Михаил
Палеолог даже выдал за хана свою побочную дочь Ефросинью (в юрту  отпра-
вил? Кочевать с диким степняком? Утонченную византийскую даму?  Что  там
насчет брюквы и дерева, гусаков и икры?).
   Считается, что от хана Нагая как раз и пошло наименование народа  но-
гайцев. Не знаю. Быть может. Однако, во-первых, даже официальная истори-
ография признает, что ногайцы впервые появились  на  исторической  арене
столетие спустя после смерти хана Нагая, а во-вторых, на Руси  прекрасно
известен старинный боярский род  по  фамилии  Нагие.  Мария  Нагая  была
третьей женой Ивана Грозного, матерью незадачливого царевича Димитрия.
   Вот здесь созвучие имен Нагой-Нагие гораздо более многозначительно...
   Не поискать ли нам в русской истории конца  XIII  в.  могущественного
князя, с которым поддерживали отношения польские  и  венгерские  короли,
правители Болгарии и Сербии, а византийский император даже выдал за него
свою побочную дочь? Князя, правившего около сорока лет, распоряжавшегося
другими русскими князьями, как своими вассалами? Причем сведения о нем в
русской истории будут крайне скудными, подобно рассматривавшейся  раньше
нами паре: удивительно бесцветный, ничем себя не проявивший Батый и  его
современник, невероятно деятельный Александр Невский.
   Пожалуй, подходящая кандидатура имеется - сын Александра Невского Да-
ниил, которого историки считают "первоначальником" идеи собирания  русс-
ких земель под руку Москвы. Несмотря на столь почетное звание,  сведения
о нем в русской истории крайне скудны. Его сын, знаменитый  Иван  Калита
(который отчего-то совершенно неизвестен Лызлову) продолжал  дело  отца.
Вместе они как раз и правили около сорока лет, сначала один, потом  дру-
гой, причем с занятием престола Калитой, как мы помним,  "татары"  отче-
го-то "перестали воевать русские земли".
   Я вовсе не утверждаю, что "хан Нагай" - это собирательный образ Дани-
ила Александровича Московского и Ивана Калиты (прежде всего потому,  что
не производил скрупулезного расследования). Всего-навсего подробно обри-
совываю выбранный мной метод расследования.
   Очень уж настораживают эти странные "пары" - "татарские ханы", о чьей
деятельности рассказывается крайне подробно, и сопутствующие им по  вре-
мени русские князья, весьма  незаурядные,  но  отчего-то  удостоенные  в
русской истории лишь скупых упоминаний. Или наоборот - напоминающий ско-
рее бледную тень Батый и средоточие энергии Александр  Невский,  объеди-
ненные как раз общностью взятых на себя задач и целей, общими  интереса-
ми.
   Если присовокупить к этому удивительное разнообразие мирских и  крес-
тильных имен, прозвищ... Словом, если ктото другой потом возьмется  изу-
чать родословную Даниила Московского и Калиты и обнаружит, что женой ко-
го-то из них была византийка, я особенно и не удивлюсь.
   Гораздо больше меня увлекает другая загадка, на  которую  я  не  могу
найти  ответ  по  недостатку  информации:  почему  традиция  приписывает
убийство хана Нагая "ордынцу" Тохте, но при этом прямо упоминается,  что
Нагая зарубили русские всадники?
   Почему Узбек, этот якобы ревностный приверженец ислама, сделавший его
единственной религией Золотой Орды, в то же время, по сведениям  русских
летописей, выдает митрополиту Петру грамоту, в которой подтверждает  все
"Батыевы" привилегии церкви, а также... письменно просит митрополита мо-
литься за него самого, его семью и его царство? А потом преспокойно поз-
воляет своей дочери Кончаке выйти замуж за Юрия Даниловича Московского и
принять христианство?
   А еще меня привлекает интереснейший вопрос: с кем сражался на Кулико-
вом поле Дмитрий Донской, и кому в 1480 г. противостоял на Угре государь
всея Руси Иван III?

   СЕВЕР ПРОТИВ ЮГА: СТАРАЯ ДИНАСТИЯ?

   В "классической" историографии битва на  Куликовом  поле  объясняется
традиционно: "злой ордынец", татарин Мамай коварно вознамерился если  не
изничтожить Русь под корень, то по крайней мере "истребить веру  христи-
анскую, дабы заменить ее магометанской". Соответственно, Дмитрий Донской
выглядит защитником Отчизны и христианства, а  причины,  побудившие  его
схватиться с Мамаем на Куликовом поле, предстают исключительно  светлыми
и благостными.
   Вот только при любом мало-мальски скрупулезном расследовании мгновен-
но выплывают недоуменные вопросы...
   За два года до Куликовской битвы, в 1378 г., московские полки воевали
на реке Воже с "татарским мурзой" Бегичем, якобы подручным Мамая. С этой
битвы и начинаются вопросы...
   Оказывается, после битвы на Воже  русские  захватили  в  подвергшемся
разгрому татарском стане какого-то ПОПА "с мешком зелий и  трав".  Отче-
го-то этого попа мгновенно связали с весьма  интересной  личностью  того
периода - "мятежником и заговорщиком" Иваном Васильевичем  Вельяминовым.
Отец этого Ивана был последним, кто занимал в Москве  высокую  должность
тысяцкого - нечто вроде градоначальника или мэра (но этот пост был  нас-
ледственным). Дмитрий решил, должно быть, что  "двум  медведям  в  одной
берлоге не ужиться", и пост тысяцкого отменил.  Обиженный  Иван,  немало
интриговавший против Дмитрия, бежал сначала в Тверь, потом... в Орду, то
есть на Юг, уже почти отделившийся от Севера-Руси. И попа с  ходу  запо-
дозрили в том, что он как раз и подослан отравить великого  князя  Дмит-
рия.
   Таким образом сразу возникает интересная коллизия: выходит,  события,
именуемые "битва на реке Боже", каким-то боком были связаны  со  сложной
интригой против  Дмитрия,  в  которой  участвовали  тверичи,  московские
"эмигранты" и Орда... Бедного попа пытали и сослали в отдаленный  монас-
тырь, а в следующем, 1379 г., Ивана Вельяминова, каким-то образом  выма-
ненного на Русь, захватили в Серпухове агенты Дмитрия, привезли в Москву
- и 20 августа казнили при большом стечении народа. Летописцы  отметили,
что у "многих смерть Вельяминова вызвала слезы" - очевидно, в этой  инт-
риге, во многом так и оставшейся для нас загадкой, симпатии немалой час-
ти москвичей были не на стороне своего князя. После этого долго и стара-
тельно охотились за сообщниками Вельяминова, казня их одного за  другим,
- все они, повторяю, были русскими.
   А потом на Русь двинулся Мамай...
   Во главе татарского войска, скажете вы?
   Не угадали!
   "Татар" в войске Мамая как раз и не наблюдается. То есть, по традиции
его воины именуются "татарами", но состав их иной:
   1. Ясы и аланы (то есть православные аланы и осетины!).
   2. Черкасы (то есть казаки!).
   3. Половцы и печенеги (славяне!).
   4. "Фряги" (генуэзские наемники).
   Вскользь упоминаются еще некие "бесермены", но, судя по тому, что это
название чересчур общее, скорее расхожее клеймо вроде "злых  татаровей",
особо верить в них не следует.
   Что любопытно, Сергий Радонежский поначалу уговаривает князя  Дмитрия
уступить "татарским" требованиям. Мог бы он вести себя так,  будь  целью
Мамая уничтожение христианской веры, вообще Руси? Вряд ли.
   Значит, у Мамая была какая-то совершенно другая цель...
   Князь Дмитрий все же собирается на битву. Логично будет предположить,
что, прослышав о грозящей Руси и православию беде, на помощь ему  придут
другие князья?
   На подмогу к Дмитрию не пришел ни кто! Ни  один  независимый,  владе-
тельный князь! Даже тесть Дмитрия и его тезка,  Димитрий  Константинович
Нижегородский, не прислал ни единого человека. Уникальнейший случай. Мог
смалодушничать один, отвернуться другой, из-за каких-то своих  соображе-
ний не участвовать третий, но чтобы все до одного князья отказались  по-
могать в отражении нашествия "безбожных татар",  включая  родного  тестя
Дмитрия, - такого на Руси не бывало ни до, ни после...
   В чем же дело? Быть может, все прекрасно отдавали себе отчет, что это
не "нашествие безбожных татар", а некое дело, касающееся одного Дмитрия?
Другого объяснения я что-то не вижу...
   Потом, правда, прибыли четверо князей - два Ольгердовича, Андрей  По-
лоцкий и Дмитрий Корибут Брянский. Все четверо - литвины. Ни один  русс-
кий князь так и не появился. Только несколько мелких вассалов Дмитрия.
   И вновь, как в случае с  "Повестью  о  битве  на  Калке",  я  намерен
пользоваться исключительно первоисточником - "Сказанием о Мамаевом побо-
ище".
   Н. Костомаров обозвал его "множеством  явных  выдумок,  анахронизмов,
равным образом и преданий, образовавшихся  в  народном  воображении  уже
позже". И добавил в сердцах: "Эта повесть никак не может считаться  дос-
товерным источником".
   Я же как раз и полагаю ее достовернейшим источником, при внимательном
изучении работающим как раз против "классической" теории...
   "Повесть" приписывает Мамаю интересное заявление: "Я не хочу так пос-
тупать, как Батый, но когда приду на Русь и убью князя их, то какие  го-
рода наилучшие достаточны будут для нас - тут и осядем, и Русью завладе-
ем, тихо и беззаботно заживем".
   После этого Мамай  рассылает  своим  "татаровьям"  следующий  приказ:
"Пусть не пашет ни один из вас хлеба, будьте готовы на русские хлеба".
   Каково?! "Пусть никто из вас не пашет". Мамай обращается к своим под-
данным - следовательно, его подданные занимаются землепашеством. И ника-
кие они не "дикие кочевники". Какое, к черту, землепашество  у  скотово-
дов-степняков?
   Похоже, автор "Сказания", как ни обличал Мамая, попросту  не  сообра-
зил, что иные подробности как раз и противоречат образу  "дикой  кочевой
орды"...
   Далее. Д